Глава 4
10 мая 2023 г., 18:00
Стоя на ступеньках "Гринготтса", Гарри имел прекрасный вид на Косой Переулок. Ведьмы и волшебники спешили по магазинам, останавливаясь, чтобы поболтать с друзьями или полюбоваться предметами в витринах.
Они не разбегались в страхе и не прятались в помещениях, делая посылая сов за своими заказами. В этом случае они были бы в большей безопасности. Но в каком-то смысле эта суета оживленной магической улицы была даже хороша. Косой Переулок был символом надежды и жизни.
Стоя на ступенях Гринготтса, Гарри мог видеть, за что он борется. Он также мог видеть, через что ему предстояло пройти. ПЗ, или то, что от неё осталось, называла это караульной службой. Но это была не та веселая караульная служба, которая связана с защитой чего-то, что гарантированно подвергнется нападению. Это был скучный вид караульной службы, которая на самом деле была работой няньки и в основном включала в себя ответы на один бессмысленный вопрос за другим о Хогвартсе, волшебном мире и обо всем, что приходило в голову новым магглорожденным студентам.
В первую неделю Гарри удалось избежать караульной службы благодаря удачно (ладно, неудачно) выбранному времени для нападения на иностранное министерство, совершенного некоторыми сторонниками Волдеморта. Он находился за пределами страны, ведя как можно более дипломатичный диалог с министерской стороной, в то время как на самом деле атаковал в ответ и предотвратил любые другие нападения подобного рода.
Однако на этой неделе на фронте Волдеморта все было довольно тихо. Предполагалось, что он замышляет какой-то грандиозный план по спасению Беллатрисы. Или по проникновению в организацию на достаточное время, чтобы убить её из-за проблем, которые она могла вызвать.
В любом случае, это означало, что Гарри был свободен и мог сопровождать одиннадцатилетнюю магглорожденную по имени Тиган и ее старшую сестру Клару по Диагон-аллее, пока она собирала школьные принадлежности и получала первое реальное представление о том, что значит быть ведьмой.
Обмен маггловских денег был мучительным опытом, который он с радостью бы забыл. За все годы, проведённые в волшебном мире, Гарри ни разу не приходилось обменивать маггловские деньги на волшебное золото или наоборот. Другие люди всегда делали это за него или это происходило автоматически, поэтому он никогда не задумывался о таких вещах, как обменные курсы и комиссии.
Очевидно, Клара всегда была практичной, и пока Гарри стремился поскорее уйти, а Тиган озиралась по банку с открытым ртом, Клара задавала ряд вопросов, которые одновременно раздражали обслуживающего их гоблина и вызывали его уважение.
Наконец, когда Гарри уже подумывал о том, чтобы вытащить ее из банка, она заявила, что с нее хватит, и забрала золото. Гарри оставалось только гадать, было бы у него столько проблем с матерью Тиган, если бы она могла пойти с ними.
Практичность подсказывала ему, что сначала им следует отправиться к Олливандеру. Может, от Тиган и не будет толку, но он точно собирался убедиться, что у нее есть хоть какой-то шанс против возможных нападений Пожирателей смерти.
— Так, давайте покончим с этим.
Несмотря на то, что в словах не было особого энтузиазма, Тиган была слишком взволнована, чтобы заметить это, а Клара была достаточно умна, чтобы с самого начала понять, что ни один студент не хочет провести хотя бы один день своих каникул в роли гида для нового ученика. Такое раздражение было естественным.
Когда они пришли, оказалось, что магазин Олливандера был пуст, что было не так уж необычно: рынок запасных палочек был не слишком велик. Да, они были необходимы, но Гарри не мог представить, чтобы они дорого стоили.
— А, Поттер, ищете запасную палочку?
В отличие от первого раза, когда Олливандер появился из ниоткуда, Гарри не подпрыгнул. Он просто повернулся, чтобы поприветствовать старого мастера палочек рукопожатием и мрачной улыбкой.
— Мне не нужна запасная, Олливандер; я здесь только для того, чтобы провести первокурсницу.
Выражение лица Олливандера отражало то, что Гарри чувствовал по поводу этой задачи, но его сдерживало волнение, вызванное необходимостью выбрать новую палочку для молодой ведьмы. Гарри бродил по магазину, пока Олливандер занимался своими делами, останавливаясь у окна, чтобы посмотреть на улицу.
