Чему быть, того не миновать...

Безумный смех замер на губах Эрмина Эшфорда также внезапно, как и начался. Он отчаянно затряс головой и поднял свои сумасшедшие, горящие глаза, на которых от смеха даже выступили слёзы. Или не только от смеха, кто знает... Он бросил короткий презрительный взгляд на парней, задержав его на Робби : - Так вот для кого, оказывается, ты так старательно берёг себя! - он скривил рот и фыркнул, - Тебе так часто повторяли, какой ты красивый, что ты решил, что достоин только короля! После всех твоих благородных возмущений и негодований ты всё таки сделал это! Ты теперь спишь с парнем, да ещё с каким! С самим принцем Ником Беллингером ! Да только это ничего не меняет! Ты просто сменил хозяина, и совсем не важно, что он теперь королевской крови! Оказывается, все мы были для тебя не слишком хороши ! Видел бы тебя сейчас твой прежний господин, этот Боссуэ! Вот бы он посмеялся! - Эрмину хотелось как можно сильнее задеть мальчишку своими обидными словами , заставить его испытывать мучительный стыд и унижение! - Тебя это совершенно не касается! - прошипел Робби, сверкая своими ярко - зелёными глазами. Он с трудом удерживал себя от порыва броситься на ненавистного Эшфорда с кулаками. Только горячая ладонь принца Николаса, по-прежнему сжимавшая его руку, не давала ему этого сделать. С языка едва не сорвались роковые обвинения, но Робби вовремя опомнился и сумел проконтролировать себя, ведь они договорились пока ничего не говорить Эрмину , да и вообще никому о своих подозрениях, совершенно справедливо рассудив, что своими поспешными выводами и бездоказательными фактами они могут только навредить Николине... - Если ударишь его сейчас - он прикажет бросить тебя в тюрьму, а потом выпороть на городской площади! И подвергнуть другим наказаниям ! - шепнул Ник в самое ухо Робби, видя крайне взвинченное состояние мальчика, - Ударить аристократа - серьёзное преступление, а он только этого и добивается! А вот мне он ничего не сможет сделать, потому что члены королевской семьи - люди неприкосновенные! - Ник смотрел на Эрмина в упор. Тот невольно отступил назад под этим надменным, поистине королевским взглядом... Глаза Эшфорда заметались по сторонам, он в бессильной ярости сжимал кулаки. - Ты у меня ещё получишь своё! - в конце концов злобно прошептал Эрмин, приблизив своё разгоряченное лицо совсем близко к лицу Макшильдуса , - Ты - грязная маленькая шлюха, Робби, и всегда ею будешь! - при этом он бросил короткий взгляд на принца, но говорить ничего не стал, потому как по- настоящему побаивался Ника... " Вы все ещё получите ! " - мысленно добавил он, обводя глазами всех присутствующих. На Патрика Дьюбекера Эрмин смотрел откровенно пренебрежительно , ведь последний был хоть и самый старший из них по возрасту, но при этом самый младший по рангу и положению... В безумном мозгу его уже созревал совершенно сумасшедший план... Настолько сумасшедший, что Эрмин даже сам испугался подобных мыслей, возникших в его голове. Он криво усмехнулся. И качнул головой. Насмешливо поглядывая в растерянное и бледное лицо Уильяма Виньери, он не удержался от язвительного замечания : - Да уж, Уильям! Как жаль, что в тебе нет ни капли королевской крови! Тогда, возможно, тебе повезло бы больше! - Только из уважения к моей сестре и твоей жене я тебя сейчас не ударю! - прошептал Виньери, бледнея ещё больше... Неожиданное открытие и откровенное признание принца Николаса поразили его сильнее, чем он сам ожидал... А едкие колкости Эрмина только подливали масла в огонь! Однако последний только передернул плечами и снова нервно рассмеялся. Ничего, скоро вся их дружная компания, включая и его драгоценную жёнушку, будут очень жалеть о том, что насмехались над лордом Эрмином Эшфордом и выставляли его идиотом! А сильнее всех пожалеет этот напыщенный и самоуверенный гордец, Его Светлейшее Сиятельство высокочтимый принц Беллингер вместе со своим прекрасным любовником! Никто из них ещё даже не представляет, что их ждёт... С течением времени, когда её лицо стало постепенно заживать и с него уже