Падение Драконьего Края

Что смертные знают об отчаянии? Пожалуй, слишком много. Люди слабы. Они зреют медленно, и их души, прежде чем стать более возвышенными сущностями, должны пережить далеко не одно существование. Бесконечная череда страданий в жизни, пути к смерти, посмертий, и по новой. Только сейчас Ферноиль это поняла. Когда хладные когти призраков, павших от рук драконов людей вонзались в её истощённое тело, когда её душу поглощает повелитель восставших из мёртвых… Только сейчас. И это отчаяние, это чувство беспомощности захлестнуло её с головой. Кто позаботится об этих несчастных, не способных умереть созданиях, кроме её врага? Они больше никому не нужны. В их душах нет сил бороться за себя. Они страдают. И он страдает вместе с ними. Когда их души соприкоснулись, она почувствовала это всем своим естеством. Узрела образы, коих не могла видеть. Не только он стал ею, но и она стала им. Но… Он сильнее. Тьма почти поглотила Ферноиль. Её душа почти растворилась, и перестала быть, лишая девушку хоть какого-то шанса на покой в посмертии, как вдруг всё прекратилось. Её ум вновь наполнился ясностью и осознанностью. Больше не было чужих мыслей и эмоций, как и она не была частью другого существа. Она снова живёт! Падая на землю, полностью лишённая сил она узрела, как голову Повелителя мёртвых пронзило странное копьё алого цвета, точно состоящее из застывшей крови. Мертвец пошатнулся, делая шаг назад. Воющие призраки притихли, и растворились в воздухе, будто их никогда и не было. — Почему женщины так любят копья… И целятся мне в голову… — процедил мертвец. В его голосе явно читалась растерянность. — А мы такие! — послышался знакомый голос. Ферноиль узнала его владелицу. Это была Влада. — А в голову я в основном целюсь. Просто подсказала ей, — прозвучал голос Калайи, и мертвец, раздраженно рыкнув, вытащил из глазницы пронзившее его насквозь копьё. Оно тут-же обратилось сгустками стекающей крови. — Я знал, что вы явитесь. Жаль, что не дали мне завершить начатое, — произнёс он, но договорить ему не дали. Неистовый вихрь пламени объял мертвеца, и тот пал на колено. Его броня вновь раскалилась до красна, а плащ задымился чёрной копотью. — И не надейся на это! — проревела вампирша, подбегая к Повелителю мертвых и что было сил отталкивая его как можно дальше от павшей королевы драконов. Она не могла позволить, чтобы это жуткое создание прикасалось к телу, и тем более душе её возлюбленной. — Ты в порядке? — прошептала она, склоняясь, и накрывая Ферноиль своим алым плащом. Холодные пальцы вампирши коснулись её бледного лица. — Я… Я не знаю… Сил нет… — едва выдохнула драконица, собирая все свои силы, чтобы закрыть ладонью сочащуюся кровью и гноем рану на животе. Вокруг неё уже образовались тёмные пятка и гнойные нарывы. Её плоть разлагалась. — Не переживай. Мы спасём тебя, и ты выживешь! — ответила ей вампирша, и её губы на мгновение коснулись губ Королевы, — Я не дам тебе здесь погибнуть. Алые глаза блестели от навернувшихся слёз. Юная наследница вампирского рода явно корила себя за промедление, но новоявленная Королева не могла на неё злиться. Даже боль, до того казавшаяся нестерпимой, куда-то отступила, стоило Владе коснуться губ Ферноиль. В голове драконицы всплыли все тёплые и жаркие моменты их общения, и они помогли ей справиться не только с болью, но и с чувством неимоверного отчаяния, преследующего её с самой смерти отца. Она не одна. И видеть свою возлюбленную перед смертью она желала больше всего на свете. — Спасибо, Влада… Мертвеца же, всё это время отвлекала Калайя. Не смотря на то, что всё это время именно она была его главной целью. Сила её огня не могла полностью сломить Повелителя Мёртвых. Только замедлить. А потому девушка обрушила на него всю свою ярость, чтобы Влада могла взять на руки лишённую сил Ферноиль, и отнести к портальной арке. Той самой портальной арке, которая так и не пала под натиском безудержной ярости правительницы драконов. — А ведь всего этого можно было избежать! — процедил мертвец, замахиваясь