Hope in Lies

       Мысли бегут в разброс, но одна зависает ярким очертанием в голове: «это неправильно». Руки сцеплены в замок в районе бедер, и Лололошка так сильно сжимает их, что костяшки белеют. Где-то остатками здравого смысла он понимает, что это крайне как неправильно и так не должно быть. Но он, видимо, окончательно сошел с ума, раз не может перестать думать о всём этом. О нём.        Где-то в подкорке сознания, он осознает, что дело не только в нём, но лучше уж загнать себя, чем обвинять ещё кого-то. Так просто, наверное, правильнее, да и проще. Джодах не выглядит отталкивающим, – скорее даже наоборот.        К нему тянет просто на подсознательном уровне, заставляя вглядываться в каждую мелочь в его силуэте. Зацикливать все мысли только на нём, его глазах, взгляде и мелких действиях. Но перспектив доверять особо нет. Как минимум потому, что Ло банально убежден в нереальности его понимания и интереса к нему. Не зря всё-таки этот человек заканчивал высшее образование и узнавал столько тонкостей работы. Ну это элементарно не может быть настолько просто.        Но и отрицать, что образ врача Лололошку никак не зацепил – глупо. Это слишком видно. За ним интересно наблюдать, замечать мелкие движения и детали, которые помогают быстрее успокоиться. Но что уж говорить, мальчишка, кажется, чувствует в нем какую-то защиту.        Думать об этом уже становится просто страшно. Как-то опять же неправильно. Слишком глупо.        Нет, ничего не произойдет, если он будет засорять все свои мысли Джодахом. Время не остановится, никто не умрет и его никто не отмудохает, но он все равно заставляет себя отогнать эти мысли.       Люди за окном все так же ходят, птицы что-то щебечут сидя на ветке, а в коридоре всё так же слышатся звуки существования этого места.        Наверное, прошло уже достаточно времени, и у него до сих пор есть возможность пойти и забыться в чуждом обществе. Желание отпало фактически моментально. Сидеть в шумной комнате и смотреть какую-то откровенную чушь уже кажется совсем не комфортной затеей.        Единственное, что остается – лечь и опять попытаться поспать. Думать о чём-то уже претит, а тупо втыкать в окно уже спина затекла.        Лололошка встает со стула, возвращает его на место и чуть ли не падает на кровать.

***

       Часы настырно двигаются вперёд, а сон отказывается приходить. Сколько бы он ни старался, мысли в голове у него спутаны, словно все они стали клубком нитей. Может быть, именно поэтому Лололошка просто смотрит в потолок, пытаясь привезти свои мысли и отпустить напряжение, которое угнетает его душу и тело.       Тяжелый вздох уходит в пустоту комнаты, а его глаза пристально уставились на белую поверхность потолка. Там, в спокойной и неподвижной обстановке, он ищет ту искру воображения, которая способна уносить его в мир фантазий и волшебства. Может быть, именно эта скрытая магия подарит ему пропуск в мир снов, где он сможет найти истинный покой.        Минуты и часы медленно текут, а Лололошка не сдается. Его настойчивость и желание погрузиться в собственные грёзы приносят свои плоды. Потихонечку, словно танец мотылька, он медленно скользит по тонкой грани между реальностью и мечтами. Видения, плавно взлетающие и исчезающие, заставляют его сердце биться сильнее.        Ах, вот они, первые признаки надвигающегося сна. Время теряет свою остроту, а мысли становятся расплывчатыми, словно картины в туманной дали. Лололошка постепенно окутывается волнами приятной и безмятежной усталости. Его дыхание становится глубже и ритмичнее, а мысли наконец-то начинают танцевать на ночном балу сновидений.        Темный взор Лололошки безмятежно погружается в глубокий сон, где его ожидают новые приключения и непознанные миры. Ведь даже если на первый взгляд у него не было мыслей, язык снов был готов помочь ему отправиться в путешествие. И пока он ложится спать, потолок остается свидетелем его магических фантазий.

