Глава 12
8 июля 2025 г., 09:27
До Полуночной Звезды оставалось всего ничего, минут десять. Могло уже показаться, что где-то на краю видимого поля появлялись тонкие струйки тёмно-серых полосочек, уходящих прямиком к небесам. Это могло значить только одно — село уже не за горами.
Ифан, потерявший интерес к миру за окном, уже давно уставился куда-то в одну точку в салоне. Его голова слегка качалась из стороны в сторону, а руки свисали с ног. Временами он вскидывал подбородок, чтобы примерно определить время приезда.
Очередная кочка встряхнула пассажиров, выдёргивая Ифана из задумчивости. Его глаза скользнули вправо, через окно, выхватывая фрагмент унылого поля. Но не успел разведчик вновь переключиться на изучение бардачка, как резко вскинул голову обратно.
Вилен, уловив краем глаза странную реакцию подчинённого, бросил взгляд в зеркало заднего вида. Не заметив ничего подозрительного, он вновь сосредоточился на дороге. Однако спустя мгновение командир опять глянул на отражение Ифана. Пока так и не изменилось.
— Что, Ифан? — произнёс он негромко, с усталой размеренностью. — Что такое?
Вилен перевёл внимание туда, куда смотрел Ифан, — на простирающиеся за окном поля, покрытые буйной травой. Под пасмурным небом, затянутым облаками, земля казалась безжизненной, окутанной тусклым светом. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь туман, лишь усугубляли безрадостность пейзажа, наполняя его оттенками тоски и загадочности.
Вдали, на пересечении их взглядов, виднелось нечто тёмное и прямое. Этот объект, напоминающий обломанный ствол дерева или покосившийся столб, одиноко возвышался среди желтеющих полей.
Ифан не отрываясь смотрел на загадочный силуэт, его глаза расширились, а в зрачках было нечто пугающее, куда более мрачное, чем пасмурное небо за окном. Несмотря на капли дождя, струящиеся по стеклу, и значительное расстояние, из всех возможных деревьев его интересовало именно самое странное.
— Ифан?.. Это… «полевой»? — Вилен выдал своё беспокойство интонацией.
— Да. Ускоряемся, — отстранённо произнёс Ифан, отворачиваясь. Он тут же натянул маску с очками и прикрыл глаза рукой. — Прячьте лица. Не смотрите на него. Передай всем.
Вилен отвёл взгляд от Ифана, повторив те же махинации, что и пассажир. Он, глядя на мокрый асфальт, ощутил, как похолодели ладони на руле. Дождь с удвоенной силой молотил по ветровому стеклу, а завывания ветра сделались назойливее.
— Отряд, в поле справа не смотреть, лица и глаза прячем, — скомандовал Вилен в рацию, и голос его сделался жёстче. — «Полевой» стоит.
«Ебать…» — лишь прозвучало от Мирона в наушниках. — Мой первый заезд за Харомирск, и «полевой»… везуха… — забился в угол он так, что глаза его не увидели, даже если бы постарались.
Зеркало заднего вида вновь отразило молчаливый диалог Вилена и Ифана. Взор разведчика, колеблющийся на грани между синевой и чернотой, казался бездонным и непостижимым. В полумраке салона его глаза приобрели жуткую глубину. И, хотя в них не было явного страха или ужаса, эта застывшая темнота и угрюмость пробуждали неприятные мысли.
Командир не смог удержать невозмутимость, ощутив, как всему телу стало дискомфортно. Уж слишком плохие слухи ходили о том, что стояло на горизонте.
— Так вот как они выглядят… — размышлял вслух Вилен. Одной рукой он сжимал руль, а второй прикрывал глаза, располагая ладонь ребром так, чтобы закрыть обзор лишь в сторону поля, но не лишать себя возможности следить за дорогой.
В соседнем «седане» Дамир никак не мог унять охватившее его любопытство. Несмотря на чёткий приказ командира, его так и тянуло вновь глянуть на зловещий силуэт в поле. Боец боролся с этим желанием, но оно грызло изнутри, требуя удовлетворения. И чтобы унять его хоть как-нибудь, Дамир повернулся к Ярону:
— А ту срань убить хоть можно, Ярон, не знаешь?
Водитель молчал, ведя машину. Со стороны казалось, что он не расслышал вопроса или намеренно игнорировал спутника. Но спустя долгую паузу, когда Дамир уже отчаялся услышать ответ, Ярон еле слышно обронил:
— Пули отскакивают.
— Что-что, Ярон, ещё раз? — переспросил Дамир, силясь разобрать бормотание товарища.
— Пули отскакивают, — чуть громче повторил «долгоживущий».
— Ох ты ж… А ГП? Ракетницей там его?..
— Не знаю. Не пялься на него, и не придётся узнавать, — устало волочил языком водитель.
— Да-да… — прохрипел Дамир, наконец унимая себя.
Последние минут десять прошли под чутким ощущением вечного наблюдения со стороны, и наконец село предстало перед ними уже немного ближе. Несмотря на поэтичное название, обещавшее нечто загадочное и чарующее, сам посёлок оказался куда более унылым и безрадостным.
Под небесами располагались дома максимум двух этажей. Их фасады, выцветшие и изъеденные бесконечной чередой дождей и ветров, напрочь утратили всякий намёк на былой уют. Только над несколькими избами вился дымок, намекая на присутствие жизни.
Стоило колонне подъехать к первым домам на расстояние в сто метров, как машины сбавили ход. Когда же весь посёлок предстал перед разведчиками во всей своей безрадостной красе, автомобили и вовсе остановились. Гудели двигатели и стучали капли, пока пассажиры тихо сидели на своих местах.
— Так, отряд, — зажал кнопку рации командир на своей груди, — пробежимся глазами по картам в последний раз. Теперь, когда мы имеем более реалистичное представление о том, как посёлок выглядит со стороны, подкорректируем наш изначальный план.
Пальцы Ифана зашуршали по плотной ткани разгрузки, отыскивая нужный карман. Звякнула пряжка, зашелестела бумага. В руках разведчика оказалась свёрнутая карта, заботливо распечатанная ещё в метро. Ифан развернул её, и шелест страниц добавил новую ноту к звуковой палитре салона.
Взгляду предстала мозаика строений — результат спутниковой съёмки. Дома, улицы, хозяйственные постройки. Три перпендикулярных ряда жилых домов с левой стороны от трассы, отмеченных аккуратными прямоугольниками.
Далее, по-над дорогой, высилось административное здание занимая середину села прямо на главном заезде, выделяющееся размерами и формой. Напротив администрации, в зеркальном отражении, раскинулась прямоугольная стоянка. Никаких разметок — одна гладь асфальта, зажатая меж двух построек.
По левую руку от неё примостилось здание, очертаниями намекающее на общественную функцию. Возможно, оно являлось местом проведения торжеств или свадеб.
Справа же от стоянки возвышался массивный сарай. А прямо дальше тянулись всё те же ряды дач со своей выделенной территорией, унылые и однообразные.
Вилен, приняв решение, поправил микрофон:
— Поступим следующим образом: Евграф, езжай за нами ближе, остальные держите дистанцию. Мирон за пулемёт. Двигаемся не торопясь, много шума не создаём, приняли?
Эфир ожил голосами подтверждения, а после смолк. «Рейнджер» двинулся вперёд, сокращая расстояние до командирского «седана». Подобравшись достаточно близко, он замер в ожидании. Вилен, удовлетворённо кивнув, мягко утопил педаль газа. Машины уверенно покатили по дороге под сопровождение дождя. Капли срывались с листьев деревьев по левую сторону, разлетаясь мириадами крошечных бриллиантов в свете нарождающегося дня.
Глубоко вздохнув, Вилен опустил левые стёкла. В салон ворвался прохладный, наполненный свежестью воздух. Он нёс в себе уникальный, ни с чем не сравнимый аромат, присущий лишь омытой дождём природе.
Ифан, подобравшись, взял в руки снайперскую винтовку. Его тело плавно развернулось, и вот уже ствол оружия застыл у открытого окна. Взгляд разведчика цепко обшаривал местность поверх прицела, палец замер в сантиметрах от спускового крючка.
Глаза Евграфа прощупывали окна первых домов. Внутри него всё клокотало от напряжения, отдаваясь бешеной дробью пальца по рулю. Сбросив скорость, он глянул в зеркало заднего вида. Там, в отражении, Мирон медленно поднимался в кузове, стряхивая оцепенение долгого бездействия.
Мирон встал в полный рост, и куртка отозвалась тонкими водопадами. Ладонь скользнула к автомату на груди. Пальцы легли на привычные места, скорректировав положение оружия. Потом он переключился на пулемёт. Сначала лишь коснулся рукоятей, а затем обхватил уверенно, всей пятернёй. Прикусив губу, Мирон принялся сканировать пространство.
Ярон вёл машину, поддерживая чёткую дистанцию с идущим впереди автомобилем. Взгляд водителя, лишённый эмоций, неотрывно следил за транспортом, а правая рука тянулась к подбородку в задумчивом жесте.
