Для своего блага

      Пробуждение дается Саше крайне тяжко. Вторую подряд ночь он работает не покладая сил. Московский ему даже на толковый перерыв сходить не дает. А по возвращению домой, тот "указывал" на его погрешности за ночь и хорошенько отыгрывался через максимально грубый и, отчасти, безжалостный секс. Саше же ничего не оставалось, как терпеть и стараться переключиться на хорошие мысли и получать от этой грубости хоть какое-то, возможно, удовольствие. Но о каком удовольствии может идти речь, если тебя настолько сильно трахают, что кажется сердце остановится и это далеко не в хорошем плане. В тот момент, он старался думать о чем-то хорошем и получать хоть какое-то, возможно, удовольствие. Миша в тот момент даже не задумывался, какого лежащему под ним Думскому, который вскрикивал порой так громко, что казалось у них тут человека убивают. После таких актов "любви" на его теле появилось ещё больше каких-то синяков: на бедрах, руках и шее. Саша уже реально окончательно терял надежду на то, что у них хоть что-то получится с этим планом.       Шура с тяжестью открывает глаза и смотрит в окно, в которое светило солнце. Вероятнее всего, он проспал до обеда. В квартире царила тишина, лишь гудение холодильника и тиканье настенных часов разбавляло её. Лежит Саша так не долго. Когда он понимает, что Миши дома нет, решает, что незамедлительно нужно что-то делать. Встаёт и выбегает с комнаты в зал, к телефону. Вводит уже выученный номер Уралова и ждёт ответа, слегка стуча по тумбочке. – Да? – Костя, я уже так не могу! – лишь и произносит дрожащим голосом Саша. – Саш, всё в деле. Я сейчас встретил с аэропорта своего друга, который согласился нам помочь, – говорит Уралов внимательно следя за дорогой. – Нужно всё проворачивать как можно скорее! Я скоро уже не выдержу! – Саш, спокойно. Сегодня всё провернем. План есть, расскажу о нем тебе позже. Всё, давай, я за рулем, немного не удобно говорить, – после этого Костя сбрасывает трубку и кладет телефон на торпеду машины. – Это как раз таки тот твой старый друг, которому нужна помощь? – интересуется сидящий на соседнем сиденье Татищев. – Да, он. Мне кажется, если мы ничего сегодня не сделаем – он реально с собой что-то да и сделает, – Уралов крепче сжимает в руках кожаный руль. Ему самолично хочется набить лицо этому ублюдку московскому, но жизнь ему всё-же дорога. Все его братки на Урале, тут его никто, кроме Жени и Лёши, не защитит. Да и то, у Московского людей намного больше чем их, так что они втроем жмурики, нужно аккуратно избавляться от проблем. – Так, а в чем проблема? – спрашивает Юра и достает с кармана штанов пачку сигарет и слегка приспускает стекло, дабы дым не копился в салоне. – Сейчас приедем к моим знакомым и введу тебя в курс дела.       После разговора с Костей чуть-чуть полегчало. План в силе и сегодня всё может закончиться. Ему не хотелось думать о том, что что-то пойдет не по плану, он устал от плохих мыслей и так много переживаний. Если он продолжит думать о плохом, то он не представляет что сделает с собой. И так, дабы немного убавить стресс, решает немного закинутся. Принимать на голодный желудок не лучший выбор, но сейчас было совершенно безразлично. Шура уже не боялся никаких последствий. Ищет в шкафу с вещами пакет, в котором лежало кучу различных пакетиков с веществами. В памяти всплывает одна из частей плана: подкинуть Московскому наркотики. Взяв в обе руки по несколько пакетиков с порошками, травой, таблетками и сует в карманы мастерки. Главное, чтобы никто не спалил, в особенности Миша. Один из пакетиков с белым порошком он продолжает держать в руках. Рассматривает его так, будто впервые видит и решается на это. Подумав, всё-же идет на кухню и принимается к делу. Высыпает две небольших дорожки и сразу же занюхивает всё. Запрокидывает голову назад и слегка бьётся ею о стенку, но боль даже не чувствуется, чувствуется лишь находящие успокоение и кайф.

