Федерлайн
8 октября 2024 г., 02:07
Прибыв в особняк, Беллами и Джеймс затолкали меня в мой кабинет. По их мнению мне надо было отдохнуть. А я так вымотался, что сил сопротивляться у меня не было.
Я понимал, почему меня постоянно отправляют спать. Отдых важный элемент, а мне надо прикрывать их спины. И сны, которые я видел, мне нравились.
Утром Том был в большой гостиной, слушал клавишную музыку в исполнении Джарета и пытался проснуться.
После пробуждения Том не понимал, где он и что с ним. Интересно, ведь еще вчера под боком Амелии этого не было.
Том пытался сфокусировать взгляд на листе пергамента, когда в гостиную вошел Альфард Блэк. Без обиняков, сверкнув красными глазами, Том ему заявил:
— Твоя сестра — горгулья чертова!
В ответ Альфард громко рассмеялся.
— Что? — не ожидая такого, удивился Том.
— Очень подходящее слово, — сквозь смех говорил Блэк, подходя ближе. — Отец мне написал, кстати. Впечатлений вы ему оставили массу. Она замуж выходит. За Ориана, нашего троюродного брата.
— Ну, хотя бы троюродного, — нахмурился Том. — Мою маму вообще хотели за брата выдать.
— Фу, — скривился Альфард и сел на стол.
— Патовая ситуация, даже если Блэк говорит “фу”, — хохотнул над клавишами Джарет.
— Я бы тоже с магглом сбежал, — добавил Альфард, взглянув на Тома.
“Если тащить бревно, то вдвоем, как минимум, проще,” — вспомнились Тому слова Джарета.
— Дарк, — вздохнул Реддл-Райнер, — я столько раз сжимал горло Амелии в наших играх. Но сжав горло Вальбурги, я… Я думал, что сломаю ей хребет.
— Дружище, я не сержусь, — улыбнулся ему Альфард.
— А я и не оправдываюсь. — И Том объяснил: — Не сломанный хребет вызывает у меня чувство незавершенности. А душу мне надо отвести.
Подспорье моему желанию Альфард нашел на столе среди отчетов.
Как я предполагал, подручные Гриндевальда все равно продолжили ходить в излюбленные бордели, к излюбленным проституткам. Поэтому, чтобы унять клокотание внутри, за шестеркой вместе с Альфардом отправился я.
Пружинистой походкой лощеный мужчина возвращался излюбленной дорогой домой.
Прихвостни Гриндевальда уже догадались, что за ними следят. Вычислить участников сети Волдеморта было возможно, но сложно. Куда проще запутать следы.
Но этот мужчина был рабом привычки. Привычки, которая его сгубила.
Невидимая глазу сила втянула мужчину в ближайший проулок и впечатала в стену. Он уже хотел сделать шаг, но оцепенел, увидев кто перед ним.
— Не думал, что ты убьешь меня лично, — прохрипел мужчина.
— Да, — скучающе и растягивая слова начал Волдеморт, вращая волшебную палочку между двух пальцев, — ты не такая внушительная птица, — оскалился. — Но мне очень хочется кого-нибудь убить.
— Убивай, — раскинул руки мужчина.
— Не так, — жестко отрезал Волдеморт. — Доставай палочку, — и тут же добавил: — Волшебную, а не ту, которой ты в борделе орудовал.
В тот поздний вечер я отвел душу. Хорошая вышла дуэль. Хотя, за годы имя того мужчины улетучилось из памяти. И правда, не такой внушительной птицей он был.
Горбин открыл магазин на Монмартре. Даже первая продажа случилась.
Сразу Тайфер к нему не побежал, конечно.
Нужно время и терпение. Мне, а не ему.
Но в успехе я не сомневался. Заработки магазина слишком “вкусные”. Тайфер не устоит.
Долохов нашел горе-помощниц Вальбурги и уже провел воспитательную работу.
Слежка за адресом белобрысой мыши продолжалась. На наше счастье Гриндевальд жил один. Единственные, кто был замечен в его доме, это Винда Розье и Куини Голдштейн. Но, несмотря на этот факт, мы не могли сразу ворваться в его дом. Надо было дождаться, когда он уйдет, ведь нам нужно было выкрасть доказательства, а не биться лоб в лоб. И вновь мне надо было ждать.
Был еще второй вариант: выманить Гриндевальда. Но и тут идей ни у меня, ни у кого-либо еще, не было.