***

       Нормальный сон – теперь уж точно не про Лололошку. Прошло не более и четырех часов с момента, как ему всё же удалось нормально уснуть и мысли не ворошили все его сознания, не выворачивая наизнанку абсолютно всё.        Сон сам по себе был тем процессом, который вроде сначала и отталкивает, но потом дарит такие возможности и ощущения, которые ни что иное дать просто не могло.       Около двери стоит Джодах, улыбчиво смотря на заспанного мальчишку, что в попытке продрать глаза сквозь утренне-дневной сон растирает лицо ладонью. Смотрит и любуется, наслаждается, видя растерянный взгляд обращенный к нему и просто улыбается. Лололошка не совсем понимает, сколько же это времени успело пройти, что врач уже ожидает его. Голова как-то мыслить отказывается, и единственное, на чем может парень зациклиться, так это на враче, но вновь и вновь Ло неуверенно уводит взгляд в пол, так и не решаясь сказать хоть что-то. Зато это что-то говорит Ави, разрушая немного неловкую тишину, что застыла между ними.        — Добрейшего, — мягко усмехается мужчина, проводя рукой по волосам и убирая челку с глаз. — Я рановато сегодня, на сорок минут считай, поэтому особо не торопись и просыпайся в привычной норме, — говорит спокойно, как-то по-домашнему уютно врач. Ло переводит взгляд в окно, стараясь отойти от происходящего поодаль от него. Слишком. Слишком комфортно. Слишком уютно. Хочется раствориться в моменте.        — Если будет комфортно, я могу пока подождать тебя за пределами твоей комнаты, — предлагает Джодах и Лололошка положительно кивает головой, так и не проронив и слова. Теперь в голове полный кавардак, который ему предстоит хотя бы частично разобрать за ближайшие пять минут.        Врач молча покидает палату, и Лололошка шумно выдыхает. По телу бегут мурашки, а сам он жмурит глаза и запрокидывает голову. Смотрит в потолок и просто ни черта не понимает. Хочется предъявить себе, да и Джодаху тоже, если честно, в том, почему всё так ничего не понятно.        Страшно становится только в тот момент, когда Лололошка вспоминает их вчерашний диалог. Там, по идее, ничего сильно конструктивного не получилось, но сам вариант, что Ло признался в прошлом останавливает его. Хочется испариться и никогда больше не существовать, лишь бы забыть все пережитое. Остается лишь одна надежда, такая маленькая и никчемная, почти неосязаемая, – лишь бы Джодах не затрагивал эту тему, хотя бы пока что. Забыть он не забудет, – тут точно.       В голове туман, пока Ло натягивает на ноги носки и тапки, пока идёт до двери и пока открывает её. А когда видит всё те же ярко-фиолетовые глаза, что напоминают самый яркий аметист, всё тут же проходит. Там не появляется чего-то вместо, – теперь там просто пусто.        Лололошка уводит взгляд в пол, чувствуя себя откровенно неловко. Джодах с пару секунд смеряет его взглядом, и тоже переводит его куда-то в коридор, но лишь для того, чтобы не так сильно напрягать мальчишку рядом с ним.        Между ними повисает некая недосказанность, хотя, казалось бы, а что говорить, собственно. И чувство это настолько знакомое и непонятное одновременно, что наилучшим вариантом кажется просто сказать какую-то чушь и жалеть об этом, чем стоять вот так молча. Может, так и кажется одному Ло, но он все же берет на себя невинную и совершенно маленькую инициативу.       — Пойдемте?       Единственное, что может сейчас спросить, да и вообще сказать Лололошка. Да и ни кажется это уж слишком не в тему. Джодах улыбчиво кивает головой в ответ, начиная движение. Ло несколько секунд тупит, рассматривая врача со спины, и всё же нагоняет его, теперь идя бок о бок. Молчание на этот раз не кажется настолько ужасным, скорее даже расслабляющим. Лололошка задумывается, успевая даже вспомнить не сильно нужный, но интересный факт про то, что обычно неловкая пауза повисает на четвертой секунде тишины. Но голову забивают куда более сложные мысли, наподобие того, а что в общем-то сейчас будет? Идей нет от слова совсем, но это, в принципе, уже обычное дело. Но все равно становится не по себе, только от одного варианта того, что они могут затронуть вчерашний диалог. Этого ему совсем не хотелось, и он надеялся, что прием пройдет относительно спокойно.