You should (not) be friend with the Goblin King [(Не)Стоит водить дружбу с Королем Гоблинов]

В зале суда Волдеморт, Джарет, Клеон, Альфард, Михаэль, Клаус и Павел направились к тем же лавочкам, которые занимали утром. Подняв взгляд, Том понял, что к обеду у них появился сосед: знакомый мужчина в твидовом костюме. Реддл-Райнер подал жест своим спутником и тихо сказал: — Разберусь. Присев рядом с непрошенным гостем, Волдеморт заглянул ему в глаза и криво усмехнулся. Мужчина в твидовом костюме встрепенулся и елейно произнес: — Ох, какой у меня сосед. Такая честь встретиться с вами, мсье. — Не паясничай, Геллерт, ты не в том возрасте, — хмыкнул Волдеморт и взглянул на пустую трибуну судьи. — О чем вы говорите? — наигранно удивился мужчина. — Мы можем либо нормально поговорить, — Волдеморт вновь заглянул собеседнику в глаза и расплылся в пугающей улыбке. — Либо я применю чары и смою с тебя этот морок. Выбирай. Гриндевальд поджал губы, подался вперед и сжал бедро Волдеморта. — Мне понравилось ваше выступление, — уже своим голосом произнес Геллерт. — Только, о чьем карточном доме вы пели? Мой, твой или Майне? Том грубо сбросил его ладонь и, скрестив руки на груди, спросил: — А у нас есть карточные дома? — усмехнулся. — Он только у тебя, мышонок. — Уверен? — усмехнулся Гриндевальд, проигнорировав последние слова Лорда. — После моей дуэли с Райнером у тебя только карточный дом и остался. Главное, чтобы твоей женушке пизду не продуло. — Всю песню послушал? — спросил Волдеморт, тоже проигнорировав последние слова своего собеседника. — Конечно, — легко дернул плечами Гриндевальд. — Грех такое пропускать. — Предпочту думать, что ты, как пчела, полетел на мед, — покачав головой, посмеялся Волдеморт. — Хотя… другое сравнение ближе к истине. — Как самокритично, — фыркнул Гриндевальд. За трибуну напротив сел судья. — Сейчас вердикт будет, — в один голос тихо заметили Волдеморт и Гриндевальд. Каждый из них украдкой сжал волшеюную палочку. Мы слушали, но пристально следили только за приспешниками Гриндевальда. По мне так, решение было объективным: Розье продолжают содержать под стражей, залог за него не предусмотрен, следующее заседание через неделю. В зале еще звучало эхо голоса судьи, когда все пришло в движение. Словно по команде я, Рыцари, жандармы, Гриндевальд, его приспешники и… — Гражданские! — прозвучал вдалеке голос Клауса. Но обыватели Тома не интересовали. Рыцари, да и жандармы, справятся с эвакуацией. Целью Волдеморта был Гриндевальд. Первым делом Волдеморт взмахнул палочкой и в одно заклинание скинул морок с Гриндевальда. Атакующее заклинание Геллерта. Крики гражданских, которые еще не успели уйти, и его довольная усмешка в пыли. Вновь заклинание, но уже в Волдеморта. Защита. Еще одно заклинание. Защита. Нет, Волдеморт не пытался понять противника. Он его уже знал. Том теснил Геллерта к глухой стене. Ему было нужно место подальше от союзников, чтобы их не задеть. — Как с тобой сражаться? — атакуя, веселился Гриндевальд. — Увешан защитой от проклятий, как и твой паршивец отец! Волдеморт дернул плечами и усмехнулся. Приятно слышать отец без треклятого дополнения “приемный”… пусть и из уст врага. Реддл-Райнер достаточно сократил расстояние. Пурпурная дымка. Гриндевальд только успел увернуться от блеска гоблинской стали, которая просвистела у его лица. Гриндевальд сделал выпад вперед, но его заклинание прошло сквозь пурпурную дымку. Волдеморт вновь исчез. Но, приземлившись, он налетел на молодую женщину, которая не стремилась сбежать с поля боя, хотя, стоило бы… — Куда лезешь?! — рявкнул на нее Волдеморт. — Я… — выдохнула она, зачарованно смотря прямо в красные глаза, — хотела… — Ты жить не хотела! — Волдеморт оттолкнул ее в руки Микки, который был рядом и приказал ей: — Скройся! Два атакующих заклинания встретились между Волдемортом и Гриндевальдом. Яркий всплеск искр. “Гражданские выведены. Жандармы с ними.” — Ох, — выдохнул Волдеморт и вновь набросился на Гриндевальда. Да, противников не жалко. Но Том прекрасно понимал, что он так же в окружении своих союзников. Поэтому Волдеморт использовал волшебную палочку только для защиты. Для нападения у него был нож. Гриндевальд не мог считать всю траекторию движения Волдеморта с помощью мгновенного исчезновения, но удар он ни разу не пропустил. — А я все жду, когда ты запутаешься и попытаешься пырнуть меня волшебной палочкой, — рассмеялся Гриндевальд. Волдеморт фыркнул и к противнику полетело первое