Застывшая в мирах

Что Миха забыл у капеллы, где была сегодня репа у Ярославы, он сам не понимал. Было ли это действительно обещание для Князя приглядеть за его подружкой (только слепой на первых из множества репетиций проводов не заметил, как эти двое смотрят и жмутся друг к другу), или же желание доказать что-то для того же Дрюхи, типа, смотри, она тебе не пара, да даже дружить с ней нельзя, какая дрянь. Наверное, эта неприязнь была из-за того, что они были в некоторых аспектах похожи. Могли вспылить не всегда там, где надо, порой вели себя, как две сорвиголовы, и многое, многое, многое. Правда, было удивительно, что на различных тусовках Роська спокойно позволяла завладеть вниманием Дрюхи на все сто (она же, ну, девушка, которой нравился Дрюха). Они никогда не бросали её одну на левых хатах, дама всё-таки, но Рося словно почему-то была уверена в том, что всегда будет второй, третьей, четвёртой… И никогда первой. И это бесило тоже. Вот до трясучки. Потому что у него самого внутри скребли кошки от одной только мысли о чём-то подобном (и Миша поэтому всегда действовал, удивляясь, почему же Яра не делает этого в ответ?). Она вышла вместе с блондинкой из входа сбоку, который давно уже именовался главным. Тихо смеялась, но отчего-то нервничала. То волосы поправляла, то юбку (зану-уда-а какая же, ну где же эта нотка авантюристки в ней с первой встречи?), то футляр на плече. Подруга это то-ли не замечала, то-ли знала причину, потому старательно что-то щебетала, отвлекала, но не помогала. Они вышли со двора к мосту, из-за чего, очевидно, Рихтер быстро заметила знакомую фигуру музыканта. Спешно попрощалась, кажется, нервничая от этого ещё больше, и двинулась в его сторону. Миша всё ещё не мог понять, почему эта девушка не выбрала поступить куда-нибудь на актёрское. С её талантом по щелчку менять настроение, из напряжённого в радостное, с лёгкими нотками надменности, приняли бы на факультете как родную, ей богу. Но даже мгновенное преображение не помогло девушке скрыть истинную природу своих чувств. А ещё Горшок заметил, что она так старательно прикрывала волосами. И, если честно, охуел. На правой щеке у Яры синел след от пощёчины с лёгкой царапиной. Свежее, ещё не желтеющее пятно. Недавнее. Рихтер оглянулась, сжала губы и почти всю спесь растеряла, что была до этого. В голове у неё не то шестерёнки громко работали, не то слишком очевидные мысли читались на лице, потому что Мишка сразу понял, что она старательно хочет увильнуть от этой явно болезненной темы. Однако что он за мужик, что он за друг, раз не может помочь даме в беде? — Ну и че за хуйня творится? Месяца не прошло, Роськ, я думал это я тут спец куда-то влипать. Он пропал на неделю полторы из жизни вообще, шатаясь по притонам, но первым делом всё равно поспешил сюда, не надеясь, правда, на успех в том смысле, что не знал, где будет репа. И всему виной дурацкие обещания и совесть. Яра нахмурилась. Она и послать хотела, и пнуть, и избить, наверное, тоже, потому что злости в этот момент в карих глазах был едва не океан. — Мы не настолько близки вроде, чтобы ты мои проблемы решал, — шумно выпустила воздух из лёгких, стараясь взять себя в руки. — Я большая девочка и… — А я дал обещание Дюхе за тобой приглядывать. Поэтому не нуди и быстрее говори, в чём дело и кому нужно набить морду. Рося как-то неопределённо повела плечом, отводят взгляд в сторону. Злого Горшенёва, Рихтер уже знала по опыту, изводить дальше было нельзя — стало бы в разы хуже всем без исключения. Однако и признаваться в своей ошибке тоже желания не было. Миша от нервов положил руки на бока и слегка закинул голову назад, смотря как бы снизу вверх и говоря тем самым и позой, и взглядом то, что очень сильно ждёт. А Яре было всё ещё страшно и стыдно. Но набралась духу и смелости она как-то очень быстро. — Это начальник. Бывший уже. Обнаружил недосдачу на кассе и решил спустить гнев таким образом, — сделав лёгкий шаг назад, Рося сложила руки на груди. Закрывалась, но продолжала говорить. — Я уже всё