На конце вечности [Пиратская AU]

⊱∽∽∽∽∽⊰✾⊱∽∽∽∽∽⊰

Наконец, Бэй Доу смогла сбросить самураев с хвоста. Спасибо быстрой лошади. Вскоре они поехали к Рито, где их ждал Южный крест. Пока они были в пути, пара в карете решила привести себя в порядок после жёсткой поездочки. Затем они высунулись наружу, увидели, что уже довольно далеко от столицы и расслабились. — Бэй Доу кучер похуже твоего, — прокомментировал Сказитель, прекрасно зная, что капитан их слышит. Детектив надулся: — Э? Я совсем неплохой кучер! Просто в той дороге было много ям и кочек… — Кочки у тебя на голове, — Сиканоин было подумал, что это просто острое замечание, но когда Куникудзуши коснулся его головы, лёгкая боль указала на истинный смысл. — Ай… — он поднял руку к источнику боли, неизбежно кладя руку на чужую. — Так и знал, что если ударю самурая головой, будет болеть… — Ты ударил головой полностью экипированного самурая? — неверяще переспросил Скарамучча. — Безумец. Тебе голова нужна только для битв? Хэйдзо улыбнулся, сильнее сжимая руку Сказителя: — Думаю, мы оба знаем ответ. Вот в чём настоящий вопрос, так это в том… как ты выпустил заключённых? Куникудзуши и не подумал убирать руку, позволяя другому держать её на месте: — Украл ключи того самурая, который выводил тебя. Затем просто открыл клетки и раздал им оружие из оружейной. — А? Да ну? Ты украл ключи того же самурая, который выводил меня? Как же я тебя не заметил? — Я могу быть скрытным, когда надо, — ответил капитан, на что зеленоглазый усмехнулся. — Или ты просто очень быстрый. Но почему? Куникудзуши моргнул, чувствуя тепло чужой кожи: — Что почему? — Почему ты выпустил их? Я думал, что… после той ссоры ты не захочешь участвовать. На секунду капитан задумался, наклонил голову в сторону и заговорил: — Я подумал, что это будет нечестно. — В смысле? Вздох: — Ну… ты не оставил меня, когда сёгун чуть не убила меня. Было бы нечестно оставлять тебя на растерзание сёгунату. Хэйдзо кивнул, посчитав это справедливым, и зубасто улыбнулся: — Но это же не единственная причина, да? Сказитель взглянул на него, наблюдая, как тот наклоняется поближе: — Потому что ты, кажется, действительно соскучился по мне за те несколько дней, которые мы не говорили. Ну в плане учитывая то, как ты меня встретил- — он закрыл детективу рот. — Ты слишком близко. Ты умнее всех, когда молчишь. Сиканоин убрал его руку со рта: — Ты же не ожидал, что я не буду задавать вопросов? Всего два часа назад я был полностью уверен, что ты меня презираешь. Кстати, в день нашей ссоры ты постоянно игнорировал меня. Ради чего это всё было? Куникудзуши постарался тяжело не вздыхать, но он знал, что этот вопрос будет. С его стороны правда несправедливо замыкаться, но в то же время причин было совсем немного: — Я злился не на тебя, а на себя. Я понял что, как бы глупо это ни звучало, я не хочу убивать тебя. Это ошеломило меня, и я ответил игнорированием потому что по-другому не хотел. В итоге я не сумел сбежать даже так. Хмык: — Значит, другими словами, ты понял, я нравлюсь тебе больше, чем хотелось бы, и ты отказался признавать? Славно. Признание чопорненькое, но я принимаю. Капитан закатил глаза: — Ты же знаешь, что я плох в словах. — Да, но ничего страшного. Твои действия говорят куда больше. Ну в смысле, ты электролизовал меня тем поцелуем, — признал Хэйдзо, прикладывая палец к нижней губе, не сумев сдержать улыбки. Сказитель сбился с толку: —А?.. Детектив хихикнул: — Ты что, забыл, что ты ходячий источник Электро? Я буквально почувствовал какие-то искорки и разряды, но то было не так плохо. Куникудзуши