Глава 6
11 мая 2025 г., 11:49
Бензин выплеснулся, вспыхнув от соприкосновения с огнём фитилей. Пламя охватило мимиков, раскидывая огненные языки по их телам. Даже лежащее существо не избежало этой участи. Огонь перекинулся на него, не обделяя вниманием.
Ифан выхватил пистолет из кобуры. Его руки вытянулись, прицел замер на голове ближайшего существа. Выстрелы пошли очередью, ударяясь грохотом о стены, пока остаток магазина не опустел.
Тела мимиков рухнули на пол, прекратив свои страдания. Пламя продолжало пожирать их плоть, распространяя едкий запах горелого мяса. Лишь раненое существо ещё издавало какие-то звуки.
Пламя медленно угасало, оставляя после себя тлеющие угли и почерневшие тела. Крики становились всё тише, переходя в хрипы, пока наконец не смолкли совсем. В этом коридоре не осталось свежего воздуха.
Ифан шагнул вперёд, оказавшись у двери в гостиную. Пистолет скользнул в кобуру, а винтовка вернулась в ладони. Глаза внимательно изучали распростёртые на полу фигуры. Он всматривался в каждую деталь: изгибы конечностей, застывшие гримасы на лицах, отсутствие малейших признаков дыхания.
Со стороны гостиной, снаружи, донеслись увесистые шаги. Звук нарастал, приближаясь к дому. Что-то с силой врезалось в окно. Ифан развернулся и бросился к двери гостиной, распахивая её настежь.
В оконном проёме извивалось существо с кожей цвета застарелого синяка. Оно вцепилось в раму, выбив доски, раскидав его осколки по полу. В центре туловища пульсировал огромный глаз, смотрящий только на Ифана. Десятки человеческих рук, торчащих из тела монстра во всех направлениях, двигались хаотично, царапая и хватая всё вокруг.
Ифан побежал к лестнице, стремясь достичь второго этажа. Нога скользнула на липкой крови и расплывшемся соке из внутренностей на полу, тело потеряло равновесие, руки замахали в воздухе в поисках опоры. Он рухнул на пол, ударившись подбородком о паркет. Винтовка выскользнула из рук, стукнувшись об обугленный труп рядом. Ифан попытался подняться, но ноги скользили по кровавой поверхности. Стиснув зубы, он подтянулся, пробуя встать хотя бы на четвереньки.
Монстр издал гул, от которого задрожали стены. Треск ломающейся оконной рамы прокатился по дому. Ифан, напрягая каждый мускул, заставил своё тело подчиняться. Одним он поднялся на колено, затем выпрямил вторую ногу, пальцы сжались на ложе винтовки.
Существо сделало финальный рывок. Оконная рама не выдержала натиска и разлетелась на куски. Осколки остатков стекла брызнули во все стороны. Освободившись от преграды, монстр с грохотом ввалился в комнату. Пол содрогнулся под его весом, по стенам пробежала рябь.
Ифан рванулся с места, пробегая мимо другой двери в гостиную. Краем глаза он заметил бородатого мужчину с блестящей лысиной на макушке. Незнакомец с силой оттолкнул дверь локтем и врезался в Ифана, сбивая его с ног во второй раз. Мимик со всей силы затормозил о стенку.
Кожа псевдо-мужчины пошла ходуном. Кости хрустели и ломались, перестраиваясь в новую форму. Борода и волосы втянулись в кожу, которая теперь приобретала темно-серый оттенок и шероховатую текстуру. Тело существа увеличивалось в размерах, вытягиваясь вверх, пока не достигло потолка. Руки и ноги трансформировались в мощные конечности, покрытые панцирем. Туловище превратилось в переплетение жёстких мышц и хитиновых пластин.
Ифан уже почти достиг первой ступени, когда позади раздался взрыв. Два монстра столкнулись в коридоре, огромные клешни с силой расходились в стороны, круша всё на своем пути. Лапы неприятелей хрустели под ударами друг друга, но ни одно не отступало, одержимые желанием первым добраться до человека.
Ифан взлетел на несколько ступенек, но на крутом повороте лестницы его нога соскользнула. Он рухнул на колени, забиваясь в угол, приступая карабкаться наверх, цепляясь за каждую неровность.
Монстры теснили друг друга к основанию лестницы. Они сражались между собой, сбивали с ног, вдавливали в стены, что штукатурка осыпалась крошевом. Шипение и рычание тварей эхом гуляло по пространству, заглушая треск ломающихся перил и ступеней. Они уменьшились в размерах, частично показывая свои людские формы, чтобы протиснуться в лестничной площадке.
