Emerald Dragon

      У Золотого правителя, великого Каменного лорда, вот уже несколько тысяч лет правившего страной гордо возвышающихся скалистых гор и каменных лесов, обширных равнин и оживлённых побережий, имелась самая любимая, единственная и неповторимая драгоценность; услада для очей его и чресел, гордость и символ вечной молодости его, изобилия, щедрости, Контракта; так неизменно привносившая радость в рутину серых дней и дарившая успокоение вперемешку со столь желанным наслаждением томными, полными духоты и порой даже тревоги ночами. Никто о ней толком не ведал, никто из обитателей страны и придворных правителя не удостоен был чести даже узреть её, но все знали наверняка, явственно чуяли её невесомое присутствие в повседневной жизни государства. Жители столицы могли лишь строить догадки о прекраснейшем изумруде покоев Дракона, в то время как в порт прибывали иностранные гости и велись важные государственные переговоры. Вот тогда-то, только для самых важных гостей лорда как по велению небес открывались необходимые врата, и в них являлась она — та самая драгоценность.       В тот день из лавки травника в столице доносились странные звуки. То ли всхлипы, то ли стоны, то ли и вовсе жалобный плач. «Не хочу-у… Не бу-у-уду…» — так звучало из покоев за главными палатами лавки.       «Ну-с, стало быть, лечит Бай Чжу очередного бедолагу», — на том и сошёлся народ, который слышал эти звуки по дороге в павильоны Властителя.       «О, Властелин всемогущий!» — слышался голос самого лекаря.       «Какой праведный человек! — единогласно решил народ. — Молится божеству нашему за здоровье и спасенье своих пациентов!»       Рыжеволосый посол северного государства, прибывший с визитом к Каменному лорду, пересёк огромную, вымощенную гладким мрамором с золотом террасу и приблизился к Золотой палате. На дворе стоял тёплый осенний вечер, в воздухе пахло недавно прошедшим дождём, а в небе сияли первые после шторма звёзды.       — Его Святейшества нет, — отчитывался миллелит на входе в палату.       — Как, нет? Куда же подевалось ваше божество?       — В порту ищите. Или на рынке.       По дороге на рынок, проходя мимо хижины лекаря, рыжеволосый посол тоже услышал вскрики и стоны да решил заглянуть на боковой двор, в покои.       — Ах, Господин! — послышался томный вскрик.       «Так вот где он. Никак не в порту и не на рынке», — усмехнулся посол и легонько отодвинул шёлковую ткань, скрывавшую покои лекаря.              Там, в этом багряно-изумрудном закутке, заполненном ароматом лечебных трав, пота и жаром тел, Властелин Камня, величественный Дракон, Золотой правитель нации, всемогущее божество трахал до исступления стоявшего на коленях лекаря, широкими, размашистыми движениями могучих бёдер, входя своим членом в него до упора. Ракурс был подобран идеально, и послу открывался чудесный вид на сжимающиеся при грубых толчках ягодицы Повелителя и на его яйца, со звонкими шлепками бьющиеся о яички лекаря. Вот он, раскинувшийся перед зрителем изумруд. Светлая, почти мраморная кожа драгоценности Властелина сияла теплом в отсветах десятка зажжённых свечей. Длинные зелёные волосы были собраны в хвост широкой ладонью его Господина, а выбившиеся локоны своевольно свисали над деревянным полом или прилипали к взмокшему лицу. Его золотые змеиные глаза оказались полуприкрыты, а зрачки закатилась вверх. Приоткрыв губы, лекарь стонал от удовольствия, прогибаясь в спине и сильнее сводя ноги.       — Держи бёдра сведёнными как можно крепче, — командовал Властелин Камня, — чтобы я видел, как из твоего конца текут и сочатся соки.       Бёдра лекарь Бай Чжу и правда держал вместе крепко то ли из-за того, что был таким послушным, то ли потому, что получал так больше удовольствия, создаваемого трением. Меж бёдер его торчал слегка отогнутый назад небольшой аккуратный член, у основания которого сияло золотое колечко — подарок Властелина. При каждом толчке на проколотых сосках лекаря звенели маленькие колечки, покрытые изумрудами и соединённые друг с другом тонкой золотой цепью — ещё один подарок Каменного лорда.       