нахмурился и отвернулся, не закрывая рта, но и не произнося и звука. Видя такую реакцию, Хэйдзо не мог не разразиться смехом. Сказитель простонал и ударил его по руке. — Ты пудришь мне мозги… Детектив вытер слёзы, пытаясь надышаться после хорошенького смеха: — Прости, не мог не пошутить. Знаешь… когда ты понимаешь что-то, делаешь такое выражение из чистых эмоций. Это мило. Сиканоин двинул рукой, желая взять его за подбородок, но конечность перехватили на половине пути: — А ты? — Что я? Сказитель раздражённо вдохнул. Этот детектив..: — Ты знаешь, о чём я. Хэйдзо принял самодовольный вид: — Знаю, но хочу, чтобы ты спросил вслух. Куникудзуши поднял руку и раскрыл ладонь, готовясь к удару: — Лучше бы тебе сказать, пока на твоей голове не появилась ещё одна шишка. Хэйдзо взял его руку, опустил её и поцеловал ладонь: — Вот. Ты этого хотел? Или мне стоит быть более ясным… Сказитель снова положил палец ему на рот и стал наклоняться: — Не надо. Я прекрасно понял… Улыбка: — Ты как кот. Проявляешь любовь только когда хочешь. — Просто не хочу, чтобы ты расслаблялся. Детектив пожал плечами: — Думаю, уже слишком поздно. Теперь тебе придётся терпеть меня каждый день. — Я и так терпел тебя. В чём разница? Вместо слов, Сиканоин крепко обнял другого и спрятал лицо в капитанской шее, немножко покачивая их. Куникудзуши несколько раз моргнул, сбитый с толку, и вернул объятия. Хэйдзо сжимал его сильней и сильней, и вместе с тем воздух самого Сказителя будто зажали в груди, заставляя постучать детектива по спине, чтобы дал воздуха. — Хорошо, я понял… Вместо того, чтобы отпустить, зеленоглазый сильнее прижался лицом к шее, отодвинул косички и поцеловал открытую кожу. На мгновение тело Скарамуччи застыло, но после, что необычно, расслабилось. Немного слишком сильно, почти растаяло. Вдруг, периферийным зрением капитан заметил Электро искорки, исходящие от его пальцев. Он неверяще ахнул: — Ты не шутил?! Хэйдзо безутешно рассмеялся прямо на чужом плече. Смех отдавался в груди Сказителя, что только ухудшило искорки. Он был одновременно сбитым с толку, взволнованным и не верящим. Внезапно его лицо вспыхнуло, что обычно происходило только в ответ на злость, но в этот раз было что-то ещё. Смущение. Куникудзуши попытался спрятать лицо, но не успел — детектив оторвался от его плеча и теперь смотрел прямо на его румянец. Сказителю хотелось, чтобы его прибило молнией. На мгновение он понадеялся, что Вельзевул услышит его мольбы. Он понятия не имел, что говорить или делать, совершенно потерянный благодаря новому опыту. Тем не менее, делать ничего и не пришлось — мгновение, и рука Хэйдзо уже покоилась на его щеке, потирая её большим пальцем. — Хм… Ты довольно мягкий и тёплый. Почти как настоящий кот. Сказитель хотел убрать его руку, но затем понял, что трогать его наэлектризованными руками — не лучшая идея: — Ты… угх… Сиканоин хихикнул: — Итак, ты не знаешь, что делать, когда смущён? Мрачная тень накрыла синие глаза: — Очевидно же… Пускай, злясь, он и “искрится”, обычно он в состоянии сдерживаться. Но сейчас он совсем не мог контролировать себя. Даже сказать, когда конкретно это случилось. Прекрасно, он умрёт из-за детектива. — Ну, приму за доказательство твоей любви, — Хэйдзо снова посмеялся. Сказитель раздражённо закатил глаза. — Никогда бы не подумал, что ты сломаешься из-за меня… Похоже, ты правда- — Если не заткнёшься, я испепелю тебя, — предупредил Куникудзуши, тыча в него искрящимся пальцем. — Прости-прости, — детектив виновато улыбнулся, едва ли сводя глаз с собеседника. — Просто никогда не думал, что