don't open till doomsday

Взяв у той, чьи глаза завязаны, Восемь жёлтых железных звезд, Исполняющий все пророчества Подполковничьего высочества, Даже ночью и в одиночестве Не оставит великий пост

Небольшой городок под названием Нескучный встречает Антона с Арсением жарой. Такая погода больше подходит для августа, а не конца мая. Но Антон, будучи теплолюбивым человеком, довольно жмурится, подставив лицо солнцу. Арсений его радости не разделяет. Антон вспоминает, что тот провёл детство в Омске, потом перебрался в Питер, а в Лисков приехал не больше двух недель назад. Едва акклиматизация закончилась, по сути, а тут жарища почти под сорок градусов. Антон паркует «тахо» возле какого-то здания, на вид кажущегося заброшенным. Ему не нравится тот факт, что пришлось ехать на новое задание с Арсением. Нет, против самого Арсения Антон ничего не имеет. Неожиданный напарник и не менее неожиданный сосед — весьма приятный человек. Антон в целом легко сходится с людьми, но с Арсением ему и правда комфортно. С того момента, как тот подписал контракт с Конторой, Антон честно не пытался читать эмоции Арсения. И узнавать мужчину в обычной коммуникации оказалось даже интереснее. Тот был эрудированным, с хорошим чувством юмора. Видно, что весьма обеспеченный, но лишённый всякого снобизма. В общем, Арсений как человек Антону был симпатичен. Только вот... задание странное. Сначала Антон даже не поверил своим глазам. И дело не в том, что в материалах, пришедших сразу на два коммуникатора, было что-то из ряда вон выходящее. Скорее, наоборот. Информации почти не было. И это странно даже для грэсовской Конторы с её древним оборудованием. Да, всё было плохо. Но не настолько плохо, чтобы Сотрудников посылали в командировку без необходимых вводных. — Паш, а чо за херня? — спросил тогда Антон, вваливаясь в кабинет босса. В ответ Воля слабо улыбнулся. Процесс оформления Арсения, лишь формально ограничившийся торжественным подписанием контракта, выпил из начальства все соки, это бросалось в глаза. — Ты про что? Вместо ответа Антон положил перед Волей коммуникатор. В стандартном протоколе, как правило, содержащем необходимую информацию (формирующая задачи Варнава любезно добавляла в файлы даже небольшую справку о существе), было всего три строчки. Название населённого пункта, в котором зафиксирована активность, типовой перечень оборудования, которое Сотрудники должны получить в оружейной, и раздражающее Антона до зубовного скрежета «класс существа: не установлен». — А, это, — отмахнулся Воля. — Хер его знает. Дима засёк сигнал в Нескучном, но городок от Грэсовска в шестидесяти километрах. Он в наш округ-то, по сути, входит только формально. Но входит. Так что оборудование ни хрена толком определить не может, но поехать надо, сам понимаешь. Антон понимал. Вечное распиздяйство в духе «пойди туда, не знаю куда» его уже не слишком удивляло. Но... — Так, а мы с Арсом тут при чём? — флегматичность Паши начала казаться раздражающей. — Он даже аттестацию не сдал, нихуя толком не знает, а ты нас отправляешь в какие-то ебеня к неизвестной твари. Паша всмотрелся в лицо Антона, удивлённо вздёрнув бровь. — Нехило у тебя, оказывается, педагогическая ответственность развита, — фыркнул Воля. — Да не найдёте вы там нихуя, потому и посылаю вас. Сам посуди: сигнал есть, а класс не определяется. Там передатчик давно пора поменять, как раз этим и займёшься. А Арсению будет полезно выехать. Позадрачивай его на регламент попутно, работу оборудования покажи. В Нескучном вроде хостел даже какой-то есть. Пошарьтесь пару дней на местности, командировочные я выписал. Или хочешь с бумажками возиться? Это был запрещённый приём. Паша сразу заметил, что бумажная работа действовала на Антона угнетающе. Потому и накидывал на него любую хуйню, которую только мог придумать. И областные научные конференции, и курсы повышения квалификации, и любые мелкие выездные задачи вроде той поездки