Падение Драконьего Края

Выбравшись из-под камней, разгребя их сломанными конечностями, он кое как встал на ноги. Его шея оказалась сломана, а голова висела лишь на небольшом куске плоти. Руки под бронёй были практически размозжены, а одна и вовсе оказалась вывернута назад. Кое как она вернул сломанные кости на место, и срастил открытые раны, только для того, чтобы посмотреть в небеса, и узреть в них истинную мощь своего противника. Ферноиль приняла свой истинный облик. Сверху на Повелителя мёртвых полными призрения глазами взирал дракон исполинских размеров. Его чёрную чешую покрывала сияющая золотая вязь, а по рогам то и дело прокатывались раскаты молний. Девушка изменилась весьма сильно. Раньше её чешуя была полностью чёрной, да и размеры были куда скромнее. Но самым главным было то, что отныне, у неё не два крыла. Самым главным отличием драконье правителя является вторая пара золотых крыльев, просто невообразимого размаха. Вся эта мощь и позволила ей обрушить силу стихий на врага. Сделала возможным разрушение такого монументального сооружения как их небесный дворец — Пик Ветров, практически до основания. И именно сейчас, не смотря на то, что её враг выжил, и восстановился, она была уверена, что сможет его победить. Победить, и стереть в порошок, так, что тот больше никогда не возродится. Мертвец призвал к себе свой меч, и встал в стойку. Очевидно, увиденное его ни капли не напугало. Он был готов сражаться дальше. Видя это, Ферноиль окончательно потеряла контроль над своей яростью. — Хочешь продолжить? Хорошо! — прорычала она не своим голосом, и сказанное ею повторил гром, словно стараясь напугать того, кто не ведает страха. Взмахнув всеми четыремя крыльями, она с огромной скоростью устремилась на врага. Её когти объяли молнии, сделав их больше похожими на несколько искрящихся клинков, и стоило ей приблизиться, как она что есть мощи протаранила мертвеца всем телом, выставив вперёд руки. Она надеялась наверняка уничтожить его. Но как только Королева развернулась на месте, вставая на все четыре лапы, опираясь ими на груды камней, она осознала, что Повелитель мёртвых всё так же стоит на месте. Даже не шелохнулся, не смотря на то, что пол под его ногами явно показывал, что его должны было смести без каких-либо проблем. Там была глубокая борозда. А за тем она услышала откуда-то сбоку лязг металла и осыпающийся камень. Не успев повернуться, Ферноиль почувствовала, как сначала ею руку, а за тем и шею, пронзает неимоверная, жгучая пульсирующая боль. Из её груди вырвался вопль, и быстро взмахнув крыльями, она взмыла вверх, подальше от опасности. Оказалось, что Повелитель Мёртвых на самом деле не вставал из-под груды камней перед её атакой. Это была уловка. Он создал иллюзию, которую девушка не заметила из-за застлавших взор ярости и могущества. На самом же деле всё это время мертвец восстанавливал своё тело под камнями, и ждал, когда драконица окажется достаточно близко, чтобы нанести удар. Бросая на него взгляд, Ферноиль увидела, как с меча Повелителя стекают ручейки её искрящейся крови. — Ты и вправду думал, что твоя зубочистка мне навредит? — процедила она, с явной насмешкой в голосе. Но мертвец не ответил. Вместо этого он просто посмотрел на неё, и наклонил голову, что-то внимательно разглядывая. Вдруг, девушка поняла, что боль не утихает, хоть и должна была. Даже напротив, рана болела всё сильнее, и, как будто, становилась больше. «Не уже ли моя кровь не справляется с этой жалкой раной?» — подумала она, рефлекторно приложив когтистые пальцы к уколу на шее… Её глаза в ужасе расширились. К кончикам её пальцев пристала чешуйка. Её чешуйка. Это было легко понять по характерной золотой вязи. Только вот, она оказалась серой, и мгновенно обратилась прахом. Она уже видела такие раны. Её отец оказался на смертном одре из-за них. Паника начала подкатывать к горлу. Мерный ритм хлопанья крыльев нарушился, и драконица пошатнулась в воздухе. Мертвец же ожидал. Ферноиль взглянула на вторую рану. Порез, который Повелитель мёртвых своим подлым ударом оставил на её руке. И картина вызвала в ней неподдельный шок. Чешуя серела, и отваливалась, постепенно обращаясь в прах, а сам порез проник глубоко, и рассёк нежную кожу, которая уже начала чернеть. Вены вокруг раны распухли, а сам порез беспрерывно сочился кровью. А стоило ей надавить на рану, как на её краях образовались крупные бусинки желтоватого гноя. — Что? — сорвалось с её губ. Она даже не поняла, что произнесла это вслух. — Вы же обратили внимание на камень в моём мече, ведь так? — вдруг ответил мертвец, не сводя с драконицы немигающего