увижу тебя таким… Мне нравится. — Это заметно. Рад развлечь тебя, — он вздохнул и отвёл взгляд. Хэйдзо покачал головой и наклонился ближе: — Ты же знаешь, я не в плохом смысле. Просто рад, что теперь, по твоим рукам, легко могу сказать, счастлив ты со мной или нет. — Я отрежу их… — Не надо, у тебя прекрасные руки, — сказал Сиканоин и опять приблизился. Куникудзуши не смог остановить его, спасибо “прекрасным рукам”. К счастью, Хэйдзо просто потёрся носом об его, но даже этого хватило, чтобы румянец капитана воспылал с новой силой. Как он вообще так может — непонятно… — Меня никогда так не унижали… — шёпотом прокомментировал он. Детектив подмигнул: — А я никогда не видел тебя таким смущённым из-за чего-то. Тебе идёт. — Лучше бы тебе не привыкать, потому что ты видишь это в последний раз, — пообещал Скарамучча и попытался отойти, но карета опять резко завернула, заставляя его упасть на Хэйдзо. Детектив посмеялся над иронией: — Да ну? — Когда выйдем, я скажу ей пару ласковых… — заявил Сказитель, стараясь не потерять равновесие снова. Сразу после этого карета вошла в ещё более резкий поворот, роняя их обоих. Те уже привыкли. Бэй Доу остановила лошадь, слезла с неё и привязала её к дереву. Она подошла к карете, открыла дверь и увидела месиво из двух пиратов. — Простите, что прерываю вас, но вставайте. Сёгунат на хвосту, — полушутливо сказала капитан и пошла прочь. Парни встали. Хэйдзо потёр голову, всё ещё чувствуя боль от прошлых событий. — Ах, как романтично… Никогда не думаю, что в свою свадьбу буду сбежавшим преступником. Сказитель вывел его из кареты: — Молчи, кому говорю. Меньше говори, больше иди, иначе в следующий раз я не буду спасать тебя от сёгуната. — Хочешь поспорить? — он уверенно усмехнулся, но другой только зло глянул и последовал за Бэй Доу. Они пошли через тёмные закоулки Рито, где их точно не заметит никакой самурай. Наконец, они дошли до берега чуть дальше главного порта. Там их ожидал корабль Бэй Доу. Один из пиратов заметил их, помахал рукой и скинул три верёвки. Первой на борт залезла капитан, а затем два парня. — С возвращением, капитан! — поприветствовал её пират. — Вы задерживались. Мы начали беспокоиться… Бэй Доу улыбнулась ему: — Ты сомневаешься в своём капитане? Я же обещала, что вернусь. — Конечно, мы просто волновались, что Вы ушли совсем одни, — сказал другой пират. — Я была не совсем одна. Со мной были эти двое. Они останутся до тех пор, пока мы не найдём Кадзуху. Взгляды всего экипажа Южного креста перешли к Хэйдзо и Сказителю, и им не потребовалось много времени на узнавание. Первый пират нахмурился, наклонился к Бэй Доу и прошептал: — Подождите-ка… Разве это не Сказитель? Пираты стали переглядываться, обеспокоенные услышанным. Капитан кивнула: — С головы до ног Сказитель. Но не бойтесь, он ничего вам не сделает. Я прослежу. Пираты не успокоились: — Капитан, Вы уверены? В смысле, я не сомневаюсь в Вас и всё такое, но он чуть не убил нас. Куникудзуши улыбнулся, “невинно” ведя войну глазами, заставляя всех нахмуриться и в подозрении отступить. — На этом корабле он будет святее ангела. Если он хоть посмотрит на вас не так, мы скормим его акулам. Идёт? — предложила Бэй Доу, и на секунду экипаж задумался, а затем кивнул. — Да, как скажите, капитан. — Мы рады возвращению Хэйдзо, — сказал один из пиратов с более высокой части палубы, махая детективу рукой. — Да, рад снова встретиться с вами, — поздоровался в ответ Сиканоин. Сказитель глянул на него. — Ты шнырял по чужим экипажам, пока я не видел? — полусерьёзно спросил он. — Не то чтобы. Просто пока ты