Ифан проскочил оставшееся расстояние, добежав до входа на чердак. Он дёрнул за верёвку на потолке коридора, и деревянная лестница стукнулась о пол. За спиной гудело и вибрировало, угрожая приблизиться за считанные секунды.
Не оборачиваясь, Ифан взобрался, кинув винтовку вперёд и отскочив тут же в сторону. В последний момент рука монстра просвистела рядом. Удар обрушился на лестницу, разнося её в щепки.
Монстр-глаз вцепился в проём, не в силах протиснуться внутрь. Его конечности беспорядочно метались, ища опору. Не найдя другого выхода, существо решило колотить собой о потолок. Удар за ударом обрушивался на небольшое отверстие, вздымая облака пыли и мелких частиц. Пол содрогался, отдавалась вибрация в каждой доске. С потолка ссыпало, оседая на волосах и одежде.
Ифан подбежал к окну чердака, выходящему на ворота. Он распахнул створку, выглянув наружу. Этажом ниже раздался звон разбитого стекла. Из окна детской спальни вылетела фигура. В полёте она трансформировалась, увеличиваясь в размерах. Тяжелая туша рухнула на землю, разбрызгивая во все стороны грязь и лужи. Влажная почва содрогнулась. Тварь поднялась на клешни, развернувшись к дому. Её взгляд упёрся в человека у чердачного окна.
Ифан выхватил рацию из кармана. Его перчатки, покрытые коркой засохшей крови и серой пыльцой, стиснули корпус устройства. Поднеся рацию к губам, он собрался с мыслями. Глубоко вдохнув, проговорил:
«Бегите через гараж в сторону леса. Огибайте наше убежище, но не глубоко в лес – там растяжки. Идите далее по асфальтной дороге, там увидите машину. Я подойду к вам».
***
Каждый взрослый человек в подвале почувствовал остановку пульса из-за переданного через динамик рации. Никто не мог найти себе место от осознания грядущих рисков для их шатких жизней. Четверо родителей бегали от одного к другому глазами, осмысливая свалившуюся на них обязанность по эвакуации из западни. В те моменты, когда Ифан только находился в пути к ним, никому даже в голову не взбрело, что, оказывается, нужно было собирать вещи и готовиться покидать убежище. И теперь они дружно напрягали извилины, складывая всё воедино. По спуску в подвал тянулась тёмная плёнка последствий от использования коктейлей Молотова. Она заполняла прихожую с кухней, и, когда дым дотянулся до их ноздрей, в мозг поступил сигнал о срочном действии. Взрослые разбежались по своим комнатам, торопясь воспользоваться открытым окном для побега. Ваня с Катей гаркнули спрятавшимся детям немедленно помогать им в собрании, и теперь уже внизу не оставалось никого, кто бы сидел без дела. Убежище наполнилось суетливыми шагами. В спальнях шуршали сумки, с полок падали мелкие предметы. Застёжки чёрных сумок щёлкали, принимая в себя предметы первой необходимости. Ваня рявкнул детям переодеваться во всё осеннее, готовясь к выходу. Тая и Лиза полетели к своим вещам, путаясь пальцами в пуговицах и молниях. Андрей натягивал куртку, борясь с кипящей паникой. Женщины влетели на кухню. Наташа распахнула шкафчики, вываливая содержимое на стол: банки с тушёнкой, пакеты с крупами, сухари – всё летело в раскрытые сумки. Катя выгребала из холодильника остатки еды, заворачивая их в фольгу и бумагу. Её ладони потели, а в груди ощущалась приближающаяся паническая атака. В спальне Артём перебегал от шкафа к комоду. Его взгляд беспорядочно перескакивал с предмета на предмет. Руки хватали тёплые носки, нижнее бельё, запасные футболки – всё это комом впихивалось в сумку. Ваня выдвинул ящик прикроватной тумбочки, вытаскивая складной нож, компас, моток верёвки, туалетную бумагу, и пустил их по боковым карманам. Родители натягивали на себя верхнюю одежду. Шуршание курток смешивалось с глухим стуком обуви о каменный пол. Молнии на куртках визжали, застёгиваясь до самого подбородка. Сумки с шлепком приземлились у лестницы, ведущей из подвала. Семья сгрудилась у выхода. Вибрирующие удары со второго этажа шли по стенам, учащая сердцебиение. Ваня прислонился к углу, сжимая в руках двустволку. Холод металла оставлял отпечаток на ладонях, напоминая о единственном патроне. Он вытащил рацию из кармана; шорох ткани и лёгкий звон металла притянули взгляды присутствующих. Глаза родных впились в устройство связи, полные надежд. Большой палец навис над кнопкой передачи. Сухой щелчок пластика ознаменовал их