Сквозь стекло

Мужчина еле-еле добрёл до квартиры девушки. Он знал, что она испугалась. Испугалась своих действий и того, что может не последовать ответной реакции. Вчера Алиса так и не пришла к нему, хотя обычно приходила каждый день, поэтому Максим всё обдумав, сам приволокся к ней. Даже как-то странно было идти за ней как за чем-то таким простым, хотя раньше она казалась вымышленной, непостижимой, как галлюцинация. Идти было легче, он уже смутно видел силуэты домов, но по большей части шёл по памяти. Настойчиво стучится в дверь. Алиса, даже не посмотрев в глазок, открыла её и, увидев гостя, оторопела и со страху попыталась закрыть дверь. Но Макс придержал её и произнёс хрипло: -Может, впустишь меня? На улице холодно. Девочка лишь бессильно вздыхает и пропускает мужчину в квартиру. Дома, кроме кота Персика, которого Максим ненавидел, и них никого нет. Родители на работе, а у Алисы долгожданные каникулы после окончания первой учебной четверти. Она закончила её всего с одной тройкой и та по «любимой» географии. Наступило неловкое молчание, и тишина стала давить на уши. -Я хотел поговорить, - начинает он, снимая зимнюю куртку и вешая её на крючок. Алиса думает, что он хочет спросить о том поцелуе, хотя поцелуем это назвать можно с большой натяжкой и уже обдумывает, что будет отвечать. Кажется, сказать, что это вышло случайно не получится. Просто от наплыва эмоций? Если бы она знала, наверное, ответила. Сердце бешено колотится в груди, только Алиса не понимает это от волнения или от того что он рядом. -О чём? – испуганно спрашивает она и делает шаг назад. Мужчина подходит к ней и произносит, оглядывая помещение: -У тебя в коридоре зелёные обои, а шкаф, что позади меня тёмно-коричневый с богатым красным оттенком, - судорожно вздыхает, ели сдерживая себя. – Я прозреваю. -Ты серьёзно? – голос дрожит от восторга, былого страха уже нет. Может, он забыл? Нет, такое не забывается. «Не могу поверить… Операция помогла, и все старания не прошли зря!» - она искренне рада. -Да, - кивает, но не отстраняется. Чувствует привычный запах яблок. Это рассудок затуманивает. – Алиса… - зовёт так тихо, от чего по телу пробегают мурашки. – Что это было в воскресенье? – шепчет в самые губы. -Я… это… просто оно само… так вот, - она что-то бормочет себе под нос, краснея, но Максим уже не вслушивается. Всё. Он больше не может с собой бороться и теряет остатки самообладания. Художник слишком долго ходил по тонкой, еле осязаемой грани между «Так нельзя» и «Больше ничего не могу с собой поделать». Что-то в его голове щёлкнуло. Какой-то рычажок, который сдерживал его всё это время, сломался, давая волю сдержанным чувствам. Пальцы вцепляются в острые плечи Алисы, от чего девушка широко распахивает зелёные глаза и удивлённо смотрит на гостя. А он наклоняется к ней ближе, ведь девчонка ему только до подбородка достаёт, и впивается в тонкие девичьи губы, вслушиваясь в сбивчивое дыхание. Алиса краснеет, но не отстраняется. Чувствует привкус шоколада. Неумело отвечает на его поцелуй. Просто не может оторваться от него. И тогда Максим понимает, что можно не сдерживаться, что чувства взаимны. Вкладывает все так долго подавляемые эмоции в этот тонкий интимный контакт, образовавшийся между ними. Чтобы она почувствовала весь тот трепет. Переплетает свои длинные пальцы с её тёплыми, становится более напористым, будто касается её в первый и последний раз. Хочет запомнить эти ощущения, зацепившись за реальность. Он давно не испытывал такую гамму эмоций и ощущений, наверное, таких раньше и не было ни с кем. Максим заметил, что за последний год ничего кроме гнетущего чувства одиночества и не испытывал вовсе. Когда яркой зарницей будит новый день и снова это противное чувство душит тугим ошейником. Таких дней было много, только не хватало чего-то очень важного всё это время. Под одиночеством люди подразумевают боль. Только это не так. Одиночество, наверное, вообще ничего не подразумевает. Ничего. Максим оттягивает её нижнюю губу и нехотя отстраняется, приводя в порядок сбивчивое дыхание. Алиса удивлённо хлопает глазами и осторожно касается пальцами его подрагивающих губ. -В любом случае, что бы то ни было тогда утром… - охрипло шепчет, пытаясь сформулировать свои мысли. – Это глупо, наверное, - притягивает девочку к себе. А она ёжится, у него очень колючий свитер с коричневыми оленями. – Несуразные оправдания, - запинается, пытаясь подобрать нужные слова. – Ты мне нравишься. И сопротивляться, бороться с собой я больше не в силах, - на губах девушки заиграла счастливая улыбка, а в груди было так тепло от его слов. -И ты мне, - тихо произносит она ему на ушко. -Разница в возрасте не пугает? – осторожно задаёт свой вопрос Максим. Он не знал, как она к этому относится. Десять с половиной лет разницы. Возраст. Осуждение окружающих. А если её родители ещё обо всём узнают? Мужчина не хотел, чтобы все эти проблемы свалились на подростковые, почти детские плечи. Она понимает, о чём он говорит, но находясь в шоковом состоянии, не может ничего ответить. Всё как-то закрутилось. Симпатия к взрослому мужчине, у которого другая жизнь, нежели у подростка и свои потребности. Но потом девушка выдаёт: -Возраст это всего лишь число, - художник улыбается. -Что же ты со мной делаешь, Алиса? – поднимает девочку на руки, а она обхватывает его торс ногами и зарывается пальцами в светлых волосах. – Маленькая моя, - эти слова он произносит ласково, без какой либо иронии. -Так у тебя через два месяца день рожденья. Двадцать восемь, да? -Но ведь возраст это всего лишь число.