пытался уничтожить мир, мы с экипажем Бэй Доу объединились. С тех пор они меня любят. Куникудзуши поднял бровь: — Тебя любит слишком много людей. Хэйдзо рассмеялся: — А что, ревнуешь? Не моя вина, что я такой очаровашка. Капитан сморщился: — Мы точно говорим об одном человеке?.. Детектив оплёл шею собеседника рукой: — Больше нет смысла лгать, знаешь? Ты уже доказал, что меня возможно любить. Да и можешь не волноваться, как бы мне ни нравился экипаж Бэй Доу, ты навсегда мой единственный капитан. Скарамучча скрестил руку, пытаясь притвориться, будто это неважно: — Сколько тысяч раз мне напоминать, что я больше не капитан? — Капитан однажды — капитан навсегда, — выдал Сиканоин, предположительно, одну из пиратских фраз. — Мой корабль бог знает где, и у меня нет экипажа. Не очень соответствует капитану, я бы сказал. — Может, экипажа и нет, зато старший помощник всё ещё при тебе. Кстати… официально-то ты никогда не признавал меня старшим помощником. Почему? Куникудзуши пожал плечами: — Просто понял, что признавать и не надо. — Мгм… Допустим, я поверил. Сказитель выдохнул и покачал головой. — Вы двое, подойдите сюда, — позвала их Бэй Доу, махая рукой. — Надо обсудить сами знаете что. Когда двое подошли к капитану, стоящей у носа, та достала платок из кармана и размотала Электро слона. Она подняла его и рассмотрела, как любой пират, встретивший сокровище. — Мы чуть не отдали за это свои головы. Хэйдзо чуть не потерял голову и шею, если точнее. Так что лучше бы этой штуке работать, — сказала она. Детектив порассматривал слона и достал королеву. Они соединили фигурки, наблюдая, как Электро и Анемо сплетается. — Должно сработать. Кокоми объясняла мне, — Хэйдзо прижал фигурки сильнее. — Сирены раньше были птицами, но их ударила молния и прокляла на сиреньи формы. Однако теперь это проклятье очень старое и, насколько я могу судить из своих знаний про проклятья, отменить его нельзя, хотя за проклятье всё ещё считается. После того, как Кадзуха получил проклятье “разбитого сердца”, оно считается за второе. Значит, королевой и слоном второе проклятье не сотрёшь из-за изначального проклятья сирен. Тогда, чтобы бороться с изначальным проклятьем, мне пришлось наложить на него третье. Так что если всё пойдёт как надо, королева сотрёт проклятье “разбитого сердца”, а слон сотрёт проклятье Куникудзуши. Изначальное проклятье сирен останется. Понятно? К концу объяснения оба капитана озадачено нахмурились. — Ух… — выдала Бэй Доу. — Да, так же ясно, как небо над Инадзумой. Но раз ты так говоришь, наверное, так и есть. — Так… Теперь на Кадзухе проклятье Куникудзуши? Ты наложил на него это проклятье? — спросил Сказитель каким-то рассеянным тоном. Детектив кивнул: — Да, я же уже говорил… Мне пришлось наложить на него проклятье, по другому никак. Иначе я бы этого не делал. — Это не… Проехали, — отмахнулся Куникудзуши, но двое других ясно видели его задумчивость. — Ну, — сказала женщина, возвращаясь к теме, — в любом случае, теперь у нас есть королева и слон. Осталось только найти Куникудзуши. Есть предположения, где может быть корабль? — она посмотрела на Скарамуччу. Тот пожал плечами: — Чего? Почему ты смотришь на меня. — Этот треклятый корабль твой. Я думала что ты, не знаю, можешь находить его силой мысли или типа того? Сказитель кинул на неё невпечатлённый взгляд: — Это не так работает. Прежде всего, когда Куникудзуши никто не контролирует, он плавает самостоятельно. Значит, сейчас он может быть в любой точке Инадзумского океана. Бэй Доу вздохнула и облокотилась на перила: — Прекрасно. Инадзума огромна, искать