готовность. - Мы собрались. Натягиваем маски с очками и идём, - кивал он родным на тумбу у подъема, где они и хранились. «Берегите Таю… И себя». Семьи отправились один за другим на поверхность. Свет из прихожей отбрасывал длинные тени на лестницу перед ними. Ваня шёл первым, за ним следовал Артём с женщинами. Замыкали дети. Коридор их встретил смесью материального и бездуховного: дверь в виде груды щепок, четыре обугленных и раздавленных трупа, одним из которых была огромная туша монстра, подпирающая стену коридора. Андрей вжался в мать, борясь с желанием впитывать каждую деталь перед ним. Глаза косились, утомляя боковые мышцы, не в силах оторваться от павших сущностей. Настя прикрыла веки девочкам, пряча их от кошмара на полу. Её ладони дрожали, прижимаясь к детским лицам. Семьям не оставалось ничего, кроме как взять свой страх в узды. Контролировать каждый шаг, каждый свой вздох. Ваня старался излучать уверенность, но прекрасно понимал, что она тут же спадёт перед первой же опасностью. Его пальцы переплелись с пальцами Кати, давая ей опору. Она стискивала зубы, сдерживая рвущиеся наружу рыдания. Её рука гладила волосы Андрея, успокаивая сына, хотя и сама она нуждалась в чём-то подобном. Артём обнимал Настю за плечи, ощущая ладонью напряжение её мышц. Настя шептала успокаивающие слова девочкам. Тая и Лиза крепко держались за её руки, зажмурив глаза. Войдя в гараж, они увидели два изуродованных тела на бетонном полу. Трупы постепенно теряли человеческие очертания, кожа вздувалась и изменялась. Воздух вокруг пропитало зловонием мёртвых тел. Ваня указал всем двигаться к задней двери гаража, избегая ворот. Белки его глаз покрылись сетью лопнувших капилляров. Пальцы трясло, когда он возился с замками на двери. Каждый щелчок механизма двоился в середине мозгов таким же стуком. Открыв дверь, семья ступила под моросящий дождь позднего утра. Капюшоны зашуршали, натянутые по самый нос. Люди устремились к деревянному забору. Мокрая трава хлюпала под ногами, ветер раздувал торчащие волосы. Достигнув конца их дачной территории, Ваня помог перебраться остальным на другую сторону, где начинался лес. Мокрое дерево скользило под руками, замедляя процесс. Один за другим, они преодолевали преграду, а нервные вздохи превратились в очередную ноту неспокойного дня.***
Чердак стал лабиринтом для Ифана. Его глаза прыгали по захламленному пространству, выискивая хоть что-нибудь полезное. Мышцы спины ныли от постоянной нагрузки, пока он переворачивал и отодвигал годами накопленный хлам. Старые табуретки с визгом отзывались на его прикосновения. Запылённые коробки раскрывали свои бесполезные внутренности, а ветхое тряпьё рассыпалось в руках. Каждая секунда бесплодных поисков била по его морали. Монстр у основания дома ходил из стороны в сторону. Его огромные конечности вспахивали размокшую землю, оставляя после себя глубокие, заполняющиеся водой борозды. Трава и мелкие кустарники исчезали под его весом, превращаясь в месиво из грязи и растительных остатков. Удары мимика-глаза отдавались вибрацией в каждой половице, каждом гвозде чердака. Балки крыши стонали под напором атак, осыпая Ифана древесной трухой. Он побежал к окну на противоположной стороне чердака. Его шаги подняли облако пыли с досок, она закружилась вихрем. Прижавшись лбом к стеклу, Ифан высматривал пространство между деревьями в поисках признаков присутствия его родственников. Взгляд скользнул вниз, на крышу гаража. Мокрая черепица тускло поблескивала, предупреждая об опасности для любого, кто рискнет на неё ступить. Вода струилась по наклонной поверхности, собираясь в небольшие лужицы на краю. И вот явилось движение. Силуэты перемахнули через забор. Сердце приостановило ход, стоило глазам распознать фигуру родной дочери. Группа стремительно приближалась к спасительной тени леса. Отцовские чувства на мгновение затуманили разум, но тревожная мысль вернула его к реальности – монстр, рыщущий у дома, мог решить, что жертва, недавно замеченная в одном окне, попытается ускользнуть через крышу гаража, используя другое. Это неминуемо привлекло бы тварь ближе к лесу, подвергая опасности всех беглецов. Ифан развернулся и полетел через чердак, огибая десятки рук из люка. Достигнув противоположной стороны, он высунулся наружу. Его взгляд упал на место, где недавно