И вновь в разговоре Амелия посоветовала мне приструнить шило в жопе.
Это было сложно. Ждать я не люблю, но могу скрасить время ожидания.
Приспешники Гриндевальда стали лучше прятать свои штабы. Но Волдеморту и его Рыцарям это не мешало их находить.
В один из таких штабов ворвались семь Рыцарей вместе с Волдемортом. Приспешники стали ловчее, от того сражения стали интереснее.
В тот раз глава штаба попался изобретательный. Но, Волдеморту это не помешало зажать главу у стенки. В глазах того мужчины был ужас.
— Мне прям физически хорошо, от того, что тебе плохо, — оскалился лорд Волдеморт и, произнеся заклинание, взмахнул волшебной палочкой.
Зеленая вспышка осветила комнату. Тело упало с глухим стуком.
Том осмотрелся. Пыль битвы медленно опускалась на пол. Клаус и Павел уже паковали все документы штаба. Альфард и Маттиас стаскивали тела в кучу.
Реддл-Райнер выдохнул и закурил.
— Тут сообщение от сержанта. У Катрин в доме случилось что-то, — сообщил остановившейся рядом с Томом Рудольф.
Они переглянулись. Том на секунду растерялся, но потом вспомнил: Катрин — управляющая публичного дома Vent d'Or. Рудольф Шенкер вместе с Клеоном Лестрейндем присматривал за этим борделем. Отлучился сегодня. Что же там такого произошло, что Клеон не справляется?
— Ветер же недалеко? — спросил Том.
— Ага, — кивнул Рудольф.
— Тогда выдвигаемся, — и окурок исчез из руки Тома.
Клаус, Павел, Маттиас и Альфард остались закончить дела в штабе: забрать все, что может нам пригодиться и сжечь его.
А я вместе с Рудольфом, Джаретом и Джеймсом отправился в Vent d'Or. Там нас встретило целое представление, и я не могу винить Клеона за то, что он связался с нами.
Щуплый волшебник махал палочкой словно дубиной, из которой сыпались цветы, ножи, конфетти и всполохи пламени. Если к нему кто-то подходил он вопил и перемещал себя. Спасибо, что в пространстве первого этажа.
Мы пытались взять его скопом, но он нас перехитрил.
— Да умри ты, Христа ради! — крикнул Том, найдя мужчину на люстре под потолком, и только успел отпрыгнуть от сгустка огня. — Да не я!
Он плюхнулся на пол за баром и переглянулся с Рыцарями и Катрин.
— Мыши надо взять его на работу и платить, — хмыкнул Джеймс, осматривая ожог на руке.
— Когда он уже сдохнет? — простонал Том, пряча лицо в ладонях, не уточняя кого имеет ввиду.
Молчали, слушая свист огненных шаров и разрушение первого этажа.
“Что с ним не так?” — думал Том.
Догадка прозвучала из уст Дарета:
— Он — пьян. Может от этого такая прыть?
Лорд и гоблин переглянулись.
— Тогда меняем план, — быстро проговорил Том и начал медленно перечислять: — Цветы… конфетти… Катрин, — наклонившись через Клеона, обратился Волдеморт к вейле, — с кем он был, когда это началось?
— Со Стейси. Когда все началось, она наверх сбежала, — быстро ответила вейла.
— Сержант, — Лорд обратился к Клеону, — метнись за этой Стейси и привел сюда. Этого, — качнул он головой назад, — нам надо вырубить и сдать целителям.
Вторая пурпурная дымка принесла и Клеона, и длинноволосую черноволосую девушку. Ей было страшно, но она смогла нам довериться.
Мы подготовились. Куртизанка выскочила из-за барной стойки и позвала мужчину по имени. Он, словно громом пораженный, смотрел на девушку и счастливо улыбался. При такой дезориентации мы быстро его оглушили и связали. Катрин послала за целителями из госпиталя.
Мужчину оставили в подсобке.
Девушки принялись за уборку.
А мы впятером расположились за большим столом с целыми бокалами и бутылкой виски.
Через полчаса двери снова распахнулись и сразу же начали стягиваться гости. Удивительно. Под дверями что ли ждали?
— Вы очень красивый, — услышал Том Реддл-Райнер и поднял взгляд. Это была… Стейси, кажется.
— Мне часто это говорят, — холодно ответил Том и взял в руку бокал. — А еще, что умный, жестокий. Спрашивают каким зельем сволочизма меня в детстве выкармливали.