атакующее заклинание. Отражение и ответ. Вновь отражение… Вспышки заклятий блестели между Волдемортом и Гриндевальдом. Но казалось, что Гриндевальд готовиться к чему-то. Волдеморт и Рыцари понимали: отступать поздно. Гриндевальд изящно взмахнул палочкой и по периметру комнаты вспыхнуло голубое пламя. Все собравшиеся замерли. — Сученок, — яростно сплюнул Волдеморт. Это заклинание было не ново. Союзники Гриндевальда смотрели на него с благоговением. Рыцари с печатью усталости на лице. Справиться с ним можно, но это требует слишком много сил… и не изнутри. — Присоединяйтесь ко мне, — прорезал тишину громкий и нарочито вежливый голос Гриндевальда. — Поклянитесь мне в вечной преданности. Или умрите. Выбирайте. Секунда. И тишину уже наполнил холодный смех Волдеморта: — Ха! И правда, старую собаку новым трюкам не научишь. Гриндевальд прищурился, смотря на Волдеморта. Он не был напуган, как и Рыцари. Холодный смех стих и Волдеморт добавил: — Этому монологу и трюку столько лет, сколько и мне. — Ты запомнил мои речи? — удивился, явно, польщенный Гриндевальд. — Да будет проклята моя прекрасная память, — покачал головой Волдеморт. — И… ты ведь знаешь, пламя сожрет нас в любом случае. Мы — твои предатели. Гриндевальд хмыкнул и осмотрел Волдеморта с ног до головы. — Твой ум меня возбуждает, — усмехнулся Геллерт. — Ум? — переспросил Том. — Что-то новенькое. Обычно все видят черты лица. — Я смотрю глубже, — мягко ответил Гриндевальд и взмахнул палочкой. Но этот расслабленный разговор не помешал Волдеморту отразить удар. — А ты хорош, — протянул Гриндевальд. — Ну спасибо тебе за комплимент, — насмешливо покачнулся в поклоне Волдеморт. — Но этого недостаточно, чтобы меня одолеть, — покачал головой Гриндевальд. — Слушай, а если вместо тебя убью Дамблдора? — дерзко спросил Волдеморт. — Девчонка тебе не простит, — отмахнулся Гриндевальд. — А ты? — оскалился Волдеморт. Гриндевальд скривился и взмахнул волшебной палочкой, словно дирижер. Синее пламя застелило весь периметр зала суда. Тонкая пылающая линия прошла между ними и разделила зал пополам. Том фыркнул, понимая, что временя начало обратный отсчет и его осталось мало. — Нам уже пора, — непринужденно заявил Гриндевальд, открыв портал за спиной. — Вали уже, — выдохнул Волдеморт, быстро взглянув на Рыцарей. — Я буду скорбеть по тебе, мальчишка, — состроил грустную гримасу Гриндевальд. — Смотри, чтобы скорбелка не отвалилась, — едко крикнул ему Волдеморт. Винда вместе со своим племянником тоже вошла в огнь, но с другой стороны оказалась только она. Кейл Розье вспыхнул, закричал, повалился на спину и от него остался только обугленное тело. Том внимательно следил за Геллертом: в его лице не было отвращения, в нем было лишь разочарование. К себе? или к Кейлу Розье?... Если случай представится, Том спросит во время следующей встречи. В лице Винды было удивление смешанное с болью. Она поспешно убежала в портал, наверно, не хотела, чтобы кто-то, особенно враг, увидел ее слезы. Приспешники Гриндевальда, что каким-то чудом выжили, легко проходили через огонь и сразу спешили в портал. Геллерт же ждал. Том невольно отметил некую симпатию внутри себя. Капитан не покинет корабль, пока не уйдет вся его команда. Как только Гриндевальд зашел в портал, тот закрылся. И Рыцари остались в окружении языков пламени. Глухие, тяжелые шаги в свистящем шуме огня. Это Маттиас Ямб подошел к тому, что осталось от Кейла Розье. — Только горстка пепла, — сообщил Маттиас, вернувшись к своим компаньонам. — Если бы ты его тогда столбиком кровати убил, — взглянув на Реддла-Райнер, фыркнул Лестрейндж, — было бы гуманнее. — Давайте эту историю, когда выберемся, — нервно хохотнул Клаус. — Есть идеи как уходить? — Минуту, — осматриваясь по сторонам, твердо ответил Том. — Ее нет, — мрачно ответил Джарет, сжимая в руках то, что осталось от его чудаковатой шляпы. Утром того же дня. — Почему мы не можем пойти в зал с вами? — резко спросила Леди Пипа. — Потому что вы наша сила с воздуха, — так же раздраженно ответил ей Лорд Волдеморт. — И я бы не свирепел, если бы ты не спрашивала об этом по семь раз последние два дня. Он осмотрел четырех вейл и одну ведьму. Собрав крохи терпения, выдохнул: — Если рассматривать наихудший сценарий, то белобрысая мышь будет уходить через портал по типу разлома. Эффективно — да, но дальность маленькая. Как только брешь закроется, вы их примите. Даже интересно, сможет ли кто-то уйти от ваших винтовок? С жуткими улыбками