Чему быть, того не миновать...

Маленькое, но ослепительно - яркое пламя свечи мерцало в мрачном полумраке подвала, как волшебный огонёк обманчивой, эфемерной надежды... Робби некоторое время заворожённо взирал на этот слабо колышащийся сияющий сгусток света, после чего медленно и нерешительно приблизил к нему своё раскрасневшееся лицо. Горячо! Обжигающе! Мальчик тут же резко отпрянул назад, опасаясь, как бы не подпалились густые кудри, свисавшие по обеим сторонам лица. Нещадный огонь был злейшим врагом, он мог причинить очень сильную боль, но в то же время он теперь стал ещё и последней надеждой на спасение... Мальчишка снова осторожно потянулся к горящему пламени и снова быстро отшатнулся назад , ругая себя за слабость и трусость. Другого варианта освободить руки и выбраться, наконец, из этого жуткого места всё равно не было... Робби снова бросил быстрый взгляд на железную дверь, которая по-прежнему оставалась незапертой. Никто до сих пор так и не вернулся и не исправил эту непростительную оплошность пьяного Эрмина Эшфорда. Возможно, это был единственный и самый последний шанс на спасение. Нужно было уже на что-то решаться.. В конце концов мальчик решительно тряхнул головой, сжал зубы и снова приблизился к огню. Длины верёвки, которой были крепко связаны его запястья, к счастью, хватало для того, чтобы поднести толстые путы к самой свече. Обжигающий язык пламени тут же безжалостно лизнул и без того израненную кожу рук, и в первое мгновение Робби невольно отдёрнул запястья назад , приглушённо вскрикнув от нестерпимой боли. Он бессознательно зажмурился и зашипел, однако уже в следующую секунду снова медленно приблизил свои многострадальные руки к огню. Снова жгучая, адская боль, но первый результат уже стал появляться. Крепкие верёвки частично подгорели и кое - где заместно ослабли. Слегка приободрённый этой совсем маленькой, но всё же победой, Робби снова собрал в кулак всё своё мужество и, изо всех сил сжав зубы, снова поднёс путы к огню. Сердце в груди тут же отчаянно зашлось от новой, резкой порции боли, а из измученных глаз хлынули неудержимые слёзы, однако на этот раз мальчик не отнял рук. Сквозь кошмарную пелену, застлавшую помутневший от мучений взгляд, Робби стал осторожно наблюдать, как верёвки, опутывавшие его израненные запястья , стали постепенно гореть и истончаться. Боль была настолько сильной, что мальчик стал тихонько и жутко подвывать сквозь сжатые зубы, однако продолжал держать руки над огнём, отчётливо понимая, что если сейчас он отдёрнет их, проявит слабость и страх и не сможет довести начатое дело до конца, то другой возможности выбраться отсюда у него уже не будет. Он так и умрёт здесь, в этом тёмном и мрачном подземелье, измученный и изнасилованный , а негодяй Эшфорд будет праздновать победу и выпивать на могиле казнённого Ника... От подобных страшных мыслей Робби невольно закричал и заплакал ещё сильнее... Он стал задыхаться от невыносимой боли и рыданий, нежная кожа его запястий покраснела и покрылась волдырями, а время, казалось, остановилось... Невыносимая пытка длилась уже целую вечность... Уже рыдая в голос, мальчик затряс головой, из последних сил удерживая себя от безудержного желания отдёрнуть руки и прекратить, наконец, эти мучения, когда верёвки всё же перегорели до конца и лопнули. Руки сами машинально разошлись в стороны, обгорелые концы пут почерневшими останками свисали с обожжённых запястий. Робби тихо всхлипнул и судорожно перевёл дух, всё ещё не до конца осознавая, что пытка, наконец, закончилась, а его руки были свободны. Широко распахнутыми ярко- зелёными глазами Робби с замиранием сердца взирал на ужасающие ожоги, однако это того стоило! Теперь он мог покинуть это проклятое место! Убежать, уйти, уползти от этой ненавистной кровати, на которой он за столь короткий срок испытал столько насилия, ужаса и страданий! Мальчик бросил быстрый взгляд на соломенный матрас , покрытый предательскими темными пятнами , и невольно содрогнулся от нахлынувших страшных воспоминаний. Стараясь не поддаваться панике, он только на короткий миг прикрыл свои огромные глаза и глубоко вздохнул, заставляя тем самым сердце биться немного ровнее. Изгнать из своих больных мыслей чудовищные воспоминания полностью не получится наверное уже никогда, но сейчас, в этот решающий и ответственный момент, мальчик ни в коем случае не должен был уступать слабости и отчаянию. Тело - это всего лишь оболочка, оно со временем заживёт... Намного важнее сейчас было совсем другое! Собственные эмоции и переживания стали непозволительной