Парень не промах

      На следующее утро Элайджа уже был у Альберта на приеме. Он ходит к нему не по какому-то расписанию, а только по нужде и всегда без предупреждения. Это не нравится хозяину чайного магазина, но он готов мириться с этим ради неутолимого потребителя.       — Что привело вас сегодня? — начал Альберт, засекая таймер на наручных часах. Элайджа лежал на кушетке и рассматривал потолок, не замечая голоса хозяина.       — Кхм-кхм, Элайджа? — произнес тот. Парня это пробудило, и он повернул голову в сторону Альберта, чтобы сказать:       — Извини, просто у тебя на потолке какое-то пятнышко.       — Весь потолок состоит из этих пятнышек, — устало произнес Альберт, а потом добавил. — Соберитесь, лучше сказать сразу, чем увиливать. Элайджа принял сидячее положение и сказал:       — А где чай? Ты же всегда его завариваешь. Альберт вздохнул и молча исполнил его косвенную просьбу. Пока он делал две порции чая, прошло около 10 минут.       Теперь обе пиалы были наполнены горячим чаем и стояли на мокрой чабани, и даже миниатюрный чайный дух тут как тут.       — Все готово, — говорил хозяин, — теперь вы скажете, в чем дело?       — Альберт, а сахар? Я не люблю без него. Его терпение нескончаемо, он всегда оставался в холодном рассудке, а потому высказался так:       — Если в жизни образовалась горечь, вместо избегания нужно тщательно ее испробовать, чтобы изучить и не попасться в нее снова. Тогда и сахар не понадобится. Альберт сделал глоток чая, после чего Элайджа повторил за ним и удивленно произнес:       — У тебя отличный чай даже без сахара! Я бы никогда не испытал этот вкус, если бы продолжал добавлять его.       — Я хорошо знаю своих клиентов, вам же достаточно познать самого себя, чтобы радовать, — уверенно сказал Альберт, а потом добавил, присмотревшись к Элайдже. — Вы точно изменились, и я не только о вашем внешнем виде.       — Это правда... Меня теперь кое-что беспокоит.       — Я готов слушать, — с улыбкой произнес Альберт, наконец дождавшийся открытия ему Элайджи.       — Я стал... сотрудничать с фабрикой игрушек. "Снова эта игра в шарады", — подумал Элайджа.       — Даже так? Тогда я имел ввиду метафоричную фабрику, а не настоящую. Могу вас только поздравить, но что же случилось?       — У них другие стандарты что ли... Мне пришлось в этот раз продать игрушку пенсионерке. Вчера Элайджа перешел новый порог в убийствах – теперь он имеет дело с людьми преклонного возраста. Еще в начале своей карьеры наемного убийцы он перешел множество порогов и привык ко всему, а больше ничего не менялось. Но теперь он боится, что Мантикора заставит его убивать тех, кого он еще не привык.       — Другие стандарты... Пенсионерка... Может она решила купить ее для своего внука или внучки?       — О, нет, Альберт! — волновался Элайджа. — Если еще дети добавятся, я с ума сойду! Они по-разному смотрели на ситуацию. Альберт хотел было возразить, что игрушки изначально для детей и создаются, но потом до него дошло, о каких игрушках Элайджа мог говорить ему, от чего ему стало немного неловко.       — Я не задумывался даже, что у таких игрушек бывают фабрики, — говорил Альберт. — Хотя где-то же их производят.       — Что мне теперь делать? Может уволиться? А я ведь только начал налаживать связи...       — Думаю, не стоит рубить сук, на котором сидишь. Говорите, что начали налаживать связи? Изначально вы устроились туда, чтобы познакомиться с новыми людьми, так?       — Точно... Я даже смирился с испорченным рейтингом. "Стой! — думал Элайджа, — Лишнее говоришь!"       — Другие стандарты, точно. Клиенты понизили вам рейтинг, потому что вы перешли на, кхм-кхм, другие товары. Теперь они оба запутались и еще какое-то время вопросительно смотрели друг на друга, после чего Альберт успокоил Элайджу:       — Если вам неловко об этом говорить, то можем пропустить.       — Я теперь кое-что понял, — говорил просветленный Элайджа. — Не важно, через что нужно пройти, главное ведь – это близкие люди. Ему на смартфон пришло уведомление. Он прочел сообщение от Алекс:

"Ты где? Опаздываешь? Прогуливаешь?! Быстро в офис!!!"