Осмотрелся. День выдался длинный и насыщенный. Поэтому Тома не удивило, что Рыцари милуются с местными девушками. Его же нежности ждут в кабинете, в зеркале.
— У вас такая сексуальная аура, — Стейси опустилась напротив.
— Ага, — кивнул Том, — моей жене тоже нравится.
— Жене?
— А что тут удивительного?
— К нам много женатых приходит, так что это не может меня смутить.
— Я сюда по делам пришел, а не за вашей работой. Это раз. А два… в отличии от ваших гостей, я свою жену люблю, — Том сделал глоток виски и заглянул в глаза Стейси. — Хотеть красивого легко, а сможешь час с гоблином провести?
Она задумалась и усмехнулась:
— На что спорим?
— На деньги, конечно, — просто ответил Волдеморт. — Ну, и в рамках нашего спора, твою работу оплачиваю я. — И добавил: — Скажи гоблину, что ты подарок от меня.
— По рукам, — поднялась с месте Стейси.
Она провела с Джаретом два часа, за которые я вздремнул на плече Клеона. Вернувшись, Сейси сообщила, что внешность бывает обманчива. Гоблин оказался очень страстным и чутким любовником. Но ей все равно интересно: а какой в постели лорд Волдеморт?
Я пожал плечами, рассчитался с ней и попрощался.
Я рассказал Амелии эту историю в тот же вечер. Она повеселилась, но начала переживать, что я получу втык от Клары. Я отмахнулся, но втык я получил. Небольшое сражение на заднем дворе Мулен Руж.
Решение, как выманить Гриндевальда приехало в Дюссельдорф само. Федерлайн. Меня мало интересовало, что он забыл в городе. Адрес свой он не скрывал.
Запугать министра, чтобы Гриндевальду пришлось выбраться из своей норы и успокоить свою сошку? Могу, умею, практикую.
В Дюссельдорф мы приехали вшестером: я, Джарет, Беллами, Михаэль, Маттиас и Клеон. Там к нам присоединились Джеймс и Микки.
— Раз влезем, второго уже не будет, — крякнул гоблин, пока они стояли в тени соседнего от дома Федерлайна здания.
— Будем решать проблемы по мере их поступления, — курил Том, прокручивая в голове возможные сценарии.
— Ладно, белобрысая мышь… а этого, — Микки кивнул головой на дом, — мы как раскочегарим?
— Есть идея, — бычок исчез из рук Тома. — Дай лом.
— Зачем? — непонимающе переспросил Микки.
— Раскручу осиное гнездо, — оскалилися Том.
Я пробралися в гостиную на первом этаже. Чтобы привлечь Федерлайна туда, разбил вазу и устроился на диване. Долго ждать не пришлось.
Седой, рослый мужчина вбежал в гостиную, зажег свечи и увидел гостя. Бросился к двери, но один небрежный взмах палочки с грохотом ее запер.
Федерлайн обернулся и вскрикнул:
— Кто вы?!
— Волдеморт, — мягко ответил Том.
— Но… — глаза Федерлайна забегали по комнате. — Как вы попали в мой дом?!
— Вот что бывает, когда списываешь лучших бойцов, — хмыкнул Волдеморт и спросил: — Что Гриндевальд тебе предложил?
— Не понимаю… — залепетал министр.
— Все ты понимаешь, — рявкнул Том и резко поднялся. Министр вжался спиной в дверь. — Так или иначе, я узнаю, — наступил на него Волдеморт. — Окклюменция тебе не поможет.
— Тебе проще меня убить! — с жаром вскрикнул министр.
— А зачем? — елейно говорил Волдеморт. — Я хочу, чтобы ты страдал за содеянное.
В пурпурной дымке Лорд Волдеморт исчез.
Том появился в точке, из которой они наблюдали.
— Он там жив? — хмыкнул Джеймс.
— Конечно, — цокнул языком Том. — Сейчас кинется к Гриндевальду. А мы кинемся в дом последнего.
— Первый и последний раз, — не весело крякнул гоблин.
— Прекрати уже напоминать, — шикнул на него Том. — Я хочу уже закрыть эту тему. Даже если мы с тобой вдвоем останемся.
Плечи Реддла-Райнера сжали.
— Не говори так, дорогой, — мягко произнес ему на ухо Джеймс, прижимая к своей груди. — Будет надо, в отставку пойдем, но пройдем этот путь с тобой до конца.