То тут, то там среди толпы мелькали авроры министерства; спрятавшись на виду, они сидели у ресторана Флореана Фортескью, наслаждаясь мороженым и тем небольшим количеством солнца, которое проглядывало сквозь туман, разводимый дементорами. Это всегда вызывало у Гарри довольно сильное недомогание, когда ему приходилось думать об этом преступлении против природы. Другие авроры делали вид, что ходят по витринам или спорят о цене на волосы единорога.
Тот факт, что за последние полторы недели ни у кого из них не было никаких проблем, его не утешал. Он был готов вступить в бой в любой момент. Конечно, как любила напоминать ему Элли, он был таким двадцать четыре часа в сутки, так почему же быстрая прогулка по Косому Переулку с магглом и магглорожденным должна быть какой-то иной?
Позади него раздались восхищенные хлопки, и, обернувшись, он увидел, что из кончика палочки высыпались голубые звезды. В отличие от того случая, когда он купил свою палочку в одиннадцать лет, Тиган было вручено кое-что ещё.
— Указ Министерства, — объяснил Олливандер, показывая Гарри копию брошюры, которую он дал Тиган.
Гарри быстро пролистал ее. До него доходили слухи, что Министерство пытается составить руководство по безопасности, но он не знал, что они дошли до того, чтобы напечатать его. Это было поручено младшим аврорам, и они с готовностью взялись за дело. Краткая брошюра оказалась полезной. В ней было несколько хороших советов о том, как защитить свой дом, несколько трюков, как безопасно сбежать, и куда идти, когда нужно бежать.
— Можно мне это взять?
Только после последней остановки в магазине "Флориш и Блоттс" все пошло наперекосяк. Гарри просматривал раздел по атакующей магии, когда в переулке прогремел взрыв. Книги посыпались вокруг него, и он услышал крик Тиган. Стиснув зубы, он отпихнул от себя упавшие книги и ворвался в магазин, где ведьма поспешно запихивала Тиган и Клару под прилавок. Судя по приглушенным крикам, продавец был погребен где-то среди биографий.
— Стой там! — выкрикнул Гарри. — Защити их, — приказал он ведьме, которая в момент взрыва делала покупки.
Брошенные ведьмой покупки лежали рядом с прилавком, где она собиралась расплатиться за книги. Гарри не узнал ее, но ведьма была не глупа. На вид она была примерно возраста миссис Уизли, но у неё не было ни изгибов туловища, ни мягкой улыбки. Ее глаза были острыми, и хотя ее рука слегка дрожала, когда она держала свою палочку, она стояла на страже двух невинных девочек с видом суровой решимости.
Уверенный в том, что они находятся под наилучшим присмотром, учитывая обстоятельства, Гарри выскочил из магазина, не заботясь о том, в какую часть битвы он ввязался.
Гринготтс был атакован.
Дюжина или больше гоблинов лежали на ступенях мертвыми и умирающими, а еще полдюжины сражались бок о бок с горсткой авроров. Около тридцати Пожирателей смерти были разбросаны по переулку, создавая хаос и разрушения везде, куда бы они ни попадали.
В трех футах от Гарри высокая, худая ведьма радостно хохотала, разжигая огонь за огнем. Мальчик, которого Гарри узнал как третьекурсника Рейвенкло из Хогвартса, торопливо пытался потушить пожар, пока его младший брат прятался под столом, а родители вступали в дуэль с очередным Пожирателем смерти.
Вступив в бой, Гарри выстрелил смертельным проклятием в спину гогочущей ведьмы. Заклинание врезалось в нее, заморозив ее на месте, пока ее тело не превратилось в песок. Он не остановился, чтобы помочь мальчику, тушившему пожар, или его родителям. Вместо этого Гарри помчался по переулку в сторону Гринготтса, выпуская заклинания в каждого Пожирателя смерти, мимо которого он проходил.
Очередной взрыв потряс переулок, но за ним последовали разноцветные фейерверки, которые сообщили Гарри, что близнецы Уизли только что присоединились к бою. Громкие удары и испуганный смех доносились до него из переулка, но он был слишком сосредоточен на том, чтобы добраться до Гринготтса, чтобы любоваться магазином шуток близнецов и тем, как они разыграли некоторых Пожирателей смерти.
Когда Гарри пробивался сквозь скопление Пожирателей смерти, стоявших спина к спине в кругу авроров, "Всевозможные Волшебные Вредилки" были ярким цветным пятном в уголке его глаза. Что-то острое ударило его в бок, и он споткнулся, упав на одно колено. Вместо того чтобы врезаться в твердую землю, его колено глубоко погрузилось в уже не твердый камень, выведя его из равновесия.
