Путь самца: Поезд Страсти

      — Концерт начнется только через пять часов, а люди уже начали собираться…       — Да, отсюда все-таки самый красивый вид. И за билеты платить не нужно. Но, — Келус замялся, — когда Зарянка будет…       — Не беспокойся, мы с тобой полетим прямо к сцене, и я сброшу тебя на нее.       Светлячок улыбалась, хоть ей и не было особо приятно помогать Келусу, чтобы он занялся сексом с Зарянкой прямо на сцене. Однако она чувствовала, что должна помочь, чувствовала, что Келус дорожит только ей. И знала, что его обещание остаться с ней не было ложью. Две пушки, заряженные фотокарточками певицы, были расположены рядом с ними, на крыше. Следовало выстрелить из них перед полетом на сцену, дабы отвлечь внимание. Все было готово, оставалось ждать и наслаждаться этой красотой вдвоем.       — Красота, — вновь повторила Светлячок с улыбкой на лице.       — Кто-то сказал красота? — позади послышался незнакомый голос.       Парочка обернулась. Перед ними, на крыше, на которую было весьма проблематично забраться, если ты не имеешь за спиной реактивные двигатели, стоял Аргенти. Тот самый рыцарь Красоты, успевший порадовать папоротник на Звездном Экспрессе. Келус теперь понял, что расскажет Светлячку, чтобы вызвать улыбку на ее лице.       — Мы тут хотели вдвоем побыть, — осторожно начал Келус, пытаясь спровадить патлатого.       — Конечно, друзья мои, я уже ухожу, — учтиво произнес рыцарь. — Услышав о Красоте, хотел поделиться с вами своими достижениями, успехами, которыми я благодарен одной лишь Ей!       — Кому? — задумалась Светлячок.       — Это его богиня, — гордо произнес Келус со знающим видом. — Как ее там… Пи…       — Идрила, все верно, — улыбался Рыцарь. — Я спас и привез сюда многих существ: котика, кролика, полноприводного эрудроида и еще штук тридцать человек. Теперь хочу заправить полный бак своего корабля. И дальше, в путь, к Красоте!       — Ну что ж, — улыбнулся Келус, помахав рыцарю рукой, — в путь!       — В путь! — махала Светлячок.       — В путь, — в ответ махал рыцарь.       — В путь! — Келус начал махать сильнее, надеясь, что ветряной поток от ладони заставит его сдвинуться.       — В путь! — смеялась Светлячок.       — В путь! — Аргенти начал что-то понимать и сделал пару шагов назад, после чего скрылся из виду.       — Странный он, смеялась Светлячок.       — Он обкончал наш цветок на экспрессе…                     ***Тем временем где-то на Пенаконии***       — По Пенаконии хожу-брожу слов не нахожу, вижу — стоит масло! Я его полную корзинку набираю и тупо убегаю, и тупо отдыхаю…       — Ой, какой ты смешной, Бутхилльчик, — икала Химеко, откупоривая еще одну бутылку виски. — Хочешь к нам на поезд? Он, — женщина закатилась смехом, — очень «страстный».       Бутхилл тем временем даже не слышал ее слов, поскольку генерировал свой собственный, гениальный поток слов. Подле шатавшейся Химеко и незамолкавшим ковбоем вышагивали Черный Лебедь и Холодный Дракон. Лебедь, будучи напившейся до такого же состояния, что и Химеко, в отличие от нее держалась ровно, пытаясь не выдавать своего игривого настроя, как она сама выразилась, «до поры до времени». Дань Хэн же с холодной головой был трезв и понимал, точнее надеялся, что все это «представление» являлось частью особого плана по поимке террористов. И лишь убитый бармен всю эту надежду вновь и вновь сводил на нет.       — Я — галактический ковбой, пуля под моей губой и там же мое масло. Масло мне на голову тупо наливайте, тупо обливайте, в рот мне заливайте…       — Ой, — икала Химеко, — так Искорка может быть… кем угодно! Даже тобой, — она прищурилась, вглядываясь в глаза Черного Лебедя. — Может быть убить тебя и еще дело в шляпе, — ее палец уткнулся в шляпу Бутхилла.       — В пистолете пули всех врагов нагнули, вот это мы загнули, маслица хлебнули. И в Лебедке масло, ну как же прекрасно! Но без масла опасно, ох, как же опасно!       — Я, — улыбнулась Лебедь, вплотную приблизившись к Химеко. — И будь я террористкой, то я бы взорвала твое сердце.       От манящего шепота и запаха, что доносился изо рта Лебедя, у Дань Хэна почему-то привстал член. Однако его неожиданное возбуждение резко оборвал звонкий удар бутылки по голове Лебедя.       — Ах ты тварь! — вскрикнула Химеко. — Вот она, террористка. Попалась. Я-то думаю, что у меня сердце последнее время болит. Покалывает. Тикает будто. Тикает, — она икнула вновь. — ТАМ БОМБА!!!       От такого заявление замолчал даже ковбой. Однако Дань Хэн, спокойно выхвативший бутылку из рук огненной женщины, взглядом дал понять, что беспокоиться не о чем. Тогда-то Бутхилл залился смехом и неожиданно для всех начал танцевать над лежащей без сознания Черной Лебедицей:       — Я люблю масло на себя наливать, я люблю свой револьвер маслицем смазывать, я люблю и в горло это масло заливать чтоб потом тебя, Лебедушка…       — Стойте, — Дань Хэн оборвал бесконечный флоу Бутхилла. — Мы привлекли ненужное внимание.       К пьяной компании охотников за террористами начали стекаться зеваки, а вместе с ними и стражи правопорядка…                     ***Тем временем Вельт и Март***       — Ох, господин Янг, вы так прекрасны! Еще и на шопинг меня повели… Вы — мечта! Вот, что я вам скажу!       — Март, — вздыхал Вельт. — Только прошу тебя, давай попробуем быть вместе друг с другом.       — Ой и не говорите! — трясла сумками девушка. — Мы с вами — лучшая пара!!!       Предавшись разговорам и объятиям, они и не заметили, как к ним подошли трое человек из «Гончих» — эдакой местной охранной организации.              — Господин со Звездного Экспресса! Прошу вас и вашу дочь последовать за нами. Вас вызывает сам, — на этих словах его палец и подбородок вдруг поднялись, заставив Вельта и Март взглянуть наверх.       — Прошу меня простить, но она не моя…       — Он мой папочка, все верно, — Март обнимала Вельта, прижавшись к его могучей спине. — Ну что, куда идем?       — И еще, — лидер «гончих» заглянул в свою тетрадь. — Некто по имени «Таталов» знаком с вами? У нас появилась информация, что он стал членом вашего экипажа и сейчас находится на Пенаконии. Возможно вы не знаете, но он — особо опасный преступник!       — Хм, Таталов, — задумался Вельт. — Русский что ли?       Март удивленно взглянула на Янга:       — Какой-какой?       Выяснив, что никакого Таталова парочка «отец-дочь» не знает, их отвели в резиденцию, скрытую от посторонних глаз. Там их ждал никто иной, как сам Воскресенье, желавший видеть их по неизвестным причинам.       — И так, — начал крылатый, — вы, наверное, знаете, почему я пригласил вас сюда.       — Эээ, — кривлялась Март, — нет! Но вы же брат Зарянки!!! А она — суперзвезда. Сможете организовать нам пропуск за кулисы? Концерт скоро начнется… А может быть вы ради этого нас и позвали??? Так здорово, с ума сойти, да, господин Янг?       Господин Янг учтиво улыбнулся Воскресенью и одернул рукой Март, заставив девушку, наконец, остепениться.       — При всем уважении, господин Воскресенье, мы совершенно не понимаем, почему вы решили лично оказать нам подобную честь. Чем мы можем вам помочь?       Воскресенье ухмыльнулся и, тут же спрятав свою улыбку за каменным лицом, произнес:       — До меня дошла информация, что экипаж Звездного Экспресса в сговоре с Корпорацией Межзвездного мира. И о пяти процентах, обещанных вам, мне также известно. Я также знаю, что вы планируете на меня покушение. И вот, я здесь, перед вами. Точнее вы передо мной. И уже я буду решать, кого из вас убить первым.       — Думаю, вас кто-то дезинформировал, — Вельт попытался сгладить возникшее недоразумение, о котором он услышал впервые.       — Что, господин Янг, думаете, как все исправить, оказавшись прижатыми к стенке? — неприкрыто смеялся Воскресенье. — А я даже подскажу, как. Отдайте мне вашу соратницу, эту розовласую девицу, в рабство! В СЕКСУАЛЬНОЕ РАБСТВО. Чтобы я мог делать с ней все, что захочу. О да, — он обратился к Март. — Я приглядел тебя еще с того самого момента, когда твоя милая ножечка ступила на эти земли…       Когда речь зашла о Март, Вельт никоим образом не смог себя сдержать, как бы он не пытался.       — Я сейчас аккреционный диск тебе в жопу запихаю одной лишь силой мысли! Посмотрим, как ты заговоришь, когда схлопнешься сам в себя, а после разлетишься из себя же самого мелкими кусочками.       — Ты бы лучше за своими позвоночными дисками следил, дедок.       Без лишних предисловий, спустя секунду Март собственными глазами увидела то, что Вельт произносил на словах мгновеньем раньше. Теперь она точно понимала, что с таким человеком, как Вельт Янг, шутки плохи.       — Надеюсь, пять процентов это много, — задумался Вельт, отдирая со своей щеки перемолотый кусочек непонятной субстанции. — Вопрос только чего.       Вельт прошелся по кабинету Воскресенья и в одном из ящиков стола обнаружил два вип-билета на концерт Зарянки. В самый первый ряд. Слегка улыбнувшись, он аккуратно достал их и преподнес Март, все еще застывшей в испуге то ли от слов Воскресенья, то ли от того, что с ним после этих самых слов стало. Тем не менее, ее руки протянулись к рукам господина Янга и взяли билеты.       — Ой, — Март огляделась вокруг. — Перья летят…                     ***Спустя два системных часа на окраине Пенаконии***       — Вы нас неправильно поняли, — доказывал Дань Хэн человеку закона, забравшего его и его пьяную команду с собой. — Мы шли на концерт, ну да, решили отпраздновать, выпили немного.       — Вы пьете масло? — человек взглянул на Бутхилла.       — Только тот, что в шляпе. Понимаете, — Дань Хэн вдруг махнул рукой. — Да неважно это. Три часа до концерта, а мы где-то на окраине. Нам нужно успеть!       — Всем успеть нужно. А вот у меня другая информация. Воскресенье…       В этот момент раздался выстрел, за которым последовал истеричный смех троицы, плетущейся позади. Ковбой, придерживая еле идущую Лебедушку, прокручивал барабан револьвера.       — Дракоша, — Бутхилл, еле сдерживая смех, просовывая палец в отверстие черепной коробки конвоира. — Пуля прошла смотри, как по маслу!       — «У меня другая информация… Воскресенье…» — передразнивала Химеко, закатываясь смехом. — Убьем мы скоро вашего Воскресенье. И дело… в шляпе!       Вновь указав на шляпу ковбоя, Химеко вдруг сняла ее и неожиданно для самой себя поцеловала Бутхилла. Завидев неладное, Черный Лебедь возмутилась, откинула Химеко и сама прильнула к губам шляпника.       — Ой, не волнуйтесь, девочки, маслянистого ковбоя на всех хватит! Или тебе оставить немного, а Дракончик?       — Как-нибудь без меня, — обрубил Дань Хэн. — Я с Март.       — Что??? Удивился ковбой. Ты с этой Март розовой? Так она же…              Не успел Бутхилл договорить, а Дракон спросить, откуда тот вообще знает Март, как две разъяренные женщины набросились на ковбоя, срывая одежды как с самих себя, так и с него. Уже через минуту начали слышаться стоны и крики удовольствия, выстрелы оставшимися пулями.       — О да, не беспокойтесь, девочки-милашечки, финальный выстрел я вам оформлю на ваши милые личики.       