***

– Юр, знакомься – Алексей, Евгений, – представляет знакомых Уралов Юре. Татищев подходит к тем и жмёт руки в знак знакомства. – В общем: времени у нас критически мало. Нужно всё проводить сегодня, никак иначе, – сев в кресло в зале рассказывает тот. – А в чем проблема-то? – интересуется Юра, садится на стоящий рядом с диваном табурет и осматривает присутствующих в квартире. – Короче, Саша, мой старый школьный друг, ввязался в отношения с не очень хорошим человеком. Бандит, с прозвищем "Москва", владелец стрип-клуба совмещенного с борделем. И этот ублюдок совершенно безразлично относится к Шуре: заставляет спать с кем попало, избивает и всё прочее, – разъясняет Костя смотря на Юру, выражение лица которого с каждой минутой меняется всё больше. – Это мне чё, какому-то пидорасу помогать надо будет? – недовольно высказывается Татищев сведя брови к переносице. Костя догадывался о такой возможной реакции друга. Тяжело вздохнув, он трет глаза и встаёт с кресла. – Юр, не начинай. Ты с ним практически пересекаться не будешь, тебе просто нужно будет сыграть роль, – Юрий смотрит на того с непониманием и обратно садится на табурет. – Рассказываю твою задачу: ты и Женя проникаете в этот клуб и разыгрываете "сцену" тёрок за какие-то бабки, но не особо ярко, ведь нам проблем не нужно. Но помимо этого, вам надо будет следить за всем происходящим в клубе. Саша должен будет подкинуть Московскому наркотики и когда увидите, что он вышел с кабинета или что там, глядите за появлением Москвы, он не должен попасть в кабинет. Как только он появится в зале, Женя подаст сигнал Лёше и он направит туда нужных людей. Всё ясно? – Ох, ясно то ясно, но слегка страшно. Это же ты, Костян, замешан в этих всех бандитских мутках, – почесав затылок говорит Татищев. – Юра, не волнуйся, всё пройдет хорошо. Люди наши, тебе никто вреда не нанесет, главное – хорошо подыгрывай мне и не пались, – похлопав по плечу Юру произносит Дунайский. – Только нужно что-то с внешним видом сделать. – Это без проблем, – произносит Уралов и встает с места, подходит к другу, – сейчас всё сделаем.       Дальше начинается подготовка к плана. Главное было преобразить Татищева и Дунайского. Среди вещей Жени и Лёши находят кожаную куртку, которая Юре как раз по размеру. Также нашли джинсы, которые были нормальные по длине, футболку оставили ту, что была. Гелем, который Костя захватил с собой заранее, они укладывают Татищеву волосы назад. После, аналогично и укладывают челку Дунайскому, дабы хоть немного что-то сделать с его внешним видом. Дальше разбираются с реквизитами для "представления". К нужному времени они уже готовы, дело остается за основной частью.

***

       Саша около часа назад уже обрел спокойствие, а эффект кокаина прошел. После отхода, хотелось конечно ещё пару дорожек занюхнуть, чтобы подольше побыть в столь прекрасном состоянии, но Шура решил держать координацию и не переборщать. До времени, пока Миша вернется домой и заберёт его в клуб, нужно было как-то убить время. Поэтому, Шура засел в зале и смотрел какую-то глупую мелодраму от которой клонило в сон. Мужчина стал неспеша проваливаться в сон, но ему мешает звонок на домашний телефон. Он чуть ли с дивана не валиться из-за столь неожиданного, громкого звука. Спешно встаёт и подходит к тумбе, поднимает трубку. – Так, Шура, рассказываю, что у нас по плану, – говорит по ту сторону Константин. Думский слегка напрягся и стал слушать. – Ты там один? – Да. – Короче, в клубе будут Женя и мой друг Юра. Надеюсь узнаешь их. Теперь уточни: во сколько клуб начинает работу? – Сам клуб открывается в восемь, с приходом бармена. Танцоры приходят к десяти, я в том числе и Миша тоже. – Хорошо, я понял. К десяти мы на месте. Удачи нам, – напоследок говорит Уралов слегка вздыхая. – Удачи.       Думский кладет трубку и смотрит на часы, стоявшие рядом с телефоном. Без пятнадцати восемь. Шура поджимает губы и сжимает руки. Одна нога стала невольно дрожать. Он доверял Косте, Лёше с Женей, но страх присутствовал. Что угодно могло пойти не по плану.