Дамир не находил себе места, его пальцы непрестанно скользили по прикладу автомата. Он вглядывался в окно, за которым мир расчертило струями дождя. В глазах мужчины отражалась целая гамма эмоций, но сильнее всего сквозила тревога.
— Нервно немного, да? — спросил он, силясь придать голосу твёрдость.
— Нормально, — выдавил Ярон.
Миновав первую линию домов, машины сбавили ход, с опаской прокрадываясь мимо каждого ряда строений. Разведчики внимательно изучали окружающее пространство, выискивая потенциальные угрозы в тенях и закоулках. Но в сыром утреннем воздухе не ощущалось ничего, кроме надуманных страхов.
Дома стояли угрюмо, пока ветер баловался с листвой на их частных территориях. Их стены вблизи оказались ещё более ветхими. Окна, чёрные и безжизненные, показывали самую малость мебели внутри.
Продвигаясь дальше, отряд миновал второй ряд домов, немного прикрытый придорожными деревьями и кустами. Ни единой живой души не встретилось им на пути. С каждым метром крепла уверенность, что эта часть деревни давно оставлена даже мимиками. От такой новости только легчало.
Приближаясь к въезду в село, где боковая часть здания администрации скрывалась за деревьями, разведчики заметили на дороге старика. Неподалёку стояли двое, ближе ко входу в главное здание — женщина и мужчина, о чём-то беседующие. Все они были облачены в простую осеннюю одежду, типичную для сельских жителей. Появление транспорта нисколько их не обеспокоило.
Две первые машины колонны затормозили. Мирон, сжав рукояти пулемёта, развернул ствол в сторону потенциальных целей, обхватив пальцами спусковые крючки. Вилен и Ифан тоже приготовились, выжидая подходящий момент.
— У нас трое, — раздался в эфире голос командира. Затем, обратившись к Ифану, он добавил: — Возьмёшь того дедушку? Я остальных.
Ифан лишь хмыкнул в ответ. Приникнув к прицелу снайперской винтовки, он выверил расстояние. Было недалеко, метров пятьдесят, не больше. Вилен тоже упёр автомат в оконный проём, удобно устраиваясь за прицелом. Он ждал действий Ифана, готовый в любой миг поддержать огнём.
Старик неспешно приблизился к мужчине, поравнявшись с ним. В этот миг Ифан спустил курок. Однако пуля не послушала воображения снайпера, убив лишь старика. Стреляная гильза, звякнув, укатилась под ноги. Вилен провёл стрельбу очередью по оставшимся двум. Те упали, не успев ничего сообразить.
Несколько секунд ничего не происходило, и Вилен уже намеревался похвалить снайпера за хороший выстрел, как тело старика пошло волнами. Кожа натянулась и порвалась, явив взглядам серую плоть. Одежда истлела в одно мгновение, конечности удлинились, нарушая все представления о пропорциях, а массивная голова была слишком тяжёлой, чтобы подняться с асфальта.
Существо, переставшее даже отдалённо напоминать человека, зашаталось на подгибающихся лапах. Сорвавшись с места, монстр кинулся в сторону парковки, намереваясь укрыться за домами. Но шквальный огонь пулемёта быстро пресёк его намерения. Плоть чудовища разлеталась кровавыми ошмётками, превращая некогда человекоподобную фигуру в бесформенное месиво. Наконец тварь грузно осела наземь, уже не помышляя о бегстве.
— Фух, блять… — с шумом выдохнул Мирон, до того не смевший даже дышать. Руки его всё ещё подрагивали после стрельбы, а сердце колотилось с утроенной силой, гулко ухая в ушах.
Эхо последних выстрелов гуляло по безлюдной улице, затихая в глухих закоулках. Постепенно и оно растаяло, оставив после себя лишь мерный перестук дождя вместе с тихими вздохами ветра.
Поверженная тварь распласталась на асфальте. Кровь сочилась из многочисленных ран, расчерчивая асфальт разными пятнами. Дождь усердно смывал их, позволяя потокам алой жидкости смешиваться с водой луж.
«Кэп?» — спросил Ярон.
«Противника устранили», — ответил командир.
В сиянии отражённого света двух машин — «седана» и «рейнджера» — четыре фигуры, затаившись, пристально вглядывались в углы перед ними. Их глаза скользили по стенам старого сарая, по каждой трещине и сквозной дыре. Они осматривали боковую сторону административного здания, изучая каждую деталь, каждое окно, тщательно спрятанное за пожелтевшими и оранжевыми листьями.
— Ифан, думаешь, там есть ещё? — обратился к снайперу Вилен.
— В администрации точно, — ответил он, меняя снайперскую винтовку на автомат.
Вилен выглянул в окно и посмотрел на колонну, встретившись взглядом с Евграфом.
— Так, отряд, слушаем меня внимательно. Я и Евграф проедем немного дальше. Я займу позицию у правой стороны дороги, Евграф станет ближе по середине, немного сбоку от нас, чтобы можно было сразу поехать прямо. Демид, подъедешь и направишь машину вниз по улице. Дальше вылезешь из неё, и возьмёшь вот тот здоровый камень, вон там, возле травы. Положи его на педаль газа, и садись к Ярону с Дамиром. Ярон, ты подъезжай к «рейнджеру» ближе, развернув немного машину вправо, в сторону поля. Уедете сразу, как они повыбегают. Опустите все свои окна с обеих сторон. Начинаем.
Командир потянулся к рычагу коробки передач. «Седан» отозвался, приветствуя прикосновение. Руки Вилена легли на руль, и машина двинулась вперёд по дороге. В зеркале заднего вида отражался силуэт «рейнджера», державшегося на чётко выверенной дистанции. Спустя недолгое время «седан» замер у обочины. Колёса коснулись размокшей травы, когда Вилен вывернул руль вправо, чтобы было куда отступать.
Евграф, маневрируя в точности с инструкциями командира, остановился чуть поодаль. Демид плавным разворотом направил свой автомобиль к повороту. Притормозив, он проехал ещё немного, замирая ровно посередине дороги.
Ярон подогнал свою машину к освободившемуся пространству. Его руки аккуратно повернули руль, слегка разворачивая транспорт в сторону пустынного поля.
Все скоординировано опустили свои окна. Шорох упругой резины, скользящей по мягкому стеклу, смешивался с шепотом ветра, проносившегося сквозь обнажённые ветки и покачивающиеся кусты по бокам дороги.
— Будем разменивать «седан»? — спрашивал Ифан, покосившись на командира через плечо.
— Сомневаюсь, что они выйдут по своему желанию.
Ярон и Дамир взглянули друг на друга, глаза их обменялись немой договорённостью. Стальные зрачки автоматов сияли, отражая слабый свет солнца. Мужчины медленно высунулись из окон, почувствовав прохладу осеннего воздуха даже через балаклаву. Руки обоих твёрдо сжимали рукояти оружия.
«Можете снимать очки, — сообщил командир. — Маски — по желанию».
Демид нашарил рюкзак на соседнем сиденье. Ладонь ощутила жёсткую ткань и увесистое содержимое, но боец решил оставить поклажу в машине до тех пор, пока не подберёт камень. Он аккуратно потянул ручку двери, стараясь производить как можно меньше шума.
Покидая салон, Демид не стал захлопывать дверь. Преодолев несколько шагов, он опустился на колено у обочины. Пальцы сомкнулись на шероховатой поверхности булыжника.
К сожалению, веса камня едва хватало для задуманного. Осознав это, боец уже собирался подняться на ноги в поисках чего-то более подходящего, когда краем глаза уловил движение в окнах администрации. Он повернул голову и увидел, как на втором этаже распахнулась одна из створок.
Человеческий силуэт выпрыгнул наружу, преображаясь в чудовище. Длинные руки взметнулись, беззубая пасть распахнулась в беззвучном крике. Кожа отливала холодной серостью, а пронзительные глаза рассекали алые прожилки капилляров.
Почти сразу же другие фигуры заметались в окнах администрации и у входа в сарай. Существа ринулись в атаку, угрожающе горбя широкие спины и разевая провалы пустых ртов. Их продолжительное мычание и неожиданно большее количество выбило у всех концентрацию.
Отряд открыл огонь. Пальцы конвульсивно давили на спусковые крючки, а грохот пулемёта Мирона слился с резкими хлопками выстрелов. Вспышки пламени мерцали в пространстве, электризуя воздух адреналином.
Демид кинулся обратно к автомобилю и вцепился в руль, сдавая назад. Подняв автомат перед лицом, он сжал крючок, выпуская всё, что было в магазине, не жалея лобовое стекло.
Противник почти достал его. Их огромные лапы тянулись к металлу, но шквальный огонь пулемёта и оружия других разведчиков удерживал монстров на расстоянии. Столкновение с пулями отбрасывало чудовищ назад, заставляя их врезаться в деревья, падать и кувыркаться по земле, биться о стену сарая.
Из окон бокового фасада администрации струились тени. Их контуры едва угадывались в водяной взвеси. Псевдолюди проскальзывали меж деревьев и листвы, незаметно подбираясь к отряду.