мечом. Принцесса-феникс едва сумела заблокировать этот удар своими топорами. — Действительно! Если бы ты не пытался всё время меня найти! — прокричала она, отводя клинок мертвеца в сторону, а за тем, обрушивая на него очередной шквал неистового пламени. — Если бы ты не убегала, ты хотела сказать! — добавил он, словно, полностью игнорируя все потуги принцессы. Его закованная в раскалённый метал рука ухватилась за руку Калайи и та болезенно взвыла. — Ты будешь моей. Ты даруешь моему народу покой! — Никогда! Но мертвеца было не остановить. Он был слишком близок к своей цели для этого, и не мог допустить очередного промедления. Он схватил Калайю за волосы, и со всей своей неестественной силой ударил её об землю. С её губ сорвался болезненный стон. Под хрустнувшей спиной девушки раскололся пол. Сапогом мертвец наступил на неё, продолжая вдавливать в раскрошившийся мрамор. — Сдавайся, и твои друзья уйдут. Даже драконы мне не столь нужны, если ты просто согласишься сдаться, и пойти со мной! — Ни за что! — продолжала сопротивляться Калайя, и очередной сгусток пламени устремился прямо в лицо мертвеца. Его маска отлетела в сторону, обнажая полностью лишённое эмоций бледное лицо. Он и вправду был человеком. Даже разложение его почти не затронуло. Только серые губы, белое лицо и тёмные пятна вокруг белёсых, сияющих глаз выдавали в нём умертвие. В прочем, огонь довольно быстро стёр и эти остатки человечности. От неистового жара кожа сначала, словно, вскипела, а за тем и испарилась. Сияющие глаза лопнули и вытекли из лишившихся век глазниц, и теперь Повелитель мёртвых куда больше напоминал своих иссохших и гниющих подданных. В это же самое мгновение, как только мертвец оказался в замешательстве, Влада расправила свои тонкие перепончатые крылья, и устремилась к нему. В её руке блеснул кинжал. На клинке переливались алые руны. Одним молниеносным и точным движением вампирша рассекла скулу Повелителя, оставляя на маленьком лезвии капли чёрной густой крови, после чего тут же отпрянула в сторону. Мертвеца это явно позабавило. — И что это было? — хмыкнул он, и кожа на его лице вновь восстановилась, точно никаких ранений до этого не было. Она просто образовалась вокруг оголённого черепа из праха и дыма, ведомых потусторонним серым свечением. Казалось, что это свечение преследует мертвеца везде. — Многие изумляются… — надменно ухмыляясь и театрально жестикулируя произнесла Влада, пока всё её тело не оказалось покрыто алым светящимся туманом, — Я — Влада Интегрос аль Кантар! Наследница Высшего Клана Кантар, и каждый мой враг будет изничтожен! — Бессмысленная бравада, — протянул мертвец совершенно безэмоционально. Вместо того, чтобы отвлекаться на вампиршу, он был сосредоточен на своей основной цели — Принцессе рода Фениксов, которая всё это время продолжала лежать у его ног. — А ты наивнее, чем кажешься, — сплёвывая с губ кровь ответила она, и впервые за всё это время лицо мертвеца исказила эмоция. Эмоция недоумения. Его глаза расширились, а губы напряглись, после чего его тело вытянулась и незримая сила толкнула его в сторону. Он ухватился за грудь, словно бы в поисках следа от какого-то удара, но его нагрудник был цел. В прочем, через мгновение по изодранному и опалённому плащу начала сочиться кровь. Его кровь. — Вот оно что, — констатировал мертвец. Пока он пытался осознать, что происходит, феникс вскочила с места, и за её спиной распахнулись пылающие крылья. Буквально через секунду она уже была на огромнейшем расстоянии от Повелителя Мёртвых. Её раны затянулись, и она была готова продолжить бой. Об этом говорила её боевая стойка. Стоило мертвецу дёрнуться, и на него обрушится неистовое пламя. — Так значит, магия крови? — спросил повелитель мёртвых, наконец, отвлекаясь от своей основной цели. Огонь же он и вовсе проигнорировал, уже привычно шагнув из его эпицентра. — Она самая, — ответила ему Влада. В её глазах сиял огонь ярости. Ярости за то, что он изувечил её возлюбленную. За то, что посрамил её, и попытался после этого поглотить её душу. Она