Слёзы Феникса (Tears of the Phoenix)

      Он заблудился по дороге на завтрак, и хотя он ожидал, что это случится, это не уменьшило его раздражения от того, что он свернул не туда и не знал, как это исправить. Ему повезло, что он встретил профессора МакГонагалл, так как опоздать на завтрак в первый же день было бы слишком позорно.       Она была занята беседой с учеником, когда они вышли из-за угла незнакомого коридора и чуть не столкнулись с ним. МакГонагалл была одета так же, как и накануне на пиру, хотя выражение ее лица было заметно более недовольным. Рыжеволосый подросток рядом с ней, похоже, был причиной ее раздражения, хотя, поскольку они замолчали, как только увидели его, он понятия не имел, что он мог сказать, чтобы вызвать такую реакцию.       Мальчик окинул его странным и расчетливым взглядом, отчего у него возникло ощущение, что его оценивают. Он слегка улыбнулся, его облегчение от того, что он встретил кого-то знакомого, немного ослабло из-за странных обстоятельств, при которых он на них наткнулся.       — Доброе утро, профессор Вон, — поприветствовала его профессор МакГонагалл. Её тон был достаточно дружелюбным, но она казалась несколько настороженной. — У вас проблемы с поиском Большого Зала?       Сразу же успокоившись от внезапного и знакомого доброго юмора, скрывающегося за ее вторыми словами, Вон обнаружил, что его улыбка стала менее нерешительной и более искренней.       — Значит, такое часто случается?       Ее выражение лица сказало все.       — Пойдемте, мы вас проводим.       Она обошла его и начала направлять его в ту сторону, откуда он пришел. Он старался внимательно следить за каждым поворотом, за каждой дверью, но было просто невозможно уследить за ними всеми, и когда мальчик тронул МакГонагалл за локоть и целенаправленно отвел ее от двери, в которую она собиралась войти, и вместо этого направил ее в потайной ход за гобеленом, он полностью сдался и сосредоточил все свое внимание на изучении своих странных спутников.       — У Пивза ранний старт, — сказал мальчик в качестве объяснения.       Может, Вон и недолго проучился в Хогвартсе, но он был здесь достаточно долго, чтобы однажды столкнуться с полтергейстом, живущим в школе. Он полагал, что какая-то шалость, из-за которой они свернули с дороги, потребует вмешательства учителя, но МакГонагалл только вздохнула и проследовала через гобелен.       — Мне нужно сообщить директору?       — Не-а, Эбби сглазила несколько доспехов в том коридоре перед тем, как лечь спать прошлой ночью. Первокурсники получат небольшой сюрприз, когда пойдут на чары, но это будет не то, что задумал Пивз.       При этих словах Вон определенно ожидал какой-то реакции, предполагая, конечно, что эта Эбби была студенткой, но МакГонагалл лишь покачала головой.       — Убедитесь, что все улажено, пока Дамблдор не узнал.       Вон последовал за ними вниз по лестнице и в последний момент подпрыгнул, чтобы не упасть на обманной ступеньке. Только внимательно изучая пару, за которой он следовал, он заметил, как они оба автоматически перескочили через одну из нижних ступенек.       — Итак, профессор Вон, — сказал мальчик, поворачиваясь назад, чтобы обратиться к нему. — Вы, значит, американец?       — Канадец, — поправил Вон.       — Тогда что вы здесь делаете?       Вон решил не обижаться, полагая, что мальчик спрашивает о его переезде в другую страну и не имеет в виду ничего другого. Он также не был уверен, должен ли он отвечать на такой вопрос, но МакГонагалл, похоже, была достаточно дружелюбна с учеником.       — Я искал перемен.       Это, казалось, удовлетворило его на данный момент, или, может быть, парню просто было все равно. Они завернули за угол, и Вон начал понимать, где они находятся: за очередным поворотом показалась парадная лестница, ведущая в вестибюль. Около дверей толпились студенты, ожидая друзей или встречая их, хотя большинство студентов, скорее всего, все еще пытались встать с постели.       Они расстались с молодым человеком, имени которого Вон до сих пор не знал, у дверей Большого зала, когда тот остановился поприветствовать девушку, появившуюся в дверях в тот же момент, что и они. МакГонагалл тоже вскоре покинула его. Пока он шел прямо к столу персонала, она сделала небольшой крюк вдоль стола Гриффиндора, чтобы разнести расписания уроков уже сидящим ученикам.       Завтрак закончился задолго до того, как Вон был готов: сколько бы лет он ни преподавал, он не мог представить, что первый день в новой школе может быть легким. Поэтому он уже ждал в своем классе задолго до того, как прозвенел первый звонок. Когда в класс начали стекаться первокурсники, выглядевшие так же нервно, как и он сам, он уже в сотый раз просматривал план урока у доски.       Его первое занятие пролетело в мельтешении представлений и учебных пособий. К тому времени, как он заставил каждого из студентов представиться и изложил, что они будут изучать в течение предстоящего семестра, час уже почти истек. Он едва успел задать им главу для чтения, как они уже складывали пергамент и перья, стремясь не опоздать на следующее занятие.       