Круговорот нечисти в природе

Утро начиналось прекрасно. Довольно неторопливо и спокойно, а главное приятно сонно. Лёва, едва его голова коснулась подушки, с превеликим удовольствием растёкся на прохладном матрасе под не менее холодным и мягким одеялом. Недовольно прищурил глаз пробившемуся сквозь шторы одинокому лучу восходящего солнца. Лениво повернулся, немного переменив и без того удобную позу, и выдохнул, медленно, но верно погружаясь в сон. Однако не прошло и получаса, как долгожданный после ночного бдения отдых был прерван поистине зверским способом. Сперва в спальню сквозь приоткрытую дверь просочился чертовски странный аромат. Несло зверьём. А именно крысами. Бортник, проснувшийся от такого, не особо приятного, душка, недовольно вздохнул и по-прежнему сонно подумал о том, что надо будет закупиться каким-то ядом, чтобы буквально вытравить непонятно по какой причине появившихся на их территории грызунов. И в следующую секунду благополучно заснул. Однако спустя не особо продолжительный промежуток времени был выдернут из объятий Морфея уже более настойчивым треском старых досок. – Нет, ну это уже ни в какие ворота, – злобно проворчал вампир и сел на кровати, растирая ладонями лицо. Противный треск всё нарастал. Доносился он откуда-то из подвала, лестница в который находилась аккурат напротив двери в комнату. А затем к нему добавился настойчивый скрежет множества маленьких когтей и оглушительный крысиный писк. – Какого? Лёва тут же подорвался и рванул вниз по лестнице, стремительно перепрыгивая через ступеньку. В центре подвального помещения, из огромной дыры в полу, хлынула самая настоящая волна из множества разномастных грызунов, ломанувшихся откуда-то из под земли. Хотя, казалось бы, ниже было уже некуда. – Какого хера? – крикнул Шура, громко хлопнув дверью, придавив при этом нескольких попавшихся на пути грызунов. Подскочив, словно его ошпарили кипятком, Лёва запрыгнул на стиральную машину в углу, вынужденно слушая крепкую ругань Умана, явно недовольного такими непрошенными гостями. Мчащиеся из дыры в полу крысы стремительно заполняли пространство и, не будь мужчина вампиром, то, скорее всего, живая волна его попросту снесла бы. А так, взобравшись повыше, Бортник злобно зашипел и уставился на напарника, с остервенением сбрасывающего с себя вздумавшую пробежаться по нему крысу. Но в следующую секунду, почувствовав нечто странное не иначе как шкурой, пригнулся. Над ним, обжигая кожу, пронёсся огненный шар и впечатался в бетонную стену. Разбившись на мелкие капли, словно шарик с водой, фаербол распался оставляя на месте удара чёрный след. От такого "приветствия" Лёва обалдел даже больше, чем от моря крыс. Медленно поднявшись, он оторопело забегал взглядом по комнате в попытке понять, откуда в его направлении полетел сгусток пламени. И натолкнулся взглядом на явно ошалевшего Максима, уже собравшегося бросать очередной огненный шар. Чисто на рефлексах вампир отпрыгнул в сторону, а в стиральную машинку, на которой он мгновение назад стоял, снова ударился фаербол, наполняя воздух густым смрадом опалённой плоти и расплёскиваясь жгучими брызгами. Несколько из них всё-таки попали на футболку Бортника, тут же прожигая в ней дыры и опаляя уже кожу, от чего её владелец сдавленно зашипел и принялся судорожно сбивать вспыхнувшее пламя ладонями. – Твою мать, хватит! – Шура продолжал кричать и прыгать с ноги на ногу в попытках избежать соприкосновения с мелкими зверьками, но получалось не особо удачно. – Блядь, спалишь нас всех! На шум прибежал и Звонков, который мирно себе