Том не знал, что думать. Но… почему-то от слов Джеймса Коттака внутри разлилось чертовски приятное чувство.
Темные Рыцари не женаты не без причины. По той же причине у них нет детей.
Поэтому моя свадьба, а после и появление двух детей — вызвали у них неописуемую радость. Словно это их свадьба, словно это их дети.
Я и не ожидал, что буду рад разделить эти события с людьми, которые когда-то были для меня незнакомцами.
Дверь дома пока еще министра распахнулась. Знакомая, укутанная в дорожный плащ фигура сбежала на тротуар и трусцой побежала вверх по улице.
“Хорошо,” — усмехнулся Том. — “Нам в другую сторону.”
— Выдвигаемся, — приказал Волдеморт.
Оказавшись у нужного дома, мы безошибочно, спасибо разведке, влезли в окно кабинета. Приказы не звучали. Мы сразу же разделились и принялись быстро обследовать все.
— Нашел! — гоблин сунул под нос Тома папку.
— Ох… — выдохнул Том, смотря на бумаги и фотографии.
— Он идёт, — сообщил Маттиас, который был на стреме.
Уйти все мы бы не успели.
— Мы задержим, — Том сунул папку в руки Беллами и махнул головой на открытое окно. — Док с Майором.
— Не сдохни, — быстро проговорил Беллами.
— Иди уже, — фыркнул Реддл-Райнер.
Том подбежал к столу, уперевшись руками и легко закинув ноги, сбрасывая бумаги, проехался по нему. Плюхнулся в кресло.
— Изящно, — усмехнулся Джеймс.
— Разнесите тут все, — приказал Том и взмахнул палочкой.
Нельзя сказать, что Гриндевальд долго шел до кабинета, но за этот короткий промежуток мы прошлись по нему, как ураган.
— Какого черта?.. — появившись на пороге, опешил Гриндевальд.
Он смотрел как четыре человека и один гоблин без особой деликатности перетряхивают его вещи, а еще один человек по-хозяйски сидит за его столом. Рыцари замерли. Улыбнулись. Кто-то даже помахал.
— Мне нравится твое кресло, — нарушил тишину Волдеморт.
— Хочешь, подарю? — хмыкнул Геллерт.
Глаза Гриндевальда бегали по кабинету, он явно пытался понять: зачем Волдеморт все это устроил?
— Не надо, — отмахнулся Реддл-Райнер. — Сколько проклятий ты на него в дорогу навешаешь?
Повисла затяжная пауза.
Руки Гриндевальда, Винды и Куини в карманах явно сжимали волшебные палочки. Как и Рыцари были готовы дать отпор. Но первыми нападать они не стремились. Им нужно потянуть время.
Видно, почувствовав это, Джарет не удержался от шутки, пусть и пошлой:
— А что своей правой уже не справляешься? — крякнул гоблин. — Нужно две запасных?
— Вот это наглость, — театрально возмутился Гриндевальд, взглянув на гоблина, — даже не по отношению ко мне. А по отношению к Винде и Куинни. Хочу спросить тебя, мальчишка, — он перевел взгляд на Волдеморта, — у тебя сколько правых рук? Они тоже запасные твоей?
— Расстрою твою больную фантазию, — холодно рассмеялся Том. — Из-за тебя у меня времени посрать нормально нет, не то что подрочить.
Гриндевальд видно ждал любого ответа, но не этого.
— Ты — безумец, мальчишка, — покачал головой он.
— Безумие — это гениальность, — пугающе улыбнулся Волдеморт, раскинув руки.
Никто из собравшихся не сможет сказать, как это произошло. Винда и Куини с палочками наготове бросились вперед, но в эту же секунду Волдеморт резко оттолкнул, перевернув, от себя тяжелый деревянный стол. Женщины только и успели взмахнуть палочками, чтобы защититься. Их отшвырнуло в ноги Гриндевальда и, словно снегом, укрыло щепками.
Они уставились на Волдеморта, который сидел закинув ногу на ногу, сжимая в руках волшебную палочку. Да, стол они уничтожили сами. Но то что их отбросило явно шло от Волдеморта. Винда и Куини были поражены, насколько мягко это было исполнено. Синхронно выдохнули.
Еще до того, как женщины коснулись пола, Волдеморт быстро зажал метку на руке и передал: “Отбиваемся. Ждем.”. Они ждали сообщения от Беллами или Маттиаса.