Ни капли не сдерживаясь, прелестная драгоценность Властелина беспрерывно стонала и текла, словно почти высохший источник из камня в особо жаркий день.       — Сильнее… Сильнее! — кричал лекарь, и на лбу его появлялась испарина. Здоровье не позволяло ему наслаждаться своим положением по полной: были и побочные эффекты.       — Ну вот, теперь ты просишь сильнее. А до этого был таким строптивым, — слегка сбивчивым тоном с иронией произнёс Каменный лорд.       — Ого-го, — раскрыл своё присутствие рыжеволосый посол, стоя у входа в помещение и по достоинству оценивая долгим взглядом открывавшийся перед ним вид. Бай Чжу тут же испуганно сжался, попытался вывернуться из постыдной позы, но Властелин крепко удержал его одной рукой за волосы, другой — за талию.       — Я вас ждал, Чайльд, — не отрываясь от своего занятия, с достоинством, свойственным божеству, отозвался Властелин.       — Я немного заплутал, — пропел посол. — Меня отправили на рынок. Но я быстро нашёл дорогу и теперь на верном пути. Искал вас, искал, значит, а оно вон чем занимается великий каменный лорд. С зеленоглазыми крошками развлекается. Ох, пардон — драгоценность свою оценивает, — Чайльд прошёл внутрь, снял перчатки и кинул их на стол рядом с какими-то травяными настойками. — А прелестный Бай Чжу не свалится в обморок от таких любовных игрищ? А, Господин Чжун Ли?       Каменный лорд замедлился, когда рыжеволосый посол приблизился к светлому личику Бай Чжу и потрепал его по смущённо заалевшей щеке. Ответ не требовался. Бай Чжу был слаб телом и падок на члены мужчин, но зато вполне крепок духом. Продолжая оглаживать мягкую кожу лекаря ладонью, Чайльд заглянул в янтарные глаза Золотого правителя и с хитрым прищуром спросил:       — Могу ли я разделить удовольствие в оценивании прекрасного изумруда вместе с вами, Господин?       Минутой позже, там, в багряно-изумрудных покоях лекаря, рыжеволосый посол северного государства делил с Каменным лордом одну драгоценность на двоих. Соскучившись друг по другу, Господин Чжун Ли и Чайльд сливались в поцелуях и как бы замыкали кольцо, часть которого составлял Бай Чжу, извивающийся под Золотым правителем и одновременно с этим ублажающий посла губами и ртом.       — Не могу дождаться своей очереди, — прикусив губу правителя, прошептал Чайльд и поднял личико Бай Чжу за подбородок, — чтобы отыметь тебя…       Каменный лорд зажмурился, сдвинул брови к переносице и отстранился.       — Что случилось, Господин? Вы чуть не кончили? — усмехнулся Чайльд, по-прежнему придерживая личико Бай Чжу и поворачивая его к повелителю. Лекарь жалобно посмотрел на Чжун Ли через плечо и маняще покрутил бёдрами, прося заполнить его вновь.       — Так займите же свою очередь, господин Чайльд, — выдохнул Чжун Ли и легонько шлёпнул свой изумруд по розовой ягодице, одобрив таким образом его слияние с другим, но не менее дорогим его сердцу мужчиной.       Там, в багряно-изумрудных покоях лекаря, творилось то, что простому люду и представить было невозможно. Там, где народу виднелась обыкновенная хижина лекаря со всеми банальными обрядами, Властитель в тайне хранил свой драгоценный изумруд, выставляя его напоказ лишь особенным иностранным гостям и таким образом эффективнее заключая новые Контракты с другими государствами о невмешательстве в его личную жизнь и дела нации. Контрактов же этих придерживался каждый, и не было поныне ни одного нарушителя, потому как щедрость Божества не знала границ, а светлокожая, приносящая радость да выздоровление драгоценность, с глазами цвета золота и изумрудными волосами, была прелестнее всех на белом свете.