стоял монстр, увидев лишь изрытую землю. Борозды тянулись влево, указывая направление, в котором исчезло чудовище. Ифан вернулся к окну, выходящему на гараж. Старая оконная рама поддалась его напору. Облупившаяся краска осыпалась мелкими чешуйками, и он перемахнул через подоконник. Ботинки с хлюпающим стуком приземлились на мокрую черепицу. Ноги потеряли сцепление с наклонной поверхностью. Он рухнул на спину, и тело заскользило вниз по крыше, ища опору пальцами. Ему удалось затормозить, упершись ногами в желоб. Тварь заметила его. Массивные клешни тут же прикрыли область, где предположительно находились глаза существа. Панцирь чудовища поблескивал под дождём, не оставляя ни единой уязвимой точки. Прицел винтовки скользил по телу монстра. Палец Ифана завис на спусковом крючке, но выстрел так и не прозвучал. «Что же делать дальше?..» - размышлял он, тонущий в неопределённости. Монстр-рак с треском проломил деревянный забор. Щепки разлетелись в стороны, падая в лужи. Тварь, не сбавляя темпа, устремилась в глубину леса, оставляя за собой поваленные молодые деревья и примятый подлесок. Осознав бесполезность своей позиции, Ифан соскользнул с края крыши. Его ботинки погрузились в мягкую землю. Оконное стекло второго этажа разлетелось каскадом осколков. В дожде стеклянных брызг промелькнуло тело белокурого незнакомца. Он рухнул на землю, перекатившись, вставая в полный рост. Его широкие глаза, наполненные ужасом или безумием, увидели Ифана. Кожа мимика вздулась и пошла рябью. Новые конечности прорастали из тела, удлиняясь и изгибаясь. Ифан заскочил в гараж и ударил по кнопке. Ворота с лязгом опустились, встретив бетонный пол, а через секунду десятки ударов.***
Листья хлестали по маскам беглецов, оставляя мутные разводы на защитном материале. Дождь молотил по капюшонам, просачиваясь за воротники и пропитывая одежду. Лесная почва всё заметнее замедляла людской темп. Группа пробивалась, задевая стволы и колючие заросли. Одежда цеплялась за каждый сучок. Гул монстра гнал, не давая передышки. Треск ломающихся веток и удары лап о землю приближались. Артём вырвался вперёд, возглавив группу. Он прокладывал путь сквозь густой подлесок, неожиданно для всех выкрикивая команды. Его голос указывал на безопасные проходы и обходы глубоких луж. Настя следовала за ним, ведя за собой двух девочек, пока Ваня, бегущий последним, наблюдал за мимиком. - Господи, я уже не могу! – кричала Катя. - Бегом-бегом-бегом! – заорал что есть мочи Ваня, подгоняя всех руками. – Просто бегите вперёд! - Боже ты мой, мамочка! – плакала Наташа, запыхавшись. - Б-беги, дорогая, не смотри назад! – успокаивал её супруг. Андрей обернулся, замечая, как тварь оказалась ближе: - Оно догоняет нас! Оно догоняет нас, мама! Монстр врезался в деревянные преграды на своём пути, превратившись в живой таран, сокрушающий и сгибающий деревья. Скрип сопротивляющейся древесины, треск веток и гул сдвигаемой земли сливались воедино. В его лапах ветви и густая поросль крошились и разлетались во все стороны. В воздух взмывали комья земли и разорванные листья, образуя вокруг него вихревую завесу из грязи и растительных остатков. Вопреки опасениям, плотно стоящие деревья замедляли преследователя, создавая естественные баррикады на пути, что внушило чувство спасения. Артёму только захотелось громко заявить об этом, как на очередном маневре между стволами существо врезалось в особенно плотное сплетение ветвей, задев боком массивный дуб. Его туша рухнула на землю и в то же мгновение изменилась. Оно уменьшилось, конечности втянулись в тело, а затем вновь вытянулись, принимая человеческие очертания. На месте чудовища появился лысый, бородатый мужчина с обезображенным яростью лицом. Мимик вскочил на ноги, ускорившись. Его новое, более компактное, тело легко проскальзывало между деревьями, почти полностью нагоняя Ваню и его семью. - Господи, оно приближается! Ваня, стреляй! – заверещала Катя, дёрнув сына на себя. Мимик протянул руки, его пальцы скользнули по мокрой ткани куртки Вани, почти ухватившись за плечо. Ваня отпрянул влево, разворачиваясь всем корпусом. Двустволка нацелилась прямо в грудь мимика. Раздался грохот. Звук ударил по перепонкам, все остальные звуки потонули в писке. Картечь просвистела мимо, угодив в ствол дерева позади мимика. Кора взорвалась фонтаном щепок. Мимик шатнулся в сторону, его рука скользнула мимо отца и схватила Андрея за предплечье. Кисть сомкнулась на руке мальчика, выдергивая его из ладони матери. Катя вскрикнула, лишь бессильно скользнув пальцами по мокрой куртке Андрея.***