девушки переглянулись. — А если все будет тихо? — уточнила Мария Сойер. — Погреетесь на солнышке и посмотрите выступление с лучших мест, — продолжала хмуриться Амелия. Спустя семь часов. Шум огня. С улицы, над головами Рыцарей прокатился рев дракона. — Я рад… и не рад, — выдохнул Том, посмотрев на потолок и нахмурившись. Ему надо было узнать, что она собралась делать. Реддл-Райнер прикрыл глаза и сосредоточился. В первый раз получилось, но… сейчас они достаточно близко друг к другу? Достаточно. Ответ Амелии был прост, так что Волдеморт скомандовал: — Ко мне! Защиту на голову! Все здесь?! — Да! — прозвучали голоса хором. “Давай!” — взглянув в потолок, приказал Волдеморт и взмахнул волшебной палочкой. Ужасающий треск. Лавина камней, летящих сверху. Мощный порыв воздуха, который прибил или сдул каменную пыль. — На спину! — прокричал Волдеморт. На черных дымка они все переместились на спину дракона. — Она выдержит? — из-за шума ветра и крыльев было невозможно понять чей это голос. — Да! — но, если быть честным, Том надеялся на это. Он скомандовал дракону: — “На площадь!” Гражданские и жандармы бессильно наблюдали, как огонь пожирает здание суда. Жандармы знали о противоборстве такому пламени только в теории, но на практике никогда не пробовали. А вот гражданские… зачем им в жизни такие магические знания? Перехватить их внимание смогло только рычание зверя, которое последовало сразу за грохотом разрушающегося здания. А может, он звучал в процессе? Взору людей на площади предстал силуэт дракона, который резко взмыл в небо. В воздухе дракон выровнялся и полетел прямо к ним. Люди вскрикнули, присев на корточки и прикрывая головы. Единственным исключением были четыре женщины, которые внимательно следили за зверем. И как только когти дракона вспарывая вонзились в каменную плитку, они бросились к нему. Череда пурпурных дымок. — 22 точки! — крикнул Волдеморт, отнимая ладонь от правого предплечья. Под взглядами изумленной публики Рыцари и вейлы рассредоточились вокруг здания суда, извлекая на ходу волшебные палочки. — Фините! — прокатился хор из двадцати двух голосов. Пламя начало раскручиваться в обратную сторону, возвращаться к своему источнику, а от него направилось ввысь. Над их головами прозвучал взрыв, который в скором времени приведет в Париж дождь. Лишь небольшой огарок заклятья продолжал парить и медленно спускаться на землю. Но он не успел приблизиться даже к самому высокому шпилю. Мощный порыв воздуха за их спинами. Дракон взлетел, распахнул свою пасть и сожрал остатки адского пламени. Вдалеке шумел маггловский город. Но тишина на площади оглушала. Дракониха мягко опустилась рядом с Волдемортом и кашлянула, выпустив из ноздрей и пасти облачко серого тумана. — Смотри, чтобы изжоги потом не было, — коснулся лапы черной драконихи Волдеморт и заглянул в ее огромные черные омуты. Амелия фыркнула и закатила глаза. — Уморительно, — слабо хохотнул Том и взглянул на подошедшего к нему Санлис. — Кейла Розье сожрало пламя белобрысой мыши. — Просчитался, — хмыкнул жандарм, скрестив руки на груди и расположив их на выпирающем животе. — Ага, — согласился с ним Том. — Но старина Розье, в отличии от своей тетки, не рискнул бы жизнью ради кого-то. Угрожающее рычание дракона над головой. — У Альберта были сомнения, — прозвучал голос Гриндевальда, — но он, в отличии от Куини, склонялся к тому, что твоя женушка где-то поблизости. Том обернулся и взглянул на Гриндевальда и Винду, который вышли к ним из проулка. Усмехнулся: встречу с ведьмами пережила только эта парочка. — Твой сын редкостный извращенец, — взглянул на Геллерта Волдеморт. — Правды в его словах не было. — Да? — с насмешкой переспросил Гриндевальд. — А по мне так, тут стоит доказательство. И… Леди Пипы я в ваших рядах не вижу. Вывод напрашивается сам. — Будь Леди Пипа здесь, у тебя бы во лбу зияла пуля, — подленько посмеялся гоблин и его скрипучий смех подхватили все собравшиеся Рыцари. Даже дракониха хмыкнула. Спокойным оставался только Волдеморт. Том понимал: Гриндевальд может догадаться, что способно отвлечь Леди Пипу от такой цели, как он. Надо подумать, чьей смертью он прикроет отсутствие Леди. — Это удар в самое сердце, — наигранно расстроился Геллерт. — Для тебя, мальчишка, есть кто-то важнее меня? — Представь, — холодно ответил Волдеморт и осмотрелся. Сил и желания думать, двигаться, колдовать у него уже не было, значит надо уйти. Но как это сделать и не подмочить репутацию? Ответ пришел