взора. Его глаза выражали полное безразличие, — Я не знаю, что это за камень, но он разлагает и уничтожает всё, чего коснётся. Именно благодаря ему я смог победить вашего отца. Жаль, что меня оттеснили. Я хотел провести эксперимент по воскрешению драконов. — Так это ты сражался с отцом? — королева не верила своим ушам. Этот мертвец уже ощутил на себе мощь драконьего владыки. Более того, он вышел победителем, и даже согласился сразиться с обладателем такой силы ещё раз. Сомнений не осталось — он был полностью уверен в победе. Он знал, как сражаться, и знал как победить. Неуверенность девушки окончательно взяла над ней верх. Сердце заколотилось с неимоверной скоростью, а перед глазами всё поплыло. Она стремительно начала терять равновесие в воздухе, и четь было не упала, если бы в самый последний момент не вязала себя в руки. Повелитель Мёртвых наблюдал. Наблюдал с самого начала. Он читал её, и видел насквозь. Он надеялся вывести её из себя, и надеялся убить её надежду. Это позволил о бы ему победить без особых усилий. И всё это время она плясала под его дудку. Ферноиль не могла себе позволить поддаться ненавистному врагу. А потому, ей пришлось собрать остатки самообладания в кулак, и продолжать битву. Вместо того, чтобы обескураженно упасть на землю, она набрала воздух в грудь. Её ребра под чешуёй начали просвечивать, а по золотой вязи на теле начали проноситься молнии. Её глаза засияли, и в то же мгновение она обрушила из своей пасти на мертвеца рокочущий и неумолимый луч, объединяющий в себе как силу молнии, так и силу драконьего пламени. И мертвец явно этого не ожидал. Вместо того, чтобы филигранно ускользнуть, как он уже делал до этого, он резко и несколько неуклюже сделал перекат в сторону от её атаки. Его оплавленные доспехи при этом жутко скрипнули, и высекли об мраморный пол сноп искр. Но девушка была не намерена останавливаться. Воспользовавшись замешательством противника, она спикировала, только для того, чтобы приземлиться прямо перед ним. Летающий остров содрогнулся, и мертвец едва не потерял равновесие, как ровно в это же мгновение её рука, объятая молнией, ударила его, и он отлетел далеко в сторону. Не теряя времени, Ферноиль ринулась в его сторону, чтобы добить. Она спешила на столько, что даже забыла о том, что может летать, и просто неслась по огромной импровизированной арене на всех своих лапах. И вот, она вновь замахнулась. Она надеялась размазать тело умертвия по мрамору, после чего испепелить до состояния пепла, из которого, как она думала, он точно не сможет возродиться. Но мертвец вновь ускользнул от удара. Сделав перекат, он умудрился нанести ей очередную рану своим жутким оружием, из-за чего рука девушки дрогнула. Такую боль не может стерпеть даже дракон. И именно тогда, в это мгновение замешательства, мертвец взмахнул левой рукой. Его кольцо блеснуло и заверещало, и пол под ними покрылся чёрным пламенем. Он с неимоверной скоростью растёкся под ногами мертвеца, только для того, чтобы закрутиться в воронку, которая сразу же начала пожирать лапы драконицы. Она, было, попыталась взлететь, но в ту же секунду огненная воронка исторгла чёрный рокочущий луч, от коего было очень трудно увернуться. Он задел самый край крыла девушки, и та грузно рухнула на пол, чувствуя, как в очередной раз ломаются её кости. В её крыле зияла огромная дыра. На сей раз сил, чтобы встать, оставалось ещё меньше. Все их она потратила на свою безумную, и откровенно непродуманную атаку, за что прямо сейчас корила себя. Её основное преимущество — крылья, отныне ей не доступно. Рана не хотела зарастать. Демоническое пламя — слишком агрессивная форма энергии, чтобы увечья, причиненные им можно было зарастить так же быстро как сломанные кости от обычного падения. Всё же, она нашла в себе силы встать. Порезы на её передних конечностях болели и ныли, сочась кровью и гноем. Опереться на заднюю лапу было сложно, ибо голень оказалась сломана. Из лапы торчал окровавленный осколок кости. Но сдаваться было нельзя. Нельзя показывать свою слабость. А мертвец вновь подступал, привычно чеканя каблуком стальных сапог по истерзанному битвой полу. Так, словно он уже победил. — Вы никогда не думали, сколько людей погибло за то время, что они существую в вашем мире? — вдруг спросил он, остановившись на половине своего пути. — Что? — не поняла драконица, думая, что враг хочет её отвлечь. Внезапно, белёсое свечение из мёртвых глаз Повелителя стало ярче. По залу пронёсся поток холодного воздуха. Странная сила обрушилась на девушку и не будь она воплощением силы драконов, то непременно бы вновь опала на пол. — Я