Поцелуй души

      Калеб осматривает обшарпанные стены заброшенного дома с утроенным вниманием, словно ожидает увидеть всё сверхъестественное невооруженным взглядом. Ничего не выдает присутствия нескольких заблудших между мирами душ или какой-либо другой активности. Помещение неуютное и мрачное, но не более того. Калеб, как и прежде, готовится защищать Мартина от чего угодно, если что-то вдруг пойдет не так.       Мартин раскладывает все необходимое для ритуала и ворчит на друга, чтобы тот не отвлекался и держал фонарик ровнее, не вздрагивая от каждого шороха. Он указывает Калебу на место перед собой, берет за руки и открывает блокнот на нужной странице, хотя помнит заклинание наизусть.       Джейми отзывается почти сразу. Нависает полупрозрачным фантомом над головами, всколыхнув воздух густым маревом. Калеб крепче стискивает пальцы Мартина и напряженно замирает.       — Джейми, — Мартин произносит имя едва слышно, но призрак отлетает в сторону и кружит под потолком, в панике ища место, где можно укрыться.       — Джейми! — Мартин зовет громче. — Послушай!       Призрак зависает рядом с шатающейся разбитой лампой. Глаза на тусклом сером лице становятся огромными. Он с изумлением смотрит на принадлежности для заклинания и недоверчиво опускается на землю. Останавливается в паре метров от парней, не переставая смотреть на свечи, которые манят его, как мотылька. Джейми с трудом переводит взгляд на Мартина.       — Почему… ты можешь говорить со мной? — голос призрака шелестящий, словно ветер ворошит сухие листья.       — Потому, что смог найти работающее заклинание, — коротко отвечает Мартин и выпрямляется.       Не обращая внимания на предостерегающий жест Калеба, он делает маленький шаг к Джейми.       — Не бойся. Просто скажи, чего хочешь больше всего. О чем жалеешь так, что не можешь покинуть этот мир?       — Я… Ничего не помню, — Джейми задумчиво морщит лоб.       — Это очень важно. Постарайся, пожалуйста.       Джейми зажмуривается и отчаянно мотает головой, стараясь растормошить задремавшие мысли. Он медленно облетает вокруг парней, сосредоточившись на себе, а затем вдруг резко останавливается, словно натолкнувшись на невидимую стену. Джейми вытягивается напряженной струной и прижимает ладони к лицу, ошарашенный воспоминанием. Взметнувшись вверх, он издает подавленный, болезненный крик и с размаху врезается в развалившийся книжный шкаф, скрываясь за его дверцами. Рассохшиеся книги шлепаются на пол, разлетевшись пожелтевшими листками. На несколько минут наступает пронзительная тишина.       Калеб, все это время неотрывно следивший за Джейми, удивленно смотрит на Мартина.       — Почему ты просто не рассказал ему обстоятельства смерти?       — Он должен вспомнить все сам. Представить вновь, что с ним произошло. Это вызовет взрыв эмоций. Вот как сейчас, — Мартин кивает в сторону шкафа, ручка на котором ходит ходуном, будто кто-то нервно дергает ее с другой стороны. — Тогда Джейми поймет, чего хочет.       Дверцы неожиданно распахиваются и громко хлопают о стену. Джейми выскальзывает откуда-то из-за полок, медленно описывает широкую дугу по другому краю комнаты и плавно приближается. Его колотит крупной дрожью. Калебу кажется, что он слышит, как у того стучат зубы. Прозрачные пальцы Джейми не переставая теребят воротник, на щеках блестят слезы. Он смахивает их небрежным движением и снова закрывается руками. Слова звучат глухо, прерываемые рыданиями:       — Зак! Боже, любимый Зак. Это я во всем виноват!       — Ответь, что так не дает тебе покоя? — настойчиво спрашивает Мартин и затаив дыхание глядит на Джейми. — Иначе мы не сможем помочь.       Призрак отнимает руки от лица и с надеждой смотрит на парней.       — Хочу увидеть Зака, — его голос ломается, но он сдерживается, крепко сжав кулаки. — Попросить прощения. И поцеловать в последний раз.       — Увидеть ты сможешь. Поговорить тоже, — задумчиво тянет Мартин, потирая висок, — а вот последнее… тут нужно подумать.       — Пожалуйста, — умоляюще шелестит Джейми, — вы моя единственная надежда.       — Я позову Зака, — Мартин решительно опускается на колени и берет Калеба за руки. Оба на несколько минут сосредотачиваются на ритуале.       Зак появляется тихо. Они бы не сразу заметили его, если бы не радостный и одновременно отчаянный вскрик заметавшегося по комнате Джейми.       — Кое-кто хочет тебя увидеть, Зак, — Мартин осторожно расправляет край завернувшегося от ветра полотна. — Джейми, можешь говорить все, что для тебя важно.       Калеб переводит взгляд с одного призрака на другого. Их неприкрытое волнение вызывает нервные мурашки.       Зак на удивление не теряется, услышав обращенные к нему слова. Он растерянно смотрит на Джейми, будто в комнате никого больше нет.       — Зак! — Джейми порывисто подлетает к нему, но нерешительно останавливается на расстоянии вытянутой руки.       — Ох, я и правда вижу тебя! Но как? — Зак встряхивается, кидается навстречу и пробует дотронуться до Джейми, но прозрачная рука проходит насквозь, как через воздух.       