внезапно. — Слишком много свидетелей, — театрально протянул Санлис. — Мы не можем вас так просто отпустить. — Как и белобрысая мышь, — усмехнулся Волдеморт и пожелал: — Удачи. Зажал метку. Череда пурпурных дымок и все Рыцари, вейлы и Ведьма оказались на спине дракона. Мощный взмах крыльев. Том уже не сомневался, что Амелия их всех выдержит. Она и правда сильная, но… его тревоги от этого знания меньше не становились. Амелия вынесла их из Парижа и начала искать большое и удобное место, чтобы приземлиться. Прямо по курсу Том увидел чистое зеленое поле. Дракониха тоже его увидела и пошла на снижение. “Она слишком долго была в этой форме…” — Том даже не хотел представлять, что будет, когда она начнет вновь превращаться в человека. Пусть и понимал: увидеть это придется. Глухой стук мощных лап о землю. Шорох камней. Дракониха замерла, расправив крылья, словно предлагая Рыцарям спуститься с их помощью. Но Рыцари, как бы заманчиво предложение не было, исчезли во вспышках пурпурных дымок. Том принялся стягивать свой плащ, как только его ноги почувствовали под ними землю. Наблюдая, как дракон таил в воздухе, как Амелия трансформировалась обратно в человека, он уже бежал к ней, чтобы укрыть. Амелия тяжело дышала, словно после бега. Казалось, что она ничего не видит. Словно ослепла, оглушена. Том схватил ладонь Амелии, крепко сжал и потянул вниз, чтобы усесться на землю. Прижимая Дюма к себе, Реддл-Райнер тихо заговорил ей на ухо: — Сосредоточься на моей руке. Моем тепле. Я рядом. Но Амелия никак не отреагировала. Том шумно выдохнул и тихо запел: You give me your smile A piece of your heart You give me the feel I've been looking for You give me your soul Your innocent love You are the one I've been waiting for I've been waiting for Том нервно выдохнул. Ему всегда хватало одного куплета, чтобы Амелия начала приходить в себя. Но не тот раз. Она так и продолжала смотреть ничего не видящим взглядом. “Надо продолжать,” — подумал Реддл-Райнер и пропел следующую строчку, которую вместе с ним подхватил Клаус: We're lost in a kiss A moment in time Forever young Just forever Just forever in love Том услышал голоса всех Рыцарей. Да, уставшие. Да, чуть слабее, чем обычно. Но это их не останавливало. У каждого в жизни был человек, ради которого они свою душу наизнанку вывернут. И сам Том пел бы, чтобы ему… им помочь. When you came into my life It took my breath away And the world stopped turnin' round For your love When you came into my life It took my breath away 'Cause your love has found it's way To my heart Лорд Волдеморт и Рыцари продолжали петь. И к последним строчкам Том выдохнул, ведь в ответ он увидел полность осознанный взгляд Амелии. — Твоя рука… — хрипло прошептала она, сжимая его ладонь. — Твое тепло… Том усмехнулся, прижимая Амелию к себе, и тихо спросил самое неожиданное, что он мог придумать: — Куда же пропадает твоя одежда, моя дорогая? — Ты же не разрешаешь мне носить мое красное платье, — хрипела Амелия. — Там какая-то особенная ткань? — Реддл-Райнер продолжал отвлеченный разговор. — Да, — слабо улыбнулась Дюма. — Она может порваться в сражении, но когда я обращаюсь частично или полностью, то становится частью моей кожи. — Думаю, пора мне аннулировать это правило, — вздохнул Том, правда, мрачно добавил: — Но… — Тебе нравится кутать меня в свою одежду? — пусть все еще хрипло, но меж тем игриво, спросила Амелия. — Да, — просто ответил Том. — Ты можешь быть таким милым, mon cher. Амелия пыталась улыбаться, пыталась показать, что она взбодрилась… но Том слишком долго смотрел в ее глаза. Он знал правду. Она притворяется. Оно и не удивительно. Надо проследить, чтобы она не игнорировала отдых… особенно в тот момент. Шуршание за спиной и тяжелые шаги: это Маттиас и те, кто вызвался ему помочь; Том понимал, что Рыцари занялись своими ранами. Реддл-Райнер поднялся и протянул Дюма раскрытую ладонь. Амелия тяжело поднялась и вцепилась в Тома, словно в посох. Вдвоем они обернулись и со свистом выдохнули. В том сражении больше всего досталось Рудольфу, Павлу, Микки и… Антонину. Его рука была вся в крови и неестественно вывернута. Амелия молча подталкивала Тома ближе к Долохову. И рядом с другом она медленно опустилась на колени. — Ну… — поджала губы Амелия. — Лорду плечо я лечила. Гоблина выковыривала. Теперь ты. — Не надо… — обеспокоенно прошептал Антонин. — На тебя Лорд надышал что ли? — фыркнула Амелия, вскинув ладонь, чувствуя что и Том хочет что-то сказать. — Ты