Кома

Ирина пытливо смотрела на Анатолия, ожидая его ответа. Немного нервничала, но старалась это сейчас не демонстрировать. — Чего-чего? Мне послышалось сейчас? — Медленно проговорил, стараясь понять: очередная дурацкая шутка или вопль отчаяния? — Нет, не послышалось. Ну, — поёрзала, — я ждала, когда ты к этой теме вернешься. Ты не вернулся, — скрестила пальцы в замок, — опять всё приходится делать самой. — Так ты ж сама была против! Вот я и подумал, что лучше так, чем как тогда… — Это было два года назад. Так что? — Напряглась. Анатолий, посмотрев на неё пару секунд, пожал плечами. — Ну, не знаю, Ирина Алексеевна… Знаешь, я вот тут на досуге читал, что если мужчина хоч… — Хочет не получить второй раз травму головы, то ему надо жениться? — Ответила за него, внимательно смотря в его глаза. — Ну, знаешь ли, кто-то же должен следить за тобой. Он вздохнул, провёл ладонью по её мягким волосам, старательно делая вид, что ничего не произошло. Конечно, для него всё давно было решено, но… Что-то сейчас было не так, и не хотелось, чтобы в ЗАГС их привели импульсивные действия Ирины. — Нет, если ты не хочешь, то, пожалуйста, — сдалась она первой, нервно прикусив губу, — будешь жить со своей собакой. — Она не моя, — резко бросил он. Через секунду их обоих захлестнули воспоминания. Варя осознала появление хозяина на лестничной площадке раньше Ирины и бросилась в коридор, громко лая. Через пару секунд дверь открылась, и Анатолий нарисовался на пороге. Заперев квартиру, отложил ключи на тумбочку, сел на банкетку, желая переобуться. Протянул руку к собаке и почесал за ушком. — Я с ней погуляла уже, если что, — проговорила Ирина, оказавшись в прихожей. — Ужинать будешь? — Отпуск в Швейцарии оказался скукой смертной, и чтобы хоть чем-то себя занять решила прописаться на кухне. Анатолий поднялся, подошёл к ней ближе и нежно коснулся губами её щеки. — Буду. Чем сегодня порадуешь? — Провёл кончиками пальцев по её спине. — Надеюсь, не сгоревшей квартирой? — Тебе говорили, что если повторять шутку сто раз, она уже не такая смешная? — Проворчали ему в ответ. Он вздохнул и бросил на неё снисходительный взгляд. — Буду я есть. — Тогда мой руки и, — кивнула в сторону кухни, — прошу. Первые несколько минут ужина проходили в относительной тишине — Анатолий, уставший после работы, набросился на горячее, Ирина, лишь подивившись его аппетиту, лениво листала ленту в телефоне. — Очень вкусно, Ирина Алексеевна. — Что, даже не спросишь, — хмыкнула и отложила устройство, заблокировав его перед этим, — из какого ресторана заказывала? — Подпёрла подбородок ладонью, внимательно посмотрев на Анатолия. Тот поморщился. — Прекрати. Верю я, что сама готовила, верю. — Пойдём, погуляем? — Постукивала подушечками пальца по щеке. — А то я к тебе прилетела чтобы сидеть в четырёх стенах, видимо… — Ключевое, Ирина Алексеевна, — Анатолий поднялся, дабы убрать тарелки в посудомойку, — прилетела ко мне. — И что? Это же не значит, что чтобы побыть твоей домработницей! — Просверлила его взглядом. — Или этой… Как там называются те, кто с собаками сидит. — Ты была бы к ней поласковее, она может и тебя по утрам за пятки кусать не будет. Чай сделать тебе? Ирина скрестила руки на груди, слегка откинулась на кресле. — Я не нанималась кормить твою собаку и гулять с ней. Посмотри на это, — кивнула на свои бедра, — я вся в её шерсти! У тебя вся квартира в её шерсти, — стала агрессивно смахивать клочки с ткани темных брюк, — не мог что ли какую-то другую породу выбрать? Анатолий горестно вздохнул, затем подошёл к столу, аккуратно присел на край, коснулся ладонью волос Ирины и наклонился к ней. — Во-первых, это наша собака, — провёл подушечкой пальца по её щеке, — во вторых, из твоих волос тоже при желании можно подушку набить, я же не меняю тебя на кого-то другого? — Поцеловал её. Ирина резко повернула голову, не желая сейчас скрашивать своё возмущение романтикой. Анатолия, однако, это не остановило. Касался виска, скулы, уголка губ. — Ты с ней подружишься, — прошептал, аккуратно беря за подбородок. — По-твоему, я лысею? — Недовольно