исчезли ужасающие синяки и ссадины, Николина стала понемногу выходить на прогулку в очень красивый парк при Ветлиенне, занимавший просторную территорию. Центр парка украшал большой фонтан , который был искусно выполнен в виде мифических морских существ. Его искрящиеся на солнце прозрачные струи дарили живительную прохладу неспешно прогуливающимся мимо придворным. От фонтана во всех направлениях расходились вглубь парка совершенно очаровательные дорожки, в тени красиво подстриженных кустов и деревьев были установлены очень уютные резные беседки, в которых было так приятно отдохнуть в жару... На мягких скамеечках было очень удобно почитать книгу или просто посплетничать... Прозрачный, кристально- чистый воздух был напоён потрясающим ароматом цветущих роз и пионов... Карилат был южным городом и в апреле-мае здесь было уже самое настоящее жаркое лето. Фруктовые деревья в садах Ветлиенна склонялись под тяжестью созревших сочных плодов, которые уже совсем скоро попадут прямо к столу Его Величества... Патрик Дьюбекер издалека заприметил блестящие рыжие волосы Николины, отливавшие золотом на ярком весеннем солнце . Он видел, как возле девушки, сидящей на одной из таких скамеечек, приостановилась королева Диона , медленно гуляющая в сопровождении своей неизменной свиты. Если бы Николина была полностью здорова, она бы тоже сопровождала юную королеву. А пока Диона с приветливой улыбкой опустилась рядом со своей любимой фрейлиной и одновременно близкой подругой, вежливо интересуясь здоровьем последней. Патрик со щемящей болью в сердце заметил какими глазами Николина окинула уже заметно округлившийся живот Её Величества... Королева Диона должна была родить уже через пару месяцев и с большим нетерпением ожидала этого счастливого события. Она мило улыбалась, беседуя с Николиной. Дружески поболтав несколько минут, королева двинулась дальше, после чего Патрик тоже сумел , наконец, подойти к девушке... Она искренне обрадовалась своему доктору... Некоторое время они тихо беседовали на отвлечённые темы, а потом Николина заметила своего мужа, выходящего из дворца. Выражение лица её тут же разительно изменилось, мягкое спокойствие исчезло, уступая место невольному страху и тяжёлой мрачной задумчивости. Как будто тёмная туча внезапно набежала на небо, скрывая яркое солнышко...Это не ускользнуло от внимательного взгляда Патрика , и он незаметно вздохнул. К Эрмину тем временем тут же приблизилась принцесса Аксель, и они принялись что-то очень оживлённо обсуждать. Проследив за взглядом девушки, доктор Дьюбекер слегка удивлённо заметил : - Что за дела у Вашего мужа и принцессы? - Понятия не имею, - Никки равнодушно пожала плечами, - В последнее время их довольно часто видят вместе. Но это даже хорошо, по крайней мере он стал меньше внимания уделять мне... - в её голосе отчётливо проскользнуло некоторое облегчение, однако светло- карие глаза по-прежнему смотрели напряжённо и даже затравленно. - Вы боитесь его, Николина? - это был не вопрос, а простая констатация факта. Девушка бросила на доктора испытывающий взгляд. С момента " несчастного случая " прошло уже довольно много времени, однако отношение Никки к мужу не изменилось. Да, она смертельно боялась его, и боялась не только за себя... В ушах постоянно звучали его угрозы, которые он не переставал повторять. И Никки по-прежнему молчала... Она упрямо твердила о том, что сама во всём виновата... - Признайтесь, Николина! - тихо проговорил Патрик с мольбой в голосе, - Что с Вами произошло на самом деле? Почему Вы всякий раз вздрагиваете едва только увидите своего мужа ? Некоторое время она в немом молчании взирала на него. Этот молодой человек проникся к ней самой глубокой и искренней симпатией, они очень сблизились за последнее время. Николина чувствовала себя рядом с ним спокойно и безопасно. Он стал для неё не только лечащим врачом, но и другом... - Да, я очень боюсь его! - прошептала девушка наконец, вскинув на Патрика отчаянный взгляд, буквально пронзивший сердце молодого доктора. Он невольно сжал руки Николины. - Почему?! Вы можете довериться мне, Николина, ведь Вы это знаете! - он осматривал её после избиения, он знает все её печальные тайны... Ну, или почти все... - Я... не могу...