Ангел Смерти, — напомнила в первую очередь Долохову Дюма, — мне тебя лечить, считай, бесплатно. Так что, — она опустила свои ладони на его руку, — не манди. Том слабо усмехнулся и перевел взгляд на Беллами, который рядом помогал Павлу с его порезом… хотя, казалось, кто-то откусил от его бедра кусок. — Что произошло? — спросил Волдеморт, присев на корточки рядом с Райнером и Мончиводой. — Противники сдаваться не хотели, — просто ответил Беллами, пропитывая большой кусок ваты светло-зеленым зельем из маленького флакона. — Так еще и активно прикрывались твоей дуэлью с белобрысой мышью. Том нервно сглотнул. Вот его двухлетняя усталость дала о себе знать. — Это моя вина, ребята, — разочарованно произнес Волдеморт, и все понимали, что его разочарование обращено только к самому себе. — Я сосредоточился на мыши и не смотрел по сторонам. — Не говори глупость, — в один голос запротестовали Антонин, Павел, Рудольф и Микки. — Постараюсь, — хмыкнул Том, смотря, как Райнер прикладывает вату с зельем к разрыву Мончиводы. Долохов уже сидел на земле с абсолютно здоровой рукой. А Амелия уже стояла над Микки. — Ладно, — вздохнул и тяжело поднялся Том, — теперь надо понять, как мы сейчас в штаб отправимся. — А нам прямо сейчас туда надо? — смотря в небо и прижимая к себе Клару, спросил Джарет. — Нам надо отдохнуть, — отрезал Волдеморт. Собравшиеся принялись переглядываться. Было странно слышать эти слова в такой последовательности из уст Лорда Волдеморта. — Есть еще одно место, — оживленно произнесла Амелия и изящно вскинула руку. — Стой! — крикнул Том, но она уже открыла портал. Дюма рассказывала ему о них, поэтому Волдеморт скомандовал: — Быстро! Портал за их спинами закрылся. Том дважды моргнул, что привыкнуть к темноте. Он не успел заметить, как начало темнеть. Медленно перед ним вырисовывался силуэт. И чем больше привыкали глаза, тем четче он становился. Над ними возвышались высокие, мрачные стены. Наверно, это был замок… если судить по архитектуре. Где-то в стенах были дыры. Где-то башни были снесены. Природа забирала свое. То тут, то там сквозь камень прорезались трава и тонкие стволы деревьев. Том опустился на одно колено и провел кончиком пальца по каменному осколу, который был у его ног. Растер. Этот черный не цвет камня, это сажа. — Где мы? — выпрямился Реддл-Райнер, догадываясь, какой ответ услышит. — Руины Черного замка, — ответила Дюма, поправляя плащ на груди. — Я столько раз видела это место в кошмарах. Но… — она мягко подошла к Тому, — но я хотела побывать здесь… — вздохнула, — с тобой… — взглянула на Рыцарей, — с вами… пожалуйста, помогите мне прогнать мой кошмар. Рыцари, нет… ее друзья ничего не сказали. Они обступили Амелию, чтобы она чувствовала их тепло, заботу. Амелия слабо улыбнулась и прижалась к груди Тома. Мрачный момент спокойствия. — В таком укрытии есть еще один смысл, — поддержал Амелию Клаус, который поглаживал ее белую тонкую ладонь, которую она опустила на плечо Антонина. — Прихвостни белобрысой мыши сейчас рыскают по всему Парижу. Вдруг мы осторожность утратили, и покажем где наш штаб. — Точно, — согласился Волдеморт и приказал: — Разбейте лагерь. Шуршание пожухлой травы и мелких камней. Рыцари разбрелись, чтобы выполнить приказ. — Генерал, — продолжил Том, пока Клаус не ушел, — передай сообщение Рыцарям в Париже: пусть этой ночью укроются не в штабе. — Эти координаты передать могу? — вкрадчиво спросил Майне. — Да, — кивнул Реддл-Райнер и сразу же продолжил: — Если кто-то сюда соберется, скажи, чтобы Леди одежду и ботинки принесли. — Добро, — кивнул Клаус. — А если не соберется? — обеспокоенно спросила Амелия. — Значит будешь в моем плаще, Леди. И буду тебя на руках носить, — Реддл-Райнер прижал Дюма к себе одной рукой, а затем кончиками пальцев провел по ее волосам. — Они вновь рыжие. — Утром исправлю, — отмахнулась Амелия. — Пока с ног валюсь. — С ног валишься? — усмехнулся Том. — Тогда я сегодня сверху. Спустя полчаса на свободном пятачке рядом с руинами замка были разбиты две палатки, которые внутри были куда больше, чем снаружи. Горело три костра: два для приготовления пищи, один для согрева. Звучали струны гитары, песни, разговоры, громкий смех. Том сидел на земле, облокотившись на тонкий ствол дерева, и прижимал к себе Амелию. Шаги в сухой траве. По координатам прибыли шесть Рыцарей и две вейлы. Вирджиния, как и Аннет не стали подходить к Лорду, только махнули ему, пока спешили одна к Михаэлю, другая к Антонину. Том