Ярон, увидев опасность, разорвал воздух криком:
«Съёбываем отсюда, кэп, там ещё лезут!»
«Разъезжаемся!» — скомандовал командир.
Нога Вилена вдавила педаль газа в пол. «Седан» рванул вперёд, оставляя позади лишь мелькающие всполохи света. «Рейнджер», не мешкая, устремился следом, почти касаясь бампера головной машины. Рык его мотора сливался с воплями и рёвом, погружая окрестности в настоящее мракобесие.
Ярон утопил педаль газа. Колёса зацепились за землю, и автомобиль понёсся прочь через поле. Демид что было сил ударил по педали заднего хода. Машина, взвизгнув покрышками, вылетела на пустырь. Задние колёса буксовали, разбрасывая фонтаны земли, пока Демид пытался оторваться от погони.
Четыре монстра преследовали два «седана». Ещё четверо не отставали от «рейнджера», их глаза отражали всполохи чистого желания поймать.
Демид крутанул руль, разворачивая автомобиль носом вперёд. Шины взвизгнули, разбрасывая комья грязи. Машина рванула в противоположную от Ярона сторону, устремляясь к темнеющей кромке дальнего леса.
Заметив манёвр, четвёрка тварей разделилась на две группы. Разойдясь, они продолжили погоню, каждая за своей целью.
Пальцы Ярона стиснули руль до боли в пальцах. Он гнал автомобиль к дальней лесополосе, не отрывая взгляда от зеркала заднего вида. В нём отражались силуэты монстров, упорно нагоняющих добычу, пока машину швыряло на кочках и ухабах.
— Дамир, реще там, — кинул Ярон через плечо. — Вылазь из окна и ебашь по ними ГПхой!
В это время Дамир, колыхаясь на заднем сиденье, мысленно подбадривал себя одной и той же мантрой. Он отщёлкнул магазин автомата и с силой швырнул его на соседнее место. Пальцы нашарили в разгрузке новый магазин, заменяя им пустой.
Боец просунул голову и плечи в оконный проём. Ветер хлестнул по лицу, швыряя в глаза холодные капли. Прищурившись, Дамир вскинул оружие и подготовил гранатомёт к выстрелу. В прицеле замелькали серые силуэты.
Передняя тварь передвигалась на двух ногах, раскачиваясь из стороны в сторону. Её конечности были несоразмерно длинными и тощими, а голова — крошечной, едва заметной на фоне массивных покатых плеч. Монстр позади сбоку скакал на четырёх лапах, его туловище было приземистым и кряжистым, а башка огромной, занимающей чуть ли не треть всего тела. Пасть, полностью свободная от зубов, ходила ходуном, извергая струйки тягучей слюны.
Дамир затаил дыхание. Машину тряхнуло на очередном ухабе, но он сумел удержать прицел, плавно нажав пальцем на спуск. Выстрел гахнул, толкнув в плечо, и граната понеслась к цели. Боеприпас угодил твари аккурат промеж глаз. Голова монстра разлетелась вдребезги, окропив всё вокруг кровью и ошмётками плоти. Обезглавленное тело грузно повалилось наземь.
Дамир втянулся обратно в салон, на ощупь меняя гранату. Перекатившись на другой бок, он высунулся из противоположного окна и снова пустил гранату. На этот раз снаряд угодил твари по ногам. Взрывной волной монстра немного подбросило в воздух, или оно само подскочило. Перевернувшись через голову, оно шлёпнулось оземь и, кое-как поднявшись, ринулся прочь, осознавая всю бесперспективность погони.
— Я торможу, добиваем! — рявкнул Ярон, вдавливая педаль тормоза.
Автомобиль замер; обоих потянуло вперёд. Дамир и Ярон высунулись из правых окон, почти синхронно наводя оружие. Очереди выстрелов слились в один протяжный грохот. Пули впивались в спину улепётывающего монстра, пробивая плоть. Наконец изрешечённая тварь осела на землю и затихла.
Мирон, вцепившись в рукояти пулемёта, с трудом удерживал равновесие, пока машину швыряло из стороны в сторону. Очередной рывок сорвал капюшон с его головы. Руки тряслись, а взгляд неотрывно следил за целями, фиксируя малейшее движение.
Однако удержать прицел на одной твари было непросто, пулемётная очередь скользила от одного монстра к другому. Патроны утекали с каждым мгновением, а мимики, увёртываясь и петляя, неотрывно продолжали преследование.
Одно из чудовищ металось по дороге, ловко уклоняясь от свинцового ливня. Второе, оторвавшись от основной группы, неслось по крышам придорожных дач. Ещё парочка, действуя согласованно, устремилась через поле параллельно дороге. Их тени стелились по зелени, то взмывая в прыжках, то вновь сливаясь с травой — всё, чтобы избежать убийственного огня.
— Евграф! — надрывался Мирон. — Они догоняют, блять!
«Держись, я сворачиваю в село!» — пробухтело в наушнике.
Евграф вывернул руль, закладывая лихой вираж. Разогнавшись, он направил «рейнджер» в узкий проход меж зарослей и покосившегося забора. Автомобиль на полном ходу промчался мимо аккуратного домика, снеся по пути будку и выбив хлипкие воротца. Щепки и комья земли брызнули во все стороны. Скосив глаза на зеркало, Евграф увидел, как двое из четырёх преследователей, отколовшись от остальных, ринулись за ними, лавируя вдоль строений.
— Сука, тут слишком рискованно ехать! — орал Мирон, заметив, как стремительно тает лента с патронами. — Вывези нас на хуй из этого села! Слышал, Евграф?!
Твари заскакали по переулкам, проламываясь сквозь ограды палисадников. Их могучие тела крушили доски и металл, будто картон. Чудовища отталкивались от стен, совершали высокие прыжки, любой ценой пытаясь настичь добычу.
Мирон обрушивал на монстров раскалённый свинец. Пули с силой впивались в плоть, отрывая куски мышц и прошивая шкуры; кровь хлестала из многочисленных ран.
Один из преследователей отшатнулся и рухнул наземь. Его тело содрогнулось в агонии и застыло, а взгляд, ещё секунду назад полный ярости, потух.
Краем глаза Мирон глянул на короб, прикидывая остаток патронов. Последняя очередь ударила второго монстра, заставив того сбавить ход.
— Вот же пиздец… — прошептал он, откидывая затвор и дёргая застрявший короб. Тот выскользнул из рук, покатился по кузову и сверзился за борт.
Чудовище, шатаясь, замедлилось. Ноги твари подломились, и она с оглушительным грохотом повалилась в грязь, окатив всё вокруг фонтаном брызг.
— Слава богу, блять! Оба подохли! Евграф, слышал?! Оба сдохли! Едем к нашим помогать!
Ифан высунулся из окна «седана», силясь удержать автомат, несмотря на бешеную тряску. Очереди срывались по три патрона. Машину швыряло на каждой кочке и выбоине, вызывая впечатления, что она скоро рассыпится. Её корёжило так, что вибрация отдавалась во всём теле.
Монстры упорно висели на хвосте, невзирая на разящие раны. Один из них вырвался вперёд, пересекая поле скачками. Мощные лапы твари вспарывали почву, отбрасывая комья земли. Этот бегун был поджарым и длинноногим, его узкая грудная клетка колыхалась, а голова слилась с телом.
Второй мимик несся по дороге, петляя зигзагом. Он конвульсивно дёргал башкой, в тщетной попытке уклониться от свинцового града. Пули с визгом рассекали воздух, впиваясь в плоть шеи и черепа. Вдруг преследователь на асфальте споткнулся и кувыркнулся через голову, а в воздух взметнулись ошмётки плоти и фонтан крови. Тварь вскочила на четвереньки и, петляя, ломанулась к ближайшему забору. Продравшись сквозь кусты, монстр в прыжке перемахнул ограду, скрывшись на территории чьей-то брошенной дачи.
Ифан втянулся обратно в салон и рухнул на заднее сиденье. Рука дёрнулась к разгрузке, выдёргивая новый магазин. Последний монстр почти нагнал их, несмотря на все старания «седана» оторваться по прямой. Этот экземпляр будто не замечал пуль, возможно, из-за толстой шкуры, которую не брал используемый калибр. В этот миг в полусотне метров позади показался «рейнджер». Мирон за пулемётом уже вглядывался в их сторону.
Вилен, надсаживаясь, крикнул в рацию:
— Мирон! Мы сворачиваем в поле! Стреляй сразу, как только мы не будем на одной линии с мимиком!
Вилен крутанул руль вправо. «Седан», взвизгнув покрышками, ринулся направо. Преследователь, захваченный врасплох внезапным манёвром, не успел повторить его в точности. Пробежав по инерции ещё несколько метров, тварь попыталась развернуться, но драгоценные секунды были потеряны.
В этот момент грянул «ДШК». Короткие очереди хлестали по чудовищу и без того побитому асфальту. Тяжёлые снаряды прошивали плоть и всё, что находилось внутри. Монстр сделал ещё несколько движений, но машина была уже слишком далеко, вне досягаемости его когтей. Тварь решила уйти в село, не зная, куда себя деть.