просто не могу ! - на её глазах заблестели слёзы. Не могла она открыть ему всей правды, как бы ей этого не хотелось! Девушка только заговорила быстро и сбивчиво, дрожа всем телом : - Я не могу оставаться с ним наедине! Меня всякий раз начинает трясти и хочется зажмурить глаза , громко завопить от ужаса и убежать! Но бежать мне совершенно некуда! Я даже не могу попросить защиты у королевы, ведь тогда мне придётся во всём признаться! - бедная Николина зажмурилась и в полном отчаянии громко всхлипнула, - Я не знаю, что мне делать! Я умираю от страха всякий раз, как он прикасается ко мне! Я... я... - она закрыла лицо руками, плечи её вздрагивали от тяжёлых рыданий. Доктор Дьюбекер нерешительно коснулся её плеча, но видя, что она не отталкивает его, он осторожно обнял её, прижимая к себе. Эрмин и Аксель к тому времени уже исчезли из поля зрения и не могли их видеть... - Спаси меня от него, Патрик! - как безумная зашептала Николина, - Он сказал, что убьёт меня... И Робби... Но сначала... Он грозился сделать с ним такие ужасные вещи! Я не могу даже произнести этого вслух! Он сумасшедший, Патрик! Раньше он всё время твердил, что я изменяю ему с Робби! А теперь... даже не знаю, о чём он думает! Мы с Робби никогда... - она в изнеможении закрыла лицо руками, - И пусть даже я и хотела этого... - прошептала девушка совсем тихо, - Но Робби ни за что бы не согласился! Он был моей первой детской влюблённостью, но мы с ним даже ни разу не целовались! - она в смущении зажмурилась. - Вы знали, Никки? - Дьюбекер очень внимательно вглядывался в бледное лицо своей собеседницы, на котором были уже почти не заметны следы побоев, - О Вашем друге и принце Николасе ? Об их отношениях? - Наверное, я всегда это знала! - Николина вздохнула и печально усмехнулась, - Ведь Вы знаете, как мы познакомились с Робби? При каких обстоятельствах? - Да, Вы рассказывали, что спасли его от бандитов. Ваш отец спас. - Они хотели изнасиловать его, понимаете? Ему тогда было всего девять лет! - Николина прикрыла глаза и покачала головой, - Только много позже я поняла это! Мужчины всегда испытывали к нему какой- то нездоровый интерес, включая даже моего брата! - Уильяма? - Патрик в крайнем удивлении вскинул брови. - Я никогда и никому не говорила об этом! - девушка тяжело вздохнула и зажмурилась в сильном смущении , однако через мгновение всё же продолжила : - Вы первый, кому я рассказываю это, потому что я поклялась молчать! Я как-то застала их целующимися! Понимаете? Мой старший брат и Робби! Ну, скорее, это Уильям целовал его, но сути это не меняет! Я знаю, что он отказал Уильяму! - Николина снова нервно усмехнулась, - Но... не знаю, почему он всегда так действует на представителей своего пола, это же ненормально! - Ну , так иногда бывает! У природы свои секреты...И мы не всегда можем их понять... Говорю Вам, как доктор... - Патрик мягко улыбнулся, глядя , как пунцовый румянец смущения заливает лицо и шею девушки. Ему было так приятно просто пообщаться с ней... Уже очень давно молодой лекарь не испытывал ничего подобного... После трагической смерти жены и ребёнка, он как будто застыл... А сейчас, глядя на эту молодую и прекрасную девушку, Патрик с удивлением почувствовал, как внутри него стало что-то оживать! Волна неудержимого тепла затопила его... Глядя в её огромные, но такие печальные глаза, Патрик стал с нежным трепетом ощущать , как давно заледеневшее сердце его начало медленно оттаивать... Именно в этот момент доктор Дьюбекер в полной мере осознал, что несмотря на всю чудовищность ситуации, он был безмерно благодарен доброй королеве Дионе за то, что она привела его в Ветлиенн той страшной зимней ночью, чтобы помочь несчастной умирающей девушке... И следующие слова вырвались у него неожиданно и ожидаемо одновременно : - Я могу помочь Вам, Николина! - предложил Патрик , - Если Вы согласитесь... Я мог бы спрятать Вас от Вашего мужа... -