Гарри попытался высвободить колено, но оно не поддавалось. Он резко поднял голову, когда что-то мокрое и липкое врезалось в него, заставив упасть на руки. Совершенно застигнутый врасплох незнакомым заклинанием, Гарри почувствовал настоящий страх. Заклинание медленно распространялось по его телу, впитываясь в одежду и образуя твердую оболочку, которая прижималась к нему. Он не мог пошевелиться, не мог вспыхнуть, он был заключен в нечто твердое и наполовину погружен в землю.
Он не позволил панике взять верх. Правда, он мысленно дал себе пощечину за то, что был слишком самоуверен и не защитил себя должным образом. Конечно, он не был уверен, что смог бы защититься от этого заклинания.
Вокруг него переулок был странно размыт, странная оболочка была непрозрачного голубого цвета, который превращал внешний мир лишь в теневые пятна. Три таких пятна двигались к нему. Сердце Гарри колотилось в ушах, и он знал, что его настоящий страх передается и Элли, и их дочери, потому что татуировка, связывающая его с Молли, горела неистовым огнем.
— Думай, думай, думай! — шипел он сквозь недвижные губы.
Пламя не сработало, Фините Инкантатем тоже. Все невербальное и беспалочковое, что он бросал в оболочку, лишь рассеивалось о странный материал.
Сгустки становились все ближе, и Гарри почувствовал, как пот стекает по его шее. Не так он себе представлял свою смерть. Может ли это вообще убить его? Как он дышал? Он ведь откуда-то брал воздух. Разве нет?
Очевидно, нет, удушье, похоже, было главной причиной его панического состояния. Чем больше он это осознавал, тем хуже ему становилось. Что-то зеленое разбилось о внешнюю сторону странной оболочки, и он заставил себя успокоиться. Медленно отдышаться и думать, думать, думать.
Внезапно перед ним появились еще четыре сгустка, которые встали между ним и приближающимися сгустками, которые, по его предположению, были Пожирателями смерти. Ближайший, казалось, был прямо перед ним. Он сделал какое-то движение, и тут в ушах Гарри раздался высокий музыкальный звук, от которого у него заслезились глаза и застучали зубы.
В его оболочке появились трещины, и мир вернулся, когда его клетка разбилась вдребезги. Деннис Криви с тревогой смотрел на него, держа в руке огромный молоток. Магия, очевидно, не могла сломать эту штуку, но магловский инструмент мог.
— Ты в порядке, Гарри?
Гарри кивнул в ответ, вдыхая воздух и рассматривая изменившуюся сцену вокруг себя. Невилл Лонгботтом сражался с тремя Пожирателями смерти. Слева от него его грозная бабушка выпускала серию неприятных, граничащих с противозаконными, заклинаний, которые отбрасывали Пожирателей смерти назад со значительной силой.
Колин Криви дуэлировал бок о бок с аврором, из его носа с ужасающей скоростью текла кровь. Бой перед Гринготтсом закончился, ступени были усеяны трупами, как гоблинов, так и волшебников. Несколько зданий горели, но к третьекурснику Рейвенкло присоединилось множество других ведьм и волшебников, которые выходили из магазинов и из-под столов, когда основная часть боя закончилась.
Невилл сделал еще одно резкое движение своей палочкой, и последний Пожиратель смерти осел. Гарри чувствовал себя немного не в своей тарелке, странная магическая ловушка, в которую его заключили, встревожила его больше, чем он мог себе представить.
С помощью Денниса и Невилла Гарри удалось оторвать от земли, и он осторожно проверил, сколько веса он может положить на ногу. Было чертовски больно, но это была не самая страшная травма, полученная им за последний год.
— Лучше иди, Гарри,— сказал Невилл. — Разве ты не присматриваешь за магглорожденными?
— Мерлин! — выругался Гарри. Внезапное напоминание избавило его от страха перед его тюрьмой, и он, не обращая внимания на боль в ноге, побежал обратно по переулку к магазину "Флориш и Блоттс".
Фасад магазина выглядел почти нетронутым, но, заглянув в окно, можно было понять, что взрыв оставил здесь свои следы. Это напомнило Гарри тот случай, когда мистер Уизли подрался с Люциусом Малфоем; книги были повсюду, полки опрокинуты и опустошены.
Обезоруживающее заклинание ударило его, когда он шагнул в дверной проем, но его палочка осталась в кобуре с заклинанием.
— Это я, Гарри! — позвал он, прежде чем сделать еще один шаг внутрь магазина.
— Поттер?