корабль будет долго. Вишенкой на торте, Куникудзуши — корабль быстрый и может проплыть всю Инадзуму три раза к тому времени, когда мы проплывём только половину. — Не моя вина, что твой корабль такой медленный… — прокомментировал Скарамучча, и Бэй Доу собиралась ответить, но их прервал один из членов экипажа. — Думаю, я могу помочь… — сказал он, привлекая их внимание. — В плане, в последнее время ходят слухи. Люди видели корабль с чёрными парусами, скитающегося по Инадзумскому океану. В последний раз он был замечен у Ясиори. Трое переглянулись. Капитан спросила: — Ты уверен, что корабль из слухов — именно Куникудзуши? Пират пожал плечами: — Я не знаю никаких других кораблей с чёрными парусами кроме Куникудзуши. Кроме того, некоторые поговаривают, что на корабле не было экипажа. В то время как другие утверждают, что даже слышали поющий голос… Логично предположить, что это и правда Куникудзуши. Бэй Доу подняла и опустила руки: — Тогда к Ясиори. Разверни корабль. — Да, капитан, — парень ушёл к штурвалу. Хэйдзо взглянул на двух пиратов: — Вы слышали? Люди слышали пение… это должен быть Кадзуха. Но как? Я оставил его спящим и, насколько я знаю, он не должен просыпаться до снятия проклятия. — Одно пение не значит, что Кадзуха проснулся, — указал Сказитель. — Он мог петь и во сне. Вроде лунатизма. Всё ещё спит, но может бессознательно делать что-то. Детектив встревоженно нахмурился: — Это нехорошо. Он может случайно выпасть за борт или пораниться. Если Кадзуха просто поёт, сам он не в опасности, но другим это на пользу не пойдёт… Бэй Доу кивнула: — Тогда стоит поторопиться и найти корабль. Чем быстрее мы доберёмся до него, тем быстрее снимем проклятье и разбудим его. В любом случае, оставляю шахматную фигурку на тебя, Хэйдзо. Я доверяю тебе. А теперь мне нужно навестить мой экипаж, так что я оставляю вас. Приходите потом на обед. — Хорошо. До встречи, Бэй Доу, — сказал Хэйдзо, наблюдая, как капитан уходит. Он достал две фигурки и рассмотрел их поближе: — Такие интересные. Не знаешь, кто их создал? — Верховные жрецы богов. Заинтересованный Сиканоин взглянул на него: — А они кто? — Может, ведьмы, ёкаи или другие близкие к богу существа. Электро слон создан предшественником Яэ, что был ёкаем и бывшим фамильяром Вельзевул. — Но зачем они создали шахматные фигурки? Они должны были стать предметами поклонения? Кивок: — Изначально они и были всего лишь предметами поклонениями и подарками богам. Но позже, после некоторых войн, боги стали сохранять силу в фигурках, потому что однажды они умрут, но так их сила будет существовать в мире смертных даже после смерти их физических тел. Отсюда фигурки имеют достаточную силу, чтобы снять проклятье или контролировать свой элемент. Хмык: — Но погоди… Значит ли это, что часть тебя связана со слоном? Вельзевул создала тебя из собственной силы, и часть её находится в слоне. Куникудзуши опустил глаза и вздохнул: — Да. Поэтому я и хотел достать его… думал, что слон дополнит меня. — Ну, ты ошибался, — улыбнулся ему детектив. — Прежде всего потому что ты и так полноценен. Куникудзуши цокнул: — Опять говоришь банальщину… Хэйдзо усмехнулся, но затем принял серьёзный вид, увидев, что другой нахмурился. Сиканоин посмотрел на него и сунул шахматную фигурку в карман. — Что случилось? Я сказал что-то не то? Капитан покачал головой, но озадаченность с лица не пропала. Он посмотрел на Хэйдзо и отошёл подальше от других пиратов. Детектив понял знак идти за ним и послушался, проследовав до самого конца корабля. Скарамучча оглядел палубу чтобы убедиться, что никто не