Великая сила искусства

      Девушку, привычно встретившую его у входа, Тэхён впервые рассматривал под другим углом. Он был уверен в каждом слове, что говорил вчера Чимину, верил своему Чонгуку, но впервые посмотрел по-другому — и почему-то расстроился. Она действительно была красивой.       — Господин ждёт вас, — промурчала та, проводила Тэхёна к дверям мастерской, низко поклонилась и удалилась за поворотом коридора.       Чонгук плавил золото. Чёрное — из золотого с добавлением кобальта и хрома. Тоже детище Мин Юнги, точнее — его формула.       Он обернулся, когда дверь распахнулась, засиял улыбкой.       — Я уж думал, не дождусь тебя сегодня и зря зажёг горелку. Иди сюда, смотри, — поманил к себе Тэхёна.       — Извини, на работе было много дел. — Тот поспешил встать рядом, любопытно рассматривая. — Чонгук, а как такое получается? Как ты это делаешь? Я так понимаю, пальцы не совать и не трогать?       — О, ты правильно понимаешь, мне ещё нужны твои красивые пальцы, причём все десять, — усмехнулся Чонгук, обнимая его.       Горячие губы коснулись губ Тэхёна, Чонгук так много времени провёл сегодня у огня, что сам был как из него создан.       — Ничего сложного, просто химия. Потом отправлю в печь, там станет ещё красивее. Как на работе?       — Может, и не сложно, тебе виднее, но выглядит завораживающе. — Тэхён прижался поближе, об такого Чонгука хотелось греться даже в летний вечер. — У нас ещё одна разваливающаяся копия. В испанском консульстве. И вторая, по одному прошлому делу. Ну и новый шеф, который то ли хочет сделать из нас полноценный отдел, то ли разогнать, потому что мы непонятно чем занимаемся.       — Насыщенный день, — прокомментировал Чонгук. — Давай поужинаем? Я весь день возился с этим металлом, получил нужную пропорцию раза с десятого, надеюсь, это последний сплав, который меня всё-таки устроит.       — А чем были плохи предыдущие? Я ничего в этом не понимаю, конечно, но так интересно. Тебя не раздражают мои дилетантские вопросы?       Тэхён и впрямь едва держался, чтобы не потрогать пальцем.       — Давай поужинаем, конечно. Сходим куда-нибудь или дома?       — Дома. — Чонгук потянул его в сторону кухни. — Я приготовлю тебе что-нибудь несложное, но вкусное. А предыдущие варианты меня не устраивали по цвету и хрупкости. Это простой сплав, но технология — не самая простая. Да и не часто мне приходилось к ней прибегать. И твои вопросы… Как они могут раздражать меня? Как меня в тебе вообще может что-то раздражать, кроме твоего долгого отсутствия?       Он явно был доволен, воодушевлён и своей работой, и Тэхёном на своей кухне, усадил его там на стол, будто стульев не было, и обхватил руками бёдра, устроившись между них.       — Завтра тебе снова придётся прийти ко мне, потому что сегодня оно застыть не успеет, — рыкнул, голодный не только до простой еды, но и до любимой шеи, подбираясь к ней зубами.       — Чонгук, — внезапно позвал Тэхён, поймав его голову ладонями. — А у тебя с девушками, что здесь работают, что-нибудь было?       Спросил — и сам поразился, как это глупо и беспомощно звучит. Но вопрос уже прозвучал, забрать его обратно, спрятать внутри, а лучше — выкинуть в океан, уже бы не получилось.       Глаза Чонгука расширялись по мере того, как он осознавал этот вопрос. Хотелось уточнить: «С кем?», но он прекрасно услышал — с девушками, которые здесь работают. К чему эти уточнения, когда он услышал.       — Нет, не было, — отозвался он, держа Тэхёна за бёдра также крепко, но смотрел ему в глаза. — Даже если бы я вообще спал с девушками, я бы не стал делать этого с ними, они же мне служат. Почему ты вдруг спросил об этом?       — Господи, ну ты и сноб! — Только пристальный взгляд удержал Тэхёна от того, чтобы закатить глаза. — Извини, вопрос был глупый. Обсуждали вчера тему ревности перед сном. И я понял, что никогда тебя не ревновал.       — Он ещё и обзывается! — А Чонгук закатил свои и цокнул языком. — Я имел в виду, что не стал бы пользоваться чужим служением. Даже если бы я им зарплату поднял — не стал бы. Они здесь живут и работают, я приютил их совсем юными, но они мне не подруги и уж тем более — не девушки в том самом смысле. Можешь считать меня кем угодно, но это было бы низко даже для меня — спать с ними. И если тебе захочется поревновать меня ещё, можешь выбрать для этого мою работу, — усмехнулся он. — С ней у меня чего только не было.       — Я понял твою мысль. — Тэхён сжал бёдра крепче, обнимая его. — Правда, извини… И нет, мне не хочется ревновать. Даже к работе. Иначе вдруг ты начнёшь ревновать меня к моей, а учитывая, в какой прогрессии на нас посыпались подделки, скоро ты будешь выносить меня из офиса, перекинув через плечо.       