решила. Правда, теперь мне несколько опасно бродить по Центральному. — Ну и че решила? — Во-первых, вчера был мой последний рабочий день в том сраном магазине, — о, Князя можно было даже понять, проявляющая какие-то живые эмоции Ярка действительно привлекала внимание. — Во-вторых, ему придётся потратиться на шиномонтаж. Миша непонимающе нахмурился, а Рося на это закатила глаза. Почему-то в этот момент оба особо не думали о своей недоненависти, словно Андрей был как обычно тут и остужал весь пыл их разговоров. Шатенка полезла в сумку, ранее не замеченную Михой, и достала от туда швейцарский нож. Он даже присвистнул, запривидев эмблему щита и креста на красной поверхности. А когда увидел, как девушка отводит в сторону большой нож и штопор всё встало на свои места. Наверное, их отношения начали теплеть именно в этот момент. Миха заржал, согнувшись в три погибели, потому что воображение рисовало смешные картины того, как происходила порча чужого имущества. Обязательно ночью, обязательно у хаты этого хрыча, обязательно с маской на лице аки ниндзя. Яра, сначала склонив голову набок, наверное, подумала о том же (боже, она действительно похожа на Дрюху, мысли читает только в путь!), потому смех поддержала почти сразу же и даже расслабилась, что было удивительно. — Бляха, ночной неуловимый мститель. В главных ролях: Ярослава Рихтер и неопознанная тачка старого хрыча. — Бля, я говорила, что он старый? Просто он реально старый. Пара мгновений, и смех продолжился с новой волной так, что проходящие мимо прохожие решительно оглядывались на молодых людей, явно считая их балдёжниками ни от мира всего. До метро шли, уже как-то знакомо и привычно (хотя на памяти Миши не было такого ни разу) куря одну сигарету на двоих, выступившую у них чем-то вроде трубки мира. Ярослава рассказывала что-то о мелкой, музыке и работе, а Михаил слушал в пол уха, кажется, впервые видя эту девчонку настолько живой. Напротив одного из магазинов Яра задумчиво остановилась и бросила на Мишу полный таинственности взгляд. — Ты со мной до метро, или до Купчаги проводишь? — А ты сегодня решила всех побеспокоить своим лицом? — Надо Мелочи конфеты привезти и хотя бы чуть-чуть с ней побыть. К бабушке её отпускают с переменным успехом, — она уже сделала несколько шагов по лестнице вверх и посмотрела уже с некоторой смешинкой. — Или грозные анархисты боятся маленьких детей? Миша был полон возмущения, но и неожиданного (почти забытого, хотя Дюша уехал совсем недавно) тепла тоже. Потому что шуточные перебранки с Сашкой или кем было ещё были не такими заводящими, как с кое-кем. А здесь он испытывал если не те-же, то почти те-же эмоции — предвкушение, радость, беспокойство (фу, за неё?), интерес. И Мише казалось, что это было взаимно. — Да я? Я и бояться детей?! Пошли быстрее, я сам куплю эти сраные конфеты для Кнопки! Миша вбежал в магазин, как ужаленный, а Яра весело бежала за ним следом и смеялась, никак того не скрывая. Потому, что 17 мая было ровно месяц назад? — Возьми ромашки! Возьми побольше, я тоже чуть-чуть украду. — Не просто мстительница ночная, но и воришка. Кто тебя такую воспитал вообще? — Оперуполномоченный по Фрунзенскому району Рихтер Вадим Владимирович, вообще-то. Знай, помни, а мной гордись, — и улыбнулась так живо и игриво, как никогда ему не улыбалась, сложив руки за спиной и слегка наклонившись вперёд. Мишка фыркнул. Кажется, они действительно были похожи. Даже больше, чем он мог предполагать. «…Сейчас всё более менее спокойно. Отыграли несколько песен там и сям. За Хвостиком твоим пригляд особый — всех гоним и защищаем ото всех. От тупых начальников тем более! Почему-то ты не говорил, что Роська, оказывается, с характером и злить её не следует. А то придет ночной мститель и пизда рулям…»

»… Рад, что без меня всё продолжает идти также гладко, как со мной…

Вы что, помириться без меня вздумали? Это славно, я даже очень рад, но для этого мне стоило уехать ещё раньше.

И да. Ярка всегда такой была. Я разве тебе не говорил, как она мне врезала в первом классе?..»