по сёлам, которая в итоге привела Антона в Лисков. Антон показательно бухтел, но брался за работу с радостью. За годы службы под руководством Воли он объездил Грэсовский округ вдоль и поперёк. И был этому только рад. Теперь же у него была ответственность в виде Арсения. И Антон честно пытался не подставить неопытного новичка. — Ты мне в прошлый раз тоже так говорил, — съязвил Антон. — «Да ладно, Шаст, однозначно оборудование засбоило, ну, в крайнем случае, ребёнок какой-то очухался». А на месте меня поджидали малум и Арсений. И неизвестно ещё, что хуже. — Закончил? — дружелюбно поинтересовался Воля, возвращаясь к документам. — Ага, — согласился Антон. Злости больше не было. Антон пришёл к выводу, что ударился в излишнюю паранойю из-за новизны ситуации, в которой оказался. В самом деле, если бы не навязанный Пашей ученик, Антон бы радостно стряс с бухгалтерии командировочные, управился за день и ещё половину дня блаженно отсыпался дома, в Конторе появившись лишь к обеду. А теперь он стоит с Арсением на пыльной обочине главной улицы Нескучного, блаженно подставляя лицо под обжигающие солнечные лучи. — Давай найдём хостел, — предлагает Антон, заметив, как Арсений тяжело дышит из-за жары. Кондиционер в стареньком «Шевроле» у Антона был, но со своей задачей справлялся не слишком успешно. Ничего удивительного: машина бралась с рук, перед переездом в Грэсовск. Позов, к которому спустя пару месяцев с начала работы в Конторе Антон обратился за помощью, едва не застонал, открыв капот. Дима оказался мастером на все руки, так что машину в итоге удалось привести в более или менее приемлемое состояние. Но до каких-то мелочей вроде кондиционера банально не дошли руки. Самому Антону мощности кондея всегда хватало. Но Арсению поездка далась непросто: чем больше они удалялись от Грэсовска, тем жарче становилось в салоне и тем напряжённее сопел Арсений. — Господи, — Арсений безуспешно пытается сдуть прилипшую к потному лбу чёлку. — Не город, а филиал ада. Антон тихонько фыркает, усилием воли удерживая себя от едких комментариев. Одна из проблем Арсения в текущей ситуации — то, что он решил вырядиться в чёрную одежду. От широкого тёмного свитшота он избавился уже на десятом километре пути, но снять чёрные джинсы, плотно обтягивающие ноги, не мог. Да и светить голым торсом, слава богу, не стал, оставшись в чёрной майке-алкоголичке. Сам Антон хорошо понимал, куда едет. Поэтому сейчас на нём надета простая белая футболка и хлопковые шорты песочного оттенка. Хостелом оказывается двухэтажное кирпичное здание. За стойкой ресепшен их встречает молодая девушка. Почти школьница. Её волосы выкрашены в пергидрольный блонд, что отлично гармонирует с обстановкой места, гордо именующего себя «отелем». В прошлом фойе явно пытались придать некоторую помпезность. Обитые кожзамом диванчики, кричащая и абсолютно неуместная позолота везде, где только можно, лепнина на потолке. В девяностые Антон был слишком юн, чтобы мотаться по гостиницам, но эта выглядит так, словно застряла во времени «лихих», в которые, видимо, и была построена. И вчерашняя школьница, выглядящая как фанатка давно вышедшего из моды стиля «героинового шика», смотрится в колоритной обстановке удивительно уместно. — Здравствуйте, — почти скалится Арсений, отчего-то приведённый в восторг окружающим мракобесием. В помещении прохладно, так что он быстро приходит в себя. — Нам бы номер на двоих. Девушка мажет по нему ленивым и безразличным взглядом. Затем с полным отсутствием энтузиазма стучит по клавиатуре. Антон успевает заметить, что у её рабочего агрегата ЭЛТ-монитор. С ума сойти! — Сколько кроватей? — наконец спрашивает она, не поздоровавшись. В принципе, её можно понять: какой смысл любезничать с гостями, которым всё равно некуда больше деться. На этом вопросе Антон зависает. Складывается ощущение, что девушка решает соответствовать своему стереотипному образу и оказывается блестяще