***

      Без пары минут десятого они уже на подъезде в клуб. Лёша был отдельно от Жени, Юры и Кости, находясь за самим клубом в соседнем повороте. Вместе с ним было пару ментов, ОМОНовцев, которые как раз таки и будут крутить Московского. Так же, именно они следят прибытие тачки того. Лёша по несколько раз уточняет план и говорит кого надо взять, а кого нет, чтобы, мало-ли, не перепутали. Через пару минут ожиданий, во двор заезжает машина. Сразу стало ясно, что это был Михаил. На соседнем сиденье виднелась ещё одна фигура, которой являлся Шура. – Всё, прибыли, – говорит в трубку Донской. – Хорошо. Жду тогда десять минут и так же захожу в заведение. На входе, на удивление, никого нету. Или охрана внутри стоит? – выглядывая немного с машины произносит Женя. – Да, вроде. Они стоят на главном входе внутри. Это же место скрытно и не должно никак привлекать внимание. Клуб открылся ещё в восемь, охрана должна быть на месте, – рассуждает Лёша. – Тогда, лучше мне проскользнуть сейчас, мало ли удастся, – после этого, Дунайский открывает дверь авто и выходит с него. Держит прямой путь ко входу в клуб. Опускает очки, которые до этого были на голове, на глаза и проходит внутрь заведения.       На удивление, на входе никого не было. Женя пользуется моментов и быстро проходит внутрь. Он был здесь впервые, но нужно было пытаться демонстрировать, что он тут уже был, иначе будет слишком подозрительно. Подходит к барной стойке и осматривается, пытаясь выявить знакомых личностей. – Что ни будь будете заказывать? – спрашивает парень бармен подойдя к мужчине. Дунайский поворачивает к тому голову и через очки осматривает того. – Коньяк есть? – Аа.., – протягивает парень и смотрит под стойку, осматривая весь алкоголь в наличие, – да. Да, есть. – Давай, – кратко произносит тот и вновь отворачивается лицом к залу. – Стакан? – слегка неуверенно интересуется бармен. Женя оборачивается к тому и приспускает очки, пронзительно смотрит на того своими голубыми глазами. – Парень, бутылку, – после вновь надевает очки. Тот кивнул и достал бутылку коньяка и стакан, поставил перед мужчиной. Женя достает с внутреннего кармана пиджака пару купюр в сто долларов и протягивает бармену, а потом уходит к столикам. Сев за один из них, сразу же наливает коньяк в стакан и внимательно рассматривает сцены. В голове ведёт рассуждения: он пришел минут пять назад, Юра должен подойти через минут десять ещё. Бросает взгляд на вход и в тот момент, у входа уже появился один охранник. С легкостью выдыхает, ведь ему удалось сюда проникнуть, а это уже большой плюс. Остается ждать, когда Шура сделает свою часть плана, тут уже от Евгения ничего не зависит.       По пути в клуб, Думский думал как ему попасть в кабинет Миши, дабы тот ничего не заподозрил. Он придумал идею, но та была слегка рискованной, но делать ему было нечего. Это была первая идея, итогом которой была вероятность остаться в кабинете Московского. Шура топчется по своей гримерке, пока даже не раздевается, ведь всё, что ему нужно находиться в карманах олимпийки. Вздохнув, Саша вышел с гримёрки и пошёл к Мишиному кабинету. Заходит без стука, ведь, как никак, он не чужой ему человек. Но мужчину даже это не останавливает. В этот момент, он стоит и говорит с кем-то по телефону, поэтому не видит кто вошёл. – Я же говорил – без стука не входить! – кричит Михаил и поворачивается к вошедшему. Увидев Сашу слегка успокаивается. – Я потом наберу, – в трубку говорит он и сбрасывает вызов. – Что такое, Саша? – спрашивает слегка строго, но всё же более спокойно. На вопрос, Шура сильнее сжимает все пакетики в карманах мастерки. Сглотнув накопившуюся слюну, он отвечает: – Можно я не буду сегодня работать? – полушёпотом спрашивает Думский и уже знает какой ответ он получит. – Шура, ты на приколе? Ты вообще понимаешь, что ты говоришь? – ещё более контролируемо задает вопросы Миша и подходит ближе к возлюбленному. – Ты, блять, все мозги