Ярославе было страшно. Общаться с Мишей, сближаться, слушать его мысли и намётки песен — весело и грустно, потому что казалось, что это всё стало началом конца. Пока что всё было не так плохо. На опиаты и что-то более весёлое ни у Михи, ни у его окружения явно не было денег, из-за чего обходились ЛСД, травкой и чем-то ещё. Рося никогда не спрашивала, замечая расширенные зрачки, а Миша никогда ничего не говорил на долгий грустный взгляд. Можно было легко развести Горшенёва на слабо. С тем, как он заводится с полоборота, это легко можно было провернуть, однако и страшно тоже — вдруг ситуация станет хуже? Поэтому Рихтер просто решила плыть по течению. Срабатывало всегда безотказно, потому что потом всё становилось понятнее, чем сейчас. В её голове знакомый голос просил не пропустить потом и не перепутать с нынешним сейчас и засмеялся звонко, словно с переливом колокольчиков. И противно одновременно. Раздался тягучий звонок в дверь. Так звонили либо менты (Яра жила тихо, пиликая на скрипке лишь в разрешённое время), либо Мишка, мстящий за тот самый протяжный звонище в дверь. В глазке виднелась хмурая физиономия Мишутки. Страшно было представить, чем он был так недоволен, да и за собой девушка не могла припомнить ни одного грешка перед этим человеком. Открыла дверь она несколько спешно и с лёгким волнением. На первый взгляд, Горшок был очень даже трезв. Однако притопывал нервно мыском кед и постоянно хмурился — нервничал и от чего-то даже переживал. — Меня, то есть, больше нас, с квартиры выгнали, эт самое, — казалось, что ещё секунда, и Горшенёв сбежит от её двери, с парадной и вообще с Васьки навсегда, насколько было ему не комфортно. Яра старательно сдерживала смех, а с многолетним опытом передружбы с Князевым у неё это получалось прелестно. — Не хотелось бы к родакам возвращаться. Не могла бы приютить на пару ночей? Ярослава вскинула брови. Такой поворот событий она не ожидала совершенно, но внутри ничего не отозвалось негативными чувствами и ощущениями. Словно это было нормально, словно что-то такое было всегда, словно они действительно были очень близки для таких просьб. Но разве нет? Рихтер оглядела Горшенёва и его немногочисленные пожитки. Небольшая спортивная сумка, гитара и подозрительно знакомо бренькающий пакет с бутылками. Ещё и задобрить решил, зараза такая. — Да хоть на неопределённое время, — фыркнула, пропуская вперёд. — Правда, придётся нам с тобой придерживаться законов общежития и некоторых правил, — о, она спиной чувствовала, что будущий анархист, только начинающий свой путь на этом поприще, закатил глаза. Наверняка мысленно ещё и занудой называет. — Не-не-не, не начинай мне тут. Если замечу, что куришь или употребляешь, — на моську из разряда «Я?! Да ни в жизнь!» она состроила ответную «Я всё знаю, знаю всё давно». — То вещи выставлю в коридор, и мне будет насрать на то, что с ними будет потом. — Да че так жёстко то сразу? — парень, надувшись, разулся и застыл в коридорчике истуканом. — Так нечестно к друзьям, вообще-то! — Потому что это всё моя территория, на которую я тебя пускаю, и мои личные границы. Имею вроде какие-то права на что-то такое, не на находишь? — она закрыла дверь на все замки, давняя детская привычка той далёкой жизни, и выдала новому соседу домашние тапочки, особо не следя за его реакцией. — И ещё. Шуметь только до одиннадцати вечера, иначе бабушки-соседки вместо меня тебе тростью по башке заедут и уже вдвоём будем искать новую квартиру. Кстати, вы же вроде около года на той хате жили, почему вдруг выгнали? Миша неловко отвёл взгляд в сторону. Наверное, всё ещё удивлялся тому, что его так легко пустили. Рося почему-то не спрашивала, почему он не ломанулся к кому-либо ещё, а он не спрашивал, почему она не ищет других соседей для съёма квартиры (потому что это что-то более личное, а они вроде стараются делать вид, что не близки совершенно). — Там ментовка под нами была. Видимо, устали терпеть шум, гам, тарарам, — молодой человек невинно пожал плечами, словно не он сам был инициатором всего перечисленного. От этого Яра уже не