зашипела, смотря в его глаза. — Ты не ругаться приехала. Ну, — подарил ей быстрый поцелуй, — можешь сменить шампунь, если тебя беспокоит эта тема. — А может быть, — положила ладонь ему на шею, — ты не будешь меня за волосы хватать во время секса? — Да? — Посмотрел в её глаза. — А как тогда без этого? Пойдём, — кивнул в сторону спальни, — покажешь, как надо. Ирина несколько секунд внимательно смотрела на него, затем засмеялась. — Только после того, — всё-таки поцеловала его, не в силах совладать со своим желанием это сделать, — как мы погуляем. — М… — Едва оторвался от её губ, — это шантаж? — Думай как хочешь, но я в первый раз в этом городе, и хочу посмотреть архитектуру… Анатолию ничего не оставалось, кроме как поцеловать её ещё раз и согласиться. Ирина закатила глаза, не желая вспоминать свой первый приезд в Швейцарию. Тогда и правда не поладила с Варей, без которой сейчас уже и жизни не представляла. — И сейчас ты, между прочим, — Анатолий поцеловал её в макушку, — отбираешь у меня мою собаку. — Сам сказал, что она наша… Толь, я хочу ответ на свой вопрос услышать. — Это был приказ, — продолжал ёрничать он, — тем более, платье ты уже сожгла… И зачем тебе это вдруг стало нужно? Тебе же нравится быть любовницей, — кроме желания выяснить насколько она говорит трезво, примешалась ещё и лёгкая обида за высказанный несколько лет отказ. — Я тебя ещё сейчас умолять что ли на коленях должна?! — Шлёпнула его ладонью по плечу, начиная терять самообладание. — Куда тебе на коленях с твоей спиной! Понять хочу, с чего вдруг. Мало ли, — кивнул в сторону кухни, — ты меня отравишь потом и станешь полноправной владелицей Вари… Ирина громко цокнула языком, начиная жалеть о разговоре. «Так и знала, что не надо было поднимать эту тему, раз ты сам не захотел!» Ирина столкнулась возле своего кабинета с недавно выписавшимся пациентом и с удивлением посмотрела на него. — Вы что-то хотели… Виктор? — С трудом вспомнила его имя — прошедшая неделя выдалась слишком тяжелой. — Вот, Ирина Алексеевна, — протянул ей достаточно объемный бумажный пакет, — очень хотел поблагодарить вас за операцию моей сестры и за всё, что вы сделали. — Ну, это моя работа, а вот это уберите, — отрицательно покачала головой, выставив руки вперёд, словно подарок мог её укусить, — мне не нужно. — Зря вы так, — Виктор очаровательно улыбнулся. — Коньяк хороший, конфеты вкусные. Не знал, что вы предпочитаете, решил так выкрутиться. Ирина хмыкнула — на самом деле, очень давно перестала принимать подарки от пациентов, особенно от мужчин её — после подарков периодически поступали предложения провести время вместе. — Вы, — уложила ладонь на ручку кабинета. — Лучше порадуйте сестру таким подарком. Я рада, что с ней всё хорошо. — Не любите конфеты? — Не унимался мужчина. — Тогда может быть мы с вами поужинаем? Я угощаю, там выберете на свой вкус. Ирина сощурилась. — Я не пойду с вами ужинать, извините. Боюсь, это не понравится моему… — Замолчала, не зная, какую характеристику лучше подобрать Анатолию. Любовнику, который живёт в другой стране? В последнее время она часто задумывалась относительно их отношений. Прошло уже полтора года периодических поездок друг к другу, однако дни пролетали со скоростью света, а потом снова приходилось засыпать в гордом одиночестве. Сначала Ирину более чем всё устраивало, но потом… Потом нет-нет, да смотрела краем глаза на воркующих пациентов и их родственников, да даже на своих врачей, которые состояли в браке друг с другом. Пока все они проводили время друг с другом, она довольствовалась смс-сообщениями, звонками, редкими разговорами по видео. Это начинало утомлять, сеять в голове сомнения. Всякий раз, отказываясь от ухаживаний, она ловила себя на мысли — обращает ли Анатолий внимание на своих свободных сотрудниц? В такие вечера особенно долго разговаривала с ним, стараясь изо всех сил показать, что он ей важен. Какая-то часть её понимала, что нервничает зря, но она была слишком мала на фоне прошлых предательств. Ощущать себя подвешенной в воздухе хотелось меньше всего. — Ирина Алексеевна, вы меня