вынюхал!? Или ты сейчас объебанный!? – Московский толкает того в грудь и припечатывает к стене. Саша ударяется головой о стену но терпит. – Я тебе уже всё сказал. За свой пиздеж будешь работать до тех пор, пока я посчитаю нужным! А сейчас, – рукой, он хватает Думского за челюсть и сильно сжимает. Тот слегка мычит, но отталкивать не собирается, ибо будет хуже, – ты пойдешь и будешь работать у меня, как миленький, понял? – дальше идет пощечина, но Саша ответ не дает. – Я спрашиваю: понял?! – Да-да, понял. – Молодец, – после этого Московский его отпускает, а сам уходит. Это было именно то, что нужно было Шуре. Быстро сорвавшись с места, он подходит к столу и открывает нижний ящик. Достает с карманов всё и закидывает в него. Безразлично было, что на зип-пакетах остаются отпечатки пальцев. Это всё найдут люди, которые с Лёшей и Женей, так что ему ничего не должно было грозить. Всё было лишь для вида и факта. Как только он всё спрятал, старается быстро покинуть кабинет и скрывается у себя в гримёрке.       Дунайский замечает как выходит Московский и заседает за барной стойкой. Потом слышит знакомый голос. Смотрит в сторону выхода и видит Юру, которого тормознул охранник. – Ты чё, не понял, что кого попало сюда не пускают? – грубо спрашивая говорит охранник. – У меня здесь встреча назначена, ты не имеешь права меня не впустить, – пытаясь как-то вжиться в роль авторитета. Дунайский встает и подходит к ним, кладет руку на плечо охраннику. – Уважаемый, этот человек со мной, так что пропустите его, – произносит Евгений и через линзы очков, смотрит тому в глаза. Тот смотрит на него и всё же пропускает. Проходят к тому же месту, где до этого сидел Женя. – Москва на месте, у бара. Шура ещё не вышел, ждём когда выйдет, а пока разыгрываем сцену, – полушепотом говорит Дунайский, достаёт с кармана пиджака пачку сигарет и прямо так закуривает. Татищев кивает ему и ставит кейс, который держал до этого в руках, на пол. – Так, к делу. Все бабки принес? – уже более громко произносит одессит. – Да, но какая вероятность того, что весь товар будет предоставлен? – отвечает Юра. – Не беспокойся, весь товар будет на месте, – выдыхая дым и слегка откидываясь на спинку дивана и рассматривает сцены. Заметив знакомую фигуру, он слегка приспускает очки и окончательно удостоверивается что это Шура. – Шура на месте. Продолжаем играть. – Юра кивает и так же достает пачку сигарет. – А как скоро? Ты мне ещё в прошлый раз это говорил.       Саша выходит на сцену. Который раз чувствует на себе взгляды различных людей. Он чувствовал – сейчас всё закончится. Ещё чуть-чуть. Но пока ,продолжает выгибаться на сцене как только можно. Краем глаза, он замечает вроде знакомого человека, но быть уверенным он не мог, так что продолжает танцевать и надеяться, что никто его не вызовет. – Короче, я даю тебе долю, а вторую после товара, – произносит Юра. – Договорились, – смотря в сторону бара говорит Дунайский и вводит на телефоне номер Донского. Московский продолжал сидеть за стойкой выпивая рюмку за рюмкой. Прожигая "Москву" взглядом, Женя подносит телефон к уху. – Да? – говорит Лёша. – Москва в зале, за баром. Как я понял, Думский свою часть выполнил. Минут пять-десять и заходите. – Принял, – после Донской сбрасывает трубку. Дунайский кладет на стол телефон и вновь выпивает половину содержимого стакана. Приспускает очки и одним взглядом говорит Татищеву повернуться и подозвать Сашу. Тот затягивается и поворачивается. Нужного человека он пусть ранее не видел, но догадывается. – Эй, – слегка присвистывает. Шура сразу оборачивается и смотрит на мужчину. Подумав, что другой мужчина, сидевший с этим, Евгений, предполагает, что это как раз таки и есть друг Кости. Вздохнув, он сходит со сцены и идёт к нужному столику, но всё равно неуверенно, – садись, – слегка хлопнув рядом, произносит Юра. Ему, конечно, было не особо комфортно такое делать и делать вид, что его привлекает этот парень. Думский садится и смотрит на тех двоих. Женя снимает очки и кладет на стол. В тот момент, Саша выдохнул. Да, это Женя, всё хорошо. – Всё в ажуре, Шур, не дрейфь.       