смогла сдержать смех. — Ну че, показывай хоромы, Княжна! И заржал уже сам, слегка отбиваясь от шуточных ударов по рукам. Когда двое успокоились, Ярослава провела краткую экскурсию по небольшой двушке. На вопрос, зачем красивой одинокой даме такие апартаменты, красивая одинокая дама сказала, что хотела, вообще-то, трёшку. Вопрос не решился, но Михаил с видом знатока покачал головой. Уже на кухне, когда Миша оставил свои пожитки на диване, они сидели за столом и пили из огромных кружек чай, изредка поглядывая на принесенный пакет. После того, как Яра съехала от родичей, прикупила сразу несколько таких на Апрашке, да будет благословлен этот рынок. В какой-то момент Рихтер фыркнула и откинулась на спинку стула. — Показывай, что принёс. С видом джентльмена, даже состроив поклон, Мишка достал с видом заговорщика две бутылочки жигулей и яблочного сидра. Внутри Яры неожиданно разлилось тепло — единственные, кто помнил о её ненависти к почти всем пивным напиткам, были родители, Андрей и баба Настя. Теперь ещё и Миша. Он отчего-то тихо усмехнулся, протягивая даме её личную бутылку. — Прошу, мадам Жоржетт! — Благодарю, мисье! — открыв швейцарским ножом, что всегда был рядом, заветный бутылёк, протянула любимую вещицу сидящему напротив. — По одной, и будем добираться до Эрмитажа. Уже не такой злой Миша вскинул непонимающий взгляд. Потом скосил глаза на ножик в руках, и снова на сидящую аки заговорщик и бандит Яру. Понимание пришло мгновенно, как и желание чокнуться за хорошую мысль. — Куда идём мы с Пятачком большой, большой секрет! — завёл знакомый с детства мотив парень, глядя, как заливается смехом девушка напротив. — И не расскажем мы о нём и нет, и нет, и нет! — сразу же поддержала песенку девчонка. В голове Мишки проскользнула интересная мысль, на которую Роську пришлось уговаривать месяца три. Однако на четвёртый в Там-Таме она уже пела на бэках их некоторые песни. "... Незавидна судьба твоя, о, друг. Но с заданием справился ты на все триста. Девчонкам обложка что внутри, что снаружи зашла, парням тоже. Успел ровно в срок. Мы в тебе не сомневались. Небольшие выступления продолжаем. На твой молчаливый вопрос о том, будет ли Роська в записи – нет, встала рогом. Но Мария у неё и Шурки идёт ниче так! Они, кстати, сдружились. Ходют коршунами вокруг меня и спиться не дают спокойно. Сбегай оттуда поскорее. Но сюрприз дождись!... "

"... Сюрприз пришёл. Сюрприз поблагодарил за новые тетради и не скудный паёк (вы там сами не голодаете, случаем?). Вам тоже отдельная благодарность. Старые я всё таки со всех сторон исписал, а Ярка обещала их привезти в целости и сохранности. Погляди черновики, может, найдётся что-то интересное…

Надеюсь, что встретили её и не оставили в беде. С её слов, ты должен знать, на каком поезде она примчит. Уезжала грустной. Что не поделили в этот раз?... "

Новое выступление в том или ином клубе для Яры было волнительным (она всё ещё не понимает, как Миша смог её уговорить). Никогда не знаешь, что будет в то время, когда поёшь, потому что ещё ни разу все не шло по плану Михи. То он сам все забывал к чертям, то забывали другие. Ребята в самом начале настояли на сценическом образе, и тут у всех понеслась душа в рай, хотя балом, на удивление, заправляли в основном Балу да Горшок. И последний в большей степени. Так нашлось применение рваным колготкам и старым белым рубашкам, где рукав укоротили значительно и не аккуратно (Горшенёв очень старался и творил это действо под очень злобный смех на кухне). Где-то достали корсет и юбку в тон – всё черного цвета. И как-то так получилось, что среди ребят Роська была самая "упакованная". Саша едва не в самом начале выступления выпрыгивал из футболки, Миха держался до середины, и только Лёша поддерживал Яру в её самом одетом образе жизни на сцене. Своё ребята уже отыграли и сидели за одним из множества столиков, что были в клубе. В этот вечер, наверное, они были самыми известными в этом заведении. Как никак, у Короля и Шута уже было две трансляции по радио, что было первым шагом к успеху. Рихтер неловко поправила