взмахнула кинжалом, и тело Повелителя мёртвых вновь свело судорогой. Его рука, та самая, на которой было проклятое кольцо, свернулась, точно половая тряпка, а броня на ней обратилась искорёженным куском металла. — Я не дарую тебе быстрой смерти, чудовище… — продолжала цедить девушка, взмахивая кинжалом. С каждым взмахом тело мертвеца подвергалось увечьям. Сначала она лишила его рук, обратив их в искорёженные отростки, совершенно не способные двигаться. А за тем и ноги, чтобы он пал перед ней на колени. Тем временем, Калайя, укутав по крепче Ферноиль в плащ подруги, несла её к портальной арке. — Поверь, если бы ты была способна даровать мне покой — я бы сразу обратился к тебе, — хмыкнул мертвец, словно не обращая внимания на все потуги будущей Королевы вампиров. И именно в это мгновение её терпению пришёл конец… Нет, она бы могла продлить его страдания, если бы не его невозмутимое, полностью лишенное эмоций лицо. Эта тварь в её глазах была слишком опасна. Повелитель Мёртвых не только разрушил её родину, и родину её подруги, но и покусился на жизнь её возлюбленной. А этого достаточно, чтобы полностью лишить оного жизни. Туман вокруг девушки сгустился. Алые всполохи магической энергии искрили в воздухе, и в её руке образовался маленький красный шар, через мгновение принявший форму бьющегося сердца. — Ты сразу определил мою магию, мертвец, — начала она, глядя на него полным призрения взглядом, — А значит догадываешься, что сейчас будет? — Прошу… — молвил мертвец, не сводя взгляд с сереброволосой девушки. И она не стала медлить. В ту же секунду она вонзила свой зачарованный кинжал в напоминающий сердце сгусток энергии, и по обломкам портального зала пронеслась неистовая волна магии. И исходила она прямиком от мертвеца. Даже Калайя и Ферноиль почувствовали её, и принцесса феникс пала на колени изо всех сил стараясь не уронить израненную подругу. Тело мертвеца содрогнулось. Доспех смялся, и сжал тело до невообразимо жуткого состояния. Из образовавшихся в броне трещин сочилась густая кровь, и глаза мертвеца, наконец, погасли. Вампирша тоже пала на колено. Даже она не ожидала такой отдачи от своего колдовства, пусть это было и самое сильное заклинание в её арсенале. Такое явление могло говорить лишь об одном — они и вправду не до оценили своего противника. Но, тем не менее, у них получилось. Девушка выдохнула, и встала на ноги, убирая кинжал в ножны. Калайя же не могла поверить своим глазам. Впервые за всё то время, что она скрывалась и бежала, она почувствовала, что враг побеждён. Он был сломлен, а его душа, если верить тому, что она читала ещё будучи полноценной принцессой должна была перестать существовать, и волна энергии, сбившая их всех с ног говорила именно об этом. — Я же говорила! — запыхавшимся голосом, и натягивая улыбку крикнула Влада подругам, и на ватных ногах заковыляла к ним. Эта атака отняла почти все её силы. — А ты говоришь… Непобедимый… Бессмертный, — прохрипела драконица, собирая остатки своих сил. Увы, от смерти своего противника гнойная рана в её животе никуда не делась. Однако, победа у них. А это значит, что умирать точно не стоит. — Давай ты не будишь лишний раз разговаривать? — ответила драконице принцесса — феникс, кладя подругу на землю. — Ничего, я подлечусь, и мы отправимся свергать твоего брата, — всё не унималась Ферноиль. — Калайя права. Лучше не напрягайся, — молвила, на сей раз, вампирица. Взглянув на неё, феникс поняла, что эта атака не просто лишила вампиршу сил. Она отняла у девушки и несколько лет жизни. Серебристые волосы странно потускнели, и начали осыпаться, а и без того бледные щёки впали и болезненно посерели. Под потухшими алыми глазами появились серые круги. — По всей видимости, выхаживать нужно вас обеих… — протянула Калайя, глядя на то, как Влада грузно присела рядом со своей возлюбленной. Но они, казалось, совершенно не заметили её высказывания. Вместо этого они просто смотрели друг другу в глаза. Смотрели и плакали. Плакали от счастья, что не смотря ни на что они живы… И снова вместе.