слышите? — Голос Виктора пробрался сквозь завесу размышлений. — Что? — Говорю, вы же не замужем, — кивнул на ладонь, по-прежнему лежащей на дверной ручке. — Не отказывайтесь, я ничего криминального не планирую. — Я не ношу кольцо на работе, операции, — отчеканила она, окинув его холодным взглядом. — Всего доброго. «Дурь какая-то, ей Богу!» Ирина мгновенно открыла дверь кабинета, шагнула в помещение и, прикрыв глаза, уперлась спиной в так удачно стоящий шкаф. Сердце колотилось как сумасшедшее, без особой на то причины — ну, соврала в очередной раз. Анатолий, сам того не зная, в прошлом месяце забирал её с работы, два месяца назад подарил ей шёлковый шарф — Нина, сделав комплимент, поинтересовалась невзначай, а Ирина соврала. И сама не понимала мотивацию своих поступков. Какое кому дело до её личной жизни? Но ловила себя на том, что в собственных иллюзиях жить становится проще. Даже если это и неправильно. — А чего ты не взяла коньяк-то? — Раздался тихий голос. Ирина зажмурилась — не хватало её ещё галлюцинаций. В прошлый раз, когда Анатолий ей привиделся, пришлось почти год в коляске сидеть. Однако прикосновения к талии и горячее дыхание возле уха были вполне реальными. — Если мне пить нельзя, то тебе же можно, — Анатолий повёл кончиком носа по светлым волосам, вдыхая аромат духов с примесью шампуня. — Зря отказалась… Ирина распахнула глаза и развернулась. — Толя… — Её губ коснулась удивленная улыбка — его не должно было быть здесь. — А что ты тут забыл?! — Мгновенно вернулась с небес на землю. — Ещё и подслушиваешь! Алеников, ты же мне сказал, что у тебя сделка на носу, и поэтому не приедешь! — Сюрприз тебе захотел сделать, — скользнул ладонями под халат, — соскучился… Всё решилось быстрее, чем я думал, — снова прижал её к шкафу, встав перед ней, — вот и решил… — А предупредить? — Несмотря на дежурное ворчание, изумрудные глаза светились счастьем — последний раз они виделись три месяца назад, и Ирина крепко соскучилась. — И что ты там ещё слышал?! — Внезапно поняла, что её маленькое вранье могло сейчас раскрыться, от чего щёки слегка покраснели. — Я только что сказал, что это сюрприз. — Сократил расстояние между ними, не желая больше разводить ненужную полемику. — Слышал только про коньяк, дальше решил, — шептал прямо в губы, — что сама расскажешь… Расскажешь же, м? Она с жаром ответила, только сейчас осознавая, насколько сильно по нему соскучилась за прошедшее время. Запустила пальцы в волосы, прижимаясь ближе. Вела кончиком языка по его верхней губе, не в силах совладать с эмоциями. Никогда бы не подумала, что будет с таким жаром подхватывать инициативу, но, видимо, дело было в конкретном человеке. Анатолий, прижимая её к шкафу, беспорядочно водил ладонями по её телу — то касался поясницы, то сжимал ягодицу, то норовил пробраться под узкую юбку, скользя по бедру выше. В какой-то момент опустился губами к шее, вынудив Ирину хрипло выдохнуть. Та сжала ткань неизменно-синего пиджака в области плеч, ведомая совершенно наглыми касаниями, приподняла левую ногу. Скука вылилась в безумие обладать друг другом. Столкновение горячих губ, тихий шепот, сдающаяся под таким напором одежда. — Подожди, — Прошептала Ирина, нащупывая пальцами дверной замок, — хочешь, чтобы всё отделение было в курсе моей личной жизни? — Ощущала ладонь Анатолия, которая ползла по неплотному капрону выше по внутренней стороне бедра. — А что это с тобой сегодня? — Издевательски растягивая слова поинтересовался он, прошептав куда-то в её волосы, вдавливая своим телом в шкаф. — Не отпихиваешь… — Могу отпихнуть, если надо будет… — Раздался щелчок. — Я соскучилась, — обхватив его лицо ладонями, снова потянулась за поцелуем. — Ты надолго? — Прошептала с придыханием, прижимаясь к нему ближе. — На пять дней, — пальцы медленно поднялись выше, — твоя дурацкая узкая юбка… Пояс верности? — Развернул Ирину к себе спиной, успев скинуть с неё халат. Начал поднимать юбку выше, злясь на то, что из-за колготок та ползла слишком медленно. — Вся моя одежда по твоему мнению дурацкая… — Откинула голову ему на плечо, тяжело