Промедление стоило ей жизни — изрешечённое пулями тело легло в паре метров от дороги. Лужа крови стремительно расползалась вокруг.
Голос Вилена вновь разнёсся по эфиру:
«Демиду нужна помощь! За ним двое, он едет к лесу, нужно подстраховать. Мы с Ифаном поедем туда, попробуем перехватить его. Остальные контролируйте поле, чтобы другие не полезли за нами».
Твари были безжалостными и неудержимыми. Вязкая грязь сковывала их движения, но не могла остановить. Демид, одной рукой удерживая руль, другой палил по преследователям из пистолета. Но вскоре мерная дробь выстрелов сменилась зловещим щелчком — магазин опустел. Машина неслась к лесу, к самому последнему рубежу водительской жизни. Демид затормозил и, вывернув руль, развернул автомобиль на девяносто градусов.
Дверь со стороны водителя распахнулась так стремительно, будто её сорвало порывом урагана. Демид выскочил наружу и, не оглядываясь, ринулся в чащу. Он проламывался сквозь заросли, раздвигая ветви, оставляя за собой шлейф из обломанных веток и сорванных листьев.
Погоня увлекала солдата всё глубже в сердце леса. Его ноги перемахивали через поваленные стволы и путаницу корней. Взгляд, заострённый опасностью, выхватывал малейшее шевеление. До слуха доносился шум приближающихся тварей — их хриплое дыхание и скрежет когтей, терзающих лесную почву.
«Долгоживущий», метнувшись в сторону, прижался спиной к стволу. Сердце колотилось, как отбойный молоток, но не от страха. В груди Демида не было и тени ужаса, в глазах полыхала холодная решимость. Вскинув автомат, он выпустил половину магазина. Пули просвистели, впиваясь в кору деревьев и сухие кусты. Несколько из них угодили в одну из целей.
В тот миг, когда металл пронзил плоть монстра, его тело начало меняться. Очертания чудовища поплыли, сминаясь и истончаясь. В развороченных ранах проступили обрывки человеческой кожи. То, что ещё недавно было кошмарным созданием, постепенно обретало антропоморфные черты. За маской твари всё явственнее проглядывал силуэт человека.
Не дожидаясь окончания трансформации, Демид оттолкнулся от дерева и вновь рванул в глубь чащи. Теперь он прислушивался к шагам второго преследователя.
«Демид! Если дальше будешь бежать, то выбежишь прямо к болоту! Если побежишь направо, то уйдёшь только вглубь, и мы тебя не найдём! — раздался в наушнике голос Вилена. — Мы на машине сейчас подъезжаем, беги налево! Слышишь, беги налево, в сторону дороги! Мы встретим тебя по пути!»
— Так точно, товарищ командир! — отозвался Демид.
Повинуясь приказу, солдат из последних сил припустил влево, упорно прорываясь сквозь лесные дебри.
Несмотря на все усилия, монстр слева продолжал неотступную погоню, почти настигая жертву. Тварь выметнулась из-за дерева, вынуждая Демида отшатнуться. Он на ходу дал очередь в сторону преследователя, перебегая влево и лавируя между стволами.
Наконец, когда магазин опустел, существо споткнулось и кувыркнулось через голову, прежде чем начать обратную трансформацию. Тварь, уже напоминающая человека, растворилась в густых зарослях так же стремительно, как появилась.
— Путь чист, товарищ командир, направляюсь к вам! — отрапортовал Демид, потянувшись за новым магазином.
Но едва он выпустил пустой магазин из автомата, как из желто-зелёной гущи вынырнул силуэт. Женщина, лицо которой кривилось в гримасе мольбы. Неопрятная, перепачканная грязью и листвой в насквозь промокшей одежде. В её руке поблескивал мокрый от дождя заострённый камень. Она неслась вперёд, ударив пятками в землю и отправляясь в воздух.
Демид не успел среагировать. Он только разжал пальцы, выпуская магазин, когда женщина возникла прямо перед ним. Взмах камня в сантиметре от лица заставил его отпрянуть, но он тут же перехватил руку нападавшей, пресекая замах и отталкивая её.
Псевдоженщину скрутило судорогой, запуская процесс перевоплощения. Демид пнул существо в грудь, заставив метаморфозу застыть на полпути. Тварь с глухим стуком повалилась на влажную листву, её черты застыли между человеческими и не пойми какими.
Демид развернулся и вернулся к старому маршруту, проламываясь через подлесок к товарищам. Коричневые, блестящие от влаги стволы деревьев замелькали на периферии зрения. Взгляд вперился в пространство впереди, выхватывая знакомые силуэты с автоматами наперевес в серебристой дымке, стелющейся меж стволов. Завершил перезарядку автомата, как из сумрачных зарослей вылетела ещё одна тень. Длинные руки обвились вокруг солдата, швыряя его оземь.
Это был псевдо-мужчина с обширными залысинами. Навалившись на Демида, он повалил его на землю. Тела сплелись в яростной схватке, каждый соперник стремился возобладать над другим. Демид рвался из захвата, пытаясь высвободить руку и выхватить нож, но враг всякий раз ухитрялся помешать, наваливаясь сверху или вновь дёргая на себя.
В тот миг, когда их противостояние достигло высшей точки, монстр, собрав все силы, вцепился в маску Демида. Жёлтые искры вспыхнули в глазах твари, и она начала меняться. Кожа огрубела и пошла буграми, черты лица исказились, а глазницы превратились в тёмные провалы. Руки чудовища слились с балаклавой и одеждой Демида, постепенно впитывая их. Из пасти псевдо-мужчины вырвался искажённый шёпот:
— Нет выбора…
Над ухом Демида раздался щелчок, за которым последовал хлопок. Смутное ощущение опасности лишь коснулось сознания, а в лицо уже брызнула кровь. Тварь содрогнулась и отпрянула, отрывая куски прилипшей ткани. Монстр попятился, спиной проломив гнилую кору дерева. Закрыв лицо руками, он отчаянно прыгнул назад.
Тварь с рёвом налетела на своего менее удачливого собрата, отшвырнув его человеческую оболочку в ближайшее дерево. Удар был столь силён, что в воздух взметнулся вихрь листвы, рождая пляску природных стихий. Тело чудовища искажало всё вокруг. Отражения щепок и капель дождя на его коже сливались в калейдоскоп, превращая знакомый лес в хаотичное нагромождение форм и красок.
Вилен и Ифан возникли из-за укрытых туманом кустов. Изящные, почти музыкальные звуки выстрелов создали огненный росчерк в пространстве, наполняя его металлическим запахом пороха.
Последний монстр рухнул наземь. Его тело билось в агонии, покидая этот мир в багровой луже. Тёмные струйки сочились из ран в размокшую почву.
— Отряд, порядок, Демид жив! Продолжайте охранять вход в лес, — приказал Вилен по рации.
«Прекрасно… Приняли», — коротко отозвался Ярон, заметно облегчившись.
Слова Вилена развеяли напряжение, и Ифан, не говоря ни слова, уже шёл к Демиду. Вдвоём они подхватили товарища под руки, помогая подняться. Демид, пошатываясь, всё же сумел встать. Он повернулся к соратникам, и, несмотря на пережитый кошмар схватки, его лицо сохраняло твёрдость и самообладание.
Демид походил на вспаханное поле после бури. Грязь и кровь покрывали его лицо и бороду неровными пятнами. Короткие чёрные волосы слиплись в мокрые пряди, усыпанные комочками почвы.
— Демид, как ты? — спросил Вилен, внимательно оглядывая бойца с головы до ног. — Кожу вроде не успели оторвать.
Там, где мир погрузился в хаос, чёрные глаза Демида оставались непоколебимы. Ни страха, ни сомнений. Абсолютно ничего.
— Я полностью в порядке, товарищ командир! Готов продолжить работу! — отчеканил Демид полностью с распахнутыми веками.