чаёвничал на кухне. Демон вбежал в подвал по лестнице, перемахнув половину ступеней за раз. Но потом, оценив масштабы бедствия, запрыгнул обратно, повыше, поджав хвост. – Что случилось? – спросил он ошарашенно озираясь по сторонам. – Наш грозный огненный демон до усрачки боится крыс! – злобно прорычал Лёва, сорвав с себя футболку и наградил Максима взглядом, по способности к воспламенению практически не уступающим огненный сгусткам, до этого момента срывающихся с его пальцев. А затем, убедившись, что на теле не осталось горевших участков, оглянулся и невольно матюгнулся, оценивая принесённый действиями высшего демона ущерб. – Фу-у, – протянул Андрей, поморщившись. Крыс он тоже не любил, но относился к зверькам, всё-таки, с большей лояльностью. Ифрит тем временем бросаться фаерболами перестал. Но, к превеликому разочарованию босса агентства, тут же вскинул руки, словно черпнул энергии из пространства, и пустил от себя кольцо огня, сжигая ближайших крыс заживо. – Максим, я щас огнетушитель тебе в зад воткну! – прошипел старший вампир и оскалил клыки от плохо скрываемого гнева, выпустив когти. – Срать пеной будешь. Звонок от такой реплики состроил удивлённое лицо, с искренним интересом рассматривая начальство. А Лёва неодобрительно фыркнул, поглядывая на ожоги на плече и груди. Крысы продолжали прибывать. Целое полчище, несмотря на старания ифрита, хлынуло из новой дыры, заполняя комнату ещё быстрее. Весь поток был направлен прямиком к Максиму, который успел взобраться на шкафчик со всяким барахлом. И теперь ждал, пока грызуны подойдут поближе. Крики Шуры он напрочь проигнорировал, и чуть ли не горел уже сам. Буквально. Звонков, тем временем, прильнув к ступеням, бегал глазами по стае зверьков, обдумывая варианты. Не время было рассуждать о причине возникновения такого неожиданного для него, и не только, явления. Первостепенно нужно было от грызунов избавиться. Как можно скорее и с наименьшим для офиса ущербом. – Может, их как-то на улицу выгнать? – предложил он, но затем его лицо исказилось в испуганном изумлении. Из очередной дыры в полу поверх мелких зверьков вальяжно вылезло нечто мокрое, потрёпанное и ужасно вонючее. Резкий до тошноты смрад ударил по обонянию всех, особенно пострадал Лёва. – Это что, мать твою такое?! – обалдело пробормотал Уман, прикрывая лицо рукой. Помогло это слабо, и, когда нечто вывалилось из дыры полностью, вампир даже закашлялся от едкой вони. Его напарник при этом заметно побледнел и, зажав нос, даже отшатнулся на шаг назад, рассматривая отвратительное существо со смесью отвращения и страха во взгляде. А посмотреть было действительно на что. Размером жуткая тварь была с крупного такого сенбернара. И, будь она просто до чёртиков разожравшейся крысой, вряд ли бы ей удалось произвести столь сильное впечатление на двух демонов и вампиров. Вот только вылезшее из-под пола существо не было просто крысой. Это был самый настоящий клубок из невероятно крупных крыс, сросшихся как чёрт на душу положит. При этом грызуны проявляли удивительную скоординированность. И двигались вполне себе уверенно, даже несмотря на явно большее, чем в норме, количество лап и длинный клубок хвостов, волочившийся за ними следом. Заметив нечисть, жуткое существо уставилось на всех четверых доброй дюжиной пар глаз и оскалило с десяток пастей, из которых тут же полил я оглушительный писк в перемешку со скрежетом резцов, по размерам напоминающих небольшие ножи. И в ответ на этот клич тут же ринулись новые крысы, так и норовящие вцепиться в сотрудников брачного агентства уже на полном