Волдеморт выскочил вперед. Его заклинание встретилось с заклинание Гриндевальда осветив комнату.
Все понимали, что у Волдеморта численное преимущество, но так же все понимали, что это ничего не значит.
Вскочив на ноги Винда и Куини принялись оживлять и заставлять шевелиться мебель и вещи кабинета. Защищались. В Рыцарей летели книги и папки, статуэтки и пресс-папье.
А Гриндевальда интересовал лишь один противник: Волдеморт.
Тому начало казаться, что Гриндевальд не просто хочет его убить, он хочет причинить ему как можно больше страданий.
Несмотря на то, что Волдеморт защищался и не забывал отправлять заклинание в ответ, его тело покрыли тонкие порезы, словно от бумаги. Да и одежда местами была порвана.
В сражении Том почувствовал, как правое плечо пронзило что-то знакомое. Но… боли не было. Он рассмеялся и взглянул на Гриндевальда, который выглядел не лучше него:
— Старую собаку новым трюкам не научишь.
— А тебя, я смотрю, научишь, — скривился Геллерт.
— Так я и не старый.
“Птенец в гнезде”, — прозвучал в голове голос Маттиаса.
— Уж прости, белобрысый, но нам пора, — оскалилися Волдеморт.
— Ах, ты!... — только и успел бросить ему Гриндевальд.
Но, защищаясь, Рыцари выскочили в окно. Как капитан корабля, Волдеморт покидал его, только когда команда отступила.
Стоя в тени здания, которое за день набило оскомину, Волдеморт спросил:
— Где жандармы?
— Им надо еще минут пять, — ответил ему Беллами.
Том взглянул на свет в окне гостиной. Как быстро Гриндевальд сообщит, что в его кабинете рылись? Лучше перестраховаться.
— Задержим его. Я перенесу.
Рыцари плотно встали вокруг Тома и он украдкой взмахнул палочкой.
В этот раз в гостиной Волдеморт появился в окружении семи Рыцарей. Словно часовые, они встали вокруг дивана, на котором сидел Том. Министр был за столом в гостиной и перебирал бумаги.
— Я же сказал, что все узнаю, — холодно сообщил Волдеморт.
Плечи Федерлайна дрогнули. Он поднялся и обернулся.
— И что дальше? — хмыкнул министр, поглядывая на входную дверь, словно ждал кого-то. — Будешь шантажировать?
Волдеморт резко поднялся и быстро подошел к министру. Заглянул в его глаза, которые Федерлайн тут же отвел.
— Зачем мне то, чем Гриндевальд занимается, мерзкий ты извращенец? — ледяным тоном говорил Волдеморт.
— Тогда зачем тебе все это? — прищурился Федерлайн, смотря в сторону. — В газеты понесешь, как письма свои?
— Газеты, и правда, все напишут, — кивнул Волдеморт, — но без моего участия. Европейский совет магов получил письмо от небезразличного лица, — и добавил: — Бежать поздно.
— А что насчет тебя? — вздрогнул Федерлайн. — Что они сделают с тобой?
— Пока, ничего, — поджал губы Волдеморт.
— Работаешь на них?! — взглянув на Лорда и отскочив, вскрикнул Федерлайн. Принялся осматривать фигуры у дивана. — Вы все?!
— Мы сами по себе, — скрипуче хохотал гоблин. — Альтруисты.
— Ага, — скептично заметил Федерлайн.
— Да, — кивнул Том, — со старым добрым ультра насилием. Можешь расслабить булки. Мы тебе ничего не сделаем, — в прихожей зазвучали шаги и Том оскалился: — А вот за жандармов Франции поручиться не могу.
Волдеморт отправился обратно к дивану. Он не успел присесть, как дверь гостиной распахнулась.
— Вы арестованы, — сообщил Санлис и твердым шагом направился к Федерлайну.
За спиной, на запястьях министра щелкнули наручники.
Том невольно, но быстро потер свое запястье. Он наслышан об этих наручниках. Они блокируют магические способности. И он не хотел бы почувствовать их на себе. Радует только то, что таких артефактов ничтожно мало.
— Уводите, — Санлис толкнул Федерлайна в руки двух жандармов и осмотрелся. — Беллами, — вскрикнул жандарм и направился к Райнеру, — мать честная, вот так встреча! — они пожали руки. — Как ты здесь?… — но Санлис осекся, смотря то на Тома, то на Беллами. Криво усмехнулся и взглянул на Волдеморта. — Вот оно что. Я все думал, кого ты мне напоминаешь.