криво усмехнулся, рассматривая Рыцарей и небрежно поглаживая плечо Амелии. Удивительно, что Вирджиния прихватила только Аннет. Не то чтобы Волдеморт этого хотел, но он знал всех возлюбленных, если они были, своих сподвижников. — Колоритно, — заметил Вернор, рассматривая останки Черного замка. — Считай, наша альма-матер, — невозмутимо ответил ему Беллами. — Эй! — крикнул Вирджинии Лестрейндж. — А чего ты только Аннет прихватила, красавица? — Так приказа не было, — озорно рассмеялась Вирджиния. — Но если Лорд перстом укажет, то будет вам массаж… хотя, вы и сами его друг другу сделать можете. Пауза и протяжный крик: — Лорд! Поляну наполнил холодный смех. Том махнул рукой Рыцарям: “Уговорили”; и кивнул Вирджинии. Курт протянул Амелии сверток. — Леди, Виржиния прихватила тебе одежду, но, — он усмехнулся, — маршрут у нее с крюком вышел… как и у сестрицы Анни. — Ой, — пискнула Дюма и оторвалась от Тома, только чтобы прижать к себе сверток. — Спасибо, младший-сержант. — Надеюсь, — хохотнул Джеймс, — платье встречу с Лордом переживет. — Да иди ты! — холодно рассмеялся Том и легко бросил в Коттака маленькую тонкую ветку, которая подвернулась под руку. Вейлы и куртизанки, в общей сложности семь девушек, прибыли спустя 20 минут, вместе с Кларой и Аннет Амелия ушла к руинам, чтобы переодеться. Том сделал щедрый глоток красного вина и отставил бутылку в сторону. Приговорил. — Как же я устал, — прошептал Волдеморт и сжал в губах сигарету. Мягкие шаги рядом. Шуршание платья. Том взглянул на свою гостью. — Вы на низком старте были? — обратился он к Вишенке и затянулся. — Мы с надеждой были, — весело ответила куртизанка и протянула Волдеморту открытую бутылку вина. — Споить решили? — хмыкнул Том и сделал глоток. — Это уже третья. — Но ты не отказываешься, — вздернула свою тонкую бровь Вишенка. — Заебался, — не стал увиливать Том и спросил: — Тут не только с яблока девы? — Не-а, — она забрала из его рук бутылку. — Попи из ветра к сержанту прискакала. А Аннет, да, на низком старте была. Сразу с Вирджи увязалась к своему русскому аристократу. — Кто бы сомневался, — закатил глаза Том и сделал глоток вина. — Дружище, — подскочил к нему Джарет, — погнали. — Погнали, хули, — кивнул Том и поднялся, схватив друга за протянутую ладонь. На граммофон опустили пластинку. Том и Джарет любили эту песню, поэтому с удовольствием вступили, когда проигрыш закончился. Tomorrow soon turns into yesterday Everything we see just fades away There's sky and sand where mountains used to be Time drops by a second to eternity Наверно, почти три бутылки раскрыли в Томе танцора. Не идеального, да. Но от Джарета он старался не отставать. It doesn't matter if we turn to dust; Turn and turn and turn we must! I guess I'll see you Dancin' in the ruins tonight! Dancin' in the ruins! Несмотря на все тревоги того дня (да что говорить? за последнюю пару лет… или за всю жизнь), наступил момент спокойствия. Хотя бы на одну ночь. Они все это заслужили. “Обожаю петь и танцевать с майором Томом. Хотя, я с ним за любой кипишь… кроме голодовки. В тот день, после стольких напряженных месяцев, он наконец-то расслабился. И это оказалось заразительно. Эта радость посреди нервотрепки.” — Джарет, как ты пролез в мой кабинет?! — Ты сам нас здесь бухих спать уложил. — Алкаши гребаные. — Может, — пожал плечами Джарет и со смехом продолжил: — Притупилась твоя осторожность. Тебе стоит записи убирать. Но мне понравилось. На поляне звучала музыка и громкий, хриплый, каркающий, звонкий смех. Том стоял облокотившись на ствол дерева и пил красное вино сразу из горла. Его вниманием завладела Амелия. Вот почему ей в борделях всегда такие платья выделяют? Том чуть склонил голову набок. Бросил острый взгляд под ее юбку. В этом коротком оранжевом платье она походила на цитрусовое. Так и хотелось попробовать. Том быстро подошел к Амелии и протянул ей бутылку. Она сделала глоток. Том выхватил бутылку из ее рук и всучил ее в руку Джарета. Закинув Дюма на плечо, Реддл-Райнер ушел в глубь развалин замка. Скрывшись с глаз зрителей, Том поставил Амелию на ноги и толкнул к стене. Быстро приблизился и навис, оперевшись на локоть. Шумно выдохнул. Словно хищник загнавший добычу. — Спасибо, — прошептал Том, медленно ведя ладонью по ее бедру. — Пожалуйста, — прошептала Амелия, смотря в его темно-карие глаза. — Но… за что? — Где это видано, — лениво посмеялся Том, запрокинув голову назад, — чтобы темный колдун так нагло зажимал