Никакая подготовка не могла подготовить его к следующему уроку.       Его второй урок в этот день был сдвоенным с группой шестых курсов. За завтраком он слышал, как некоторые учителя бормотали об изменениях в расписании уроков, но не задумывался об этом. Согласно новой структуре, его следующий класс состоял из шестикурсников из всех четырех факультетов, что-то связанное с интеграцией факультетов и устранением враждебности. Профессор Флитвик визгливо заявил, что давно пора. МакГонагалл возразила, что ему легко говорить, ведь ему не приходилось составлять новые расписания.       Все это свелось к тому, что когда он вошел в класс на целых пять минут раньше, то как раз успел стать свидетелем того, как девочка с шестого курса нанесла сильный удар в грудь другому ученику, повалив его на пол. Палочка Вона мгновенно оказалась в руке, заклинание разделения этих двоих было у него на губах еще до того, как его мозг зарегистрировал остальную часть сцены, свидетелем которой он стал.       Парты и стулья в комнате были придвинуты к одной стене, образовав большое пустое пространство в центре комнаты. Студенты были без формы и выстроились вдоль одной стены, наблюдая за дракой между двумя учениками. Третий студент, безымянный рыжий, которого он встретил ранее, кружил вокруг пары, внимательно наблюдая за их движениями.       Вон моргнул.       — Не торопись, — сказала девушка лежащему на полу мальчику, протягивая руку, чтобы помочь ему подняться. — В конце концов у тебя все получится, Лонгботтом.       Вон снова моргнул. Он опустил свою палочку и постарался не зажмуриться от увиденного. Его шестой курс тренировался в безоружном бою.       Присмотревшись, можно было легко заметить, что, хотя ученики не носили форму Хогвартса, они были одеты далеко не так, как могли бы быть одеты в выходной день. Крепкие ботинки, эластичная одежда, волосы убраны назад, чтобы случайно не заслонить обзор. Вон даже мог бы сказать, что по крайней мере трое из его учеников, включая рыжеволосого, которого он встретил ранее, и блондинку, были одеты как солдаты. Присмотревшись, Вон смог увидеть, что оба студента не только носят кожаные кобуры, чтобы держать свои палочки под рукой, но и ножи.       — Что, во имя Мерлина, здесь происходит?       Он не получил ответа, которого искал. Вместо того, чтобы струсить в неожиданном присутствии учителя и поспешить устранить беспорядок, который они устроили в его классе, рыжий направился к нему, протягивая руку для пожатия, а блондинка занялась наведением порядка в классе, для чего, похоже, достаточно было просто взмахнуть палочкой. Стулья сами собой встали на свои места.       — Рон Уизли — представился рыжий, взяв его руку и пожав ее, несмотря на явное замешательство Вона. — Извините, что нас не представили сегодня утром.       — Дафна Гринграсс, — представилась блондинка, не потрудившись подать руку.       Вон вежливо кивнул, но что бы она ни сказала дальше, он ничего не понял. Он уставился на ее грудь. И не в каком-то извращенном смысле, его взгляд сразу же привлекло большое и воспалённое ранение, которое, казалось, кровило под белой повязкой. Она заметила его взгляд, она никак не могла его не заметить, но не подала виду. Вону отчаянно хотелось спросить, но он уважал ее личное пространство в этом вопросе.       К тому времени, как он поднял голову и отвернулся, пропустив ухмылку Уизли, которую тот бросил Гринграсс, в классе снова воцарилось нечто, напоминающее порядок. Но то, что порядок в классе был наведен, не означало, что Вон мог легко вернуться к запланированному уроку. На самом деле он, должно быть, слишком долго стоял перед классом, оценивая своих учеников, потому что Уизли повернулся на своем месте в первом ряду и ухмыльнулся всему классу. Однако инструкцию дала Гринграсс.       — Идите, — приказала она. — Вы знаете, что вам нужно делать; часы работы ПЗ вывешены в ваших гостиных.       Вон был настолько выведен из равновесия, что не сделал и шага, чтобы остановить уходящий класс. Дверь захлопнулась, и он остался стоять у входа в пустой класс, глядя на Гринграсс и Уизли, которые встали из-за своих столов и облокотились на передний. Это поставило их вровень с Воном и никак не облегчило его внезапно возникшую проблему отсутствия равновесия.       — Дамблдор не сказал нам, что вы приедете, — начал Уизли, — поэтому у нас не было возможности все объяснить до вашего появления.       — Объяснить? — Голос Вона был лишен эмоций, холодное спокойствие омывало его, и он приподнялся ещё выше. Это были всего лишь дети, он умел обращаться с детьми. Он учил самых разных — и тех, кто искал внимания, и тех, кто ступал по тонкой грани между светлой и темной магией. Что бы эти дети ни пытались сделать, он мог с этим справиться.       — Что вы знаете о прошлогодних занятиях по ЗОТИ? — спросил Гринграсс. — Дамблдор оставил вам план того, что мы изучали?       