***
Трое разведчиков пробирались обратно к опушке леса. Вилен, прижимая наушник плотнее к уху, отдавал распоряжения: — Евграф, сделайте проезд со стороны леса, где посёлок ближе всего. Убедитесь, что никто оттуда не выскочит, пока мы выходим. Ярон, встречайте нас, выходим к вам. Мужчины неспешно брели к месту, где Демид бросил машину, спасаясь бегством в чащу. Там их уже поджидали Ярон и Дамир. Завидев приближающихся товарищей, они бросились навстречу. — Демид, где болит? Будем лечить, — затараторил взволнованный Дамир, окидывая взглядом побитого бойца. — Всё в порядке, товарищ Дамир, — ровно ответил Демид. — Ты уверен? — не унимался Дамир. — А вот это, шо тут мокрое, не кровь? — Он ткнул пальцем в тёмное пятно на одежде товарища. — Вроде не твоя… А ну-ка, сделай триста шестьдесят, — описал в воздухе круг рукой разведчик. Демид послушно повернулся на месте, позволяя лучше рассмотреть себя. — Вроде целый… — пробормотал он. — Охренеть, конечно, — произнёс Ярон без особого удивления. — Я думал, не выберешься… В наушниках прошуршали помехи, а затем раздался голос Евграфа: «Всё чисто, но мы видели, как один гандон, преследовавший вас, скрылся полудохлый в селе. А так тут больше некого высматривать. Нам к вам ехать?» — Нет, — отрезал Вилен. — Будьте там, продолжайте осмотр, мы сейчас подъедем. Бойцы посмотрели на командира, ожидая дальнейших указаний. Тот, прищурившись, окинул взглядом посёлок. Дождь негромко барабанил по их головам, оказывая лёгкий массаж. — И что дальше, кэп? — спросил Ярон, переводя взгляд с Вилена на село и обратно. — Ну… — начал командир, — они уже знают, что мы здесь и поубивали парочку их сородичей. Надо проехаться по улицам. Разведчики переглянулись. Дамир облизнул губы, изучая чужие реакции, в то время как Ифан сосредоточенно хмурил брови. Ярон устало почесал подбородок, наклонив голову на бок, а Демид просто стоял, всем своим видом демонстрируя готовность подчиниться любому решению командира. — Сделаем вот как, — продолжил Вилен, нажимая в этот раз на кнопку рации, — село выглядит как коридоры с тупиками… как передачи в машине. Есть главный заезд, там, где администрация, далее от него развилка, а от неё уже идут коридоры с домами по бокам. Единственное исключение — это главная дорогая с трассы, там дальше, если проехать мимо администрации по прямой, идёт блок домов в виде сетки, — он выдержал паузу. — Когда мы только подъезжали к Полуночной Звезде и осматривали первый ряд домов по левую сторону, то там не было дома, который бы заканчивал собой дорогу. Сплошные кусты да деревья. Командир обвёл взглядом своих людей. Морально все держались хорошо, несмотря на то что такая стычка у них была впервые. — Евграф и Мирон заезжают первыми. Двигаетесь медленно по дороге. Ярон и Дамир прикрывают тыл — едут следом. Демид пересаживается ко мне и Ифану. Мы остаёмся снаружи, контролируем другие ряды, чтобы никто не обошёл вас с фланга. Через главный въезд не суёмся — там уже достаточно трупов, не будет места для манёвра. Вперёд. Бойцы синхронно кивнули, принимая приказ. Из динамика рации донеслись голоса Евграфа и Мирона, подтверждающие готовность. — Погнали, — бросил Ярон, мотнув головой в сторону машины. Дамир, помешкав секунду, зашагал за ним. — Демид, подгони свой «седан» к дороге, потом пересядешь, — попросил командир. Ифан обменялся взглядом с Виленом, после чего оба скрылись в недрах своего автомобиля. Демид, чуть прихрамывая, забрался в оставленный собой «седан». Колёса давили мокрую землю, выжимая грязь между протектором, приминая стебли травы. Ифан, навалившись плечом на дверцу, разглядывал сквозь слабый туман конечную точку их маршрута. Просёлочная дорога петляла, утягивая за собой вереницу транспорта. Впереди замаячил первый ряд строений на окраине села. Командирский автомобиль, сбросив скорость, свернул вправо на трассу. Демид остановился на краю трассы, пересаживаясь к Вилену и Ифану. «Рейнджер» и второй «седан» поехали уже своим путём. Евграф плавно надавил на газ, направляя машину к стене густых зарослей, отделяющих посёлок от дороги и безбрежного поля. Ветви кустарника зашуршали по капоту и крыше, царапая лакированные бока. «Рейнджер», пробив зелёный заслон, вырвался на улочку. Следом, немного отставая, протиснулся «седан» Ярона. Две машины осторожно катили меж уставших домов. Разведчики, высунувшись из окон, разглядывали серые бетонные коробки, щедро украшенные выбоинами и трещинами. Выцветшие занавески колыхались за немытыми стёклами, а покосившиеся заборы стонали от старости. «Рейнджер» полз неспешно. «Седан» Ярона старался не отставать, то разгоняясь, то притормаживая, в такт движениям головной машины. Глаза разведчиков шарили по окнам, кустам, тёмным закоулкам. Уши, напряжённые до предела, ловили малейший шорох. Миновав почти половину пути, они приближались к крайнему дому слева. И там же что-то мелькнуло за углом — чья-то фигура выглянула и тут же скрылась. «Слева один, за последним домом! — рявкнул Евграф. — Мирон, видел?» — Где? Я не заметил, — отозвался пулемётчик, вглядываясь в указанном направлении. — Да вон же, — уже говорил не в рацию он, — прямо за домиком зелёным, — Евграф ткнул пальцем в нужную сторону из окна. Мирон направил ствол, готовый открыть огонь, и тут из-за угла вынырнул мужчина и, размахнувшись, швырнул в машину что-то круглое. Мирон среагировал, нажимая на спуск. Очередь ударила в то мгновение, когда граната только начала описывать дугу и бабахнула прямо в метре от отправителя. Пулемётчик рефлекторно пригнулся, а Евграф, матерясь, дал задний ход. — Вот же мудозвон! — взревел он, выворачивая руль на рефлексе. — Пиздец, откуда у них граната?! — изумился Мирон, медленно выпрямляясь. — Надо ехать и добивать его, Евграф! «Контакт за избой с зелёными стенами», — передал командиру Ярон по рации, а затем, высунувшись в окно, крикнул: — Прокиньте гранату туда! Мирон потянулся за снарядом, но тут из-за угла крайнего дома справа появился ещё один псевдочеловек. Подняв ружьё, он прицелился в «рейнджер». Выстрел — и пуля чиркнула по асфальту в сантиметрах от переднего колеса. Евграф, ошалело выругавшись, дал по газам, уводя машину назад. Мирон, не целясь, швырнул гранату. Она перелетела через крышу низенькой избы и упала где-то в области стрелка. Через секунду грянул взрыв, взметнув в воздух куски дерева и грязи. — Мимик стрелял, ёбаный его рот! — нервничал Мирон в общем канале. — Из мосинки, походу! Целил по колёсам! «Ярон, выезжай обратно, — командовал Вилен. — Будем заходить через главную дорогу. Демид пересядет к вам за руль. Евграф, стойте пока там, отвлекайте на себя, пока мы обойдём их сбоку». «Понял, принял», — отозвался Ярон. «Принято, — буркнул Евграф, вываливаясь из окна по пояс. Он дал короткую очередь в сторону покалеченного мимика. — С какого хрена они вообще оружие взяли? Раньше такого не было! Тем более гранаты…» «Не было, — подтвердил Вилен. — Это впервые». Два «седана» без проблем миновали здание администрации, лавируя между трупами. Свернув налево, они наткнулись на израненного гранатой стрелка и корчащегося в трансформации монстра по другую сторону дороги. Обе машины открыли шквальный огонь, превращая врагов в решето. Ещё один мимик, напарник метателя гранаты, услышав стрельбу, тут же кинулся наутёк. Путаясь в собственных ногах, он ломанулся прочь, петляя меж избушек, позабыв от страха про свой основной облик. «Один смылся дальше по дороге, за дома. Мы с Ифаном займёмся им. Евграф, выезжай сюда к нам», — говорил Вилен, давя на педаль газа. — Демид, ожидайте «рейнджер», не будем фокусироваться только на одной цели, тут должны быть ещё. Пока выворачивай руль направо». Демид потянулся было к рации, чтобы ответить, но тут в правое ухо ударил голос Ярона: — Громила на три часа! Боец скосил глаза вправо. Из-за угла, где через несколько десятков метров дорога вновь сворачивала налево, высовывалась голова, плоская, словно блин. Из неё выпирали два круглых глаза, красные белки которых пылали по краям. Трёхпалые кисти монстра сжимали массивный булыжник, явно приготовленный не для украшения. Не прошло и секунды, как каменюка, описав дугу, уже летела прямиком в «седан». Но Демид резво сдал назад и также ударил по тормозам. Увесистый снаряд пронёсся мимо, врезавшись в стену администрации. По бетону побежали трещины, посыпалась крошка. «Седан», взвизгнув покрышками, отъехал назад, на стоянку, где можно было развернуться. На подмогу им примчался Евграф, а Мирон открыл беглый огонь по тому злополучному углу, вынуждая мимика отпрянуть. В этот