серьёзе. – Какая мерзость, – пробормотал Звонков, сморщившись от дикой вони и зрелища перед собой, насколько это было возможно. А вот на Макса, похоже, зловонный аромат совсем не действовал. Он только разозлился ещё сильнее, увидев главную тварь. И в тоже время обрадовался, думая, что, после уничтожения клубок крыс, остальные грызуны разбегутся. Однако попасть в сборище серых зверьков оказалось не такой уж и простой задачей, даже для демона. Ифрит запустил фаербол прямиком в скопление, но зверьки быстро среагировали. Верхняя часть группы рванула вниз, образуя тем самым брешь, мимо которой пронёсся огненный шар, не встретив никакого сопротивления. Лёва, широко раскрыв глаза, едва успел увернуться от очередного пылающего комка, и оказался на полу, тупо глядя в новое чёрное пятно на стене. – Сука, я тебя убью, – рыкнул Уман и уже попросту толкнул демона в бок, тем самым мешая ему запустить в скопище крыс новый клубок пламени. – Звонок, помоги Лёвчику! – бросив указание инкубу, шеф схватил ифрита за широворот и потащил прочь, высматривая место, ещё не оккупированное крысами. Андрей же подскочил к Бортнику и, отмахиваясь хвостом от лезущих к ним тварей, помог вампиру подняться и потащил его следом за Шурой. Тем временем сверху раздался грохот вперемешку с глухим топотом. Занятые полчищем крыс парни пропустили звук мимо ушей, но только не громкий рёв, раздавшийся у лестницы. По ступеням, размашисто раскидывая лапы, спускался самый настоящий бурый медведь. – Да йоптвою... – воскликнул Андрей и замер на проходе, словно его попросту приморозило. При этом инкуб напоминал внешним видом одуванчик, так как от неожиданности и, чего уж греха таить, страха, волосы на его голове поднялись дыбом. Внезапно появившееся животное прыгнуло в самую гущу крысиной своры. Под огромным весом и без того уже поломанный пол заскрипел и провалился, образуя очередную дыру. Медведь яростно зарычал, махая лапами. Зверьков попросту давило под полутонным напором мощи и острых клыков животного, отчего и без того противный смрад смешался с запахом крови. Остальная часть команды, как и Андрей, находилась в состоянии, как выразился бы Шура, ахуевания от разворачивающейся битвы в центре подвальной проходной, даже не зная, от кого теперь им спасаться. – Все валим наверх! – выдохнул Шура, отпустив Макса и оборачиваясь на увлечённого навалой крыс медведя. Зверь был матёрый и действовал, стоило заметить, уверенно, постепенно подбираясь к предводителю нагрянувших непонятно откуда грызунов. – Ты видел, что они умеют лазать по лестницам? – отозвался на эту затею Звонок. Сделал он это, впрочем, уже с середины лестницы, торопливо перескакивая с одной ступеньки на другую. – Хочешь, чтобы тебя сожрал медведь? – поинтересовался Шура, грозно нахмурив брови. – Откуда он тут вообще взялся? – спросил все ещё ошарашенный происходящим не меньше остальных Лёва. Тем временем незнакомый зверь приближался к главной группе грызунов, оставляя за собой кровавый след. – Это всё праздник, – не менее оторопело отозвался Максим, изрядно уменьшивший с появлением медведя собственный пыл. – Пробуждение природы и так далее. – Чего? – Лёва прищурился, но следом вскинул руки. Шура внезапно его дёрнул, тем самым оба избежали встречи с прилетевшими тушками крыс, которых медведь отправил в свободное падение после очередного размашистого удара. – Ничего! – рыкнул Шура, прерывая младшего вампира. – Валить надо, пока он и до нас не добрался. Есть идеи? – Как-нибудь вдоль стены, – Максим кивнул. Медведь тем временем буквально по головам и мелким тушкам