Застывшая в мирах

Когда Ярослава зашла в класс, сжимая в руках портфельчик не то от волнения, не то от раздражения, Андрей подумал: обычная девчонка, каких в детском саду и за несколько недель в школе успел повидать. Когда хмурую девчонку посадили рядом с ним, Андрей решил не обращать на неё внимания. Ну что поделать, не повезло. Когда девочка с кривыми хвостиками не активно, но проявляла себя в классе, как заучка, стало интересно: а улыбаться этот ребёнок вообще умеет? И началось. Князев и дёргал её за ленты, и банты периодически срывал, получая лишь короткий взгляд карих глаз. Смотрела она так странно, по взрослому, как мать на неразумное дитя. Обидно было втройне за такое. Мальчик, между прочим, не маленький уже! К лёгким поддразниваниям (лишь спустя время Андрей понял, что так пытался лишь внимание привлечь) вскоре присоединились другие мальчишки. Становилось всё хуже: кто-то прятал сменную обувь, из-за чего девочке пришлось по лужам в лёгких туфельках идти (как не заболела только?!), а кто-то и на без того короткие волосы прилепил жвачку. Смотреть на происходящее без слёз было нельзя, но Андрей поставил цель и шёл к ней, несмотря на все преграды. В тот раз, когда Князев заметил ту самую книжку, что Рихтер так бережно листала, мальчик принял решение. За которое получил по голове словарем и кулаком в глаз. Девочек бить, конечно, нельзя ни в коем случае! Но вся эта ситуация подействовала на мальчонку как-то странно. Получилось. Вот, злится. Злится настолько явно, что не только по глазам видно, но даже по лицу, походке и всему остальному. Телом как будто кричит: не трожь, зашибет! Зашибла знатно, рука у девчонки оказалась неожиданно тяжёлой. И стало неожиданно хорошо. Хмурая, нелюдимая Ярослава ожила для Андрея, заискрила разными цветами и перестала быть чёрно-белой. Вместе с протянутой ладошкой и предложением о новом знакомстве в голове мальчика появилось новое знание: Ярослава не такая, как другие девчонки. Совсем другая. Андрей и до этого знал, что по странному совпадению они жили в одном доме и даже в одной парадной. Благо, квартиры не напротив друг друга, а на разных этажах. Из-за такого близкого соседства они едва не спали вместе под общий смех взрослых. Тощая девчонка неожиданно так плотно засела в жизни Князева, что годы без неё как-то уже и представить сложно. В школу и обратно вместе, провожать её до музыкалки и гулять после. Обедать и ужинать у кого-то на квартире (под причитания мамы о том, какая же Яра худая), слушать друг друга, иногда перебивая-дополняя, но так правильно и привычно, что обижаться друг на друга уже не получается. Когда на телеке впервые прокрутили рок-оперу, Рося прибежала к нему со скрипкой в руках, загадочно улыбаясь. Дюху это особо не интересовало, но слушать её было интересно, и мальчик мог сказать, что девочка чувствовала тоже самое, когда он сам начинал говорить. Сейчас, в бодлоне и вязаной юбке, уже не такая тощая, а старательно откормленная матушкой уже не месяцами, а годами, Яра сидела на полу и слушала друга внимательно. Сказочный мир друга ей в душу запал настолько, что выходить из него она не хотела совершенно. И игры частенько у них теперь были именно на эту тему. В 1984, когда семья у Рихтер стала больше и в жизни их появилась тётя Маша и Боня, маленький кричащий комок, над которым одиннадцатилетняя девочка кудахтала под смех взрослых и самого Андрея, стало значительно веселее и как-то правильно. Словно когда-то было также, но чуть-чуть по другому. А сейчас до дрожи всё как надо и на своих местах. — Добрая ведьма вместе с ослом попала в деревню, где много-много людей болело. И снадобьями, зельями и травами лечила она всех, кто помощи желал, — Андрей смотрел в люльку, что слегка покачивалась, ребёнок смотрел на него в ответ взглядом "ну чего заглох? продолжай", а Ярослава старательно давила хохот. — Но были и те, кто ведьму не взлюбил, из-за чего те на неё охоту объявили. Таинственности у мальчишки в голосе было хоть отбавляй, несмотря на пасмурный, но светлый и относительно тёплый день. Девочка в момент запинки в ту же секунду толкнула его локтем в бок и чуть-чуть нахмурилась. — Цензура. Мне без неё расскажешь, а Бо такие вещи знать не нужно, — и не скажешь же ей, что Бажена пока не понимает ничего. Ибо смотря на них, складывалось впечатление, что нет, даже младенцы что-то понимают. — Ну так? В такие моменты Князев понимал, что фингал под глазом в первом классе того стоил. Да, ходили они оба после такого как две ёлки новогодние, но ближе этой девчонки после того происшествия у мальчика никого в школе и не было. — И вот, поздно ночью, сельские жители пробрались в дом ведьмы. Но не было там никого. Паутина, пыль и хлам. Словно никто не жил в старой лачуге уже много лет. Боня в коляске прикрыла великодушно глаза и задремала. Друзья меж собой переглянулись и тихо дали друг другу пять. Начался дождь.