Задняя дверь гаража распахнулась, бахнув об каменную стену. В проёме возникла фигура мужчины, заприметившая Ифана. Она ломанулась вперёд, не замедляя бега. Снайпер спустил курок, но быстрое превращение спрятало белокурую голову в крупное тело. Ифан умчался к двери в дом, распахивая её плечом, вваливаясь внутрь и захлопывая за собой, толкая до щелчка. Тот же час мимик врезался в преграду, превращая её в щепу, осыпав Ифана мелким градом. Он кувырнулся навзничь, вскакивая на ноги. Передёрнув затвор и отступив к лестнице, стрелок выстрелил в последний раз. Пуля чавкнула в груди существа, но эффекта на монстра никакого не поимела. Мимик закончил превращение, вваливаясь в коридор. Ифан ринулся по ступеням, перемахивая через две за раз. Вцепившись пальцами в край люка на чердак, он втащил себя внутрь, отскакивая в сторону. Позади вынырнули конечности, почти ухватив его за ноги. Тварь карабкалась наверх, втягивая своё кошмарное туловище. Существо усыхало в размерах, его плоть текла и перетекала. В этот раз мимик додумался втиснуться в узкий лаз на чердак в более удобном обличье. Множество рук схватились за его людскую голову, защищая от выстрела по ней. Вот только в винтовке больше не оставалось ни единого патрона, а пули в пистолете закончились ещё на моменте расстрела сгоравших мимиков на первом этаже. Ифан оглядел чердак на предмет хоть чего-то способного помочь. Его внимание зацепилось за коробку со старыми инструментами: ржавые отвёртки, долото, стамески торчали из неё острыми концами вверх. Он в два шага оказался у холодного оружия, на ходу перекидывая винтовку за спину. Ладони ухватили несколько отвёрток головками вверх. Тварь почти полностью втянула себя на чердак. Теперь она больше напоминала печальную пародию на человека, разрываясь между двумя обличиями: огромное глазное яблоко, занимающее чуть ли не половину пуза, поддерживаемое тонкими людскими ногами, и мужское лицо немного выше. Полетели инструменты, встречаясь с ладонями мимика. Металл негромко звякнул, не долетев до уязвимых частей. Затем пошло всё остальное, что лезло в перчатки. Существо ловило снаряды на лету, и вскоре все его руки оказались заняты. Оно смотрело на него, ждало, и что-то подсказало бывшему разведчику, что этих детских усилий недостаточно. Ифан сдёрнул с плеча винтовку и выхватил из кобуры пистолет, швыряя их в существо. Тварь вцепилась в оружие сразу несколькими конечностями, на мгновение ослабив внимание. Руки, сжимающие стволы, нацелились на Ифана, однако мимик не стал даже пробовать выстрелить. Бывший разведчик схватил и метнул рядом стоящий стул в тушу, полностью заполнившую лаз на чердак, и поторопился следом, на ходу выдёргивая нож из ножен. Он прыгнул, целясь ножом в единственное уязвимое место – человеческий глаз, ещё не полностью поглощённый бурлящей плотью. Лезвие вошло в мягкую ткань без сопротивления, а удар умудрился пошатнуть монстра. Оружие вонзалось в шею и обратно по глазам. Перед тем как мимик успел одуматься, Ифан скаканул назад. Руки инопланетянина просвистели по пустому пространству, а тело завалилось обратно в люк, падая откуда прилезло. Человек отступал, пятясь, пока не споткнулся и не рухнул на пол. Сидя на пыльных досках, он постепенно ощущал, как схлынувший адреналин покидал его, возвращая все чувства обратно. Ушибы и раны, полученные в схватке, давали о себе знать. Повязка на левом трицепсе полностью пропиталась кровью. Мышцы ныли, а суставы протестовали против недавнего насилия над ними. Поработав с дыханием, превратив его в медленный и плавно текучий процесс, ему удалось восстановить контроль над дрожащими конечностями. Тело ещё гудело, но разум вернул ясность и концентрацию. Подтянув ноги, разведчик подполз к спуску на второй этаж. Осторожно выглянув вниз, он всмотрелся в пятьдесят оттенков серо-тёмных цветов, пытаясь оценить состояние поверженной твари. Визги и стоны монстра волнами накатывали снизу, и в них сквозило печалью. Создание корчилось на полу. Из многочисленных ран сочилась тёмная кровь, расплываясь лужами