тупой. — Ну, явно же не четыре, — спокойно отвечает Арсений, обворожительно улыбнувшись. Ничего, что можно было бы назвать флиртом, в его словах нет. Но Антон всё равно улавливает что-то в его поведении (нет, он не считывает чужие эмоции). И почему-то от мысли о том, что Арсений может флиртовать с местной работницей отеля, на душе становится мерзко. Наверное, всё дело в том, что у Арсения и этой девчонки просто гигантская разница в возрасте. Антон не ханжа, боже упаси. Но, если задуматься, у Арсения вполне могла бы быть дочь такого же возраста. И это как-то слишком. — Мало ли, — с невозмутимостью буддиста изрекает девушка. — К нам обычно трахаться заселяются. О. Антону становится ещё более неуютно, потому что он никак не ожидал такой толерантности от захолустья вроде Нескучного. — Нет-нет, нам две, — по Арсению заметно, что его заявление девушки тоже выбило из колеи. — Ладно, — соглашается она с таким видом, словно делает одолжение. Затем прибавляет с напускной серьёзностью: — Но потом не забудьте кровати по углам раздвинуть. Получив ключи от номера, они почти убегают от неожиданной сводницы, так и не поверившей, что целью прибытия чужаков может быть что-то кроме страстного совокупления. — И что это вообще было? — Арсений издаёт нервный смешок. Против воли Антон думает, что тому было бы совсем не смешно, если бы он знал, что в отношении его спутника такие намёки отнюдь не беспочвенны. Нет, Антон не думает о том, как бы затащить Арсения в койку. Но и геем быть вовсе не перестал. — Местное гостеприимство, — ухмыляется Антон. На контрасте с номером, обнаружившимся за дверью, арендуемая Антоном квартира кажется уютным гнёздышком. Все попытки владельцев отеля в «дорого-богато», очевидно, заглохли на этапе фойе. Поскольку в самом номере обстановка скорее походит на общагу, в которой Антон ютился во время учебы в ВГУ: слегка пожелтевшие от времени обои, две узких койки, накрытых колючими верблюжьими одеялами, дешёвый распашной шкаф мерзко-рыжего цвета и похожий по оттенку стол, больше напоминающий школьную парту. — Ну, — без энтузиазма заключает Арсений. — Хотя бы сплит-система есть. Через пару часов, когда они, пересидев пик жары под приятной прохладой воздуха, извергаемого стареньким кондиционером, выходят на улицу, Антон вдруг понимает, чем вызваны намёки девушки. На контрасте с мужчинами, проживающими в Нескучном, Антон и Арсений действительно выглядят как парочка геев, приехавших в забытый богом городок ради уединения. Слишком ухоженные. Антон, напяливший в дополнение к своему образу снэпбек козырьком назад, похож на человека, жаждущего встречи с кулаками местных гопников. Плетущийся рядом Арсений выглядит не лучше: чёрные джинсы он сменил на более светлые «варёнки», а вместо алкоголички напялил бежевую поло. Джинсы, к слову, оказываются ничуть не менее узкими. С другой стороны, в таком прикиде они точно не покажутся местным сотрудниками спецслужбы. Незапланированная, но весьма не лишняя конспирация. В первую очередь Антон решает проверить передатчик. Он вполголоса, чтобы не привлекать ещё больше излишнего внимания, объясняет Арсению принцип работы передатчиков. Ну, насколько сам его понимает. Позов, конечно, смог бы лучше. Но жизнь вообще довольно несправедливая штука, так что Арсению придётся довольствоваться скупыми разъяснениями Антона. — В общем, после этого передатчик посылает сигнал на пульт управления в Грэсовск, — бубнит Антон. На плетущегося рядом Арсения он старается не смотреть, потому что очень быстро это приведёт к тому, что он начнёт пялиться. А это по многим причинам лишнее. — Сам по себе передатчик небольшой, размером со спичечный коробок. Каждый оснащён системой маскировки, чтобы избежать лишнего внимания гражданских. Антон сверяется с картами, убедившись, что они идут в верном направлении. До места, в котором спрятан передатчик, ещё метров пятьсот. — А насколько надёжной можно считать информацию, поступающую