Джейми кружится на месте, справляясь с вихрем эмоций. Облетев комнату, он почти вплотную впечатывается в Зака и негромко говорит, запинаясь через слово:       — Прости меня... Моя постоянная тяга к экстриму обернулась... трагедией. Я потащил тебя... за собой и отобрал жизнь…       Он замолкает, бросается к окну и зависает неясным облаком. В торчащих из рамы осколках стекла не видно его отражения.       — Джейми? — Зак приближается к нему и пробует успокаивающе обнять, но лишь проскальзывает руками по силуэту и вздыхает. — Не вини себя. Я всегда хотел умереть одновременно с тобой. Может, это случилось слишком рано, но я не могу представить без тебя даже один день. Раз уж так случилось, нужно это принять. И я вовсе не злюсь, слышишь. Посмотри на меня.       Джейми поворачивается. Их взгляды встречаются.       — Как бы я хотел обнять тебя хотя бы еще раз, — разочарованно произносит Зак, проводя ладонью рядом с щекой Джейми, и тот прикрывает глаза.       — Есть один способ, — вдруг говорит Мартин, мельком взглянув на притихшего Калеба.       Оба призрака мгновенно поворачиваются и в одну секунду оказываются рядом, едва не опрокинув свечи.       — Не томи же! Что нужно сделать для этого? — Зак и Джейми нависают над Мартином с обеих сторон, завороженно заглядывая в лицо.       — Вам нужно будет вселиться в нас, — Мартин захлопывает блокнот.       Калеб не сразу понимает смысл сказанных слов. Он раскрывает рот и ошарашенно таращится на совершенно спокойного друга.       — Погоди, что именно ты имеешь ввиду?       — Зак и Джейми вселятся в нас, — терпеливо повторяет Мартин, словно растолковывая очевидные вещи глупому ребенку. — Таким образом, они на время обретут тела и смогут дотронуться друг до друга.       Калеб стискивает зубы и сглатывает, пытаясь успокоить настойчиво рвущееся из груди сердце. Поцеловать Мартина… Разве не об этом он мечтает уже несколько лет? Не это ли снится так часто, что начинает сводить с ума? Даже обычные касания Калеб тщательно запоминает, проигрывая в памяти вновь и вновь. И теперь возможность дотронуться до манящих губ неожиданно становится реальностью. Жаркие искры пробегают по крови от одной только мысли, и он неуверенно произносит, покраснев до кончиков ушей:       — А если они не захотят вернуть наши тела?       Мартин внимательно наблюдает за его реакцией.       — Не смогут. Оба обретут покой и навсегда исчезнут, едва все будет сделано, — Мартин складывает кисти рук на коленях и хмурится. — Что с тобой? Не думал, что это обернется такой проблемой.       — То есть ты правда хочешь, чтобы мы поцеловались? — шепчет Калеб пересохшими губами, все еще сомневаясь, что понял все правильно.       — Не мы. Джейми и Зак.       Ровный тон Мартина возвращает Калеба в реальность, окатив холодным душем. Поцелуй, который станет для него самым прекрасным моментом в жизни, для Мартина будет лишь выполненным долгом. Калеб окончательно убедится, что Мартин никогда не захочет его. Так же, как того парня из летней поездки. Калеб отчаянно мотает головой.       — Нет. Мартин, мы не можем этого сделать.       — Пожалуйста, — Джейми вдруг обращается к нему сам, незаметно приблизившись. Калеб испуганно шарахается и чуть не проскальзывает сквозь Зака, который оказывается сзади. — Для нас это последний шанс почувствовать тепло друг друга. Несколько мгновений, которые будут значить все.       Если бы Джейми только знал, что эти мгновения навсегда развеют в прах мечты Калеба, он бы не смотрел на него так пронзительно. Глаза обоих призраков умоляюще мерцают в темноте. Оба ждут с молчаливой мольбой, то и дело неосознанно пытаясь взяться за руки, чтобы успокоить друг друга, но бесплотные тела не позволяют этого сделать. Калеб закрывает глаза и выдыхает:       — Хорошо.       Он поднимается и встает напротив Мартина. Друг бросает на него прохладный взгляд, но не произносит ни слова и обращается к призракам.       — Джейми, Зак. Вам нужно было наше разрешение, чтобы завладеть телами. Мы готовы.       Он запрокидывает голову и приоткрывает рот. Едва различимый дымок, в который мгновенно обращается Джейми, медленно просачивается между его приоткрытых губ, пока не исчезает совсем.       Калеб устремляет взгляд в потолок, чувствуя, как в тело вливается покалывающий холодок, заполняющий каждую клеточку. Разум застилает чужими мыслями.       Когда он снова видит лицо Мартина, оно меняет выражение. Друг никогда не смотрит на него так нежно и влюбленно. В груди тоскливо ноет.       Теплая ладонь ложится на плечо и гладит по шее. Мартин делает шаг вперед и притягивает к себе. Калеб лихорадочно отпечатывает в памяти момент. Он еще никогда не был с Мартином настолько близко. Собственное сознание бьется где-то глубоко в голове, но тело мгновенно отвечает, окутав каждый нерв теплотой. Мартин смотрит расширенными зрачками и Калеб отбрасывает все, поддавшись соблазнительному обману. Слегка наклоняется вперед и касается губами его губ.