роскошью, когда на кону стояла жизнь любимого человека. Сдаваться и поворачивать назад было уже невозможно... Именно поэтому с большим трудом подавляя невыносимое желание просто лечь и умереть , чёрными волнами накатывающее на него, Робби снова сжал зубы и кое как натянул на себя то, что осталось от его одежды. Поминутно вытирая обжигающие слёзы, струящиеся по прекрасному лицу и невольно вздрагивая при каждом прикосновении к жестоким ожогам на запястьях, мальчик очень медленно и осторожно приблизился к железной двери. Прислушался, но в таинственных и пугающих глубинах подземелья царила мёртвая тишина. Нервно проведя ладонью по лицу, смахивая очередные слёзы и откидывая с заплаканного лица густые кудри, Робби снова глубоко вздохнул, мысленно прощаясь с жизнью и вместе с тем вызывая в памяти любимый образ того, кто не давал сойти с ума все эти дни... Мальчик как будто услышал сейчас насмешливый голос Ника, пропитанный его обычным сарказмом и высокомерием, но от этого не менее любимый : " Ну и чего же ты ждёшь, трусиха? Что подвал чудесным образом исчезнет, а ты, как по волшебству окажешься на залитой ярким солнцем лесной поляне? Иди уже, заноза кудрявая! Сделай шаг вперёд... " И мальчик сделал. Он решительно толкнул тяжёлую дверь и с замиранием сердца ступил в призрачную темноту, мрачным, таинственным куполом обступившую его со всех сторон. Единственная свеча, его мучительница и спасительница, подрагивала в нетвердой руке. Длинный сумрачный коридор уходил куда-то в полную неизвестность. Шаг за шагом Робби стал осторожно продвигаться вперёд, совершенно не представляя куда его выведет этот подземный ход. Волшебный огонёк свечи дрожал и трепыхался, гулко колотяшееся в груди сердце отдавалось оглушительным молотом в голове. Мальчик постарался собрать в кулак всю свою решимость, отбросив навязчивые мысли об обвалах и таинственных подземных лабиринтах, в которых можно было петлять и скитаться до конца своих дней. Довольно сильно ощутимый запах сырости и плесени заполнял ноздри, тяжёлый воздух со свистом наполнял лёгкие, а протянутые руки непроизвольно шарили вокруг, то и дело натыкаясь на холодные земляные стены. Видимо, этим мрачным тоннелем пользовались крайне редко. По крайней мере, этот ход был довольно высоким, и Робби мог идти по нему не сгибаясь. Где- то то и дело капала вода, и мальчик каждый раз безотчётно вздрагивал от звука капли, ударявшейся о землю. Ход был небольшой в ширину, потому как Робби касался стен с двух сторон просто раскинув руки. Он тихо, но довольно уверенно продвигался вперёд, потеряв счёт времени. Ладони инстинктивно дотрагивались до земляных накатов стен, натыкаясь на мелкие камешки. Пару раз пальцы нащупывали что-то липкое или влажное, о чём не хотелось даже думать. Гулкая тишина давила в уши намного сильнее любого самого пронзительного грохота. Было очень страшно, хотелось закричать во весь голос, чтобы хоть как-то разрушить это устрашающее и гнетущее безмолвие ! Впереди по - прежнему был полный мрак, и Робби стал уже всерьёз опасаться, что он заблудился. Не заметил и пропустил нужный поворот, заплутал в полумраке этого страшного и незнакомого подземного мира... Шаг, другой, третий... Что-то или кто-то стремительно прошуршало внизу, и Робби с дрожью понял, что это была крыса. Его пробрал невольный озноб, хотя по вискам струились капли пота, и мальчик решил немного ускориться. Ему внезапно стало казаться, что крысы были повсюду и готовились напасть и сожрать... Почти вслепую обшаривая руками промозглые стены, совсем обезумев от накатившего ужаса, он безотчётно бросился бежать по мглистому коридору. От этого резкого движения свеча погасла, и мальчик внезапно остался в кромешной тьме. Его широко распахнутые огромные глаза стали в панике судорожно обшаривать всё вокруг. Сердце в груди застыло осколком мёртвого льда , окружающая чёрная жуть безжалостно давила и наступала со всех сторон... Тогда Робби замер на месте , медленно и глубоко вздохнул, стараясь по-возможности успокоиться, не поддаваться панике и привести в порядок свои мысли, которые метались в голове бешеным и хаотичным потоком. Мальчик попытался рассуждать и действовать спокойно, потому что если сейчас он начнёт сходить с ума и беспорядочно метаться во мгле, то он точно заблудится окончательно и никогда не выйдет отсюда... "Помогите! "- совершенно неосознанно зашептал он , обращаясь неизвестно к кому и даже не отдавая себе отчёта в том, что заговорил. Его отчаянный шепот гулким эхом прокатился по жутким глубинам подземелья. " Кто-нибудь... " Ему почудилось , или он и в самом деле это услышал...