с передатчиков? — интересуется Арсений. Он вытаскивает из рюкзака бутылку с водой, делает несколько глотков и протягивает Антону. Тот качает головой, отказываясь. В голове у него в последние часы какая-то мясорубка, а ментальный возраст резко рухнул на уровень лет пятнадцати. Так что в мыслях с раздражающей периодичностью всплывает какая-то херня вроде шуток про «непрямые поцелуи». — В теории передатчик должен определять класс существа и его местоположение с точностью до метра, — Антон кривится. — Но это идеальный сценарий, который может быть реалистичным где-нибудь в столице. У нас всё оборудование старое, так что сигнал очень сильно зависит от расстояния. А ещё при получении любых данных нужно обязательно держать в голове тот факт, что это может быть лишь глюк. Передатчику, который мы идём менять, лет десять. А предельный срок эксплуатации у него по регламенту всего шесть. Арсений вздыхает. Кажется, до него только сейчас в полной мере начинает доходить, что авантюра, в которую он ввязался, вовсе не так эпична, как могло показаться на первый взгляд. Антон думает о том, что Арсений вряд ли надолго задержится в Грэсовске. Хорошо, если продержится год. Может, и меньше, всё зависит от того, насколько быстро он адаптируется к новому положению дел. А потом подаст рапорт и укатит в свой Питер. К нормальному оборудованию и квалифицированным специалистам. Впрочем, последнее утверждение не совсем верное. Для Антона до сих пор загадка, как вышло, что в Грэсовске собралось так много отличных Сотрудников. Себя он к ним не причисляет, хотя и не может отрицать, что вовсе не является бесталанным рохлей. Но, как ни крути, в городке собралась отличная команда. Не все из этих людей Антону нравятся как личности, но он признаёт их профессиональную компетентность. Собственно говоря, на том и держатся. — Пришли, — заключает Антон, проверив показатели прибора. Это тот же поисковик, с которым он до этого приезжал в Лисков, просто перенастроенный на другую частоту. — Так, теперь давай попробуем найти передатчик. Задача будет не самой простой, потому что поисковик привёл их... к дереву. Со стороны они будут выглядеть очень странно. Хорошо хоть днём пришли, потому что ночью их бы точно приняли за нариков, ищущих закладку. Впрочем, нет гарантии, что сейчас не примут. — И что нам нужно будет делать? — спрашивает Арсений, с сомнением уставившись на дерево. — Не нам, а тебе, — Антон самодовольно улыбается. — Я-то прекрасно это умею, а вот у тебя отличный шанс попрактиковаться. Смотри. В целом, всё просто. Вот у нас есть поисковик. Принцип его работы простой: выкручиваешь реле, медленно перемещаешь прибор по стволу дерева и наблюдаешь за стрелкой. По сути, всё как в детской игре «горячо-холодно». По мере приближения к передатчику поисковик начнёт потрескивать громче, а стрелка будет ползти в красную зону. Арсений с сомнением поджимает губы, но не спорит, забрав из рук Антона поисковик. Выражение лица его становится сосредоточенным и даже немного пугающим. Если он с такими вот сложными щами расхаживал по заводу в прошлом, то Антон очень сочувствует его подчинённым. В целом, с появлением Арсения трудовая деятельность Антона стала довольно скучной. В том плане, что он теперь редко что выполняет сам. Это интересный опыт. Иногда Антон думал, что в очень отдалённой перспективе, если каким-то чудом умудрится дожить до почтенной пенсии, то пойдёт в Инструкторы. Но теперь понимает, что такой формат работы ему вовсе не подходит. И если для Арсения он ещё готов сделать безусловное исключение (вовсе не потому, что приказ Паши нельзя было оспорить), то на постоянной основе заниматься чем-то подобным Антон явно не сможет. — Уважаемые, — вдруг раздаётся за спиной недовольный мужской голос. — А что это мы тут делаем? Антон и Арсений оборачиваются синхронно. И если Антон лишь удовлетворённо заключает, что интуиция и на этот раз его не подвела, то Арсений явно