подслушивает, и начал: — О том, что ты сказал ранее. Насколько я помню, ты говорил, что наложил проклятье на Кадзуху при помощи моего меча, да? Хэйдзо кивнул, всё ещё не понимая к чему тот ведёт: — Да… А что? Чувство, будто ты пытаешься что-то сказать. Синие глаза не сходили с него, будто бы показывая тяжесть ситуации: — Обычные люди не могут накладывать проклятья, Хэйдзо. Это не по их части. Сиканоин моргнул. Пазл начал складываться. Сказитель прав, обычные люди не могут проклинать других, но как смог он? — Погоди… То есть… — Ты не совсем… обычный человек. Детектив сделал шаг назад, пытаясь понять что это вообще значит: — Это… плохо? Куникудзуши покачал головой: — Нет, но скажи, кем были твои родители? — А? Зачем? Вздох: — Просто скажи. — Мой папа был членом Тэнрё. Что до мамы, я не очень помню её — умерла когда я ещё был маленьким. Капитан хмыкнул, словно поняв в чём дело. Хэйдзо этим похвастаться не мог: — Чего? Я, может, и великий детектив, но сейчас я не очень понимаю. — Не могу сказать на сто процентов, но думаю, твоя мать могла быть ведьмой. Ведьмы, как известно, эксперты в проклятьях. Это имеет смысл, но, думаю, за этим стоит что-то бóльшее. Сиканоин нахмурился, пытаясь догнать ход мысли, но просто не успевал обработать новую информацию: — То есть? — Твой отец — человек, а мама была ведьмой. Если бы она была обычной ведьмой, я не думаю, что ты мог бы манипулировать проклятиями моим мечом, особенно учитывая то, что папа человек и ты сам в большинстве человек. Скорее всего твоя мама из рода сильных ведьм. А такие ведьмы обычно были… Хэйдзо раскрыл рот и сначала ничего не мог вымолвить, а после продолжил мысль: — Верховными жрецами?.. Кивок. Зеленоглазый сел: — Погоди, то есть ты говоришь, что я сын ведьмы, которая была фамильяром какого-то бога, которая могла создать шахматную фигурку и что я как-то унаследовал маленькую часть её сил? И поэтому я и смог проклясть Кадзуху? Скарамучча усмехнулся: — Быстро схватываешь. Видишь? Не так уж и сложно. — Дай мне секундочку, надо переварить… Куникудзуши хихикнул и сел рядышком: — Это не точно, но похоже на то. И, думаю, с моим опытом я могу распознать так ли это или нет. Хэйдзо медленно кивнул, опустив взгляд в пол: — Мой папа и вправду никогда не говорил о маме. Всякий раз, когда я спрашивал, он пожимал плечами и переводил тему. Но я никогда не думал, что она могла быть ведьмой, да ещё и из рода сильных ведьм. — Как умерла твоя мама? Сиканоин промычал: — Папа говорил, что она утонула. Сказитель наклонил голову в сторону: — Думаешь, сильная ведьма утонула бы так просто? Хэйдзо удивлённо взглянул на него: — В смысле? — Я пытаюсь сказать только то, что ведьмы обычно не связываются с обычными людьми, куда уж там завести ребёнка. Скорее всего она оставила тебя чтобы не портить тебе жизнь всем этим. Предполагаю, она хотела, чтобы ты прожил обычную жизнь. Детектив поднял брови: — Ну… Теперь мы имеем ещё одну общую черту: маму с сомнительными решениями. — Ты расстроен? — Нет, не то чтобы. Просто удивлён. Что точно, так это то, что я не совсем человек, раз могу проклинать. А личности моей матери и предков, боюсь, навсегда останутся загадкой. — Может и нет. Некоторые вещи лежат на поверхности. Да и кто знаешь? Возможно, ты унаследовал что-то кроме возможности проклинать людей? Он задумался: — Что ещё можно унаследовать от ведьмы? — А что нельзя? У ведьм большой калейдоскоп навыков. Хэйдзо пожал плечами: — Ну, я не собираюсь использовать свою способность проклинать когда-либо ещё, так что она бесполезна. Может, я унаследовал что-то