— Каюсь, грешен, — усмехнулся Райнер.
— С вами там поговорить кое-кто хочет, — с недовольством произнес жандарм.
— Кое-кто? — прищурился Волдеморт.
— Человек, которого совет магов назначил новым министром в Германии, — ответил Санлис.
— Быстро они, — поджал губы Том и поднялся.
В переулке рядом с домом Федерлайна Том и семь Рыцарей встретили мадам Дориан и темноволосого мужчину средних лет.
— Это тот, о ком говорил генерал, — шепнул на ухо Волдеморту Джеймс.
— Месье Оппенгейм, вот и свиделись, — поприветствовал Том.
— Так это тебе я обязан? — усмехнулся новоиспеченный министр магии.
— Мне ты ничем не обязаны, — холодно ответил Волдеморт и сразу перешел к сути: — В нашем отряде двадцать отпускных Темных Рыцарей и восемь запасников. Не вызывайте их и дайте нам закончить.
— Как долго? — по-деловому спросил Оппенгейм.
— Либо наручники, либо встреча с создателем, — Том не очень хотел отвечать на вопрос, на который у него нет ответа. — Нам плевать, что в итоге случится с Гриндевальдом. Но с карты мы его уберем.
— Хорошо. Пока верну на круги своя то, что с этих кругов сбили, — слабо усмехнулся Оппенгейм.
В ответ Волдеморт кивнул. Легко склонил голову в знак уважения мадам Дориан и вместе с Рыцарями отправился на выход из переулка.
— Послушай, — прозвучал за его спиной голос Оппенгейм, — а сколько тебе лет?
— Я хорошо сохранился, — не оборачиваясь, ответил Том.
Портал вернул нас всех в Париж. По очереди мы вернулись в особняк. Джарет рассказал собравшимся, что произошло в Дюссельдорфе. Я лишь кивал.
Сказал, что собрание будет завтра и ушел в свой кабинет.
Душу я отвел, да. Но есть то, что мешало мне принять душ и переодеться.
Пятое мая. Да, я подрядил Клару, чтобы она помогла с покупкой подарка и его отправкой. Даже предупредил Пьера, так зовут цветочника, чтобы он учел такую важную дату. Но… без меня в этот день никак.
Том вошел в кабинет, закрылся и взмахнул палочкой. Зеркало повисло в воздухе. Не снимая плащ он позвал Амелию.
Прошел к столу, зеркало неустанно следовало за ним.
Когда он опустил пачку сигарет на стол, то понял, что она пришла. Поднял взгляд. Том не успел открыть рот, как Амелия, до этого рассматривающая его, весело заметила:
— Колоритно, — и провела пальчиком по своей щеке, явно намекая на его царапины. Том слабо усмехнулся в ответ и высунул кончик языка. — Как все прошло? — улыбалась ему Амелия и тут же уточнила: — С министром.
— Красиво, — скинув плащ, ответил Том. — Прям гордость берет, — растегнул три верхних пуговицы рубашки. — Приятно, когда наручники хрустят не на моих запястьях, — обнажил зубы в улыбке он и скинул ботинки.
— С чего им на тебе хрустеть? — поразилась Амелия.
— Кладбищу моему это скажи, — хмыкнув, плюхнулся в кресло Том.
— На нем же только подонки, — с легким сомнением, медленно говорила она.
Такая реакция не удивительна. Когда дело касается Реддла-Райнера в таком вопросе ничего конкретно утверждать нельзя.
— Наверно, — пожал плечами Том, доставая сигарету. — Но по мнению общественности их надо суду предавать, — чиркнул зажигалкой и закурил.
— Ты — высшая инстанция, mon cher, — веселилась Амелия.
— Не утруждайся, моя дорогая. Я уже сказал тебе “да”, — с коварной улыбкой, не торопясь, выдохнул дым Том.
Они рассмеялись. А после курили и молча смотрели друг на друга. Почему молчала Амелия, Тома даже не хотел предполагать. А вот он молчал, потому что в прошлую такую усталость сказал откровенную глупость. Но! Пятого мая есть то, о чем нельзя забыть.
— С днем рождения, моя дорогая, — поздравил Том.
— Спасибо, mon cher, — промурлыкала Амелия. — Мне передали твои подарки.