Дань Хэн наблюдал за происходящим еще какое-то время и лишь потом понял, что ситуация, происходившая на его глазах, ему крайне неприятна. Он развернулся, надел наушники, дабы избавить себя от посторонних звуков и отвернулся. Как вдруг все его тело начало издавать невероятные рвотные позывы…                     ***Спустя два часа на границе звездной системы Пенаконии***       — Запрашиваем стыковку, — Арлан переговаривался с диспетчером на Пенаконии. — Да, мы небольшая группа ученых с «Герты». Пятеро, да. Взяли отпуск себе.       Сложив наушники, Арлан включил автопилот и подошел к Асте, напряженно глядевшей в окно корабля.       — Ну все, разрешили стыковку. Аста, ты уверена, что следовало брать весь твой флот? Мы бы справились одной оперативной группой.       — Ой, да не помешает. К тому же высадимся мы небольшим отрядом, а они, если что, на подхвате будут. Тем более в стелс-режиме их никто не увидит. Самые передовые технологии. Такие только у меня и у Корпорации.       — Ладно, — Арлан взглянул на оперативников, — мы готовы. Думаю, там уже все захвачено террористами, поэтому начнем зачистку аккуратно.       — Ух, взбудоражилась Аста. И страшно, и интересно. Всяко лучше, чем сидеть на «Герте» под Гертой. Спасаем Келуса, потом экипаж экспресса, потом остальных по возможности… Эта стыковка всегда такая долгая…                     ***Примерно в то же время в гиперпространстве на подлете к звездной системе Пенаконии***       — Генерал, — Яньцин волнительно передавал сообщение от пилотов. — С минуты на минуту выходим из гиперпространства. Но там помехи какие-то. Проблемы с навигацией возможно.       — Что случилось? — Генерал решил разузнать ситуацию.       — Компьютер помехи выдает, — крикнул кто-то из экипажа. — Не рекомендует выходить из гиперпрыжка. Будто там пояс астероидов или что-то в этом духе.       Цзинь Юань задумался, изучая информацию с бортового компьютера. Так ничего и не поняв толком, поскольку до сих пор роль компьютера исполняли нефритовые счеты, он вновь вернулся на свое место, наблюдая, как Яньцин ходит за ним следом.       — Я дважды посещал эту систему, там ничего лишнего, полный порядок: звезда и планета. Больше ничего. Приборы шалят или это взлом какой. Мы же на экстренный вызов летим. Конечно, там что угодно может случиться. Выходим из прыжка немедленно! К тому же, — прошептал генерал, — там Март, совсем одна, нуждается в помощи… всего нашего флота.       — Так точно, генерал! — хором воскликнул экипаж.       — Это мое первое задание такого масштаба! — взволнованно улыбался Яньцин. — Я вас не подведу!       Выход из гиперпространства произошел через несколько секунд. В эти несколько секунд, боевой строй десятка кораблей Альянса, идущих в авангарде, был нарушен чередой взрывов, лишь увеличивавшихся с прилетом каждого нового корабля в систему. Одним из таких кораблей оказался и корабль Цзинь Юаня. Как только они вышли из прыжка, то тут же столкнулись бортом с неизвестным судном и, пройдя по касательной, устремились вперед. Другим кораблям флота, судя по тому, что наблюдал экипаж из окон, повезло гораздо меньше.       — Генерал! Тут неопознанный флот! Сотни кораблей-невидимок. Мы уже потеряли связь с парой десятков наших. И с каждым прибытием столкновения будут только расти!       Для генерала, который пережил множество битв, это сражение было самым провальным. Сражение, которое он даже не смог начать. Но уже успел потерять больше половины всех своих кораблей.       — Они стреляют по нам!       — Так стреляйте в ответ! — кричал Яньцин. — Выпускайте истребители!       — У нас все системы повреждены во время удара! Истребители потеряны.       — Перераспределяйте всю энергию на двигатели, — твердо произнес генерал. — Летим к планете. Нам нужно туда попасть. Остальные разберутся с ними, надеюсь. Кто бы это ни был. Они точно не зря подали сигнал бедствия…                     ***Тем временем на корабле Асты и Арлана***       — Аста, там что-то происходит на границе… Сейчас пройду на мостик, узнаю.       — Такая долгая стыковка, надеюсь что-то интересное!       Аста взглянула в свое широкое панорамное окно экспедиционного корабля и побелела. Возможно даже часть ее розовых волос также стали белыми, но теперь она уже не придавала этому особое значение. Весь ее флот только что вступил в схватку с неопознанными кораблями. Она не понимала, что ее сейчас заботило больше: то, что ее новейшие корабли таранит другой флот или что она не знает, кто одержит победу.       — Аста, — возвращался Арлан. — Враги напали на нас. Пока держимся. Но их корабли все еще прибывают.       — Пусть сражаются. У флота ведь есть командующий. Надеюсь победят. А пока что надо спасти Келуса и остальных. Ведь он…       В этот момент странная точка в окне, которую Аста до сих не могла толком распознать, стала проявлять очертания массивного корабля, несущегося прямиком на них.       — Арлан, быстрее за штурвал! Какой автопилот??? На нас линкор летит!!!       — Аста, — Арлан испуганно глядел на девушку. — Мы не долетим до шлюза…                     ***В то же время на Пенаконии***       — Ну что, Келус, пушки готовы. Зарянка на месте. Народ на месте. Скоро все начнется. Готов?       — Еще как готов, — он приобнял Светлячка и подошел к одной из пушек. — Давай вместе?       Девушка последовала примеру и подошла ко второй пушке. Заряды с фотокарточками были готовы, а потому парочка организовала обратный отсчет и с улыбками на лицах выстрелила миллионом фотографий прямо в толпу. Толпа тут же начала ловить карточки, а после и собирать их с пола. Даже сама Зарянка отвлеклась на собственные фото.       Эффект сработал как следует. Поэтому Светлячок облачилась в свой боевой костюм, взяла Келуса и на всех порах направилась к сцене.              — Это Таталов, — Келус указал пальцем на странную серую точку снизу.       Светлячок лишь видела, что точка эта движется. Однако после зумирования разглядела в нем мусорный бак, каким-то неведомым образом движущийся к поющей Зарянке.       — Мусорный бак?       — Мусорный король! Известный преступник и мой непримиримый враг! Он хочет убить Зарянку!!! Мне нужно его уничтожить. Плевать на ставки, Светлячок. Запульни мной прямиком в Таталова. Да так, чтобы я его уже в полете убил.       Данная идея, хоть и напугала Светлячка, однако вызвала на ее лице улыбку: Келус самолично отказался от соития с Зарянкой. Возможно даже ради нее… И она сделала это. Келус пулей, устремился в Таталова, предварительно обнажив свое огненное копье. Как только он поразил Короля Мусора смертельным ударом, раздался оглушительный взрыв. На протяжении продолжительного времени не было ничего слышно, однако лица всех зрителей обернулись влево и Келус последовал за их примером. В паре километров от сцены упал и все еще скользил по земле невероятных размеров космический корабль. В небе тем временем спускались несколько парашютов от более мелкого корабля, также терпевшего неизбежное крушение. Один из таких парашютов зацепился прямиком над сценой, где все также в оцепенении стояла певица-суперзвезда.       — Это что, Арлан там болтается? — Келус наконец встал с поверженного мусорного бака. — И он голый? Светлячок! Ты где?       Но железная леди пока что не отзывалась. А вот Арлан, судорожно старался перерезать веревки и избавить себя от такой постыдной участи — висеть голым перед толпой. Он понимал, что толпе зевак не объяснишь, что одежды он лишился из-за возгорания отсека. А потому, разрезав веревки он свалился вниз. Прямиком на Зарянку.       — Во дела! — раздалось из толпы. — Прямо членом в рот!       — Ура!!! — выкрикнул кто-то из зрителей. — Не зря поставил на Арлана Орловича!