дыша, поддаваясь всем эмоциям. — Покупай тогда сам, знаешь ли… Анатолий хмыкнул, целуя её в скулу. Вжавшись в неё, слегка потёрся. Сильные ладони слегка сжали грудь, затем опустились ниже. Ирина шумно задышала. Совершенно не узнавала своего поведения — думала, что подобные гормональные всплески ей уже не свойственны. Ощущала, как сильно стучит сердце, а кончики пальцев покалывает от желания здесь и сейчас отдаться любимому человеку. — Я тебе кое-что другое хочу купить, — прошептал ей на ухо, скользнув ладонью под плотную ткань темной юбки. Прикусил мочку уха, желая сейчас растянуть момент. — Новое терпение? — Нервно бросила она, вывернула руку и провела ладонью по его груди. Тяжело дышала, ощущая, как чертовски сейчас мешает чёрная ткань бюстгалтера, как становится некомфортно быть одетой. — Машину, Ирина Алексеевна… — Пальцы коснулись края нижнего белья. — У тебя же есть права? — Что? — Она замерла, затем всё-таки повернулась к нему, так как сейчас ласки отошли на второй план. — Какую машину?! Зачем? У тебя помутнение какое-то? — Ир… — Анатолий тяжело дышал. — Давай мы закончим, а потом… — Нет уж, ты мне сначала всё расскажешь! — С Ирины словно смыли подступившее возбуждение. Атмосфера страсти стремительно испарилась под насущными бытовыми вопросами. Анатолий, наблюдая за тем, как Ирина, кажется, прикидывает, об какую батарею будет лучше его уронить в этот раз, решил свернуть спектакль одного актёра. — Женюсь конечно, Иришка Алексеевна… Только давай мы не будем забывать, — смотрел в её глаза, — кое о чём. — Я уже начинаю жалеть, — процедила та, — о чём ещё? О чём? Что тебе не нравится ещё сейчас?! — Замолчала, выдохнула, прикрыла глаза — кто бы мог подумать, что подобный диалог сможет вытянуть столько сил. Казалось, даже пропустила мимо ушей первое предложение, потому что эти чёртовы условия… А ведь она правда хотела только одного — точно для себя знать, что ему не надоест играть в отношения на расстоянии. Пускай сейчас он к ней вернулся, пускай она не капельки не уверена в завтрашнем дне, но хотя бы будет уверена, что это всё не просто так. Даже если в глазах Анатолия выглядит полной идиоткой. — Тише, чего завелась-то не в ту сторону, — проворчал он, — мы не будем забывать о том, что первым тебе предложение сделал я, да? И это ты тогда отказалась, — говорил серьёзным тоном, — а потом ты ещё и… — Вот только не надо, — снова попробовала встать, но ей не позволили, — мне теперь одолжений делать! Знаешь что, всё… За… Была остановлена поцелуем. Анатолий аккуратно уложил Ирину на диван, не забыв подтащить подушку ей под голову. Кое как пристроился сверху, дабы не раздавить её. — Успокойся. Завтра в ЗАГС и пойдём. Фамилию только мою возьмешь. — Не возьму! — На волне прошлых возмущений прошипела она, укладываясь поудобнее. — Посмотрим, — хмыкнул Анатолий, — пойдём спать ляжем? Завтра в любом случае будем искать тебе врачей. Я хочу проконсультироваться с несколькими сразу, чтобы точно быть уверенным, что там не было какой-то ошибки. Это сейчас важнее, чем твое внезапное желание стать моей женой. Ирина мгновенно сникла — на эти несколько минут, которые потратила на выяснение важной для себя вещи и на воспоминания ухитрилась отодвинуть максимально далеко свои проблемы. Её воля — и не вспоминала бы об этом. Не вставала бы снова в воду, ожидая волны проблем, которая непременно окатит её, и получится ли выбраться и сделать вдох известно лишь господу Богу. — Бросишь меня если там всё плохо будет? — Тихо спросила, почувствовав себя идиоткой. — Я серьезно это спрашиваю. Если завтра скажут, что операция не поможет. Анатолий замолчал, смотря в её глаза. Что-то в тоне голоса не позволило сразу дать однозначный ответ. Казалось, только сейчас осознал серьёзность ситуации, а ещё, прокрутив в голове последние минуты разговора, понял, что вёл себя по-детски. Ему действительно надо было всё серьёзно обдумать. — Я от своих слов не отказываюсь, — поднялся с дивана, — пойдём спать. Ирина проводила его взглядом и тяжело вздохнула, стараясь избавиться от кома в горле — она уже всё это проходила.