вокруг. Монстр хрипел и рычал, непривычный к поражению. Его плоть бурлила и менялась, пытаясь избавиться от лежащих на ней острых инструментов. Ифан отвёл взгляд, ощущая, как к горлу подкатывает тошнота – то ли от зрелища, то ли от собственных ран. Он заставил себя встать и оценить обстановку. Взгляд упал на валяющиеся в пыли винтовку и пистолет. Подобрав оружие, Ифан направился к выходу на крышу гаража. Мысль о дочери заставила сердце заболеть. Оно болело сильнее, чем любая физическая рана. Ифан вылез на крышу. Мокрая черепица блестела печальным настроением. Удручённое небо не планировало улыбаться, внушать какие-либо надежды. Разведчик впился взглядом в лесной массив, заметив признаки погони: широкий шлейф из поваленных стволов и сломанных веток. Туда и лежал его путь.***
Бородатый псевдо-мужчина стиснул плечи Андрея, притягивая его одним рывком. Кожа мимика растянулась, руки удлинялись, превращаясь в острые шипастые отростки. Они безжалостно рвали кожаную куртку парнишки, впитывая её лоскуты в расползающуюся плоть. Катя, не помня себя от ужаса, полетела за сыном с криком, напугавшим даже мужа. Женщина вцепилась в мальчика, пытаясь выдернуть его из объятий монстра. Её пальцы скользили по разорванной куртке, не находя, за что зацепиться, но она всё тянула, желая вернуть своего Андрея. Наташа стояла ступором, но что-то переключило её в материнский автопилот – она отпрянула в сторону, увлекая за собой перепуганных девочек. Женщина затолкала их под густые еловые лапы, пригибая головы ниже кустов. Сама она вжалась спиной в шершавый ствол, трепетав всем естеством. - Не-е-ет!!! – верещала Катя. – Андрей, нет!!! Ноги Вани онемели, руки стиснули голову, пальцы впились в кожу до красных пятен. Челюсть пошла ходуном, голос отказал, дыхание перехватило спазмом. Отец хотел броситься на помощь, встать плечом к плечу с женой, но ноги так не думали. Артём обернулся к Ване. Он ухватился за брата, встряхнув того изо всех сил. - Ч-что же ты встал?! Мышцы вздымались и перекатывались под кожей мимика, а кости с влажным хрустом меняли форму, прорывая покровы. Когти, шипы и хитиновые пластины прорастали из плоти, покрывая тушу сплошным панцирем. Чудовищная сила рвалась наружу, но ограниченное пространство мешало твари развернуться в полную мощь. Ваня впился зубами в нижнюю губу, пока не почувствовал солоноватый привкус крови. В зрачках, наконец, проснулась, спящая до этого, ярость. Он ринулся на смертельную махину, выставив вперёд плечо. Артём, не раздумывая, последовал за ним. Сердца братьев объединились в сумасшедшем ритме. Они врезались в бок чудовища с диким рёвом. Монстр пошатнулся, ещё торчащая людская нога не смогла оказать хорошую опору для всей его массы тела. Не успев завершить трансформацию, он неуклюже заковылял, увлекаемый инерцией. С Катей что-то случилось, когда ладони потеряли соприкосновение с Андреем. Женщина затряслась, хватая ртом воздух. Колени подогнулись, и Катя рухнула навзничь, царапая пальцами куртку в области сердца. Потеряв равновесие от мощного толчка братьев, монстр завалился набок. Конечности твари всё глубже погружались в тело мальчика, прорастая сквозь одежду и плоть. Его тело с грохотом рухнуло на землю, погребая под собой Андрея. С влажным хрустом они вырвали куски плоти, обнажая окровавленные кости. - Наташа! – крикнул с сильным хрипом Ваня. – Забери Катю! Забери Катю! – А сам понёсся к своему сыну, хватая его на руки. Ладони скользили по крови, пальцы путались в разорванной одежде. Он прижал Андрея к груди, боясь взглянуть на его раны. Лицо Вани залилось непостижимым отчаянием. Из горла вырывались сдавленные всхлипы вперемешку с невнятным бормотанием. Мужчина сделал несколько неуверенных шагов, шатаясь под тяжестью сына и собственных эмоций. Затем сорвался на бег. В это время Наташа поторопилась к Кате. Опустившись на колени рядом с ней, она приподняла её безвольное тело. Катя была без сознания, голова мотнулась, ударившись о плечо Наташи. Ваня на бегу обернулся к брату, замолив во весь голос: - За мной, быстрее же, блять! Не дожидаясь ответа, его унесло в сторону реки. Андрей подпрыгивал в руках. Наташа, спотыкаясь под весом Кати, побежала в противоположном направлении, зовя за собой детей. - Делайте, как Ифан приказал! – напоминал им Артём, махая рукой. – Наташа, делай, как