Чёрный Феникс

Саундтрек: The Cinematic Orchestra – To Build A Home ___________________ Всё он правильно сделал. Она просто не понимает, да и не хочет понимать. Они, черт возьми, не простые подростки. Они не попадали даже под определение рядовых воинов. Она даже не подозревает, наверное, как тяжело с собой управляться. Когда кулаки сжимаешь так, что костяшки белеют, чтобы не сорваться, не выплеснуть злобу, когда осознаешь, что впереди ещё столько работы над собой, что руки опускаются. Она не понимала. Нико шёл сквозь ночной лес, не запоминая дороги. К черту. Всё равно. Дыхание рваное, мысли путаные. С чего бы? Аннабет ведь просто расстроилась из-за того, что у нее не получается управлять своими способностями. Просто расстроилась… Костяшки в кровь на правой руке от резкого удара в шершавую кору толстого ствола многовекового дерева. Боль отрезвляет. А он и не заметил, что прохладно стало. Это ничего. Он любит холод. Так, чтобы до костей пробирало и скулы сводило. Он всегда наслаждался этими ощущениями. У неё всё всегда получалось с первого раза... У него – с сотого, и то, если повезёт. Каждый новый приём оттачивался до безумия тщательно, чтобы в момент сражения тело не подвело. Ему всегда было мало того, что он уже умеет. Фехтовальные приёмы изучались самостоятельно, досконально. Он никогда не признавал учителей. Они всегда говорят, что всё получится, даже если это «всё» безнадёжно. У неё никогда не получится, если она не признает своих ошибок и недостатков. Ей предстоит столько мучительных ночей самокопания и анализа собственного прошлого, что и представить страшно. Хочешь узнать, откуда твои слабости и страхи – нужно увидеть их корень и безжалостно его перерубить. Слабым не место на поле битвы. Впереди замаячило пламя. Походка сразу стала кошачьей, всё чувства обострились. Ни единого шороха. Он осторожно отодвинул листву и взглянул на поляну. Два огненных шара парили над землёй, заставляя отблески жёлтого пламени плясать по листьям и траве. Натали стояла посреди поляны и пыталась согреть руки огнем. Огненным дыханием. Изо рта вырывались язычки пламени при выдохе, и они не обжигали кожу. Нико вдруг понял, что это такое – жить с магией. Тем временем она приняла боевую стойку и начала отрабатывать удары. Резкий пас рукой - и огненный выстрел достигает своей цели. Едва уловимое движение кистью - и сильные порывы ветра срывают листья с веток деревьев. Она сжала кулаки и приподняла их на уровень глаз – в земле начали появляться глубокие трещины, она задрожала, как при землетрясении. Движение, и всё прекратилось, прогалины в земле будто заросли. Натали шумно выдохнула. Нико почувствовал, что сейчас начнётся самое интересное. Девушка начала делать, казалось бы, беспорядочные пасы руками. В воздух взвилась груда камней, образовался огненный шар, рядом с которым зависла непонятно откуда взявшаяся масса воды. Натали резко открыла глаза и сделала стремительное движение двумя руками в сторону стоящего неподалёку дерева. Четыре стихии – вода, огонь, земля и воздух – слились потоками в одно целое и устремились в направлении дуба. Через несколько мгновений тот разлетелся в щепки. Он не мог удержаться от того, чтобы присвистнуть. Девушка тут же насторожилась, но когда увидела Нико, выходящего из-за кустов, расслабилась. - А, это ты, ди Анджело. Что, насладился представлением? Простейшие приёмы. Я уж думала, что забыла всё, - она крутанула запястьем, и вокруг ее руки, повторяя движение, пронёсся сноп искр. - Я так и подумал. Знаешь, тоже бы похвастался тем, что умею делать, да только вот скорая смерть какой-нибудь зверушки или дюжина восставших мертвецов тебе вряд ли придётся по душе, - он усмехнулся. - Это ты верно отметил, - она поджала губы, замолчав. – Хочешь научиться? – ясные синие глаза уставились в его лицо. - Спрашиваешь, - он улыбнулся. ΩΩΩ - Ты с ним поосторожнее, - Натали косо взглянула на Нико, который абсолютно по-детски радовался маленькому огоньку, прыгавшему у него на раскрытой ладони. – Это адское пламя. Ты ведь сынок смерти, помнишь? – она едко усмехнулась. - Ага, Норрингтон, я понял. Очень опасно и всё такое, - он перекинул пламя на другую руку. - Нет, ты не понял. Этот огонь не потушить водой. Он будет гореть, пока ты не прикажешь ему остановиться. - Ну и отлично, - Нико пожал плечами. - Дубина, если ты выйдешь из-под контроля, я не смогу помочь! Адское пламя не в моей компетенции, я не создание преисподней, в отличие от тебя. - Ну, спасибо, - он сощурился. Натали пожала плечами: - Такова суть. Давай, потуши его. Нико сжал руку в кулак, и огонёк исчез, оставив после себя пучок искр. - Завтра ты покажешь мне приёмы? Натали раздражённо вздохнула: - Как будто ты оставишь мне выбор. - Ага, не оставлю. Они оба прыснули. ΩΩΩ Уставшие после долгой и тяжелой тренировки, Нико и Перси растянулись на траве, подставив лица солнечным лучам. Вдалеке слышался голос Натали. Она продолжала язвительно оговаривать Аннабет, которая так и не добилась никаких успехов в развитии своего дара. Спокойствие. Такое нужное сейчас! До боли простое и незамысловатое. Многие назвали бы это полусонное состояние скукой и бездействием, но Перси упивался им. Без войны, без смерти. Звуки журчащего неподалёку ручейка смешиваются с пением птиц в отдалении и шумом листьев, превращаясь в единую симфонию спокойствия и умиротворённости. Как же хорошо. Кажется, он начинал понимать, что имела в виду Натали, когда рассказывала ему о внутреннем равновесии. Оно всегда внутри. Это когда на поле битвы ты не взвинчен, а спокоен и уверен в своих действиях, зная, что ни за что не ошибёшься. Движения не рваные, а плавные, но излучающие силу. Гораздо более опасен противник, который уверен в себе и внутренне уравновешен, нежели тот, что находится на пике злобы или жажды мести. Натали показала ему, что в его силах сделать с водной стихией, когда на душе спокойно. Она на его глазах вырастила дерево, целиком сотканное из воды. С листьями, ветвями и даже птичками, которые, казалось, готовы вспорхнуть и отправиться в полёт. Перси тогда был поражён настолько, что не мог даже высказать своего восхищения. Просто смотрел. Он прислушался. Нико высвистывал мелодии, которые подхватывали певчие птицы и разносили по всему лесу. Сын Аида улыбался. Искренне, не вычурно, без усмешек. Спокойствие. Откуда же Перси мог знать, что всего через пару часов Хирон сообщит, что на Лагерь напали, и что требуется срочная помощь? Шаткое равновесие опять нарушится… Ну, а пока вдали раздавался переливчатый смех двух девушек, пение птиц и журчание воды. Спокойствие.