Откуда-то из самых дальних уголков памяти неожиданно возникли неведомые и загадочные слова. Мальчик как будто наяву различил тихий и нежный женский голос, ласково шептавший ему : " Никогда и ничего не бойся ... Мгла рано или поздно рассеется , ведь самое тёмное время наступает прямо перед рассветом... Долог и труден будет путь из ада к свету... "* Где он мог слышать это? Откуда ему был знаком этот голос? Неужели это его давно покойная мама пыталась помочь ему сейчас, направляя своей невидимой рукой? Давала призрачную надежду на спасение. Озаряла неиссякаемой верой и светом там, где погасли уже все другие звёзды... Робби застыл на месте, как вкопанный. Сердце неистово колотилось в груди. Он стал осторожно прислушиваться к своим внутренним ощущениям. Какое-то необъяснимое чутьё подсказывало ему, что выход всё таки есть, и он где-то совсем рядом! Всколыхнувшие его память таинственные слова как будто удержали его от падения в пропасть бескрайней обречённости и безысходной тоски. Мысль о неизбежной, страшной и одинокой смерти в зловещей тьме стала понемногу отступать и терзать всё меньше... Мальчик сделал попытку рассуждать логически. Ведь Эшфорд и его громила слуга как-то ходили здесь! Они приходили в подвал через ту же дверь, через которую вышел Робби, значит и другой выход где-то есть. Нужно только его найти! Страшную мысль о том, что по своему незнанию он просто пошёл не туда, не увидел нужный поворот, не заметил каких-то особых примет, которые были известны Эрмину, Робби старательно гнал от себя прочь. Мальчик ещё раз внимательно и очень напряжённо огляделся вокруг. Глаза постепенно стали привыкать к темноте и уже различали кое-какие силуэты. Темнота уже была не такой пугающей. Повинуясь какому-то внезапному и неведомому порыву, Робби медленно поднял голову и сумел рассмотреть чуть дальше от того места, где он сейчас стоял большое металлическое кольцо, свисавшее откуда-то сверху... Это видимо и был выход... Вот только куда? С бешено колотящимся сердцем и внезапно вспотевшими ладонями мальчик приблизился к висящему кольцу и поднял голову, пытаясь рассмотреть к чему оно крепилось. Прямо наверху находился квадратный люк, и Робби отчаянно взмолился всем богам, чтобы этот люк был сейчас открыт. Приподнявшись на носочках мальчик с замиранием сердца потянулся к кольцу и решительно обхватил его дрожащими от крайнего волнения руками. Осторожно и недоверчиво потянув на себя , он стал медленно приоткрывать довольно тяжёлую крышку, пока она с глухим стуком не откинулась, наконец, вниз... Сверху тут же посыпалась какая-то серая пыль, мутным облаком осев на лице и волосах Робби, а в следующую секунду мальчик с дрожью осознал, что это были зола и пепел. Машинально отряхиваясь и брезгливо пытаясь смахнуть с себя эту копоть, мальчишка ухватился за край люка и стал по- возможности аккуратно подтягиваться вверх. Он боялся даже вообразить себе, куда же его вывел этот подземный тоннель, если сверху на его несчастную голову сразу же посыпался какой- то подозрительный прах... От напряжения мышц снова дала о себе знать боль внизу живота и ниже поясницы... Мальчик невольно охнул и весь страдальчески сморщился, однако продолжил упорно ползти вверх. Добавляли неприятностей израненные и обожжённые запястья, которые Робби старался задевать как можно меньше. Обрывки обгоревших и почерневших верёвок всё так же болтались на руках.       Когда его кудрявая макушка показалась на поверхности, он сначала слегка замешкался, не зная, что ожидает его на поверхности. Но отступать было уже поздно, позади остался непроходимый мрак тоннеля и страшная темница в подвале, а впереди... Робби осторожно высунул голову из люка и ещё раз тряхнул густыми кудрями, стараясь избавиться от мерзких серых частиц. Он медленно огляделся вокруг, пытаясь сообразить, куда же он попал. Каково же было его удивление, когда мальчик понял, что подземный ход привёл его прямиком в камин какого-то уютного сельского дома... Этим и объяснялось наличие золы и пепла, посыпавшиеся сверху. Мальчишка даже слегка усмехнулся и ошеломлённо стал озираться вокруг. Да уж, это было очень необычно - спрятать вход в подземный тоннель внутри неиспользуемого камина, да ещё и насыпать сверху пепел и щепки для маскировки и большей убедительности. Там точно искать никто не будет! Продолжая тихо изумляться, Робби как можно аккуратнее, стараясь производить как можно меньше шума, полностью вылез из люка и тихонько шагнул из камина на деревянный пол, застеленный узорчатой дорожкой...