некроманта в этих стенах? Он снова посмотрел на Амелию и по его глазам пробежалась красная искра. — В твоей сказке, — сквозь стон произнесла Амелия, потому что Том принялся настойчиво ласкать ее между ног. — Хм… — она крепко схватила его за плечи. — А где видано, чтобы темный колдун стал следующим жнецом? — Томас Мэтью Райнер — причина изжоги и живых, и мертвых, — посмеялся Том и его глаза вспыхнули красным. — Мэтью… — простонала Амелия, прижимаясь к Тому, — любопытно… почему… ох… papa решил дать тебе это имя? — Спроси его, — фыркнул Том и прекратил свои ласки. Он хотел перейти к следующей части своего желания, но Амелия истолковала это инче: — А ты не спрашивал? — Это ведь ты мне говорила, что имя выбирают родители, — с легким раздражением откликнулся Том. — Но интересно же! — оживилась Амелия. — Пойдем, спросим! — она дернулась в сторону, но Реддл-Райнер вжал ее в стену. — У меня был другой план, — он засунул в ее рот два пальца. Смотря своим гипнотическим взглядом, томно прошептал: — Прошу, отдайся мне. Наверно, если бы кто-то услышал меня со стороны, то решил бы, что в стенах старинного замка притаился монстр. Не ошибся бы. Звонкие стоны Амелии, мое хриплое дыхание. Ее бархатная кожа под кончиками пальцев. Ее страсть. Моментами — нетерпение. Продолжая с силой входить в Амелию, я прикрыл глаза и дал волю воображению. Нет, Амелия была на месте. Изменилась атмосфера. Старинный замок, который мог стать мне темницей. Но мне бы там не было скучно: ведь рядом Амелия — некромант, которая полюбила меня и отдалась. — Thomas, прошу… — стонала Амелия. Я прекрасно знаю, какое желание стоит за этим “прошу”. — Чертовка, — с наслаждением прорычал я. И со стоном, больше похожим на рычание, кончил в два сильных и глубоких толчка. Когда Том и Амелия вернулись в их импровизированный лагерь, почти все Рыцари и их гостьи спали. Исключая Павла, Михаэля, Вирджинию и Беллами, к которому в два прыжка подскочила Амелия. — Почему Мэтью? — с любопытством спросила Дюма. “Надо было идти на второй заход,” — подумал Том. Беллами уставился на Амелию, явно не понимая о чем… о ком она. Дюма ему немного помогла, махнув головой в сторону Тома. Райнер кивнул и просто ответил: — Мне нравится. — И все? — спросила Амелия и присела на корточки рядом с Беллами. — Малышка, — хрипло посмеялся Райнер, — ты все еще не уяснила, что у меня свои отношения с именами? Сынок спросил, какое имя я б дал ему при рождении. Я ответил, как чувствую, вот и все. — Мэтью, или на французский манер Матье, значит божий дар, — сонно прошептала Вирджиния, уткнувшись в плечо Михаэля. — А он для меня, и правда, дар, — тихо прошептал Беллами и закурил. Утром мы собрали наш лагерь. Отправили девушек домой тем же путем, которыми они пришли. А для нас единственным способом вернуться в парижский особняк всем скопом был портал, который открыла Амелия. Проблема этих порталов в том: чем дольше они открыты, тем больше часов жизни у нее отнимают. Поэтому в те редкие разы, мы за секунду всей гурьбой через них проскакивали. — Словно в поход сходили, — хрипло посмеялся Маттиас, проверяя осталось ли хоть что-то в его медицинской сумке. — Ага. Теперь надо узнать, что случилось в наше отсутствие. — Том взглянул на Антонина, Джарета и Рудольфа. — Граф, гоблин, мастер-сержант, за газетами. Троица кивнула и направилась к выходу. — Амелия, — продолжил Волдеморт, а Дюма вздрогнула, услышав свое имя, — иди отдыхать, — приказал он, заглянув в рапорт. — Но Леди Пипе… — подскочила к Реддлу-Райнеру Амелия, но он ее резко перебил: — Иди отдыхать. Амелия бы продолжила спор, но, напоровшись на пронзительные красные глаза, смиренно отправилась в кабинет. “Они все делают изящно” — гласил газетный заголовок: — “Песня Лорда и Генерала. Ох, эти ребята не только палочками, ножами и пистолетами орудовать умеют. Они могут напугать врага и придать нам сил одной песней! Я понимаю почему в свете дня на публике они предстали в масках. Но сомнений нет: певцами были Генерал и Лорд Волдеморт. Музыкантов я тоже опознала. Все в нашей редакции сказала, что я их фанатка. Ха! Художник, капрал, мастер-сержант и Док. Невероятные мужчины! Конечно, они были на первом заседании, ведь именно Лорд Волдеморт и Рыцари Справедливости схватили Кейла Розье. Адвокат защиты апеллировал к тому…” — Рыцари Справедливости… — протянул Микки, резко опустив газету. — Я не могу с этой дамочки. Долохов, Гринготтс и Шинклер принесли три стопки плотно связанных свежих газет, и