воскрешаю не только тех, кто погиб от моей руки или руки моих солдат, — продолжал он. Воздух начал звенеть. И откуда то вдалеке послышался странный вой, — Я слышу всех мёртвых. Всех до единого. И в вашем мире, Королева, погибло не мало людей. В то же самое мгновение пол покрылся инеем, и небо стало ещё темнее. И это было уже не её проявление власти над бурей. Это было влияние Повелителя мёртвых. Из-под пола, медленно, стали подниматься призрачные фигуры. Они напоминали людей, но лишь едва. Размытые, полупрозрачные образы лишённые лиц, с длинными когтистыми руками выли, и отсутствующими глазами смотрели прямо на драконицу. Липкий страх холодными пальцами сдавил её душу, и она инстинктивно попятилась, забывая, что отступать особо некуда. — Моя власть… Моё проклятье, куда масштабнее, чем вы можете себе представить, — закончил он, и толпа призраков тут же ринулась в сторону девушки. В панике она попыталась отбиться, отмахиваясь от них лапами, но бестелесным созданиям было всё равно. У одного из призраков, наступающего на неё, в руках блеснул меч, и стоило ей ударить его, как тот вонзился в её ладонь, оставляя очередную болезненную рану. Но на сей раз рана покрылась не гноем, но инеем, и начала неимоверно жечь. Другие же призраки начали искажаться, и закручиваться в единый, плотный поток энергии, который в ту же секунду объял девушку, точно силки, и с огромной силой прижал к полу. Повелитель мёртвых продолжил приближаться. Призраки кричали, выли, и причитали. Среди несвязного бормотания, краем уха девушка услышала мольбы о помощи… «Прошу, не убивайте» — отзывалось в воздухе, — «Драконы убьют нас». «Моя семья…». «Я не хочу гореть… больно». Это и вправду были души людей из её мира. Те, кто был убит жуткой смертью от рук драконов. Ещё тогда, в ранние годы правления её отца. И все они, явно, ненавидели её род. Ими движила жажда мести. Память о страданиях, в коих они жили, и в коих они умерли. От того эти призраки оказались столь сильны. Но там, где не помогает сила — помогает ум. Ферноиль нужно было вырваться из этой ловушки. От этого зависела её жизнь! И в час отчаяния она смогла собрать роящиеся от страха и обиды в кулак. Она могла превратиться! В мгновение, когда дракон обращается, часть его драконьего, истинного тела становится туманом. Энергетической дымком, которая потом впитывается в образовавшееся тело человека. И пока тело обращается, призрачные силки будут ослаблены, и в человеческой форме она успеет ускользнуть до того, как её схватят. Так она и сделала. В единое мгновение пути ослабли, а она, обнажённая, в человеческом облике сорвалась с места. Но враг ждал этого… Стоило Ферноиль сделать рывок, как её живот разорвала жуткая, нестерпимая боль. Из горла драконицы вырвался полный боли вопль, лишь едва не превратившийся в драконий рык. Перед ней, почти в плотную, стоял Повелитель мёртвых. Их разделяла только гарда его уродливого меча. Клинок же пронзил её насквозь, и вошёл почти до самого основания. — Вы, драконы, — вдруг начал мертвец, касаясь пальцами подбородка девушки. С её губ прокатилась капля горячей крови, — Всегда недооценивали людей… — Но ты… — едва выдавила Королева из себя, но кашель сдавил её горло. — Я был человеком. Когда-то, — прохрипел он, утирая кровь, а за тем, той же рукой, грубо хватая её за затылок, — Но теперь я мертвец. И я сделаю всё, чтобы найти покой. Длань мертвеца тут-же засияла потусторонним белёсым светом. И Ферноиль узнала это заклинание. Это поглощение души. Оно походило на то, что творят демоны, но в то же время отличалось. Именно так Ларгон описал жуткую магию, лишившую его сил. Серебряные нити волшебной энергии в то же мгновение объяли всё ослабевшее тело драконицы, а за тем, погрузились внутрь. Остатки сил начали её покидать. Мир вокруг потемнел, и не осталось ничего, кроме неё и её жуткого противника. Того, кому она проиграла. Её глаза застлала сияющая пелена, и эпизоды её жизни начали проноситься перед ними, словно она переживала их вновь. Но теперь, вместо неё был Повелитель мёртвых. Он смотрел на мир её глазами, слушал её ушами, и осязал её кожей. Её мысли стали его мыслями. Её память стала его памятью… Но самым ужасным было то, что её сила, её существо, стали и его существом. Он поглощал её. Овладевал ею. Она хотела закричать, но сил на это не было. Её тело застыло. Она умирала, и то, что мертвец пожирал её душу, ускоряло её смерть. Осознание прокатилось по умирающему разуму: Он сможет воскрешать драконов. Сотни её подданных станут слугами Короля Мёртвых. Станут его подданными. Он поглотит Печать Небесного Пламени, прервав род вечных созданий…