The Stag and the Flower/Олень и цветок

      Тулуза — красивое место, — подумал Гарри, когда мотоцикл вывез их за последний поворот. Позади себя он практически чувствовал улыбку на лице Флёр, когда она смотрела на город, который так долго называла домом.       — Это удивительное место, Флёр, — сказал Гарри через шлем, — оно такое красивое.       — Спасибо, — ответила девушка, когда Гарри вырулил на главную улицу города. — Так хорошо вернуться домой, путь к особняку моей семьи лежит рядом с собором Святого Стефана, -сказала она, указывая свободной рукой на поворот, который ему нужно было сделать, другой крепко держась за него.       Флёр пахла ванилью и мёдом, Гарри заметил, когда её рука поднялась к его левой, и тут же отчитал себя. Брось, Поттер, она твой друг, и она замужем. Он покачал головой и отгоняя предательские мысли внутри него и помчался по дороге.       Флёр, в своем волнении при виде знакомых улиц, едва заметила, что так крепко прижалась к спине Гарри. Когда он свернул, чтобы избежать столкновения с машиной, выезжающей на их полосу, она ахнула и слегка откинулась назад.       — С тобой все в порядке? — голос Гарри потрескивал у неё в ухе.       — Я в порядке, — сказала она, — эта машина меня немного напугала. — призналась она ему. — Ты не возражаешь, если мы остановимся на минутку, прежде чем продолжим поездку?       — Конечно, я заеду в этот парк, — сказал Гарри, указывая на небольшое место справа от дороги. Он загнал мотоцикл на парковочное место, и они вдвоем слезли.       — Ты пройдешься со мной? — тихо спросила она. — Раньше я мечтала о том, чтобы прийти в подобное место с кем-нибудь. Из-за моего наследия вейлы, у меня было не так уж много друзей. Мальчики были, ну ты знаешь, а девочкам не нравилось, как мальчики смотрели на меня.       Это было очень одинокое детство, пока не родилась Габриэль. Младшая сестра была единственным другом большую часть её жизни. А потом я приехала в Англию и встретила Гарри…Подумала она с улыбкой, импульсивно беря его за руку и ведя в парк.       Это мило… — думала она, пока они шли вместе. Без давления его роли героя войны, в месте, где он не был самым узнаваемым человеком в городе, было легко просто представить их как обычную пару, вышедшую на прогулку. Но это не так…— подумала Флёр, когда её мысли стали меланхоличными. Мы не пара, я замужняя женщина. Я не должна была представлять Гарри в этой роли. У меня был такой шанс, и я его упустила.       Можно было во время Турнира представиться ему и должным образом извиниться за своё поведение в тот вечер, когда кубок выбрал их имена. Но это зависело бы от того, знала ли она, что он был хорошим человеком. Она была так убеждена, как и большинство в то время, что он пришел ради славы.       Затем она наблюдала, как он превзошел в полёте самого большого из четырех драконов. Когда на неё напали гриндилоу, он спас Габриэль, тем самым навсегда заняв место в сердцах обеих девочек. В последний год войны она видела, как он стал мужчиной, которым, как она втайне знала, ему суждено было стать. Герой, и если она была честна сама с собой, он был её героем, когда выбрался из озера с её младшей сестрой.       — Эй, смотри, вон тот старик продает лимонад, — сказал Гарри, отрывая её от размышлений и указывая на киоск в центре парка.       — Ты близок, это «лимонный сок», он очень похож на лимонад. Это просто лимонный сок с добавлением воды и сахара, — сказала ему Флер. — Разница в том, что вы добавляете всё по вкусу, а не предварительно смешиваете.       — Но как вы добавляете сахар в воду, когда она холодная? — спросил её Гарри. — Это как тогда, когда янки из МАКУСЫ расстроился, что у нас нет того, что он назвал «сладким чаем». Американский посланник утверждал, что невозможно правильно приготовить сладкий чай, если напиток подается холодным и несладким. Его нужно было заваривать горячим, чтобы сахар растворился, а затем охладить, сказал он им, иначе получалась «грязная вода с сахаром на дне».       — Поверь мне. Тут все работает как надо. Когда я была маленькой девочкой, если я чувствовала себя плохо, мои родители тайком подсовывали мне в лимонный пресс лекарства, — рассказала ему Флёр, улыбаясь при воспоминании. В четыре года Флёр была упрямым ребенком. Ещё хуже было, когда ей было два года и она решила, что одежда — это зло и она не будет её носить. Потянув его за руку, она повела его к стойке.       Гарри мог поклясться, что усатый мужчина за стойкой показался ему знакомым, но он не мог вспомнить, кто это.       — Два, пожалуйста, — сказал он, всё ещё пытаясь понять, почему ему казалось, что он видел этого человека раньше.       — Ты предпочитаешь один большой с двумя соломинками? — сказал мужчина, подмигивая, а затем откровенно рассмеявшись, когда они оба слегка покраснели при этой мысли. Всё ещё посмеиваясь про себя, мужчина отвернулся от них и приготовил для них чашки. — Вот, пожалуйста, — сказал он, ставя чашки на стол. — лимонный сок в емкости, а сахар на столе вместе с салфетками. Когда Гарри полез в свой бумажник, старик поднял руку: — Нет, вы заслужили это, заставив старика улыбнуться. Приятного вам дня.       Они оба поблагодарили старика и приготовили напитки по своему вкусу. Пока они шли, Флер потянула свой, а затем скорчила гримасу.       — Ах, все еще слишком кисло, мне следовало добавить больше сахара, — сказала она, а затем, не раздумывая, взяла у Гарри и немного отпила. — Так-то намного лучше, — сказала она, возвращая ему свою чашку и забирая его.

***

      Тонкс сделала так, как и обещала Гарри. До сих пор она проводила большую часть своего времени в детской Тедди, наблюдая за своим сыном. Но она была аврором, и мысль о том, что дом Гарри будет совершенно пуст, за исключением Кричера, ей не понравилась.       Когда она вернулась на площадь Гриммо, то обнаружила, что ее портрет передвинули. Кто-то поместил его лицевой стороной к стене. Она внимательно прислушалась, когда услышала приглушенные шаги, а затем голос.       — Заткнись, ты, маленький засранец! Я хочу оставить Гарри что-нибудь в качестве извинения за то, как я себя вела, и я не хочу, чтобы ты это трогал.       Это была Джинни Уизли, поняла Тонкс, эта маленькая мини-гарпия здесь… но почему?       — Хозяину ничего от тебя не нужно — Тонкс услышала ответ Кричера, а затем насмешку Джинни.       — Где он? Обычно в это время он уже дома.        Давай, Кричер, покажи свое дерьмовое отношение, которое мы все знаем и ненавидим! — подумала Тонкс, всё еще предпочитая молчать.       Очевидно, он вообще ничего ей не сказал. Тонкс услышала хлопок появления домового эльфа, а затем Джинни вышла из кухни. Тонкс увидела край её ноги, когда она стояла рядом с рамкой. В её руке была бутылка вина, которую Джинни поставила на каминную полку вместе с маленькой запиской.       Тонкс этому совсем не доверяла. Как только она услышала, что Джинни аппарировала с громким и неумелым треском, Тонкс вернулась в раму в доме своей матери. Ремус наблюдал, как Тедди мирно спит в своей кроватке.       — Что-то случилось, Дора? — спросил он свою жену.       — Может быть. Джинни оставила бутылку вина для Гарри — сказала Тонкс, её волосы приобрели раздражённый оттенок где-то между красным и оранжевым. — Я хочу, чтобы мама пошла и проверила, что внутри.       — Она пошла прилечь, пока Тедди вздремнет — ответил Ремус. — Я уверен, что бы это ни было, оно может подождать.       — Нет, ей нужно проверить это сейчас, — сказала Тонкс, глядя на своего сына и на мгновение нахмурившись. — Извини за это, Тедди, надеюсь, что ночные кошмары, возникающие из-за этого, будут легко устранены. Тонкс набрала в грудь воздуха и закричала во всю мощь своих нарисованных легких: — ЭЙ, МАМ!       Это разбудило Тедди, чьи волосы стали ярко-красными, когда он начал кричать. Андромеда ворвалась в комнату с обнаженной палочкой       — Что случилось? — спросила она, её сердце билось в груди так громко, что она была уверена, что нарисованная пара могла это услышать.       — Извини, что напугала, но мне нужно было привлечь твое внимание. Джинни только что оставила бутылку вина у Гарри дома. Я не доверяю этой рыжеволосой девчонке, — проговорила Тонкс. — Ты можешь наложить охранные чары, чтобы посмотреть что внутри вина?       — Нимфадора, я могла бы сделать это в любое время, — проговорила Андромеда — Я только что сделала так, чтобы в доме было тихо.       Она тихо вздохнула: — Но я все равно пойду и посмотрю, просто ли это вино в бутылке или в нем что-то есть.       Она подошла к кроватке и заглянула в нее: — Вы двое присмотрите за ним, пока я аппарирую на площадь Гриммо?       Ремус кивнул, но Тонкс покачала головой: — Я иду с тобой. — сказала она своей матери. — Я была обученным аврором.       Она исчезла из картины, не дожидаясь, когда её мать аппарирует.       — Я присмотрю за ним, Анди, — сказал Ремус. — Иди, убедись, что его крестный не будет околдован.       Андромеда кивнула и исчезла с тихим треском.       Женщина вошла в фойе на площади Гриммо и посмотрела на пустое место, где раньше висел портрет её несчастной тети Вальбурги Блэк. Когда Гарри переехал на площадь Гриммо, то предложил портрету выбор: пойти к Нарциссе Малфой, или он воспользуется самыми сильными разбавителями краски, которые сможет найти, чтобы удалить её. Сначала она не поверила в это, и именно поэтому на картине теперь была полоса чистого холста, идущая снизу к её плечу. После этого она очень быстро проинструктировала Кричера как снять заклятие и решила провести остаток своих дней в Малфой-мэноре.       Тонкс ждала в своей раме: — Не могла бы ты повернуть меня обратно? Джинни передвинула мою раму, пока я была у тебя дома. Как только картина вернулась на место, она улыбнулась матери. — Спасибо, мам, так намного лучше. Мне не хотелось убеждаться, что кто-то еще надел пятничные трусики в понедельник.       Кричер появился перед Андромедой.       — Еще один нарушитель границы в доме мастера Поттера… — пробормотал он — Чего тебе надо?       — Очарователен как всегда. — прямо ответила Андромеда — я здесь просто для того, чтобы осмотреть бутылку вина, оставленную Джинни Уизли.       — Бутылка уничтожена! Кричер не позволит обмануть мастера Поттера с зельями! — ответил Кричер, свирепо глядя на нее. — Кричер уничтожил её.       — Черт возьми. Нам нужна эта бутылка, чтобы мы могли доказать, что она пыталась дать Гарри зелье. Тонкс разозлилась, и крикнула из своей рамы: — Кричер, в следующий раз, когда она вообще что-нибудь принесет, оставь это себе. Дай нам выяснить, а потом, мам, ты можешь вызвать авроров.