грызунов добрался до крысиного короля. Оглушительно зарычал и сунул морду в центр скопления, стиснув с силой челюсти. – Думаешь вылезти через окно? – поинтересовался Шура и, глубоко вздохнув, двинулся в указанном направлении, стараясь при этом не попадаться на глаза животному, увлечённо грызущему и колотящему когтями по туше главного крысюка. Всё это происходило под дикий аккомпанемент из вереска и лязганья зубов, так что уверенным в том, что ифрит его услышал, вампир не был. – Нет. Пройдём вдоль стены на выход. Наверное, – буркнул ифрит, продвигаясь дальше. Крысы тем не менее отступать совершенно не собирались. Оставшиеся грызуны, словно по команде, обступили тучного зверя и стали карабкаться по густой шерсти, попутно кусая толстую шкуру. Не то, чтобы это возымело какой-либо эффект. Медведь только сильнее разозлился. Встав на задние лапы, он издал яростный рёв и с силой опустился на пол, придавливая попавших под лапы крыс, сбрасывая остальных со спины. Обернувшийся на вой старший вампир только скрипнул зубами от досады, видя то, во что превратился их офис после всей сегодняшней вакханалии. Но долго об этом думать ему не дали два тычка, один из которых сделал Лёва, а второй – Максим. И если первый действовал более аккуратно, подтолкнув вперёд ладонью между лопаток, то второй, опасаясь ярости медведя, умудрился приложить Умана коленом как раз по копчику, чем вызвал недовольное шипение последнего. Медведь, сделав рывок вперёд, снова сунул пасть в оставшийся комок крыс, разделяя его надвое, а следом и начетверо. Зверьки тут же бросились врассыпную, чувствуя, что тягаться с таким большим зверем они больше не могли. Тот давил оставшихся лапами и молол хрупкие косточки мощными челюстями в труху. – Ребят, шевелитесь, он сейчас за нас примется, – тихо взвыл Лёва, подталкивая остальных к выходу. Однако у лестницы, как и ребята, оглянулся, наблюдая за устроенной над крысами расправой с относительно безопасного расстояния. Медведь давил оставшихся грызунов уже просто ради забавы. И если не принимать во внимание противный хруст мелких скелетиков и мерзкое чваканье крысиных внутренностей, то вполне можно было подумать, что зверь решил порезвиться и поиграть. Последние грызуны поспешно скрылись в дырах, помахав на прощанье хвостами, избавив, наконец, помещение от противного писка. Парни замерли, боясь спугнуть разъярённое окровавленное животное, а Шура с сожалением смотрел на получившийся разгром. Медведь, шумно фыркнув пару раз, стал принюхиваться, приближаясь к столпившейся у лестницы нечисти. – Нет-нет-нет, пшёл вон, косолапый. Пшёл вон, – забормотал Максим, опасаясь лишний раз двинуться. По большому счёту, в зверя тоже можно было швырнуться пламенем. Вот только сразу убить его таким образом всё равно бы не получилось. А вот раненый медведь был бы в состоянии наворотить таких дел, что расправа с полчищем грызунов показалась бы детской вознёй в песочнице. Звонок же шагнул назад, прижимаясь к стене и пряча за спиной самое ценное, а именно хвост со вздыбившейся от страха кисточкой. Лёва тоже прилип к стене на пару с Шурой. Косолапый же на слова ифрита только звучно фыркнул, дёрнув ушами, а потом замер, аккуратно нюхая воздух вокруг. Привстал на задние лапы, пыхтя и шевеля мокрым носом. Резко повернулся в обратную сторону и побрёл по направлению комнатушки Звонкова, дверь которой как раз была настежь открыта. – Эй, куда это он? – вскинулся последний, воинственно встопорщив хвост и озадаченно переглядываясь с остальными коллегами. – Да чёрт бы с ним, валим, – одёрнул его Лёвчик, зябко