самый миг командирский автомобиль устремлялся за улепётывающим мимиком. Тот, по какой-то необъяснимой причине, не спешил перевоплощаться в более мощную и живучую форму. Вместо этого он припустил со всех ног, оставаясь в теле тщедушного мужчины. Петляя меж домов, псевдочеловек кинулся к ближайшему забору, намереваясь перемахнуть через него. Его глаза испуганно стреляли на приближающуюся машину. В них кипел неподдельный страх неминуемой гибели. Ифан высунулся из окна, упирая приклад автомата в плечо. Прильнув к коллиматору, он поймал в перекрестье спину беглеца. Почуяв неладное, мимик застыл на половине движения, так и не перебравшись через ограду. Всклокоченная коричневая борода с усами трепыхалась на ветру, съехавшая набок шапка придавала ему совсем уж жалкий вид. Тварь впилась в преследователей умоляющим взглядом, силясь обратиться в последний момент. Но было уже поздно. Ифан мягко потянул спусковой крючок. Короткая очередь прошила голову монстра, деля её пополам. Обезображенное тело грузно рухнуло в грязь. Конвульсивно дёрнувшись, мимик начал трансформацию, но ущерб, нанесённый человеческой оболочке, никуда не делся. Изуродованные останки замерли, едва напоминающие живое существо. — Разобрались с мимиком здесь, — передавал по рации Вилен. — Ярон, мимик с камнем всё ещё там? «Да, кэп, там же стоит, пытается дерево сломать, походу дела». — Выходи с Дамиром, Демид за рулём. Перелазьте через забор, залазьте в дачу, которая сразу по центру возле парковки, оттуда должен открыться вид на него. Подойдёте там ближе к дороге. Дамир, отработает по нему ГП. Ярон прикрывает. Демид, будь готов забирать их на парковке. Евграф, езжай в объезд. Там постройка сеткой идёт, как я и говорил. Езжай самым дальним путём. Объезжайте его в спину, атакуйте после работы ГП, приняли? Он наверняка постарается скрыться после полученного урона. Голоса разведчиков зазвучали в эфире, подтверждая получение приказа. Дамир, сглотнув слюну, кивнул своему напарнику. Его вид выдавал отчаянную решимость, граничащую с безумием. Ярон и Дамир покинули «седан», оставив двери нараспашку. Демид тут же подогнал машину ближе к неширокой полосе травы и кустарника, служившей естественной границей между зоной парковки и линией двухэтажных дач. Разведчики живо перемахнули через невысокий забор и, петляя меж брошенного сельхозинвентаря, устремились к противоположной стороне участка. Достигнув края постройки, они выглянули налево. Мимик, ухватившись за ствол молодого дерева, почти выдрал его с корнем. Дамир отпрянул назад и, на ощупь отыскав подствольник, подготовился стрелять. Вновь рискнув выглянуть, Дамир обнаружил, что мимик решил зачерпнуть пригоршню мелких камней и уже кидал их прямиком по ним. Дамир, вскинув гранатомёт, в последний момент успел спустить курок. Камни просвистели, врезаясь во всё, что только можно. Граната, прочертив в воздухе еле заметный след, бабахнула, и существо коротко визгнуло. Дамир вскрикнул, когда острая боль полоснула его по правой щеке. Пальцы взлетели к лицу и тут же окрасились алым. Дамир, часто моргая, перевёл ошарашенный взгляд на Ярона. Тот был цел, но тоже приметил рану товарища. — Э-э-э… Ч-чё там у меня, Ярон? Сильно… не? — Дамир, морщась, промокал выступившую на щеке кровь. — Нормально, — бросил Ярон с едва уловимым напряжением в голосе. Затем заговорил по рации: «Попали по руке той хуйни, кэп». В наушниках зашипели помехи, и сквозь них пробился голос Евграфа: «Объезжаем его со спины. Видим, как оно прячется в дом!» «Рейнджер», вывернув из-за угла, затормозил у дальней стены постройки. Монстр, съёживаясь до человеческих размеров, нырнул в темноту разбитого окна. Пулемёт в руках Мирона взревел, исторгая длинную очередь. Пули впивались в серую плоть, отрывая куски мышц и прошивая тварь насквозь. Существо, нелепо взмахнув конечностями, завалилось внутрь, сочась кровью из множества ран. Евграф перескочил на соседнее сидение, крикнув пулемётчику кидать гранату, и выдернул её из своей разгрузки. А после оторвал кольцо и забросил снаряд в оконный проём. Мирон, последовав примеру товарища, швырнул свою следом. Секунда, другая — и грянул взрыв, сотрясший ветхие стены. Из окон повалил густой дым вперемешку с крошевом досок и штукатурки. Дамир, вновь ощупав щёку и поморщившись от саднящей боли, перевёл взгляд на стоящий напротив дом. Из его трубы вился дымок, а в окне виднелся старушечий лик, пристально изучающий разведчиков. Боец встрепенулся и, схватив рацию, затараторил: — Дом напротив нас, с красной крышей, — он закашлялся, подавившись слюной, — вижу рожу чью-то! На меня пялит! «Сейчас подъедем, — раздался в наушниках голос Вилена. — Подойдём к ним пешком, закинем туда гранаты. Они не смогут превратиться в доме из-за своих габаритов. Сзади, по другую сторону, должны стать Евграф с Мироном. Будете ждать их, если те захотят выбежать через заднюю часть дома». «Ага, едем», — отозвался Евграф. Вскоре к машине Демида подкатил «седан» командира. Вилен и Ифан, покинув салон, присоединились к остальным бойцам. Демид, выбравшись следом, пристроился рядом. Вся группа слаженной трусцой устремилась к дому, откуда за ними наблюдал псевдостарик. Тем временем Евграф уже разворачивал «рейнджер», намереваясь обогнуть здание с тыла. — Ярон, Демид, — скомандовал Вилен, — по сторонам закидывайте гранаты в окна. Мы с Ифаном и Дамиром возьмём на себя фасад. Как только противник полезет через задний выход, оббегайте постройку и помогайте добивать. Если не раним или убьём — точно запугаем. Бойцы, кивнув, разошлись по позициям. Мимики, почуяв неладное, скрылись в полумраке комнат, растворившись в тенях. Разведчики дали несколько очередей по окнам, а затем, выдернув чеки, забросили внутрь по гранате. Взрывы слились в единый гул, сотрясший ветхие стены. Внутри послышалась возня и грохот опрокидываемой мебели, а в следующий миг задняя дверь с треском распахнулась. Наружу, спотыкаясь и цепляясь друг за друга, выбрались две молодые фигуры, державшееся за руки. Длинная очередь пулемёта и автоматный огонь Евграфа обрушились на них, разрывая плоть в клочья. Демид и Ярон, высунувшись из-за углов, подключились к расправе. Существа, извиваясь в грязи, силились обрести истинный облик, но безостановочный свинцовый ливень пресёк их потуги. Изрешечённые тела затихли, и лишь куски одежды, взмывшие в воздух, плавно осели на траву. — Всё, трупы, — выдохнул Ярон, утирая со лба влагу. — Сейчас поищем ту старуху.***
Разведчики обходили дом за домом, тщательно осматривая каждое помещение. Они заглядывали в каждую комнатку, проверяли шкафы, погреба и чердаки, старательно выискивая малейшие признаки затаившейся угрозы. Часы утекали сквозь пальцы, но больше никого обнаружить не удалось. Убедившись, что последний дом пуст, Вилен связался с Харомирском и отчитался о проделанной работе. Полуночная Звезда была зачищена, основная угроза устранена. Село теперь готово принять новых жителей. Хотя работы ещё по подготовке этого захолустья ожидалось немало, но раз начальство говорит сегодня вечером — значит сегодня вечером. Получив подтверждение, бойцы приступили к расчистке улиц. Мимики, огромные и неповоротливые в своей истинной форме, лежали там, где их настигла смерть. Подогнав «рейнджер» почти вплотную, разведчики принялись обвязывать массивные туши прочными верёвками. С натугой и руганью, они прикрепляли их к фаркопу, готовя к транспортировке. Низко урча мотором, «рейнджер» тронулся с места, постепенно натягивая канаты. Инерция сдвинула огромные тела, и они неохотно поползли следом, оставляя на асфальте широкие кровавые полосы. Машина набирала ход, волоча за собой чудовищный груз. Покинув пределы села, Евграф направил автомобиль в поле, удаляясь всё дальше от жилых построек. Разведчики повторили процедуру несколько раз, пока последний из монстров не был отбуксирован подальше от людских глаз. В процессе отгрузки последнего мимика Евграф на миг застыл, уловив боковым зрением что-то на опушке леса. Он напряг зрение, всматриваясь в чащу, туда, где совсем недавно скрывался спасавшийся бегством Демид. На переносице залегла складка, а губы поджались, но, как Евграф ни напрягал глаза, ничего подозрительного так и не заметил. Лес, кажется, просто решил поиздеваться над уставшим человеком. На что водитель хмыкнул, выпрыгнул наружу и отвязал последнюю тушу павшего врага. Заскочив в салон, он развернул руль и отправился обратно. По рации как раз Вилен зазывал всех собраться в одном из больших домов для обдумывания дальнейших действий. «Рейнджер» неспешно катил обратно