***

Сбоку послышался тихий ослиный рёв. В тёмном лесу, освященном множеством факелов, издавать лишние звуки в их случае было опасно для жизни. Шаг влево, шаг вправо, лишнее иа-иа и на костёр. Девушка, кутаясь в капюшон и тёплую накидку, потянула не сопротивляющееся животное за собой в сторону оврага. Уж лучше волки, чем пепелище или топор палача. Осёл в очередной раз тихо заревел. В интонациях животинки, на удивление, угадывалось недовольное "ну я же говорил, а ты?". Впрочем, ведьма только шикнула на это, получив очень выразительный взгляд в ответ. И надо было ей случайно напоить его таким зельем, что дало этому ослу своё собственное "я". — Тише ты. В овраге нас искать не будут, — она потрепала ласково животное по морде. — Отсидимся, а там, глядишь, проскочим и до града ближайшего. А может и до деревни. Неозвученное: "всяко лучше, чем на погосте", повисло меж ними и уходить не собиралось. В уставшем взгляде осла повис вопрос "за что мне все эти муки?", в ответ на который ему просто пожали плечами. Благо, морковка и яблоки, что давала травница, были сладкими, а то в ином случае от этой девы животное давно бы сбежало. За ночь, в которую неравнодушные жители осветили лес так, словно был божий день, никто их так и не нашёл. — Повезло, — озвучила мысль ведьма, похрустывая припасённым огурцом. "Ещё как" — подумал уже осёл, уминая свою порцию овощей.

***

Весна 1988.