все свободные Рыцари расположились в гостиной, чтобы изучить информацию. Конечно, больше всего внимания привлекла журналистка из La Voix d’Angélique, которая начала исходить слюной по Рыцарям после поражения Потрошителя. — Я думал эта крошка с дракона начнет, — хохотнул Джеймс и взглянул на Тома. — А она к тебе клинья подбивает. — Может, к генералу? — не отрываясь от газеты, предположил Том, который расслабился кресле. — Я для нее староват уже, — парировал Майне. — А вот ты, точно, в ее вкусе. — Пауза. После Клаус разочарованно протянул: — Правда, эта клуша опять наших девочек забыла. Без них мы бы Розье в угол не загнали. — Да, — согласился Том. — Я, сержант и Дарк там чисто декорациями были. — Вот и расскажи ей об этом будуаре! — веселился Коттак. — Рехнулся, капрал? — закатился Джарет, посмотрев на Джеймса. — В будуаре с дамой других дам обсуждать? — Я Потрошителю в газетах не отвечал, — оторвался от пергамента Реддл-Райнер и взглянул на Коттока. — С чего ей обязан? — Так в газету не надо, — не унимался Джеймс. — Мы знаем ее имя и кабинет в Вестнике. Можно лично. — Слишком много чести, — фыркнул Том. — До победы над Потрошителем она ничего не писала, а потом ее прорвало. Наверно, потому что ебало мое срисовала. — А мне нравится, что она опускает наши заслуги, — стоя в дверях, произнесла Амелия. — Если во всеуслышание сказать, что вейлы с Волдемортом и Рыцарями, то на нас будут смотреть с подозрением. А так мы уверенно действуем из тени. — То есть, она все делает верно? — спросил Том, наблюдая, как Амелия, надевшая длинный халат, плыла к нему. — Ага, — отодвинув газету в его руках, кивнула Амелия. — У нее свои причины, конечно. Но, если я буду переживать о каждой девке, что по тебе течет, то мне никаких нервов не хватит, — и устроилась на его коленях. Я был рад, что восхваления озабоченной журналистки затмили все, что написали о драконе. Чем меньше Гриндевальд об этом думал, тем мне было спокойнее. На основе рапортов и анализе новостей я составил целую вереницу новых приказов. Даже пару сам себе поручил. Секса мне было недостаточно. — Тебе надо на ком-то душу отвести? — спросил Альфард Тома, смотря на доску с заданиями. — Ага, — кивнул Волдеморт и закурил. Медленно выдохнул дым. — Мне прям физически охота кого-нибудь убить. Несмотря на то, что те приспешники Гриндевальда, которые были в суде, тот суд не пережили, у них были свои банды. Втроем мы ворвались в маленькую парижскую квартиру тех, кого мы первыми нашли. Блеск гоблинской стали. Теплая кровь на руках… Но моя душа все равно не успокоилась. После вылазки, вернувшись в особняк, Том зашел на кухню, чтобы сделать чашку кофе. Ему надо было вновь просмотреть свои записи и найти “целительное” для себя дело. — Как все прошло? — хором спросили Джо Вайман и Френсис Бучхолз, которые до этого задумчиво смотрели на продукты, сложенные на кухонном столе. — Продуктивно, — просто ответил Реддл-Райнер, вытрясая жмых из холдера. — Кофе будете? — Не откажемся, — довольно протянул Вайман. Приготовив три чашки кофе, краем уха слушая оживленный разговор Джо и Френсис, Том пытался понять, чего он хочет больше: вновь кинуться в бой или подняться в кабинет и спать на подушке или груди Амелии, а не на своей руке. Но может, есть еще какое-то решение? — Что делаете? — спросил Том, взмахом волшебной палочки отправив две кружки на стол к Рыцарям. — Хм… — насупленный Джо взглянул на Френсис. Реддл-Райнер усмехнулся в свою кружку, понятно кто проиграл спор. — Сегодня у нас гуляш из говядины, — ответил Френсис, — которую су-шеф добыл на рынке. — Шеф, — подойдя к столу, обратился к Бучхолз Реддл-Райнер, — можно присоединиться? — и сделал глоток из кружки. — Чего? — хором спросили Джо и Френсис. — Вы пробовали хоть раз готовку Леди? — спросил Том, ставя кружку на стол и стягивая с плеч свой плащ. — Нет, — поджал губы Джо. — И, думаю, на то есть причина… — Да… — закатывая рукава рубашки протянул Том, — так что, этот навык мне необходим, — он снова сделал глоток кофе и резво взял со стола большой разделочный нож, поиграв ручкой между пальцев. — Хорошо, — усмехнулся Френсис и без какого-либо страха поправил нож в руке Том. — Но, для начала, не бери нож так, как будто мертвой корове горло вскрыть собирался. — Выебываться будешь, когда готовить научишься, — рассмеялся Джо. Забавно то, что готовка смогла хоть как-то успокоить мою душу. До сих пор, если меня что-то… кто-то… злит, и я не могу убить, я что-нибудь готовлю.