***

      Допив свои напитки, Гарри и Флер нашли скамейку у небольшого фонтана в парке и сели.       — Итак, каковы твои планы, когда мы вернемся? — спросила она его, когда они смотрели, как течёт вода.       — Я не знаю. Наверное, я вернусь к работе. Он откинулся на спинку скамейки: — Честно говоря, быть аврором не так здорово, как я думал. Похоже, они больше заинтересованы в том, чтобы использовать меня в качестве номинального руководителя, а не позволять мне выходить и помогать людям.       — Я не уверена, что буду делать, — призналась она. — Нам с Уильямом нужно серьезно поговорить о том, как он ведет себя в кругу своей семьи. Флер последовала его примеру и откинулась на спинку скамейки: — Что касается твоей проблемы, ты Гарри Поттер, герой нашего мира. Ты номинальный руководитель, доказательство того, что каким бы могущественным ни было зло, его можно победить — сказала ему Флер. — Может быть, это и неинтересно, но это важно.       — Я не хочу ничего захватывающего, но я просто хочу, чтобы у меня было ощущение, что я что-то делаю. Он провел рукой по волосам: — Я хочу чувствовать, что я нечто большее, чем трофей, который выставляют напоказ перед высокопоставленными гостями.       — Я понимаю, что действительно хочу, — сказала Флер, вызвав улыбку волшебника.       Гарри посмотрел на нее: — Я знаю, что хочешь. Я не пытаюсь притворяться, что то, что я всеобщий герой, — это то же самое, что люди относятся к тебе просто как к хорошенькому личику. Он тихо усмехнулся: — Это наш отпуск, и я чувствую жалость к себе.       — Эмоции — сильная вещь, — сказала Флер, положив свою руку на его, — Чувствовать себя в ловушке больно. В тот момент она не была уверена, с кем она разговаривает — с ним или с собой.       Женский голос прервал ее размышления: — Добрый день, не хотели бы вы приобрести розу для вашей прекрасной дамы? Рядом с Гарри, слева от него, стояла пожилая женщина, несущая маленькую корзинку с цветами. — Прекрасные розы, сорванные сегодня утром. На них все еще лежит роса.       — Мы не…       Флер начала, но Гарри прервал ее: — Я возьму одну, спасибо.       Сделка состоялась и Флер смотрела на красивую ярко-красную розу.       — Гарри, ты не должен был… — снова начала она, и снова её прервали.       — Я хотел. Благодаря тебе, я нахожусь в этом прекрасном месте, куда я бы не попал без тебя, — сказал он.       Покраснев, Флер поднесла розу к носу и вдохнула ее аромат.       Пожилая женщина отошла от них и направилась к подставке, которую ее муж установил ранее.       — Видишь ли, Генри, как я и сказала, им суждено быть вместе — самодовольно сказала она — Он купил ей розу, даже не задумываясь.       — Ты права, дорогая, — сказал старик своей жене, — она украла его стакан, потому что «случайно» сделала свой напиток слишком кислым. Он посмотрел на неё мгновение, затем рассмеялся: — Это напоминает мне кое-кого.       — Замолчи, ископаемое, — ответила она, и когда он снова рассмеялся, ему пришлось быстро увернуться от брошенной мочалки.       Она выпрямилась: — В любом случае, если я права, они нужны друг другу. Я подслушала их разговор. Он чувствует себя бесполезным, а она обижена на своих родственников со стороны мужа.       Генри кивнул: — Итак, ты хочешь продолжать следить за Гарри Поттером и его подругой?       Когда его жена одарила его взглядом, который очень ясно говорил, что да, она это сделает, и он должен это знать, Генри сунул руку в рукав, достал маленькую палочку из грушевого дерева и начал упаковывать всё в маленький футляр. — В таком случае мы будем продолжать следить и наблюдать.       Мари достала палочку из полированного гикори и начала отключать маггловские отпугивающие чары, которые они установили в маленьком парке. Это была случайность, которая привела Гарри и Флёр в маленькое кафе, которое они использовали как средство провести несколько спокойных лет теперь, когда нынешний Тёмный Лорд ушёл, а новые пока не заняли его место. Ей удалось установить небольшой следящий амулет на его мотоцикл, когда пара ужинала. У её мужа были свои эксперименты и проекты, чтобы занять себя, но Мари предпочитала сводничество.       Так что, пока мистер Поттер не заметит эти чары или они не поймут, что нуждаются друг в друге, я буду присматривать за ними, - с улыбкой подумала она, наблюдая, как Флер снова нюхает свою розу. Это будет весело.