переминаясь с ноги на ногу. Несмотря на то, что особой мерзлявостью мужчина никогда не страдал, но после буквально огненных "приветствий" Максима и нервного перенапряжения его стало знобить, чему сильно способствовал наряд в виде одних только пижамных штанов. – Куда? Куда он пошёл? – процедил сквозь зубы Звонков, опасаясь за своё имущество. Медведь собственнически зашёл в комнату демона и стал обнюхивать местность уже там. Явно заинтересованный приятными ароматами он стал шерудить широкой мордой по ближайшим стеллажам, стуча различными склянками. – Да в комнату твою. Сказали же тебе, валим, – вмешался в перепалку Шура, беря инкуба под локоть и мягко уводя его в сторону выхода. – Да не пойду я! – прошипел тот, вырвав локоть, и дёрнул хвостом. Оставлять свои драгоценные наработки и пожитки инкуб просто так не собирался. А отдавать их на растерзание злому, а главное, непонятно откуда взявшемуся зверю тем более. – Андрей, ты хочешь, чтобы тебя сожрали? – ощетинился Уман и оскалился, хмуро прислушиваясь к звукам, доносящиеся из комнаты инкуба. Помимо фырканья и тяжёлых шагов, отдающих по полу вполне ощутимой вибрацией, к ним добавился негромкий перезвон стекла и громкое чавканье, а затем довольное ворчание. Демон только недовольно оскалился и забурчал, уверенно шагая в комнату. Лёва, приподняв бровь, смотрел ему вслед, не зная, как реагировать. – Стой, идиот, – добавил ифрит, уже всерьёз готовясь пускать в ход огненную стихию. Звонков на это только раздражённо дёрнул хвостом и ломанулся в комнату, остановившись напротив расхозяйничевшегося там медведя. – Ты что творишь, скотина мохнатая? – поинтересовался он уставившись злобным прищуром на зверя, сунувшего нос в банки с сушёными ягодами. Медведь на такую фамильярность заворчал уже несколько обиженно, меняя направление поисков. И двинулся к стоящим у котла заготовкам под абсент. – Сожрёт ведь, – пробасил Максим и, аккуратно ступая на уцелевшие доски, попытался заглянуть в комнату через приоткрытую дверь. Там инкуб раздражённо задёргал хвостом, заглядывая в банки, в которые уже успел влезть мордой косолапый. А тот тем временем скинул железную крышку, которая с грохотом покатилась по полу, и сунул пасть в ведро с алкоголем, чей горьковатый аромат тут же распространился в воздухе. – Ах ты ж сука! А ну съебался отсюда! – рявкнул возмущённый подобным кощунством Звонков и, молниеносным движением вытащив из джинсов кожаный ремень, ударил медведя по заднице тяжёлой пряжкой. Тот громко зарычал и двинул Звонкову задней лапой, от чего тот отлетел в стену и стукнулся головой. От соприкосновения с бетоном инкуб жалобно вякнул и сполз на пол, замружившись от силы удара. Но затем оскалился и, шикнув на манер разъярённого кота, обнажил жало на хвосте на случай, если медведь к нему снова сунется. Но медведь не сунулся, а только осознанно взглянул на инкуба. Совершенно человеческим взглядом. Андрей оторопел, во все глаза наблюдая за слишком уж странным, как для животного, вполне человеческим выражением морды. А затем, поморщившись из-за нащупанной на затылке шишки, негромко обратился к сунувшимся следом за ифритом коллегам, тоже застывшим на пороге комнаты. – Ребят, кажется это перевёртыш. Ну или оборотень. Всегда их путал. Медведь сделал шаг навстречу, но потом стал уменьшаться в размерах. Снова зарычал, однако тяжёлый горловой вой в мгновение превратился в человеческий хрип, а зверь совсем лёг на пол. Шерсть встала дыбом и постепенно втянулась в кожу, сменившей следом тёмно-коричневый цвет на светло-розовый. Когтистые лапы вытянулись в