пополезнее. Сказитель толкнул его: — Ну, как минимум теперь ты не будешь чувствовать себя третьим лишним, зная, что ты получеловек полуведьма. Сиканоин подумал и усмехнулся: — Значит ли это, что я… околдовал тебя? Куникудзуши простонал: — Боже… Хэйдзо, засмеявшись, притянул его поближе: — Я мог нечаянно использовать на тебе заклинание. Скарамучча покачал головой: — Во-первых, это так не работает. Ты бы никак не смог так легко использовать на мне заклинание. Во-вторых, рад видеть, что ты так легко принял это всё. — А что ещё мне делать? Я не могу изменить семейную историю или свою сущность. Конечно, я бы хотел поговорить с мамой, но впадать в депрессию не стану. — Разве ты не хочешь узнать больше о предках? Если они, как мы предполагаем, были верховными жрецами, значит, один из предков был фамильяром какого-то бога. — Но какого бога? Вельзевул — не вариант, у неё очевидная линия фамильяров-ёкаев. — Начинай не с Инадзумы. Твоя мать скорее всего даже не местная. Ведьмы обычно живут в Мондштадте и Фонтейне. — Погоди… в Мондштадте? — Знакомо? — Помню однажды в детстве я увидел коробку в папиной комнате. Она принадлежала маме, но папа говорил не открывать. Конечно, мне стало любопытно, и я открыл. Там не было ничего особого, набор случайных вещей, но помню одну смешную монетку с надписью. Там было что-то вроде “Следуй за ветром”, но не помню всё предложение. Хмык: — Последовательница ветра? Ну… думаю, это говорит о многом. Хэйдзо потёр голову: — Значит… мой предок был фамильяром Барбатоса? Капитан пожал плечами: — Возможно. — Погоди… — он достал королеву из кармана. — Если её создал мой предок… — Я не разбираюсь в законах, но предполагаю, что раз Барбатоса сейчас нет, ты полноправный владелец королевы. Детектив поднял бровь: — Ну, не считая снятия проклятия с Кадзухи… я не знаю, что с ней делать. Куникудзуши неловко улыбнулся: — И ты всё ещё такой скромный… — Ну а что ещё мне с ней делать? Он пожал плечами: — Не знаю. Но держи её при себе. После всего, она оказалась в твоих руках по воле судьбы. А… постой… — Что? — Помнишь ключ, который мы нашли в пещере, куда нас отвела Синьора? Тот ключ и был королевой, но замаскированной под старый ключ. Зелёные глаза опустились на королеву: — Говоришь, заклинание замаскировало королеву? Кивок: — Ведьмы могут это сделать. Может, это твоя мать замаскировала королеву и оставила в той пещере. Это объясняет, откуда Синьора знала где королева. Она тоже была ведьмой и, возможно, знала твою мать. Хэйдзо не знал как реагировать: — Знаешь, мы сегодня слишком много думаем. Давай поедим? Сказитель не хотел давить: — Конечно, пошли. Двое пошли вдоль палубы. Их поймали два пирата и показали где есть. Вскоре на обед стало приходить всё больше и больше пиратов, Бэй Доу самая последняя. Она села во главе стола, глубоко задумавшись — скорее всего о Кадзухе — и не кушая. Детектив не хотел отвлекать её, поняв, что ей нужно время на размышления вместо веселья с другими. Но это и делало её прекрасным капитаном. Кушая, Хэйдзо разглядывал столовую. Та была не такой большой, как на Куникудзуши, но всё равно довольно вместительной. Стоит отметить, здесь не так темно как на Куникудзуши, наверное из-за более светлого дерева и более ярких факелов в противовес тусклым с корабля Сказителя. Кроме того, атмосфера царила более “домашняя”, уютная и доброжелательная, но всё ещё строгая и уверенная. Куникудзуши же был жутким и создавалось ощущение, что за тобой постоянно следят, но в то же время корабль был элегантным и имел уникальную структуру. Когда Сиканоин уже доедал, он взглянул на