Ведьма, которую он оставил охранять своих подопечных, заглянула за поваленную книжную полку. Ее волосы были опалены, а на левой щеке красовался порез. У ее ног лежало тело Пожирателя Смерти.
— Тиган? Клара?
— Здесь! — Тиган высунула голову из-за прилавка. Ее лицо потеряло цвет, но она была совершенно невредима. С ее сестрой дела обстояли не так хорошо, судя по всему, она бросилась под заклинание, предназначенное для Тиган. Ее губы посинели, и она делала неглубокие болезненные вдохи. Кровь пропитала переднюю часть ее рубашки.
— Она умрет? — прошептала Тиган, ее голос дрожал и был пропитан слезами.
Гарри присел рядом с ними и разорвал рубашку Клары. К черту скромность. Гарри пробормотал несколько исцеляющих заклинаний, и кровотечение немного уменьшилось, но все еще было достаточно серьезным, чтобы ей понадобился целитель. Он достал из кармана обычную на вид пуговицу от пальто и вложил ее в руку Тиган.
— С ней все будет в порядке, но мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала, хорошо?
Тиган дрожаще кивнула. Гарри заметил, что ее палочка была крепко зажата в другой руке.
— Эта кнопка называется портключ; он доставит тебя и твою сестру в волшебную больницу. Целительница задаст вам много вопросов, но просто объясните ей, что случилось, и ответьте на все, что сможете. С Кларой все будет хорошо. Ты готова?
— Д-да.
— Держись за нее крепче.
Тиган обхватила сестру руками, не выпуская из рук ни палочку, ни портключ. Гарри постучал своей палочкой по ее сомкнутому кулаку, и Тиган с сестрой исчезли. Гарри пообещал себе, что проверит их позже, после чего снова поднялся на ноги и вышел в переулок.
***
Беллатриса Лестрейндж, не зная о попытке получить доступ к ее хранилищу, была не в том положении, чтобы беспокоиться об этом. Ни Рон, ни МакГонагалл не были особенно обеспокоены этим. Первый спустился, чтобы задать несколько вопросов и подпитать кислородом камеру, а вторая вышла из своего кабинета и прервала подготовку к учебному году, чтобы поинтересоваться, не не придётся ли им мириться с криками в течение всего учебного года. — Я не уверен, как ей это удаётся, — признался Рон, закрывая дверь на особенно заунывный вопль и наблюдая, как дверь снова сливается со стеной. — Комната должна быть полностью звуконепроницаемой, но время от времени она начинает смеяться, и это эхом разносится по всему замку. — Да, хорошо, — МакГонагалл поджала губы, — возможно, мы сможем найти способ остановить это до возвращения студентов на следующей неделе? Не обращая внимания на ее тон, Рон только улыбнулся. Они обогнули угол и чуть не столкнулись с Альбусом Дамблдором. Рон открыл было рот, чтобы поприветствовать или оправдаться за свое присутствие, но замер и уставился на директора. Он выглядел ужасно: цвет сошел с его лица, кожа была липкой, а правую руку он сжимал так, словно она болела. Рон увидел, что рука выглядит почерневшей и мёртвой. Рон был так удивлён, что МакГонагалл пришлось ударить его локтем по рёбрам, чтобы вывести его из этого состояния. Признаться, МакГонагалл выглядела не менее удивлённой, чем Рон, увидев директора. Никто, кроме Снейпа, не видел его все лето, да и то всего десять минут. Десяти минут оказалось недостаточно, чтобы понять, как плохо себя чувствует старик. — Альбус, ты в порядке? — задохнулась МакГонагалл. — Вы чертовски плохо выглядите, сэр, — довольно грубо добавил Рон. — Без обид, — добавил он, когда МакГонагалл свирепо посмотрела на него. — Я в порядке, мистер Уизли, могу я спросить, что вы здесь делаете? Рон пожал плечами, но ничего не ответил. Наступил неловкий момент, когда никто не хотел говорить, а потом МакГонагалл объявила, что у нее есть работа, и Рон поспешил за ней, не утруждая себя оправданиями. В конце коридора оба остановились и обернулись, чтобы посмотреть на Дамблдора. На мгновение старый директор застыл на месте, глядя в коридор и ничего не видя. Затем он снова начал идти по коридору в ту сторону, откуда только что пришли Рон и МакГонагалл. — Думаете, он слышал ее крики? — Без сомнения. — Стоит ли нам беспокоиться? — спросил Рон. На этот вопрос у МакГонагалл не было ответа.
Примечания:
Ни дня без экшена! Спасибо за прочтение.