ощущает растерянность. Перед ними стоит пара ППС-ников. Антону даже стараться не приходится, чтобы уловить волны ленивого равнодушия, исходящие от одного, и самодовольства — от другого. Наверное, кто-то из местных сообщил о подозрительных незнакомцах, лапающих дерево. Антон с трудом сдерживается от довольной ухмылки. Очень быстро эмоциональный фон полицейских изменится. При его непосредственном содействии. Он достаёт из кармана шорт красное удостоверение и, раскрыв, показывает его патрулю. — Капитан Федеральной службы по отлову существ Шастун, — представляется Антон. Против воли в груди появляется чувство совершенно мальчишеского восторга. Ему крайне редко выпадает возможность козырнуть документами и назвать звание. — А это — рядовой ФСПОС Арсений Попов. Менты всматриваются в документы с подозрением и тут же меняются в лице. Тот, что помоложе, даже отдаёт честь. Более взрослый, даже в этом случае не утративший некоторой доли безразличности, полицейский смотрит настороженно. — А у нас... что-то произошло? — напряжённо спрашивает он. Видно, что с живым Сотрудником ему сталкиваться не доводилось, но он старается держать лицо. — Всё в порядке, лейтенант, просто плановая замена оборудования. Антон убирает удостоверение в карман и кивком головы указывает на поисковик, который Арсений по-прежнему сжимает в руках. Менты неловко переминаются с ноги на ногу, потому что перед ними сейчас два Сотрудника специальной службы, о существовании которой они до этого момента знали лишь в теории, а один ещё и старше по званию. А ППС-ники рассчитывали на залётных наркоманов. Неловко. — Нужна какая-то помощь? — с видимым усилием спрашивает лейтенант. Антон чувствует чужое нежелание впутываться в загадочные проблемы. Разумеется, сотрудники органов внутренних дел знают о существовании Конторы. Держать её в тайне от других ведомств не то чтобы было невозможно, но влекло бы за собой кучу бессмысленных заморочек. Да хоть нынешнюю ситуацию взять в пример. Антон, конечно, мог бы задействовать стиратель и поиграть в джедая, убедив ментов, что никаких наркоманов они искать сюда не приезжали. Но зачем, если можно просто показать удостоверение? Другой вопрос, что рядовые полицейские слабо представляют, чем занимается Контора. Слухи разнятся от региона к региону, а доступ к реальной информации мало кто получает. В исключительных ситуациях, когда выбора не остаётся, Сотрудник может привлечь к выполнению задания коллег из других силовых ведомств. Но делать это крайне нежелательно, поскольку в вопросах взаимодействия с существами и полицейские, и даже ФСБ-шники мало чем отличаются от гражданских. Сохраняют же память после выполнения задания и вовсе единицы, только в случаях, когда амнезия человека принесёт ему больше проблем, чем сохранение неприятных воспоминаний. — Нет, всё в порядке, — довольно твёрдо отвечает Антон, желая закончить этот разговор. — Говорю же, рутина. Заменим оборудование, отработаем с рядовым несколько ситуаций в условиях, приближённых к реальным, и уедем назад в Грэсовск. Но если предупредите своих, чтобы не дёргались каждый раз, когда вам будут сообщать о подозрительных незнакомцах, буду признателен. Лейтенант кивает, тоже решив отдать честь, и уходит. Антон кожей ощущает взгляд Арсения и непроизвольно поворачивается в его сторону. Тот разглядывает Антона так, словно впервые видит. — Так ты капитан, — неуверенно говорит он. — И я, наверное, должен тебе честь отдавать... — Арс, — вздыхает Антон. — Глупостей не говори. В Конторе, по крайней мере, в нашем отделе, всё вообще с субординацией не слишком строго. Я служу девятый год уже, конечно, у меня не сержантские погоны. Но по факту это лишь означает, что я несу за тебя ответственность, принимаю решения и могу отдавать приказы, когда это необходимо. Ну, то есть, как будто бы ничего не отличается от того, как строились наши взаимоотношения пятнадцать минут назад, когда ты ещё не услышал