юбку, возвращаясь обратно с короткого перекура. В этой компании она всё же стала чаще курить, но и нервничать тоже (чего стоили внезапные закидоны Горшка). Она не хотела быть ответственной за кого-либо, но видно, пока Андрей не вернулся, горе-музыкант пока будет рядом с ней. А потом? Яра прошла бы мимо очередной потасовки, сколько она таких повидала не только в этих стенах, однако глаза зацепились за молодую девчонку, которой, кажется, и двадцати толком не было, дай бог восемнадцать. Кто-то натянул её волосы на кулак и разложил на столе, как последнюю шлюху, и едва не начал совершать отвратительное действие. Увы, мозг сработал позже, чем тело, и Ярослава кинулась к этому самому столу, что благо, был не так далеко от тех, за которым сидели остальные пацаны. Лишь бы Мишка и Балу заметили и пришли. Хотя бы кто-то. Пожалуйста. Заметьте. — Ребят, вы чего так с моей подругой? — она голос специально повышает, однако в общем гомоне это становится едва слышно. Лысый, что удерживал девушку за волосы, поднял на Рихтер взгляд и как-то слишком похабно усмехнулся. Рося сильнее сжала ключи от квартиры в ладони, вспоминая правильный хват для того, чтобы врезать посильнее (спасибо папе и жизни за такие знания). Страшно. — Я не хочу звать наших друзей, давайте разойдемся мирно, а? Послышался второй смешок, уже прямо под ухом. Кто-то стоял сзади, дышал в шею и затылок, но Яра продолжала улыбаться, хотя коленки тряслись как на морозе от страха. — Певичка пришла? Так нам будет только веселее. Какая разница, наверное, с кем сидеть и у кого, да? Блять. Пизда. Приплыли. Незнакомец обхватил её за талию, прижимая к себе вплотную, спиной к груди, а другой рукой повернул голову девушки так, чтобы самому удобно было, чуть сжимая чужие щёки. — Споёшь нам что-нибудь, певи-ичка? — и заржал, как и второй мужлан за столом. Безрассудность в группе видимо была заразной и передавалась воздушно-капельным путём от одного индивида, либо то было действие алкоголя, который она почти не пила (даже без Дюши почему-то о ней не переставали заботится, что душило неимоверно). Рихтер слегка склонила голову в бок, освободив тем самым своё лицо, однако рука почему-то перетекла на шею, и усмехнулась. Повезло, что туфли были на небольшом, но тонком каблуке, из-за чего удар по ногам вышел больнее. — Я, вроде как, руки распускать не разрешала, — и замахнулась локтём в чужой живот. Ярославу резко развернули, прижимая бёдрами к столу. Пальцы сжались на шее, а бешеный взгляд такого же лысого, как и позади неё (выглядит это отвратительно), не то раздевает её, не то убивает. — Куколка, доиграешься же, а, — усмехнулся, склоняясь ближе. Яра очень хотела бы избежать любой близости с такой мразотой, но никак не могла решиться пнуть этого недочеловека в пах, боясь, что упадёт следом. — Всё могло закончится по хорошему. Мы бы даже заплатили вам за такие прекрасные мордашки. Послышалось громкое "Блядь!" со слишком знакомыми интонациями. То, что мясо будет – было уже слишком очевидно. Потому что Мишка разруливать ситуации мирно не любил, а эту так тем более не станет. Пальцы на шее сжались сильнее, Рося могла, но не стала бы отвечать на любой выпад сейчас, лишь старательно руками сжимала чужие запястья. Страшно. Слишком страшно. Это всё?... — Алё, гараж! Вы че к девкам пристаёте, совсем охуели? Миша выглядел злым. Таким злым Рося его не видела никогда, и это было ещё страшнее. Летящие на всех парах остальные тоже радостными не выглядели. Одним из плюсов прихода знакомых стало то, что пальцы на шее расслабились и дышать стало легче. Горшенёв подошёл ближе и стрельнул на мгновение глазами в сторону того мужика, который всё ещё держал Росю. Она замерла, отчего он кажется только больше стал злиться, но веки на пару мгновений прикрыла. Толкай, а дальше мы сами. Спасибо. — Слушай, братан, давай мы сами разберёмся? А, так певичка ваш- Договорить незнакомец не успел. Ярослава наконец-то набралась решимости, головой, но больше лбом попадая в чужой нос, а каблуком вновь попадая по той же самой больной ноге (уже чисто случайно). Миха сразу же