Амелия сразу же принялась расстегивать пуговицы рубашки, которая явно была ей велика. Это была рубашка Тома. Но все его внимание было на бледной коже. А еще приковано к изумрудному красивому нижнему белью, в котором красовалась перед ним Амелия.
— Очень красивый комплект, — урчала она,
— Я сам его выбрал, — горделиво ответил он и затушил окурок.
— Чего?
— Сходил с Кларой и гоблином в магазин…
— Гоблин… — прошептала Амелия и поняв, что она оборвала мысль, усмехнулась: — долго же обратно переучиваться будешь. А какой позывной у Ami?
— Граф. Хотя отец продолжает звать его “Тоха”, — нахмурившись, Том продолжил. — Кстати, чему я точно не рад, так это тому, что тебя повадились называть “Леди”.
— Лорд ничто без своей Леди, — напомнила Амелия Тому его же слова. — Метка есть, позывной — тоже, — Дюма рассмеялась. — Я твоя фанатка.
— Ты моя жена, — поправил Том.
— Ты явно этому рад.
— Конечно! Ты даже на представляешь с какой радостью и каким удовольствием я говорил, что помолвлен. А сейчас, что женат.
— Удовольствием?
— Да. Ещё и двойным: во-первых, ты моя, а во-вторых, я вижу как согреет надежда в их глазах.
— Мой мерзавец, — промурлыкала Амелия.
— Ты так сексально это говоришь, — достал еще одну сигарету Том, — что я не вижу ничего плохого в этом слове, — весело заметил Том, затушив окурок.
— А ты когда-то видел? — вздернула бровь Амелия.
— Твоя правда, — поджал губы Реддл-Райнер и закурил.
Взглянул на Амелию. Чтобы такого сказать, чтобы потом не извиняться?
— Лорд, гоблин и Граф… — загибая пальцы, перечислила Амелия и заключила: — Мудрец был прав, трио у вас отличное.
— Мудрец… — повторил Том, радуясь, что Амелия принесла тему для разговора, пусть он и хотел подвести ее к другому, — ты с первой встречи поминаешь какого-то мудреца. Ты знаешь, кто он?
— Знаю, — кивнула Дюма. — Томас Ришелье.
— Откуда бессмертному некроманту знать, что тебя ждёт? — поразился Реддл-Райнер. — Он, вроде, не был провидцем.
— Не был, — подтвердила Амелия. — Но он так долго прожил и так погрузился в магию жизни, что на короткой ноге со своими эпостасями в других мирах. Но больше мне не известно.
Все хорошо, но, определенно, он в ту минуту хотел другого.
— Как же сложно… — сквозь зубы произнес Том и забросил окурок в пепельницу.
— Что? — непонимающе переспросила Амелия.
Ответил он, начав с тяжелого вздоха:
— Разговор о твоем предке интересны и я бы с радостью их продолжил, но…
Он смолк и посмотрел в сторону. Как бы донести эту мысль?
— Но? — напомнила Дюма.
— Моя дорогая, — заглянул в ее глаза Том. В его словах нет ничего крамольного, — я сегодня запугал уже бывшего министра магии, перевернул все в доме белобрысой мыши, сражался с ним, вновь пугал до усрачки… и не забывай, что не так давно неделю спал с тобой в одной кровати не имея возможности трахнуть… Я сдержался. За такое, кстати, мне памятник при жизни должны поставить!
— Я думала тебе такое легче дается, — опешила Амелия.
— Да не в жизнь, — с раздражением ответил Том и закурил. С легким смешком добавил: — Моим стояком дерево срубить можно, — вздохнул. — А сейчас ты передо мной в нижнем белье, которое я хотел на тебе увидеть. Еще и в моей рубашке… сказать, что я тебя хочу — это ничего не сказать.
Они снова замолчали. Медленно курили, смотря друг на друга. Молчание нарушила Амелия:
— Дома мы не пробовали мастурбировать вместе, — медленно говорила она, пристально наблюдая за Томом, — потому что понимали, что этим не ограничимся, — Том явно пытался понять, к чему она клонит. — Но сейчас… — она чувственно выдохнула. Глаза Тома заблестели, а дыхание участилось. Довольная его реакцией, Амелия приказала: — Снимай штаны.
Я не думаю, что провоцировал Амелию на будущий поступок. Она приехала бы в любом случае. А так, мы хоть какое-то удовольствие получили.