Дальше они продолжили играть роль в ожидании, когда наступит кульминация плана. В один момент дверь выбивается и в клуб забегают несколько людей в форме. Двое сразу же подбегают к сидящему за стойкой Московскому и заламывают ему руки. Все присутствующие бандиты и работники клуба испугались не на шутку. – Все на пол! На пол все! Быстро! – кричит главный среди всех милицейских. Все, в том числе Женя, Юра и Шура, ведь им палиться не надо было, ложатся на пол и замыкают руки в замок за затылком. – Московский Михаил Юрьевич, Вы обвиняетесь в незаконном содержании борделя, стрип-клуба, проституции и продажей наркотиков! – Что? Каких наркотиков!? Вы о чем, блять?! – пытаясь вырваться с тяжёлой хватки ОМОНовцев, кричит Московский. – Мы сейчас проведем обыск и удостоверимся, – после, вся группа идёт в кабинет мужчины, его так же туда ведут. Милиционер начинает обыскивать весь кабинет того. – Кто вам меня сдал?! Быстро отвечайте! – Гражданин Московский, Вы имеете прямо сохранять молчание, иначе мы примем уже иные меры, – на это Миша лишь громко выдыхает через нос и продолжает наблюдать за действиями милиции. Он был уверен в себе, ибо знал, что никаких наркотиков у него нету. Милиционер осматривает все возможные закоулки кабинета и подходит к столу. Открывает ящик за ящиком и в самом крайнем находят достаточное количество пакетиков с порошком и травой. – Каких наркотиков? А вот таких. Подведите его сюда, – жестом подзывает к себе тех мужчина. Двое людей в форме подводят Мишу к столу. Когда он видит в ящике зип-пакеты, он уверяется – его точно подставили. – Так что, гражданин Московский, вы задержаны. Вся эта ваша шарашкина контора прикрывается. А Вы пройдете с нами.       Мишу выводят с кабинета и ведут на выход с клуба. Саша слегка приподнимает голову и проводит того взглядом полным боли и разочарования. Ему и верить не хотелось, что человека, которого он вроде как любил, сейчас, прямо на его глазах, уводит милиция. – Сука, кто бы это не сделал, знай: я найду тебя и ты жмурик! Тебе, сука, не жить! – это последние слова Миши , которые Саша слышит. Того уводят за дверь. В голове эхом идёт "..Тебе, сука, не жить!". Он не хотел в это верить, поэтому лишь сильнее уткнулся в твердое покрытие пола.       Московского увозят на подъехавшей ментовской тачке. Лишь после этого все присутствующие покидают заведение. Делать там уже нечего, бизнесу пришел конец.       Шура быстро переодевается и выходит вместе с знакомыми. Там их встречают Костя и Лёша, которые приветствуют их с идеально проделанной работой. – Что ж, я считаю это хороший повод выпить, – хлопнув в ладони произносит Донской. – Верно подмечено, – соглашается Юра и хлопает того по плечу. – Тогда что, поехали к нам на хату? – предлагает Лёша, а все и не отказываются. Расходятся по машинам. Юра решает ехать в одной тачке с Донским и Дунайским, никто и не возражает. Шура же едет с Костей. На душе был неприятный осадок. Он и не знал, что его ждет дальше. Говорить вообще не хотелось, поэтому как только они отъехали от этого злополучного места, он уставил свой взгляд в окно, рассматривая пейзажи ночной Москвы. – Саш, всё в порядке? – первым прерывает тишину Уралов, внимательно следя за дорогой. – Да, наверное. Я просто не знаю, что делать дальше. – Может в Петербург вернешься? Что тебя держит тут? – Не знаю. Посмотрю, короче, – кратко отвечает Шура, всем своим видом показывая, что сейчас ему явно не хочется говорить с кем либо. Костя понимает его и замолкает, продолжая держать путь за тачкой Лёши и Жени.       Думский не мог выкинуть слова Миши с головы. Было страшно за свою голову, но он надеялся, что всё обойдется. Что наступил конец его страданиям и начнется наконец-то счастливая полоса в его жизни. Но правда ли, что это конец?