Вон вспомнил о небольшом пакете пергамента, который профессор Дамблдор дал ему при приеме на работу. Внутри был список заклинаний и существ, которые изучались каждый год, но теперь, когда он подумал об этом, оказалось, что планов уроков было недостаточно, чтобы охватить весь год преподавания. Дамблдор просто объяснил, что ему не удалось найти учителя на эту должность, и он был вынужден сам взяться за это дело.       Должно быть, его лицо выдало его мысли, потому что Уизли фыркнул.       — В прошлом году у нас был один из лучших преподавателей ЗОТИ. Она научила нас всему — ВСЕМУ, что нам нужно было знать, чтобы защитить себя.       — Мы изучали безоружный бой, вооруженный бой, волшебные дуэли, лечебные заклинания...       — ...маггловские и магические…       — ...маггловские и магические техники, — закончил Уизли.       — Дамблдор нанял вас только потому, что надеется, что вы будете держать нас под контролем и не дадите нам наделать глупостей.       — Вы не можете остановить нас, — проинформировал его Уизли. — Мы должны выиграть войну.       — Так что в этом году мы будем вести дела так, как нужно, а не так, как считает Дамблдор. Мы не дети, профессор Вон; у нас нет времени быть детьми.       Он всегда слышал истории о Хогвартсе, многие люди со смехом говорили ему, что он не узнает, что его поразило. Многие также говорили ему, что там идет война, и он сойдет с ума, если покинет Канаду и переедет в страну, находящуюся в самом центре военных действий. Он смотрел на них с торжественным видом и объяснял, что если он сможет научить хотя бы одного ученика защищать себя достаточно долго, чтобы подоспела помощь, то он будет счастлив, он чего-то достиг.       Никто не сказал ему об этом. Никто не предупредил его о том, что война так сильно затронула студентов Хогвартса.       — Завтра МакГонагалл подготовит для вас несколько планов уроков; с остальным разберется ПЗ.       Они исчезли в мгновение ока, и Вон обнаружил, что у него двойной урок и ему нечего делать. Он был зол, ему было стыдно за то, что он позволил двум подросткам одержать над ним верх. Встряхнувшись, он вышел из класса и, в гневе, умудрился пройти прямо в комнату персонала без всяких неудобных поворотов.       Комната не была пустой, как он ожидал, за столом сидела девушка с распушенными каштановыми волосами, перед ней на столе был разложен большая часть библиотеки. Каждая книга была открыта на том или ином разделе — он наклонился вперед — защитных чар. Девушка, студентка, если судить по форме, перелистывала книги, пока Снейп заглядывал ей через плечо, а Филч хмуро сидел напротив.       Они углубились в обсуждение подземелий и древних вардов и подняли на него глаза, только когда он занял место за столом. Девушка широко улыбнулась ему и захлопнула одну из своих книг. Она была первой, кто был рад его видеть, и это немного подняло ему настроение и помогло не жалеть о своем импульсивном решении переехать через полмира.       — Профессор Вон, — поприветствовала она. — Я Гермиона Грейнджер, шестой курс Гриффиндора. Рон сказал, что вы канадец. Я бы хотела задать вам несколько вопросов о французском влиянии на изначальную магию и об обратном влиянии нативной культуры на французскую.       Вон снова обнаружил, что студент Хогвартса ошеломил его. Однако прежде чем он успел ответить, вмешался Снейп. Наверное, это было хорошо, так как Вон не смог бы ответить на ее вопрос. Он никогда не разбирался в истории магии и всём таком прочем. Может, он и учился в магической школе в Квебеке, но его французский был ужасен, как и история.       — Грейнджер, возможно, мы могли бы сосредоточиться на том, чтобы возвести заглушающие чары, а не на вашем постоянно растущем желании знать все.       Вон подумал, что это было несколько излишне, но странный воющий смех эхом разнесся по комнате и, возможно, по всему замку, и Гермиона Грейнджер вздрогнула.              Однако она не смогла сдержать последнего слова:       — Мы поговорим.       Все еще слегка рассерженный и определенно озадаченный, Вон провел остаток времени до обеда, наблюдая за троицей, пытающейся распутать какую-то загадку, связанную с хогвартскими чарами. Время от времени он обменивался словами с другими сотрудниками, которые прогуливались мимо. Ни один из них не счел присутствие ученика поводом для сомнений, большинство из них действительно вели короткие дружеские беседы с мисс Грейнджер.       До звонка на обед оставалось десять минут, когда над столом взорвалась маленькая пернатая сова, распушив искусственные перья над книгами. Все в комнате на мгновение замерли, прежде чем начать действовать.       Снейп выхватил пушистую игрушку из воздуха и зарычал, прочитав сообщение, прикрепленное к ее маленькому когтю. Грейнджер начала поспешно закрывать все книги и запихивать их в сумку, которая, должно быть, была магически расширена.       — Маггловская школа атакована. Вперед!       А Вон остался сидеть один в комнате для персонала, гадая, что, во имя Мерлина, только что произошло.