человеческие руки, а длинная морда приняла округлую форму человеческого черепа. Теперь перед парнями лежал самый обыкновенный хомо сапиенс, по крайней мере внешне. Плотный коренастый мужчина, правда довольно бледный. Звонок, глядя на распростёртое около него тело, поморщился и осторожно встал, опасаясь спровоцировать неожиданного гостя на очередное превращение. Однако тот, по всей вероятности, снова оборачиваться в медведя не собирался, да и в целом выглядел не особо способным на какие-либо действия. По этой причине инкуб приблизился к незнакомцу на шаг и, наклонившись над ним, невесомо потрепал по плечу, негромко интересуясь: – Эй, мужик, ты как? Живой вообще? – Да, – буркнул тот, хрипя, и медленно поднялся, пошатываясь. Взглянул исподлобья на парней, махнув свисающей чёлкой. Те с удивлением таращились в ответ, но с не меньшим интересом. Затем бывший медведь понял, что совсем голый, и сжался, прикрывая причинное место руками. – Извините, а кто здесь Шура? – Я Шура, – отозвался тот, недоумённо переглянувшись с коллегами. Максим на это только несколько раз озадаченно моргнул, а Лёвчик не менее удивлённо пожал плечами. Видя подобное единодушие, шеф на всякий случай уточнил, обращаясь уже к гостю: – А Вы, простите, кто? – А я по объявлению, - оборотень кивнул и оглянулся. – Извините, а водички не найдётся? – Абсент вон есть, – пробурчал инкуб и кивнул в сторону початой медведем ёмкости. Но затем смягчился, понимая, что после этого самого абсента и буквально сожранных крыс перевёртышу сейчас явно несладко. – Сейчас принесу. Выскользнув из комнаты, демон отправился на поиски какой-нибудь не разбитой Максимом ёмкости, чтобы набрать туда воды. А Шура удивлённо почесал затылок и выдал: – Так Вы и есть юрист? – Получается, так, – перевёртыш кивнул. – А можно ещё какой-нибудь плед? Моя одежда теперь... Немного не целая. – Я смотрю, что это начинает превращаться в традицию, – усмехнулся Лёва и вышел из комнаты за пледом, на пороге сталкиваюсь с Андреем. Инкуб принёс большую кружку воды и, разминувшись в дверях с полуобнажённым вампиром, протянул её юристу. Тот принялся жадно пить, осушая ёмкость практически залпом. – В какую традицию? – спросил юрист и отдал чашку обратно. – Спасибо. – Пожалуйста, – буркнул инкуб. А в следующую секунду в комнату вернулся вампир и вручил оборотню плед. – Голышом расхаживать при знакомстве, – беззлобно фыркнул он и потёр ожог на плече. Потом одёрнул руку и добавил: – Кстати, об одежде... После этого он двинулся в свою комнату, чтобы надеть что-то взамен сожжённой Максимом футболки. Да ещё обуться, чтобы не расхаживать босиком по полу, сплошь изгаженному теперь крысиными останками. ********* После недолгих выяснений отношений и знакомств, парни устроились этажом выше за круглым столом, за которым обычно принимали посетителей. Тот самый посетитель, который на деле оказался юристом, пришедшим по объявлению, мирно сидел и пил чай, завернувшись в мягкий плед. Остальные тоже чаёвничали ароматным травяным напитком из оставшихся запасов Андрея. – Я одного понять не могу, – хмыкнул Шура, по обыкновению закуривший во время беседы. – С чего вдруг такая реакция на крыс? – Я не завтракал, а вам, кажется, нужна была помощь, – Ян пожал плечами и отхлебнул немного из чашки. – Нет, ну за помощь, конечно, спасибо, – Шура рассмеялся, рассматривая потенциального юриста. – Но мы чуть в штаны не наложили. Мало того, что крысы попёрли с этой тварью. Так ещё и медведя принесло. – Откуда они вообще взялись? – спросил Лёва и тоже закурил, стащив предварительно у Шуры сигарету. Тот