схватил горе насильника за плечи и бросил на пол – выглядело это неожиданно от такого, казалось бы, худого и слабого Горшка. Послышался вскрик позади. Та самая девчонка, которую Рося кинулась защищать, прижала ладошки к губам и выглядела настолько испуганной, что её, такую маленькую и глупую, хотелось просто прижать к себе и увести из этого места, да отпоить чаем. Балу приобнял подругу за плечи, косо поглядывая назад, на ту самую девочку, рядом с которой уже крутился Лёшка. Как-то неожиданно грустно покачал головой и прижал к себе ближе, закрывая обзор на разворачивающуюся драку, что продолжала набирать обороты. — Безбашенность заразительна? — самый трезвый в их компании, Саша вполне мог кинуться на помощь другу, да только тот заранее попросил присмотреть за девчатами. — Не ожидал от тебя такого, Роська. Яра тихо хихикнула, как-то истерично, потому что отдышаться ещё не могла. Сейчас она была даже благодарна, что ей так закрывали обзор – кинулась бы ещё Миху успокаивать, с неё бы стало. — Кто бы говорил, Саш, — вздохнула. — Он там ещё долго? Я так виновата… Что там с этой девочкой? Я не кинусь к Михе, честно, - соединять сумбурные предложения по смыслу получалось не очень, но хотелось верить, что Саша понял весь смысл. А ещё очень сильно хотелось разреветься прямо на месте, и желание это становилось только больше от лёгких поглаживаний по спине. Вся тушь наверняка стёрлась бы после такого порыва, и Горшок после начнёт её за глаза пандой называть. Ну всё. Теперь уже смеяться хочется со слезами на глазах. Балунов окинул подругу взглядом, однако со вздохом отошёл в сторону основной пострадавшей. Что-то спрашивал, но до Роси почти ни слова не доносилось – всё вокруг резко стало напоминать белый шум. Лицо Михи перед своим же Яра как-то пропустила, но очевидно охуела от масштаба последствий. — Ты дура, или как вообще? — Миша, блять! — по сравнению с ним, всё ещё злым, в её обычно мягком голосе преобладали истеричные нотки. Ярослава аккуратно взяла знакомое лицо в ладони, рассматривая. В нос прилетело, однако вроде он цел, губы в кровище, пара наливающихся синяков… — Почему влезть то решила? Смелая, смотрю, блять, слишком стала. А если бы..! — Они её чуть на столе не разложили, Мих. Прямо рядом с остальными. Это же!... Это же ужасно, Миш. Я знала, была уверена, что вы успеете. Горшенёв нахмурился, поглядывая на ту, из-за которой всё и произошло. У девочки на лице уже наливался синяк, что выглядел весьма феерично на хорошеньком личике. Рихтер старательно поджимала губы. Она никогда в такие ситуации не попадала, из-за чего ей стало и стыдно за то, что вплела сюда других, и страшно, и благодарность за своеобразное спасение топила всё остальное, смешивая в причудливый коктейль ощущений и чувств. В какой-то момент, беря ладони девушки в свои, Миша вновь нахмурился и кивнул каким-то своим мыслям. — Вы идите на выход, такси ищите. Пешком уже точно не пойдём. Мы с Балу им ещё дополнительно для профилактики наваляем, а то охуели в край. Лёша за вами приглядит. — Миш, может, не надо… — Иди уже, ёмаё, ночная мстительница, — фыркнул, подталкивая обратно к столу. — Сашка! Бля, Балу, да ты тут один. Пошли, этим нужно… Кажется, Ярослава закричала что-то Мише в след. Кажется, она звала его, обнимая себя за плечи, с паникой наблюдая, как начинается новая волна драки. Кажется, новая знакомая на пару с младшим Горшенёвым сама тянула её к выходу, пока Рося топила себя в чувстве вины. На воздухе все проблемы резко остались где-то внутри клуба. Здесь, на Ваське, обдуваемой множеством ветров, всегда отчего-то дышалось легче несмотря ни на что. Что в детстве после родительских ссор, что сейчас. Девочка всё ещё сжимала ладонь Яры в своей, смотря с огромной надеждой. Ну точно малолетка. — Как зовут то тебя, маленькая? На улице было всё ещё светло, почти как днём, но даже это не помогало найти какую-либо машину поблизости. Лёша старательно походил рядом, но всё равно не увидел ни одного такси. Она скромно потупилась, отводят взгляд. А после виновато улыбнулась, поглядывая на чужую шею. — Анфиса.