слово «капитан», не считаешь? На лице у Арсения застывает неуверенность. Антону сложно понять причину такой реакции. Нет, ну серьёзно, они живут под одной крышей. И за эти несколько дней Арсений имел несчастье увидеть, какой Антон бытовой инвалид. А если учесть, как по-дурацки проходит их подготовка к аттестации, Арсений точно должен был понять, что Антон — не строгий капитан, а самая обычная распездолочь. — Я просто давно не был у кого-то в подчинении, — улыбается Арсений, наконец совладав с замешательством. — И даже в армии не служил. Так что вообще плохо понимаю сейчас, как себя вести. Антон вздыхает. Господи, это не человек, а ходячая катастрофа. — Так же, как и до этого, Арс, — он ободряюще хлопает Арсения по плечу. — Просто не думай о Конторе, как о военном или силовом ведомстве. У нас совершенно особые правила. И многое строится не на субординации, а на личных взаимоотношениях и доверии. Так что просто забей. И давай уже найдём этот ебучий передатчик и пойдём перекусим. После недолгой заминки Арсений кивает и вроде даже расслабляется. Он снова начинает искать передатчик, а Антон наблюдает за ним, вытащив из кармана сигареты. По правде говоря, внешность у Арсения располагает к тому, чтобы просто любоваться им. В этом нет какого-то подтекста. Но бывают люди, которых ты можешь назвать красивыми вне зависимости от своей ориентации. Антону не нужно быть гетеро, чтобы знать, что Надя Сысоева — красивая девушка. А тот факт, что Арсений — красивый мужчина, он признал бы, даже если бы не был геем. Даже первые глубокие морщины, вызванные яркой и живой мимикой, Арсения совершенно не портят. — Антон, — осторожно окликает Арсений. — Кажется, оно. Подойти приходится куда ближе, чем Антон бы хотел. По крайней мере, в момент таких вот размышлений. Но что поделать, Арсений, пожалуй, прекрасно осведомлён насчёт того, какой эффект производит на людей. И, как Антон успел убедиться, умело этим пользуется. Даже если покорение вершины под названием Антон Шастун в его планы не входит, им обоим придётся потерпеть. Антону просто нужно время, чтобы свыкнуться с чужой красотой и харизмой. Арсений — талантливый ученик. Он действительно находит передатчик, который Антон ловко отсоединяет. Нечто, ещё минуту назад мимикрировавшее под древесную кору, превращается в небольшой чёрный прибор, на мгновение вспыхнувший желтоватым светом и тут же погасший. — Отлично, теперь осталось только прикрепить новый, — объясняет Антон, вытащив из рюкзака новый прибор. Право заменить передатчик он также предоставляет Арсению. Там нет ничего сложного: просто включить и приложить к нужному месту. Прибор намертво приклеивается к дереву, тут же сливаясь с окружающей обстановкой. — Поздравляю! — Антон снова хлопает Арсения по плечу, решив, что в подобной тактильности нет ничего предосудительного. — Ты оставил в Нескучном свой след. И, возможно, спасёшь этим парочку жизней. Эта фраза заставляет Арсения слегка смутиться. Он отряхивает руки и улыбается. — С ролью спасителя чужих жизней я ещё не свыкся, конечно, — честно признаётся Арсений. — Ну, всё впереди, — фыркает Антон. — Ты уже спас Димку от демолитора и, частично, своих соседей в Лискове. А сколько таких моментов будет впереди... Когда Антон обрисовывал эту радужную перспективу, он, конечно, не предполагал, что выступить в роли спасителей чужих жизней им придётся не в ближайшем обозримом будущем, а всего через несколько часов. И количество этих жизней будет исчисляться десятками. Причём и их собственные жизни окажутся в серьёзной опасности. Удивительно, но отличная интуиция Антона в этот момент предпочитает мирно дремать. И, запаковав оборудование обратно, он начинает искать какую-нибудь столовую, в которой можно найти более или менее приличный обед. Расслабившись, Антон даже не сразу обращает внимание на то, что в глазах Арсения появляется какая-то глубокая задумчивость. Словно он пытается в чём-то разобраться.