Чёрный Феникс

В тот момент, когда целый батальон солдат растаял в воздухе, словно его и не было никогда, Аннабет поняла, что битва проиграна. Их раскусили, и это по их вине полукровки одни сейчас сражаются с вражеским отрядом. Слишком много на себя взяли, даже не удосужившись предупредить Хирона. Они ведь, мантикора их раздери, хотели, как лучше. Конечно же, не хотели причинить никому вреда. - Мы не успеем, Джексон. Прости, - Натали неловко дотронулась до его плеча. - Кончено, - голос Перси звучал как-то хрипло и надтреснуто. Нико поднял голову и решительно оглядел поляну. - Нет, не кончено. Мы успеем, ясно? Нельзя вот так... просто. Это как раз то, чего они от нас ждут, а мы ведь сильнее, правда? Давай, Аннабет, помоги мне найти тень, - он не мог сосредоточить взгляд на одном месте, перед глазами бегали чёрные круги. - Давай же, чего стоишь?! - Ты не сможешь сражаться в таком состоянии, Нико. Я видела, что с тобой случилось в прошлый раз. - Да плевать я хотел на это! Вы хотите помочь своим друзьям или нет? Боже, какие глупые! Почему бы просто не согласиться, не воспользоваться его внезапным приливом доброты и отзывчивости? Он хотел помочь этим идиотам, которые всё его детство издевались над ним и не принимали в свою компанию, и которые вот так просто и совершенно по-человечески умирали там из-за их ошибки. - Если вы будете молчать еще хотя бы секунду, я отправлюсь туда один, и вся слава за героически одержанную победу достанется мне. Он сделал вид, что уходит, сделав пару шагов в сторону, и обернулся. Оглядеть лица друзей он не успел, потому что кто-то налетел на него и крепко-крепко, до хруста костей, сжал в тёплых объятиях. - О, великий Зевс, спасибо, - Аннабет, смутившись, неловко отпустила его и всхлипнула. - Можно просто Нико, - криво усмехнувшись, он стряхнул несуществующие пылинки с плеч. ΩΩΩ Перед глазами всё плыло, а звуки воспринимались так, будто он находился под толщей воды. Сердце неистово билось где-то в районе горла. Всё же лучше, чем в прошлый раз. Он даже мог различить силуэты Аннабет и Перси, склонившихся над ним. Забавно. Возможно, ему почудилось, но Натали, кажется, оттолкнула их и опустилась рядом с ним на колени. Она шевелит губами, но он не слышит ее слов. Странно... Через тело будто пропустили четырёхсотвольтный заряд. Позвоночник неестественно выгнулся. Когда боль отступила на второй план, зрение, наконец, приобрело чёткость, а звуки стали приобретать смысл. - Что... Что ты творишь, Нор... Норрингтон? – он никак не мог унять рваное дыхание. - Я отдала тебе часть своей накопленной энергии. Видимо, я не рассчитала, прости, - она гаденько улыбнулась, слезая с него. - Ничего страшного, - он усилием поднялся на ноги. Координация немного нарушена, в голове непонятный звон, но, в целом, состояние можно было счесть пригодным для сражений. Отлично. Он снова в деле. - Каков план? - Нет плана, - Аннабет пожала плечами. - Тогда... ни шагу назад, верно? - До самого конца, - Аннабет горько усмехнулась. ΩΩΩ Если вы думаете, что поле боя – это лишь пафосные речи, задорные, ни к чему не обязывающие звуки мечей, с металлическим лязгом бьющиеся друг о друга, то вы чертовски не правы. Вы заблуждаетесь, ясно?! Поле боя – это кровавое месиво из тел поверженных врагов и тех, с кем раньше жарили маршмеллоу на костре. Обезображенные лица некогда прекрасных юношей и девушек. У них был такой переливистый смех... Поле боя – это отвратительный звук ломающихся костей и треск рвущихся сухожилий. Когда чувствуешь, что жить осталось всего пару минут, начинаешь сражаться еще неистовее. Поле боя – это крики. Крики тех, кто мчится в самое пекло, чтобы доказать себе, что жизнь тебе была дарована не зря, и что у тебя есть цель; тех, кто умирает, доживая последние секунды. Это крики тех, кто потерял близких. Страшны крики тех, кого с любимыми разлучила смерть. Пожалуй, эти - самые страшные. А ведь трава на этом поле когда-то была зелёной, помните? Сейчас он почему-то отвратительного бурого цвета. Тоненькие стебельки полевых