“... Ждите! В 20х числах июня должны уже отпустить, а обратно мчать меньше суток… Во сколько приеду вопрос спорный, навряд ли нас посадят на обычный поезд…

Ярка там где обитает? Если уехала с Купчаги, начеркайте по тихому новый адресок. Все вопросы потом… "

Им повезло, что на кухне кресло раскладывалось. Рося нашла ещё простыню, одеяло и подушку, после чего укутала Анфису как в кокон под её тихий смех. К щеке пострадавшей по приходу приложили холодную бутылку пива, которую Миша уже допивал у себя. Фиса перехватила ладонь Роси в тот момент, когда та уже собиралась уходить, и виновато улыбнулась в очередной раз за эту ночь. — Спасибо. И прости, пожалуйста. Я… — в её глазах выступили слёзы. — Тш-ш, ну, всё уже закончилось. Всё хорошо. Отдыхай. — Интересно, а у неё уже есть те конфетки, которыми она тебя в тот раз кормила или… Ох-ох, молчу, молчу! — и взрывом конфетти Графиня испарилась, оставляя после себя послевкусие тяжких мыслей и алкоголя. Со вздохом Яра взяла аптечку со стола и двинулась в комнату Михи. Дверь была прикрыта, из-за чего она слегка толкнула ту бедром, а после толкнула пяткой, закрывая окончательно. Запах дешёвых сигарет по комнате распространялся всё сильнее. Впервые за год их сожительства Горшенёв нарушил правила, однако Рихтер решила ничего на эту тему не говорить. Выдалась довольно тяжелая ночь, чтобы спорить о каких-то сигаретах. — Дрюха на следующей неделе приедет, — Миша молча садится на скрипучий диван, дожидаясь, пока Рося подготовит всё, что необходимо. — Чё у вас с ним? Ярослава замерла на мгновение, однако спокойно дальше продолжила резать вату и стучать многочисленными баночками. С тихим смешком она приложила перекись с ваткой к уголкам чужих губ, сощурив при этом глаза, из-за чего Горш начал тихо шипеть. — А ты ревновать не будешь? — Блять, Рося… — Да помолчи ты, сейчас ещё орать начнёшь. Зелёнка и не таких говорить заставляла, — вновь усмехнулась, сильнее прижимая вату к пострадавшей коже. — Я, кажется, люблю его. С самого детства. Не скажу, что с первого взгляда, он у нас не задался, — улыбнулась чему-то своему. Самое первое, смутное воспоминание об Андрее у неё было совершенно другим, но об этом никто никогда не узнает. — А для него я навсегда останусь той самой девчонкой со следующего этажа. Миша хотел было заткнуть её, сжимая щёки в ладонях. Хотел было сказать кучу слов о том, какие они оба дураки, благо, Князь хоть как-то действовать начинает (активнее бы, а то уведут, а страдать будут все). Однако неожиданно спокойно вздохнул и даже прикрыл глаза. Нужно срочно думать, как сводить этих двоих. И Сашку к плану привлечь. Он же уже женатый, точно знает, как помочь. — И чего? Даже не будешь злиться? — Яра удивлённо вскинула брови и пошумела льдом в ткани рядом с его лицом, прикладывая. — Мне казалось, что ты станешь отбивать его со словами, что… — Да я бы и раньше такого не сделал, ёмаё, — нахмурился. — Над тобой подтрунивать весело было, однако кто ж знал, что ты и ответку кинуть можешь. А ещё ударить. Батя так научил? - тихое "угу" в ответ. - Это хорошо. Рося посмеялась тихо, возвращаясь к аптечке, тихо закрывая ту. Вернулась на диван и осторожно положила голову на плечо друга. В последнее время они всё чаще и чаще стали признавать эту странную душевную близость. — Если случится такое, что мы с Андреем поссоримся, — думать о таком было невероятно больно, однако мысль закончить было необходимо. — Мы же все продолжим общаться, да? Мишка замер. Тоже начал представлять сценарии того, как такое могло бы случиться, но только фыркнул, откидываясь на спинку дивана. — Конечно. Потому что такого никогда не произойдёт. "... Ждём по адресу 4 линия В.О 19. 3 парадная, 4 этаж, 98 квартира. Моему присутствую не шибко удивляйся, если что. Если нужна романтика какая, ты маякни – чего-нибудь придумаем..."