в село. Евграф, удобно устроившись за рулём, задумчиво подпёр подбородок кулаком. Правой рукой он подкрутил зеркало заднего вида, ловя в отражении удаляющуюся кромку леса. Взгляд его, чуть прищуренный и уставший, снова и снова обшаривал жёлто-зелёный массив. Машина вырулила на главную улицу и, мягко шурша шинами, затормозила у просторного дома, построенного недалеко от здания администрации. В отличие от большинства жилищ, это строение сохранило приемлемый вид. Заглушив двигатель, Евграф выбрался наружу и, хлопнув дверцей, зашагал к крыльцу. Внутри его уже ждали товарищи. Все они расположились на кухне, занимая стулья и табуретки вокруг большого деревянного стола. Демид, недолго думая, щёлкнул выключателем. Яркий электрический свет залил помещение. Разведчики, жмурясь от внезапной смены освещения, одобрительно загомонили. Всё же приятно оказаться в месте, где мимики побеспокоились о базовых благах цивилизации. Евграф, привлечённый мерным гудением, первым делом направился к холодильнику. Распахнув дверцу, он приступил изучать содержимое. — Поглядим, чего эти уроды едят. Внутри стояла банка с молоком, в отсеке для куриных яиц находилось восемь штук, также была замороженная куриная грудка и брокколи. — Охренеть, еда и тут есть… — развернулся он к остальным. — Я думал, она только в Харомирск завозится. Мирон с Яроном сидели за столом, Демид застыл у окна, а Дамир, Ифан и Вилен прислонились к стенам, покрытыми плиткой. Мужчины бросили беглый взгляд на добычу, не выказывая особого удивления. — Ну, — пожал плечами Ярон. — Может, они в город смотались. — В Верхней Карливке еда тоже была, — сказал Ифан. — Верхняя?.. — призадумался Евграф, — А это где? — На северо-востоке. Мирон кое-что подметил: — А где жители? — посмотрел он на каждого, но, не получив ответа, спросил: — Если есть еда, значит, и жил тут кто-то? — Наверное, вышли встречать нас, — предположил Ярон. — Еда как, старая? Евграф достал банку с молоком, убеждаясь, что оно испортится через две недели. Открыв крышку и нюхнув, он удовлетворённо кивнул. — Да нет, свежее. Слышали, как открылась? Банку даже не трогали. Погляжу, что у них тут из круп поесть найдётся, — Евграф захлопнул холодильник, обшаривая шкафчики. — Кастрюли, тарелки, кружки… О, вот есть банки с… хрен пойми… что тут, не видно… — Он открутил крышку и заглянул внутрь. — А, кукурузная крупа, ясно. А это? — Евграф отставил одну банку в сторону и достал другую. — Пшено. Тут ещё есть. Вам принципиально нашу еду есть, или попробуем эту? Все переглянулись, Ярон высказался первым: — Ну мы так-то последние шесть лет ими сделанную еду и ели, как бы. Вся продукция на полках в магазинах. Исключение — плантации в метро. Разве есть смысл брезговать? Никто ничего не говорил, Ярон продолжил: — Если вы думаете, что чучела подсыпали болячку какую в еду, которую таскают разведосы с «зелёной», то можете быть уверены, что эта — точно нормальная, — он выдохнул через нос, немного сгорбившись. — Было бы странно травить своих же… Мирон высказал своё мнение: — Да просто… Ну, типа, стрёмно есть еду животных, которые, как бы, все подохли давно. — А чем мы занимались всё это время? — покосился на него Ярон. — Не, ну, то в магазинах в городе, а эта… Евграф закрыл холодильник, цокнув губами: — Ты слышал, чего тебе сказано было? Они привезли еду с города. — Ну это как вариант, — закрутил на пальце бряцающую штуковину Мирон и также остановил. — Может, эти… я хуй знает… трогали её своими… Ну что-то сделали с едой, короче. Ярон повернулся к Ифану, а затем устало спросил: — Ты жил в лесу целый месяц, там был кто-то? Ифан насупился, силясь припомнить хоть какие-то признаки птиц или зверья. В первые месяцы после вторжения туши животных просто усеивали городские улицы: собаки, птицы, коты, а потом их убрали. В лесах тоже царила тишина, хотя временами Ифану чудилось, что он улавливает отголоски птичьего чириканья или иных знакомых звуков. — Нет, не было. Мы отталкиваемся от того, что видели в Харомирске. За пределами города мы и вправду не видели ни птиц, ни кого-то другого. Но, может, они где-то ещё есть? — Ну это же это… — прокашлялся Дамир, — дикие животные, да? Может, за некоторыми, которых держали в специальных… как их там? Ну вы поняли… фермы эти, и другие загоны всякие. Каким тогда образом мы находили мясо на полках в магазинах? — посмотрел он на Ярона. — Мне иногда кажется, что… скажите мне… — щёлкал пальцами Дамир, — никто этим вопросом даже не занимался. Ну поняли, да? Не поднимал никто. Просто… э-э-э… пришли к… — Да, согласен, — кивнул Мирон, — что-то всем вообще по барабану. Ярон выпрямился. — Так а чё мы можем-то? У нас как будто средства какие-то есть. Животные подохли, да. Но какие-то остались живы значит, раз уж завозят еду откуда-то. Вы как раз видели грузовики. — Он ткнул в сторону Евграфа. — Ты лучше глянь, есть ли вода в кране и газ. Евграф крутанул вентиль, и тонкая струйка с тихим журчанием устремилась в раковину, наполняя посуду. Разведчик вновь распахнул холодильник и, достав пару куриных яиц, обернулся: — Всё зависит же ещё от того, сколько сейчас из этих придурошных работает на крупных фермерских хозяйствах. Например, есть АПК «Любовь». Или «Агрокомплекс», или «Племзавод имени Левина» свиноводческое хозяйство на двенадцать тысяч голов. А, ещё возьмём «Маяк-Агро», там маток двести пятьдесят тысяч. Думаете, все подохли? — Ни хрена се, на кой тебе всё это знать, дедуль? — хихикнул Мирон. — Люблю готовить еду и всесторонне развиваться, малой, — криво улыбнулся Евграф, после чего залил воду в глубокую тарелку и опустил туда куриные яйца. — Значит, не все курицы ещё умерли, — довольно констатировал он, оглядев товарищей через плечо. Все, кроме Демида, не отрывающего взгляда от своего записного блокнота, сгрудились вокруг импровизированного аквариума, с любопытством наблюдая, как яйца гордо лежат на боку. Вилен, одобрительно похлопав подчинённого по плечу, попросил: — Приготовь что-то на всех. Припасы наши пока тратить не будем. — Хорошо, шеф, разберусь, — кивнул Евграф, закидывая пряди волос за уши. — Демид, — окликнул товарища Мирон, — открой форточку, пожалуйста, а то здесь воняет так, будто труп старика несколько раз обоссали и замариновали в моче. — Так точно. Евграф склонился над плитой, крутанул ручки. Газа не было. — Ну… — цокнул языком он, обведя взглядом товарищей. — Тащите тогда газовую конфорку. — Я сгоняю, — махнул рукой Ярон и потопал к выходу. — А я это… пойду проверю рану на щеке, — сообщил Дамир и покинул кухню следом за товарищем. — Вы можете отдохнуть, я пока приготовлю, — предложил Евграф, освобождая место для конфорки. Вилен согласно кивнул и, встретившись взглядом с Ифаном, указал на дверь. Они вышли на улицу. Ветер с моросью столкнулись с их лицами. — Как думаешь, что будет дальше? — искренне интересовался командир, сложив руки за спиной. Ифан устремил задумчивый взор в небо. Дождь сходил на нет. — Тяжело представить, — пожал плечами Ифан, выдыхая. — Есть у меня в груди предчувствие, что поздно вечером сюда вернутся из города другие жители Полуночной Звезды. Вилен посмотрел задумчиво на «долгоживущего», но промолчал. Ифан продолжил: — Слишком мало тут мимиков мы встретили. Либо их изначально так мало было, или они сейчас в Харомирске. — А касаемо животных, что думаешь? Почему тогда мимики не убили их, как убивают людей? — Без понятия. Видимо заменять животных им нет никакого интереса. Но почему именно эти выжили — пока не ясно. Мясное и молочное на полках мы видели. Его стало гораздо меньше, но оно всё же есть. Фуры продолжают их привозить. Возможно, это из-за того, что мимики не останавливаются на одном забранном теле, и это привело к нехватке рабочих рук на фабриках и тех же самых фермах. Наверное, сознания жертв перемешиваются… — Ты стрелял в Демида? Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Ифан на миг потерял дар речи, натянув рукав куртки ближе к левой кисти. Он растерянно моргнул, не веря своим ушам. Порыв ветра пронёсся мимо, и ему почудилось, что он ослышался. — Что? — переспросил Ифан, поворачиваясь лицом к командиру. Вилен впился в него изучающим взором, однако на его губах по-прежнему играла лёгкая, обнадёживающая улыбка. Не вязался этот вопрос с безмятежным выражением лица командира. — Я не расслышал. — Ты сдружился с Демидом? В прошлый раз ты не навестил его после того, как он получил травму. К нему пришли все, кто тогда был с нами на вылазке. Кроме тебя, — тон Вилена оставался дружелюбным, даже глаза. — Я не нашёл времени. Мне даже на дочь его не хватало. — Как всё прошло, когда вы увиделись? Он нормально отреагировал? Ифану захотелось сдвинуть брови к переносице, но он сдержал этот порыв. — Да, всё прошло отлично. Я не заметил никакой обиды с его стороны. Думаю, он всё прекрасно понял. — Что ж, отлично. Пойду посмотрю, как там дела с едой, — произнёс Вилен и, развернувшись, зашагал к дому. Пролетело несколько часов. Отряд готовился к отъезду за жителями метро. Над Полуночной Звездой сгущались вечерние сумерки. Тучи наращивали свой объём, обещая очередной дождь. Вилен сидел в кабинете администрации перед КВ-радиостанцией. Его люди были заняты проверкой снаряжения, обменивались короткими фразами и настраивались на миссию. Ярон, закончив подготовку, отстранённо поглаживал цевье автомата, прислонившись к «седану». Евграф жевал травинку, рассеянно глядя в низкое небо. Мирон, бряцая штуковиной, и Дамир тихо переговаривались, изредка посмеиваясь. Демид наконец спрятал свой блокнот. Вилен поднёс ладонь к рации, нажимая на переключатель: — Приём, «Синяя База», говорит командир третьего разведывательного отряда, как слышно? В динамике зашуршали помехи, а затем послышался чёткий, уверенный голос: «Приём, это «Синяя База», слышу Вас отлично, третий, докладывайте». — Собираемся выдвигаться обратно в город грузить людей. Думаем, что к тому времени должен снова пойти дождь. Всё готово к нашему приезду? «Тридцатка»? «Да, командир, люди уже собрали вещи и готовятся к отъезду. Необходимое снаряжение и пища на несколько суток будет предоставлена. Удачного вам пути». Вилен кивнул, будто собеседник мог его видеть. Затем он вышел к своему отряду. Разведчики, услышав шаги командира, мгновенно подобрались, ожидая распоряжений. — Тут нужно оставить несколько человек, — произнёс он, помедлив. — Ифан и Дамир, останьтесь здесь, покараульте ситуацию, а мы пока съездим. В случае чего просто прячьтесь и предупредите нас о произошедшем. Ифан и Дамир кивнули, принимая приказ. Остальные бойцы, восприняв сигнал, отправились по салонам. Металлический лязг дверей и приглушенный стон подвески сопровождали посадку бойцов в автомобили. Моторы ожили, их гул разнесся по притихшему вечернему селу. Вилен в последний раз осмотрел село и своих оставшихся товарищей. Его взгляд задержался на Ифане, и губы командира тронула дружелюбная улыбка. Ифан постарался изобразить что-то похожее, но получился лишь безучастная гримаса. Коротко кивнув, командир занял водительское место в головной машине. Колонна тронулась, постепенно набирая скорость. Шины зашуршали по потрескавшемуся асфальту, уводя отряд от Полуночной Звезды. Оставшаяся двоица молча наблюдали за удаляющимися габаритными огнями. Когда последний красный отблеск исчез за поворотом, Ифан посмотрел на напарника. Тот стоял, опираясь на капот оставленного «седана» с расстрелянным лобовым стеклом, прикусив губу. Ветер пронёсся вихрем вдоль улицы. Первые тяжелые капли упали на оголовье наушников, оставляя извилистые следы. — Да… — протянул хрипло Дамир. — Поверить не могу, что я здесь. — Он глянул на Ифана глазами, залитыми скрываемой тревогой. — Как же это… э-э-э… Вам, Ифан… Как Вам получилось со своей семьёй-то так… Ну… это?.. Из Харомирска… — Выбраться из Харомирска? — Ну, да-да, — скрестил руки он, придавая себе уверенности. — Здесь же всё так… как сказать?.. Открыто? — Да, ты прав. Открыто, — повернулся он в сторону поля. Напарник переминался с ноги на ногу, пока не сел на капот. — Я слышал про Вашу эту… — прочистил горло он, — ситуацию. Паршиво вышло, я Вам, это самое, сопереживаю, — кивал Дамир. — Правда. Как же Вы справились? Ифан молчал, переведя взгляд себе под ноги. Лицо его не выражало каких-то эмоций, но глаза, кажется, видели сейчас что-то из прошлого. Дамир, заметив это, попытался разрядить обстановку: — Я бы даже и представить не мог, — хмыкнул разведчик, передернув плечами, — как бы я со своими такое проворачивал. — Его губы слегка растянулись в улыбке, навеянной воспоминаниями. Дамир потускнел, приобретая оттенок грусти. — Я бы тоже хотел, как и Вы… как сказать?.. Так заботиться о ком-то, что даже отговорил бы судью. — Надеюсь твою семью избежит такая ситуация, — проговорил наконец Ифан вполголоса. — Уже… уже… некому.***
Константин неспешно прожевывал очередной кусок индейки, погрузившись в собственные мысли. Его пальцы неторопливо перебирали остатки еды на тарелке, а взгляд блуждал по стенам, не задерживаясь ни на чём конкретном. В голове роились обрывки воспоминаний и планов, в которые он полностью ушёл за этим столом. Но покой его был нарушен. Из рации, стоящей рядом, донёсся голос, настойчиво требующий его присутствия на одной из станций. Константин нехотя отложил приборы, прощаясь с недоеденной трапезой. Он поднялся, чувствуя, как тело противится резкой смене деятельности. Однако долг звал, и мужчина, подавив вздох, направился к выходу. Путь до нужной ветки показался бесконечным, но вот наконец знакомый коридор встретил его приглушёнными голосами и напуганными физиономиями. Константин прошагал мимо них, всё его внимание принадлежало нише, скрытой за потрёпанной шторой. Он отодвинул ткань и застыл на пороге, потрясённый открывшимся зрелищем. На земле, среди суетящихся докторов, лежала женщина. Её тело, изломанное и иссохшее, напоминало жуткую пародию на человеческое. Конечности, неестественно вытянутые и худые, будто принадлежали не живому существу, а мумии. Лик женщины исказило до чего-то внеземного: рот растянуло, а глаза уткнулись в потолок. Кожа несчастной, некогда здоровая и полнокровная, теперь походила на бумагу. Бледность её отдавала мертвенной синевой, и казалось, что даже кровь отказалась течь по этим истончившимся венам. От былой плоти почти ничего не осталось, а только тонкий пергамент кожи, готовый вот-вот порваться от малейшего движения. Сухие, ломкие волосы разметались по земле, довершая облик, который мог бы послужить иллюстрацией к страшной сказке. Константин еле проглотил слюну, чувствуя, как желудок намекает на возвращения пищи обратно. Вид страдающей женщины сбил с панталыку. Ещё мгновение назад он беззаботно вкушал свой обед, а теперь стоял здесь, лицом к лицу с воплощением кошмара. Доктора вокруг продолжали свою беспокойную возню, делая какие-то заметки. — Едрить меня за ногу… Что это ещё такое? — в голосе Константина звучало неприкрытое отвращение. — Сегодня что, Хэллоуин?.. Мужчина в белом халате выпрямился, встречаясь глазами с главным охранником. В его взоре читалась такой же набор эмоций. Проведя косточкой толстого пальца под своей губой, медик откашлялся и ответил: — Здравствуйте, Константин. Как видите, проблема начала набирать новые обороты, — он указал рукой на бедную женщину. — Какого… чё это за приколы? — вопрошал Костя, морщась. — Какого её так?.. Медик устало провёл ладонью по лицу, его плечи поникли. — Вирус начал мутировать… Вирус полностью перестраивает её. Я такого никогда не видел. — Перестраивает?.. Не понимаю, — замотал головой Константин. — По-человечески можно? — Это первый подобный случай, который мы зафиксировали. Но у меня есть неприятное предположение, что зараза во что-то превращает её. Во что-то, что может либо просто убить её, либо… — он обратился к Константину без слов, одним выражением лица передавая невысказанное. Глубоко вдохнув, Константин развернулся лицом на выход с мыслью сбежать отсюда куда подальше. Зрачки бегали по нише, ища выход из это кошмара, вот только за какую деталь интерьера они бы ни хватались, его сознание всё сильнее сдавалось перед поставленной задачей. — Ебать-капать… Никому не рассказывать, поняли? Я сам всё решу и Ефимову передам. Люди не должны тут узнать об этом. Иначе будет полный трындец. Константин развернулся на каблуках и вылетел из ниши, на ходу нажимая кнопку рации, но спустя секунду он застопорился. Его губы зашевелились, подбирая нужное слово. Снаружи толпились люди в белых халатах, заметив панику на лице главного охранника. С угрожающим взглядом, опущенным исподлобья, он окинул их и тихо, но отчётливо произнёс сквозь зубы: — Никому ни слова, поняли? Проговоритесь — получите по башке. И не только по ней. Один из молодых медиков робко шагнул навстречу. — Дело в том, что нам пришлось перетащить её со станции сюда, а людей отсюда переселить. Мы накрыли её простынёй, чтобы не привлекать внимание, но она, несмотря на свой вид, была очень тяжёлой. А нас было четыре человека, кто тащил её. Константин ошалел, запуская брови по лбу. Он часто заморгал, собирая остатки духа. — Мать моя родная… Чё ж делать-то? Поел, называется…