в ответ на такую наглость только усмехнулся. А вот Звонок, всё ещё раздражённый из-за стрескавшего большую часть его запасов гостя проворчал: – Вот мне тоже это интересно. Сколько лет живу, а такой хренотени никогда не видел. Вы не говорили, что у вас тут происходят нашествия крыс размером с собаку. – Говорю же, из-за праздника. На Имболк начинается пробуждение природы, – пояснил Максим и тоже отхлебнул чая, особо не заморачиваясь тем фактом, что пьёт практически кипяток. – Не всей, конечно. Но довольно большой её части. А если учесть то, что после зимы эта самая часть оголодала, то получается как раз-таки то, чему мы все сегодня стали невольными свидетелями. – Знаешь, мне такие пробуждения даром не сдались, – заворчал Лёва, выпустив дым сквозь нос. А потом вспомнил сожженную майку и стрельнул в Лакмуса недовольным взглядом. – Да уж. Раньше такого не было, – протянул Шура задумчиво, подперев голову кулаком. – Ну да ладно. – Раньше много чего не было, – задумчиво протянул ифрит, несколько стушевавшись. – По крайней мере, два века назад. – А ты тоже на праздник проснулся? – поинтересовался Шура у перевёртыша, затушив окурок и пригубив чая. – Или ты зимой в спячку не впадаешь? – Не впадаю. Я же не оборотень, всё-таки, – ответил Николенко, поправляя плед. – Это хорошо, – кивнул одобрительно шеф. – Зимой у нас тоже работы хватает. Правда, до тех пор, пока мы не приведём тут всё в порядок, клиентов сюда лучше не приглашать. Николенко замялся, но, всё же, извинился: – Извините ещё раз. Клининг я компенсирую. – Не уверен, что сотрудникам этой службы удастся нормально объяснить, откуда у нас столько дохлых грызунов и почему всё в пятнах копоти, – хмыкнул Лёва, награждая учинившего эти самые пятна огненного демона ещё одним осуждающим взглядом. – Да уж, – согласился с ним напарник и задал вопрос уже по делу. – Ян, а как у тебя с опытом работы вообще? – Большой опыт, что касается юридических договоров. Магических, конечно же, – совершенно серьёзно и привычно проговорил Николенко, выпрямившись в спине. – А мои запасы кто компенсирует? – сварливо поинтересовался Звонков, возмущённый таким переходом с интересующей его до глубины души или того, что можно было бы назвать душой, если бы она у демона была, темы. – Найду я тебе твою траву и ягоды, – закатив глаза, влез Уман. Вываливать на гостя лишние проблемы – последнее, что входило в его планы. Инкуб же на это сердито засопел, но перепалку прекратил. А вот молча пьющий до этого момента чай ифрит решил вмешаться в беседу. – Ну уборку я предлагаю оплатить напополам. Я тоже... несколько перестарался, – смущённо объяснил он свою позицию и добавил: – Уж больно этих тварей не люблю. А уж если подумать, разносчиками какой заразы они могут быть... То тут и вправду выжигать всё нужно к чёртовой матери. – Такое предложение мне нравится больше, – Шура хитро ухмыльнулся и затушил сигарету в пепельнице. – А вот про выжигать... Слишком радикально, на мой взгляд. – Извините, – виновато пожал плечами демон. – До того, как оказаться в ловушке, я застал чёрную смерть. И боролись с ней преимущественно огнём. – Декамерон, – то ли рыкнул, то ли тяжело вздохнул Уман, наблюдая за притихшими коллегами. А Бортник от упоминания болезни, в своё время выкосившей кучу народу, недовольно повёл плечом. – Ладно, – решил сменить не слишком положительную тему старший вампир, обращаясь к Яну. – Если опыт есть, тогда, я думаю, испытательный срок можно сократить. Правда, сначала действительно надо будет тут прибраться. – Договорились, – согласился Ян и протянул руку.