растений слиплись из-за пота и крови, пролитых на них. Главное - потом, когда будете опознавать трупы погибших друзей, под ноги не глядите... На поприще войны все превращаются в зверей, остервенело, мечом и кровью доказывающих правоту навязанных им идеалов. Не их решения, но смерти – их. Боги, как она ненавидела всё это. Она с ненавистью смотрела на то, как с лиц Перси и Нико исчезали последние нотки человечности, оставляя за собой лишь холодность и беспощадность. Ей было противно наблюдать, как от их рук на землю падали трупы. Это выглядело так чертовски красиво – ловкие натренированные движения сильных парней, несущих смерть. Её передёрнуло. В такие моменты ей не хотелось иметь с ними ничего общего. Натали. Такая хрупкая. Невинная на первый взгляд. Сейчас она без малейшего зазрения совести сворачивала шеи и ломала хребты своим противникам. Подкат под ноги, подсечка, перехват, мощный удар. Красиво. Красивое убийство. Они пока ещё не раскрывали своих козырей – видимо, решили оставить их напоследок. Что ж, пусть. Аннабет сначала тоже хотела сражаться, но, увидев стонущих от боли товарищей, решила сначала им помочь – так больше толку будет. Нужно было их отвести подальше, в относительную безопасность. Они свое отвоевали, хватит. ΩΩΩ Битва все продолжалась. Казалось бы, они уже должны были выдохнуться, но изматывающие тренировки Натали давали о себе знать – ставшие стальными, мышцы не знали усталости. Размеренные, чёткие движения. Перси больше не считал жертв, оказавшихся на его счету – слишком много. Плевать. Он резким ударом вывел из строя ещё одного воина. Вдали послышались рокочущее, раскатистое пофыркивание. А вот и драконы. Что там о них рассказывала Норрингтон? Уязвимое место на брюхе... Его мысли прерывают знакомые голоса. Талия?.. Он в удивлении обернулся. - Я с вами! - бывшая охотница задорно подмигнула и вскинула Эгиду. Выглядела она неважно – слипшиеся волосы, свисавшие сосульками, размазанный макияж вокруг глаз и кровь, залившая половину лица. Было видно, что ей терять больше нечего. - Талия, иди в штаб! Мы справимся! – Аннабет выглядела почти разгневанной. - Нет, я не... Талия не успела договорить. Помешало копье, пронзившее ей живот насквозь. Перси видел окровавленный наконечник, торчащий из складок ее толстовки. - НЕТ! – гигантская стена воды отделяет их от воинов в чёрных доспехах. Теперь у них есть немного времени. Аннабет упала на колени рядом с девушкой. - Талия, Талия, ты слышишь? Не уходи, Талия... - Аннабет тыльной стороной руки утёрла слёзы со щёк. Грязь, смешанная со слезами, оставляла разводы. Талия шептала что-то; синие глаза, казалось, стали ещё яснее, словно на нее снизошло само провидение. - Я не хочу туда, вниз... Я хочу наверх... - хриплый шёпот сложился в слова. – На небеса. Она больше не дышала. Талия. Ей ведь никогда не нужны были крылья, чтобы взлететь... Она и без них парила выше всех. Аннабет кричала во всё горло от боли, но криков своих не слышала. Беззвучные внутренности. Истощенные. Казалось, не здесь, не с ними, не настолько глубоко. Чёрт, больно. Она и не думала, что может быть так внезапно. Всегда была уверена, что успеет подготовиться и принять, как должное. Глупо. С этим не смириться, и дыру теперь не зашить. Как это прозаично – думать, что встретишь смерть дома в старости. Их будто бы запихнули в какой-то сюрреалистический фильм, снятый сумасшедшим режиссёром. У картины не было спонсоров, поэтому пришлось снимать реальность. Жестокие гримеры не наносили краски на тело, они рисовали кровь лезвиями на коже. - Нико, она попадёт в Элизиум? – голос Аннабет дрожал. В ответ тот нахмурился и приложил пальцы к вискам. Через пару мгновений он вдруг широко распахнул чёрные глаза и вдохнул поглубже. - Она уже там. Перси глубоко и часто дышал, втягивал в себя воздух с запахом крови и металла. В голове не укладывалось. Он не принимал этого, просто не хотел. Он не имел понятия, как, почему и когда, но одно он знал точно: кто-то поплатится за это. Грязь, смешанная со слезами, оставляла разводы.