Андрей смотрит на Ярославу. Ярослава смотрит на Андрея. Всё. Финита ля комедия. В следующую секунду парню под аккомпанемент шума коридора и пробегающей мимо малышни скрученной тетрадкой прилетело по лбу. Уже не первоклассник, а целый выпускник, скрючился для вида. Но удар был шуточный, и на эту сценку подруга, сидящая, как и он, на подоконнике, только глаза закатила. — Знаешь, натворить столько ошибок в сочинении нужно было, конечно, постараться, — фыркнула, раскрывая тетрадь. — Дюш, аттестат это конечно дело не первой важности, но двенадцать двоек – это что-то как-то не правильно. Влюбился, что ли? Не самая красивая, но точно симпатичная девочка их выпуска, Яра так особо и не изменилась за восемь лет. Вытянулась немного, пока что была одного роста с другом, приобрела кое-где обычные для девчонок четырнадцати лет округлости. Девочка-отличница, пионерка, музыкант, и просто хорошая девушка, с которой было о чём поговорить и говорить всю жизнь подряд (с той же строящей каждому второму Веркой из А класса болтать было не о чем). Пауза как-то затянулась, из-за чего темноволосая стрельнула в друга вопрошающим взглядом карих глаз. "Ага. В тебя", — чуть было не ляпнул Князев, но вовремя успел смолчать. Ярка бы это по серьёзке не восприняла бы уж точно, а в шутку такие вещи говорить тоже неправильно по отношению к ней. Состроив виноватую моську, парень слегка потупил взгляд в пол. Снующая туда-сюда детвора лишь картину маслом дополняла. Андрей знал, что Ярослава прекрасно всё понимала и без слов. У горя лукового, как ласково называла его матушка, а с недавних пор и сама Рося, в отношении любых наук дело шло с огромным скрипом и трудом. Там, где сам Князев переваливался как мог и падал, на помощь поспевала Рихтер и вместо того, чтобы подавать патроны, сама вставала за оружие и патроны подавал уже сам Андрюха. Яра не теряла надежды, а Андрей как-то не спешил её от этих мыслей приостановить. — Яр, ну ты ж сама знаешь, — болтнул ногой он, но оглянулся в поисках учителей в коридоре. Всё таки, даже дежурным запрещалось сидеть и ничего не делать. Но повязанный набекрень алый галстук картину дополнял двоякую. Смотря на Андрея, хотелось лишь спросить, как дежурным то стал? — Сдалось мне это всё. Ты же сама в училище идёшь. Девушка выгнула бровь, очевидно, научившись у друга делать это так, чтобы всем лицом показать всё своё отношение к ситуации. Тот даже хихикнул слегка. — Я иду в музыкальную консерваторию потому, что там будет движуха, интересная мне. А у тебя без ПТУ шанса как-то нет, ибо кто же поможет тупому устроиться в жизни? Андрей наигранно надулся, из-за чего слегка толкнул локтем Ярославу. Та, фыркнув и скинув отросшие волосы с плеча, толкнула его в ответ. Великую битву не на жизнь, а на смерть, где смертельным оружием под названием щекотка была повержена Яра, остановила проходящая мимо учительница. Подростки вскочили с насиженных мест и на удивление в унисон от неожиданности поприветствовали классную руководительницу. — Рихтер, ты бы за другом своим лучше следила. А то он и тебя утянет в своё тёмное болото плохих оценок, — покачала головой женщина. — Ещё про репетицию не забудь, а то Князев вечно сбегает. — Всё будет в лучшем виде, Анна Васильевна, — если дело доходило до того, чтобы строить из себя девочку-одуванчик, то тут Рося справлялась на все сто. Но это до того момента, пока она не открывала рот. — А в болоте у Андрея весело. Там всякие кракозябры живут. Андрей слегка дёрнул её за рукав выглаженной рубашки, приостанавливая поток слов, а Ярослава только голову вскинула удивлённо. Она ещё даже не начинала. Учительница на такое пассивно-агрессивное послание из разряда "я приму к сведению, но сделаю всё по своему" только покачала головой и махнула уже рукой. За годы практики такое было не единственный раз. Тишина в коридоре нарастала постепенно, из-за чего выпускники спешно собрали свои вещи и направились в сторону своего класса. — Чего за репетиция то по итогу? Рося вздохнула, закатывая глаза. — Тебе повезло, что я сегодня добрая, — А по мгновению раньше такое сказать сложновато, вообще-то, думается юноше. — Репетиция вальса. Последний звонок. Всё же это совсем скоро будет. Князев кивает с умным видом, принимая к сведению и планируя снова избежать искусной пытки, но Рихтер этого уже точно не допустит. Схватив друга за рукав, девушка потащила его к их парте и села на своё любимое место у окна. Андрей только для вида повздыхал, но устроился рядом и достал одну из тетрадок, что была менее исписана другими предметами. История проходила уныло под веселые звуки с улицы и около-солнечную, удивительную для Ленинграда погоду. Многим так и хотелось выскочить на улицу и предаться относительно детским забавам, хотя эти же люди старательно строили из себя взрослых и всезнающих. Андрей слегка толкнул локтем в бок Ярославу, из-за чего та подняла на него слегка рассерженный взгляд. В отличии от некоторых, она все же вела конспект, хотя иногда Дюхе казалось, что подруга и без школы все это уже давным давно знала. В светлых глазах не парня, а словно ещё мальчонки была какая-то осязаемая грусть, из-за которой девушка отложила ручку и слегка повернулась в его сторону. — Яр, — он шептал так тихо, насколько мог, но почему-то паника из-за глупых мыслей только нарастала. — Ну, вот выпустимся мы. Пойдём в разные места учится дальше. Но общаться-то ведь будем? Шатенка едва не прыснула, но старательно сдержала сей порыв и положила свою ладонь на такую знакомую, но побольше. — Дюш, ты чего? Мы в одном доме живём, у нас связь едва не с детского сада. Как я смогу без тебя жить-то? — в глазах напротив вновь мелькнуло что-то такое взрослое, чужое, но всего лишь на секунду. — Мне кажется иногда, что я знаю тебя целую жизнь и даже больше. Рося не врала, сильнее сжимая его руку в своей. — Мне тоже. Все волнения сразу исчезли. Ярослава, убедившись, что всё в порядке, подумала только о том, что все эти слова были громче всяких признаний в любви.