"Вот блин! — досадовал Элайджа, — Я думал, сегодня выходной!" Он залпом выпил чай и покинул помещение, попрощавшись с Альбертом. "Сегодня что-то рано", — подумал тот, остановив таймер.       Элайджа только вышел из чайного магазина, как ему снова написала Алекс:

"Хотя знаешь, что, едь сразу по этому адресу. Там будет твой клиент – справишься с ним, езжай в офис".

"Как быстро меняются планы у этой девушки", — подумал он и направился к ближайшей станции метро.       Тем временем Винченцо зашел в тир, чтобы продолжить свои тренировки:       — Третий урок: скорость стрельбы. Он расположился на своей позиции: достал из чемодана винтовку и зарядил ее, надел наушники и включил Вивальди Лето. Под ритм музыки он очень быстро перескакивал с одной мишени на другую, всегда попадая в десятку. Когда магазин опустел, он сказал про себя: "И, хотя мне понадобится лишь один выстрел, чтобы убить тебя – так я смогу быстро сориентироваться и навестись на твою голову". В этот момент он был очень доволен собой.       После нескольких таких повторов, он снял наушники и услышал, как позади него разговаривали два молодых человека:       — Слышал, Раевская взялась за новое дело.       — Круто, а я думал, ее посадили.       — Ты что?! Да после последнего ролика ее только сильнее зауважали. "А после очередного ролика зауважали бы меня, что предотвратил угрозу для людей", — подумал Винченцо. Ему показалось хорошей идеей, если он позволит Раевской выложить результаты ее работы по Элайдже напоказ общественности. Тогда он станет героем для каждого, когда убьет его. Или если убьет.       Винченцо покинул тир, а те двое продолжили разговор:       — Большинство не совсем понимает, как все на самом деле, да и не хочет.       — А что тут понимать? Она герой справедливости!       — Странная у нее справедливость. Да и мне кажется, что она лишь шестерка.       — Да ну тебя, пошли лучше постреляем.       "Погоди-ка, а кого мне убить надо?" — подумал Элайджа, прибыв на место. Это был старый ангар на краю города у заброшенной взлетной полосы. Внутри было довольно темно, и лишь лучики солнца проникали сквозь открытые ворота и дырявую крышу. Еще здесь сыро и пахло ржавчиной. Кроме бесконечных ящиков полтора метра в высоту, ничего не было.       — Есть тут кто? — крикнул Элайджа в пустоту, держа руки у пистолета.       — Есть, — послышался мужской голос за одним из ящиков. Тень проскочила оттуда к другому ящику. Элайджа обнажил ттшник, зарядил его и медленно пошел туда.       — Меня называют ниндзя, — снова послышалось из очередного ящика. И снова тень поменяла укрытие. Элайджа повернулся в ту сторону, продолжая медленно двигаться.       — Меня называют тенью, — сказала тень. И вновь это повторилось. Элайджа уже сделал круг и решил остановился: "Здесь очень много ящиков – не сосчитать. Но, судя по моим наблюдениям, жертва двигается каждый раз через один. Пока я слышу его, погрешность составляет лишь 16 ящиков – нет... Погрешности быть не должно".       — Но мое настоящее имя ты узнаешь только перед самой смертью! — донеслось в паре шагов от Элайджи. Мимо него прошла та тень, и луч света отразился от чего-то металлического. Парень успел увернуться. "Лезвие? — думал он. — Ему нужно быть близко ко мне, чтобы убить". Неожиданно для него, неизвестный произнес неуверенным голосом:       — Ну нахер! Я сваливаю. Элайджа удивился тому, как быстро сдался его оппонент. "Единственный путь отсюда – прямиком к воротам, — мыслил парень. — Он будет двигаться от ящика к ящику на корточках с небольшой скоростью. Здесь нет ничего сложного". Он выстрелил в один из ящиков почти у самой его верхней грани и подошел к нему. За ним лежал мужчина с пробитой головой, держащий в руке обычный кухонный нож. Увидев тело, Элайджа разрядил пистолет и спрятал в кобуру. Его рука потянулась под плащ и достала фляжку.       — Разговоры на кухне меня не впечатлили, — произнес он, отпив чаю из фляжки.       — Можно было бы догадаться... — сказала Алекс, находясь в пикапе. Ее машина припаркована не далеко, но и не совсем близко к ангару. В бинокле она видела, как Элайджа пил что-то из фляжки. Ее идея заключалась в том, чтобы дать ему задание в таком месте, где и намека на чашки и кружки не было. Тогда бы он не смог успокоиться чаем после убийства. Только сейчас Алекс поняла, как это было глупо с ее стороны.       — А с этим-то что не так? — раздраженно произнесла она, достав смартфон, чтобы открыть профиль одного наемного убийцы. Разумеется, это было не все, что Алекс приготовила для Элайджи. Она заказала его у убийцы с самым высоким рейтингом. Но только сейчас она заметила:       — Оценка минус 4.3? Почему?! Оказывается, помимо рейтинга была еще оценка – довольно очевидно. Пользователи сайта могут свободно ставить ее убийце в диапазоне от -5 до +5, и общая оценка вычисляется по среднему арифметическому. Но, пусть это и было очевидно, веб-дизайнер почему-то решил сделать ее почти незаметной. Можно было хотя бы посмотреть комментарии? Да, но Алекс то-олько сейчас их открыла. Она что, торопилась с выбором убийцы? Один из комментариев, веющий атмосферой приложения такси, гласил:

"Просто ужасно! Он умолял меня отменить заказ, когда не справился с ним, чтоб рейтинг себе не портить... Но мне нервы дороже, поэтому уступил. Крайне не рекомендую".

Алекс не спешила унывать, а вместо этого посмотрела в бинокль и сказала:       — Ты ведь никогда не мажешь, Эл, правда? Но и это было еще не все...       Элайджа снова встал в свою боевую стойку. На него сзади напал кто-то в тяжелой броне, полностью закрывающей тело. Парень отошел в сторону, а тот человек по инерции пробежал дальше, расталкивая перед собой ящики, а потом развернулся, остановившись. "Мне нельзя сейчас стрелять, — думал Элайджа, — не пробью". Когда человек в броне понесся к нему, он пнул того в туловище и достал ттшник, держа правую руку на рукоятке, а вторую – оставляя на затворной раме. Сомкнув таким образом руки, он начал бить предплечьями по шлему растерянного бойца. Тот в свою очередь не упускал возможность ударить бронированным кулаком по незащищенному Элайдже, который, правда, ловко уворачивался от всех ударов. Его движения с виду казались неуклюжими, но такими точными. Последним своим ударом он снес шлем с головы бойца, а после зарядил пистолет и прицелился в лоб. Перед неопытным парнем проскочил момент из его жизни, когда коротковолосая начальница заметила его среди таких же как он, мелких рыбешек, и пообещала взять его в секретный отдел за выполненное задание. Выстрел не заставил себя долго ждать, после чего молодой боец свалился с грохотом наземь.       — Большой шкаф громко падает, — произнес Элайджа, зарядив очередную порцию чая из фляжки. Он вышел на свет и протер глаза. Перед ним в нескольких метрах проехал синий пикап, на который он подозрительно посмотрел.       Близился обед, и начавшаяся гроза предвещала вызов кого-то на ковер к мэру. Сити-холл.       — Позвольте мне сказать, что я рад вашему приглашению, — произнес Гаррисон, сидя на маленьком стульчике напротив мэра.       — А я вот не слишком рад. Ну-с, постарайся меня задобрить. Слова мэра осветили город лучами солнца, но лишь немного, давая слабую надежду.       — Этот убийца работает в секретном отделе и уже неплохо показал себя на двух заданиях. Могу ли я оставить его в живых? Он слишком полезен, чтобы от него отказываться, — сказал Гаррисон, глупо посмеиваясь. Тучи сгустились над мегаполисом, и сверкнула молния. Свет, и так слабо освещавший кабинет мэра, пропал вовсе.       — Мой ответ нет, — произнес мэр с раскатом грома, а затем начал пояснять, по традиции "стреляя" вверх пальцами. — Во-первых, твой секретный отдел не такой и секретный, раз о нем знает каждый второй твой работник. Во-вторых, убийца слишком опасен для нас. Тебе было дано поручение, и ты до сих пор с ним не справился. Я вызвал тебя, чтобы сообщить, что на него уже охотится опухоль нашего бизнеса – Раевская. Если люди узнают о нем, его не посадят. "Сраные следаки!" — разозлился Гаррисон, а затем поинтересовался:       — Но почему его не посадят, раз он опасен? Кожаное кресло мэра повернулось к Гаррисону широкой спинкой. За ней донеслось:       — ФБР познает его ценность для себя... Я даю тебе пять дней, включая этот. Будет страшнее, если я сдам тебя с потрохами не полиции, а Раевской?       — Будет, будет!       — Свободен. Гаррисон выдохнул и удалился из кабинета.       — В моем городе все происходит быстро... Только вперед, — загадочно проговорил мэр.