сказал Ифан! Чудовище, застрявшее меж стволов, наконец, высвободилось. Вот уже на месте бесформенной туши стоял мужчина, чья макушка отсвечивала в свете леса. Тёмные глаза вперились в убегающих женщин и детей, физиономия отдала неуверенностью. Он развернулся, смотря на отступающих мужчин. Артём следил за ним с самого момента их побега, пытаясь нагнать своего брата. В тот же миг сомнение в глазах псевдо-мужчины сменилось сосредоточением, чистым и неразбавленным. Мимик побежал, отталкивая руками ветки. Братья пронизывали лесной массив, пока небо изливало потоки холодного дождя. Под ногами расползалась глина, стоны ветра в кронах деревьев переплетались с плачем листвы. Позади мчался бородатый силуэт, мелькающий меж стволов. Его одежда – грязная рубашка и истёртые джинсы – промокла насквозь и прилипла к телу. Глаза пылали, а пальцы стискивали ладони. Наконец, впереди забрезжил просвет – река преградила путь беглецам. Ваня и Артём ринулись в воду. Ступни тут же утратили опору на скользких камнях, погружаясь в пучину реки. - Она же ледяная! – воскликнул Артём. Его голос терялся в стоне ветра. – Да и Андрей же без с-сознания! - У нас нет выбора, блять, мы должны это сделать! С Андреем всё в порядке, он справится! Идём, блять, Артём, слышишь меня?! Быстрое течение подхватило мужчин. Мелкие волны бились о тела, пытаясь утянуть их в тёмную глубину. Сопротивляться было практически невозможно. Поток с лёгкостью нёс братьев прочь. Мимик вырвался из леса и застыл на берегу, наблюдая, как река безжалостно уносит людей. Мгновение он колебался, но затем прыгнул в воду. Для людей же каждый вздох превратился в битву. Вода заливалась в рот и нос, проникая всё глубже с каждым глотком воздуха. Одежда, вмиг отяжелев, тянула на дно. Пальцы немели от холода, а ноги беспомощно болтались в стремнине. Андрей выскользнул из рук отца. Его лёгкие, сжатые спазмом, наконец не выдержали и впустили воду. Мальчик забился в конвульсиях, безуспешно пытаясь вынырнуть. Ваня потянулся к сыну, но река была безразлична. В одно мгновение их разметало в разные стороны. Вопль, рвущийся из груди Вани, потонул в рёве потока. Артём погружался всё глубже, теряя ощущение реальности. Холод сковывал тело, проникая до костей. Боль от недостатка кислорода мучала грудь. В помутившемся сознании мелькнула мысль – это конец. Темнота подступала со всех сторон, обещая избавление и покой. Разум уплывал, растворяясь на мелкие частицы. - Папа!.. Затея с рекой была чудовищной ошибкой. Поток, казавшийся спасением, обернулся ловушкой. Сведённые судорогой мышцы и минусовая температура в воде высасывали последние силы, а до берега оставалась ещё бесконечность. Артём на мгновение вынырнул. Его слова, насквозь пропитанные болью, почти потонули вместе с ним: - Я... я больше... не могу, Вань... Андрей исчез под тёмной поверхностью. Взгляд Вани наткнулся на место, где только что был его сын – и встретил пустоту. Отец нырнул следом. Вода сомкнулась над его головой, погружая в убийственный мрак. Ваня, стиснув зубы, грёб вниз. Всё человеческое отступило перед всепоглощающей решимостью спасти сына. Мутная вода обжигала глаза, но Ваня таращился в глубину, стремясь хоть на миг выхватить взглядом силуэт Андрея. Течение швыряло его из стороны в сторону. Невидимые водовороты подхватывали, дезориентировали, сбивали с толку. Лёгкие горели огнём, сердце бешено колотилось, разгоняя по венам раскалённую лаву вместо крови, однако отца это уже не волновало. Наконец пальцы коснулись чего-то мягкого. Ваня вслепую схватился за это, с облегчением осознав, что держит Андрея за руку. Рванув сына к себе, он попытался сделать гребок вверх. Только течение будто этого и ждало. Поток подхватил их, закручивая в своих издёвках. Поверхность была совсем рядом – и в то же время недостижимо далеко. Артём никак не мог найти своих родных. Несколько секунд он колебался, борясь с отговаривающим голосом в голове, но затем, собрав остатки мужества в кулак, нырнул. Он плыл наугад, пробиваясь сквозь упругую толщу. В какой-то момент Артёму почудилось движение. Две фигуры боролись с потоком. Брат и племянник сражались с врагом им не подходящим по силе. Артём направился к ним, сжигая уже несуществующее топливо для движения. Очередной водоворот подхватил Артёма, закрутив в вальсе. Лёгкие, не