Он тихонько зафырчал, представляя себе эту картину: Чонгук выносит его на плече. Потом воображение дорисовало измотанного и обессилевшего Чимина, и пришлось закидывать его на второе плечо: нельзя же оставить родственную душу одного в офисе ночью с делами? Хорошо, что у Чонгука такие сильные, широкие плечи.       — Вот так? — уточнил тот, перекидывая через плечо прямо сейчас, на этой кухне, хотя необходимости в этом не было, но тренировка бы пригодилась.       И укусил прямо в бок, когда рубашка задралась.       Тэхён взвизгнул неожиданно высоко и потребовал, смеясь:       — Пусти! Пусти же, Чонгук! Именно так, но сейчас не надо, я уже тут. И вообще, ты ужин обещал, а я умираю от голода.       Чонгук опустил его на стул, но только после того, как ещё и шлёпнул ладонью по ягодице — не удержался. И сам смеялся, принимаясь за готовку.       — Надо бы вас познакомить поближе, конечно. После того как я надену на тебя твоё кольцо, ты станешь для них таким же господином, как и я. Можешь всегда к ним обращаться, если что, они отлично делают любую работу. Устрою вам как-нибудь знакомство, хочешь?       — Наверное, стоит. К стыду своему, я до сих пор их иногда путаю. Они не то, чтобы очень похожи, но их макияж это сглаживает. Позор, я обычно запоминаю людей с первой встречи. А тут до сих пор никак.       — Ну вообще они сёстры, — улыбнулся Чонгук через плечо, занимаясь нехитрым делом — нарезая салат. Нож в его руках так и порхал. — Близняшки.       — У одной глаза чуть больше и крошечная родинка под бровью, — кивнул Тэхён. — Ну да, этого мне хватило, чтобы сделать вывод об их непохожести. Молчи, Чонгук, я провалился по всем фронтам. Что я делаю в бюро вообще, такой невнимательный?       — Это хороший вопрос. — Он улыбнулся шире. — Но родинку ты же заметил. Так что не такой уж и невнимательный. Держи вот, заправь пока. — Поставил перед ним миску с овощами и вручил бутылку с маслом, на дне которой плавали какие-то травы и цветы. — Так вот, с родинкой — это Кокоми. А та, что повыше — это Сара. Вообще их назвали иначе при рождении, но об этом они не любят вспоминать. Сейчас я быстро поджарю мясо и можно есть. Вино будешь?       — Обязательно буду! Базилик кладём? — Тэхён нашёл на обычном месте лимонный сок, добавил несколько капель, прежде чем лить масло. — Кокоми и Сара, не прошло и года, как я удосужился спросить.       Чонгук кивнул.       — И чёрный перец, пожалуйста.       Сочный кусок мяса в его руках смотрелся не хуже, чем драгоценности.       — Кстати, а где мы проведём церемонию? — спросил он, когда мясо уже шкворчало на сковороде.       Тэхён чуть ложку в салат не уронил.       — Честно говоря, я даже не задумывался, — признался. — У тебя есть идеи по этому поводу?       — М-м, я думал над каким-нибудь рестораном, но вообще, может, куда-нибудь поехать, на природу? Ты же не думал, что всё ограничится только кольцами? А как же клятвы, первый танец и гости? Если уж жениться, то по правилам, пусть и без документов. Но у нас должен быть праздник. Если захочешь — только вдвоём, без гостей.       Тэхён отставил миску, подошёл к Чонгуку и обнял со спины.       — Пусть будет праздник, клятва, танец и гости, — неожиданно сипло сказал он. — И выбери вечер, я хочу познакомить тебя с папой-мамой Пак. Если по правилам, то родители должны быть.       — Хорошо. — Тот накрыл его руки своими, перед этим тщательно протерев полотенцем. — Мне будет приятно с ними познакомиться. Могу даже попросить твоей руки у отца.       — Они к тебе в очередь выстроятся, — фыркнул Тэхён ему в шею. — Папа Пак, Соджун, Чимин подключится к такому развлечению обязательно. Я тебе уже пообещал свою руку.       Чонгук поднял её к лицу и поцеловал ладонь.       — Значит, буду просить у всех в очереди. Нормальная традиция, нечего нарушать. Буду достойным женихом, а потом украду тебя с нашей свадьбы и увезу на курорт.       — Только мы вдвоём? И никого больше? — Тэхён замурлыкал низко и восхищённо, чтобы тут же ойкнуть. — Чонгук, мясо!       — Ну вот что ты меня отвлекаешь? — хохотнул тот, быстро переворачивая кусок лопаткой. — Отвлекай, у тебя отлично получается!       И тут же развернулся лицом, обнял своего жениха за плечи.       — Только ты и я, Тэхён. И никаких подделок, близняшек и даже Чимина. — Улыбка вышла потрясающе наглой.       — Ты знаешь, что я подумал, — выпалил Тэхён, едва влетев в кабинет без двух минут до официального начала рабочего дня.       Идея возникла спонтанно, пока он мурлыкал любимому Дега утром, одеваясь. Сколько смотрел — и глаз не мог отвести от любимой картины.       — А что, если нам обзвонить коллег по стране? Ведь не исключено, что такие рассыпающиеся картины всплывали где-то ещё, но мы о них просто не в курсе. Можно даже официальные запросы сделать, с просьбой нас информировать при таких случаях. Направим их в региональные отделения, а они сами свяжутся с местными галереями.       — Это прекрасная мысль. — Чимин, конечно, уже был на месте и протянул напарнику чашку свежесваренного кофе. — Изложу её тоже в отчёте для Фэллона. А я подумал по поводу команды, так как из наших коллег мало кто подходит для нашего отдела, мы могли бы взять стажёров. Объяснить им всё с нуля, передать им свой опыт и сваливать на них самую простую работу, вроде обзвонов и сбора данных.       Намджун появился в кабинете ровно в десять, напарники уже успели выпить кофе и обсудить новости. Весь его внешний вид говорил о его настрое раньше, чем Намджун успел открыть рот.       — О, босс! — Не удержался Чимин от широкой улыбки.       — Сразу хочу обозначить. — Тот придвинул к столу свободный стул. — Если всё сложится, то на работе я буду действительно боссом, все личные нюансы оставляем за кадром. Не требую строгой субординации, но относиться к вам обоим я буду как к коллегам и подчинённым, и прошу соответствующего отношения в ответ. Вы — мои друзья, но если уж вы предложили мне стать вашим начальником, то потом не пытайтесь меня этим разжалобить. Когда понадобится — я буду с вами максимально строг.       — Именно этого я и ожидал, — кивнул Чимин. — Сейчас я попробую ввести тебя в курс дела с самого начала… Надеюсь, до обеда справимся. Можно же на «ты», да? — Ну никак не мог удержаться, пока ещё можно было дразнить.       — Я тебя сейчас хорошенько тресну, — шутливо пригрозил Намджун. — И можно мне тоже кофе, Тэхён?       — Никакого рукоприкладства! Пять минут, босс, — улыбнулся тот. — Сейчас всё будет.       Вопрос субординации был ещё одной причиной, по которой он так обрадовался этой кандидатуре. А с родственной душой они останутся на равных, друзьями, не обременёнными вопросами подчинения и контроля. С Намджуном этот процесс будет безболезненным.       В кабинете Фэллона они оказались уже втроём, Чимин представил Намджуна новому директору на случай, если они ещё не успели познакомиться, а потом передал ему слово.       — Сэр, я бы хотел, чтобы меня назначили на место руководителя отдела. Подобного опыта работы у меня, к сожалению, нет, но у меня двое детей, — мягко улыбнулся он.       — Вы предполагаете, что этот опыт подготовил вас к руководству? — Фэллон одобрительно заулыбался. Ему нравились люди с чувством юмора.       — Смею надеяться, что хотя бы частично, — кивнул Намджун. — Вот моё личное дело, можете ознакомиться с ним. От себя могу сказать, что я крайне заинтересован в этой должности не только по причине карьерного роста, но и потому что моим коллегам, — он указал на Чимина с Тэхёном, — действительно требуется свежий взгляд в их нелёгкой задаче.       Чимин тоже передал директору документы: отчёт о вчерашней поездке Тэхёна в консульство, списки картин, замешанных в деле, предложения по дальнейшей работе и дополнительному составу штата из стажёров.       — Возможно, их подготовка займёт какое-то время, но на выходе мы получим сформированную и подготовленную команду, которой под силу будут и куда более сложные, запутанные дела, — сказал, конечно, Намджун.       — У вас полгода, — решил Фэллон. — За это время я надеюсь увидеть результаты. Штат отдела я согласую. Ваша кандидатура, господин Ким, чья идея?       — Пак Чимина, моего хорошего друга и давнего коллеги, — ответил Намджун. — Мы знакомы ещё со времён обучения в академии, и вместе работали в вашингтонском отделении бюро.       — Хорошие друзья, — согласился шеф. — А теперь, господа, марш за работу, а с вашим новым начальником мы ещё побеседуем.       Фэллон дождался, когда агенты выйдут, и развернулся к Намджуну всем корпусом.       — Вы знаете о секторе внутреннего контроля и этики? — спросил он. — Разумеется, никто не следит за агентами бюро. Но вы, с двумя детьми, будьте поосторожнее. Вы меня понимаете?       — Понимаю, сэр, — кивнул Намджун. — Позвольте уточнить порядок отчётности. Каждый день, несколько раз в неделю? Лично или через вашего секретаря?       — Раз в неделю достаточно. Конечно, отчёт лично. Если нужна помощь, обращайтесь напрямую. Я говорил вчера агентам, повторю ещё раз: мне нужен результат. Дисциплина, режим и прочее меня не интересуют. Мне не нужны послушные и исполнительные, мне нужны талантливые. Соберите такую команду, чтобы взять этого умника.       — Принято, сэр. Благодарю вас за доверие.       Фэллон поднялся, протянул руку и пожал крепкую ладонь.       — Приказ подготовят сегодня, ознакомьтесь с ним в кадровой службе. Где будет ваш новый кабинет, узнайте там же. Можете приступать уже сегодня. Удачи на новой должности, господин Ким.