выдержав, попытались вдохнуть – и тут же наполнились водой. Боль вспыхнула раскалённым шаром. Перед глазами заплясали цветные пятна. Сквозь мутнеющее сознание Артём увидел, как Ваня разжал руки, выпуская Андрея. Мальчик поник, увлекаемый течением в глубину. А лицо Вани разгладилось, приобрело умиротворённое выражение, словно он принял какое-то решение и обрёл с ним покой. Увиденное ошеломило младшего брата. Остатки воздуха рваным кубом вырвались из груди, оставляя после себя ничего. Артём расстегнул куртку, освобождаясь от одежды, ставшей неподъёмным грузом. Нечеловеческим усилием воли он заставил себя грести вверх, к манящему просвету над головой, и удача решила не отворачиваться. С громким всхлипом Артём вынырнул, глотая воздух. Лёгкие тут же попытались вытолкнуть попавшую в них воду. В голове всплыли родные лица – жена и любимая дочка. Их образы, озарённые любовью и теплом, запретили ему погибать. Что-то подплыло сзади, а затем ухватило за плечи, заставляя его голову подняться над водой. Он глотнул воздух и попытался сфокусировать взгляд на своём неожиданном спасителе. Это был тот самый бородатый псевдо-мужчина. Тот, от кого они совсем недавно убегали сломя голову. Сильные руки крепко обхватили Артёма поперёк груди и потащили против течения, к тому берегу, которого они так желали достичь. Наконец, истерзанные ноги Артёма коснулись дна. Ещё чуть-чуть – и они с мимиком рухнули на берег, утопая в ворохе опавших листьев. Артём перекатился на спину, хватая ртом воздух. Рядом, всего в паре шагов, лежала причина гибели его родных. Ифан, затаив дыхание, вскинул винтовку к плечу. Приклад лёг в ямку у ключицы. Левый глаз зажмурился, правый прильнул к прицелу. Резкость тут же обрела кристальную чёткость, приближая далёкий берег. Сначала в перекрестье прицела попали две неподвижные фигуры. Только едва заметное дыхание выдавало, что это живые люди, а не трупы. Не найдя больше ничего интересного, Ифан перевёл прицел на реку. Он сканировал взглядом бурлящую поверхность, надеясь увидеть Ваню и Андрея. Но сколько бы ни вглядывался, Ифан видел лишь пузырящуюся воду и пенящиеся гребни волн. Отстранившись от прицела, взгляд скользнул по реке. В глазах плескалась странная смесь эмоций. Губы приоткрылись, потянув воздух мелкими глотками, но с них не сорвалось ни звука. Зрачки дёргались, сканируя берега, но не находя искомого. Уголки губ задрожали, веки опустились. Лицо Ифана лишилось всяких ямочек и складок. И тут на берегу что-то двинулось. Прицел винтовки вернулся к глазу – тело действовало на опережение. Он вновь припал к прицелу. В груди что-то сжалось в тугой ком. В глубине души Ифан уже знал, чем всё закончится. Знание, мучительное и неотвратимое, отравляло сознание, лишая последних крох веры. Он должен был досмотреть спектакль до конца, каким бы болезненным ни было зрелище. Псевдо-мужчина поднялся на ноги. Процесс давался ему с видимым усилием. Долгое пребывание в ледяной воде и изматывающая борьба с течением не прошли даром. Монстр пошатнулся, но устоял. Заплетающейся походкой он направился к неподвижному телу Артёма. Тот застыл, глядя на мимика. В его взгляде смешались страх, недоумение и какая-то обречённая покорность. Измотанный организм молил о передышке, о глотке покоя. Мимик склонился над распростёртым телом. Руки ухватились за лодыжки Артёма и с силой потянули на себя, сгибая его ноги в коленях. Ступни мужчины упёрлись в землю, а колени теперь торчали вверх, образуя подобие опоры. Мимик наступил на стопы Артёма, прижимая их к земле. В ту же секунду пальцы монстра сомкнулись на запястьях жертвы. Одним слитным движением мимик вздёрнул Артёма вверх, забрасывая его тело себе на плечо. Тот и не думал трепыхаться. Он лишь вцепился в своего похитителя, страхуясь от падения. Псевдо-мужчина распрямился, с лёгким усилием удерживая свой груз. Его взор скользнул по противоположному берегу и безошибочно нашёл укрытие Ифана. Две пары глаз встретились. В глазах твари плясало убийственное спокойствие, а в зрачках Ифана застыла бездонная мука. Секунда, другая – и контакт распался, оставив после себя лишь пустоту. Мимик отвернулся. Сделав несколько шагов, он скрылся в зарослях кустарника. Его фигура то появлялась, то исчезала меж ветвей, пока окончательно не растворилась в зелёной кайме леса.