Сказителя и увидел, что тот съел не особо много. — Ты чувствуешь голод? — спросил он. — Я не хочу кушать, если ты об этом. — Но у тебя же есть любимые блюда? Капитан пожал плечами: — Почему ты так думаешь? Хэйдзо сделал последний укус: — Ну, я знаю, что ты ненавидишь сладкое. Так что предполагаю, должно быть ещё что-то подобное. — Я ненавижу сладкое только потому что они создают проблемы. У меня нет никакой любви к каким-то видам пищи. Хмык: — Иногда мне интересно, как выглядят вещи с твоей перспективы? Тебе не надо есть, не надо спать, ты едва ли устаёшь и чуть ли не магнит. — Магнит? Ещё одна шутка? Детектив улыбнулся: — Да, ты как большая Электро фея. Что объясняет, почему ты такой быстрый. Сказитель вздохнул и положил голову на руку: — Опять твои теории, детектив? — Возможно… но скорости тебе не хватило. Я всё равно поймал тебя. Куникудзуши нахмурился: — Чем больше ты говоришь, тем меньше я понимаю тебя… Хэйдзо положил руку на спину капитана: — Пытаться понять детектива — дело дурака, не так ли? — В принципе пытаться понять тебя — дело дурака, но да, конечно. — Ну, это… — он зевнул, — это тоже. Как бы то ни было… Мне бы правда хотелось не уставать. Обед только закончился, а в сон уже клонит. — Давай тогда попросим у Бэй Доу комнату. Ты не можешь уснуть здесь. Итак, они встали и пошли. Когда они подошли к капитану, та уже поняла что от неё хотят, повела их из столовой по коридорам к двери в самом конце. Она открыла просторную комнату: — Вот, она одна, но этого будет достаточно. Надеюсь, вы переживёте одну ночь вместе. — Не волнуйся об этом, — уверил её Хэйдзо. Сказитель прошёл внутрь, в то время как детектив стоял, смотря на Бэй Доу. — Слушай… Мне правда жаль, — сказал он ей. — А? Если ты про проклятье, то я же говорила, что полностью понимаю и не злюсь. Сиканоин покачал головой: — В смысле да, про это, но и про то, что мне пришлось проклясть Кадзуху. Это ужасно, и будь у меня другой выход, я бы выбрал его. — Не извиняйся. На твоём месте я бы сделала то же самое… хотя не уверена, что у меня вышло, я же человек. Зеленые глаза расширились, но чужая улыбка чуть-чуть успокоила. — Прости, я немного подслушала ваш разговор. Я никому не скажу. Хэйдзо пожал плечами: — Не то чтобы мне стыдно. Да и это только теории. Капитан кивнула, положив палец на подбородок: — Но если ты полуведьма, значит ли это, что у тебя есть шанс на долгую жизнь? Детектив моргнул, совершенно забыв о такой возможности: — Чёрт… В этом что-то есть. Бэй Доу усмехнулась: — Уже поздновато думать об этом. Предлагаю хорошо отдохнуть, потому что до Ясиори мы доплывём где-то ранним утром. В наших интересах быть хорошо отдохнувшими, когда Кадзуха вернётся. — Тогда спокойной ночи. — Тебе тоже, — сказала она и ушла. Хэйдзо зашёл в комнату, закрывая дверь за собой: — Что ж, время… А? Слова испарились, когда он увидел сидящего на краю кровати Сказителя, смотрящего в маленькое окошко напротив. Странно не это, а тот факт, что по его спине спускалось что-то длинное и тёмное. Из-за недостатка света было сложно определить что же это, так что пришлось подойти и осторожно потрогать нечто. Почувствовав бархатную структуру, детектив узнал волосы. Он моргнул и протёр глаза, но наваждение не исчезло. Капитан, поняв, что другой у него за спиной, обернулся: — Что? — Никогда не видел твои волосы распущенными… Только в косичках. Куникудзуши удивился: — Чем тут удивляться? У меня всегда были волосы, это не новость. Сиканоин пожал плечами и сел: — Не знаю. Может, видеть тебя с распущенными волосами просто другое? Сложно объяснить. Он пробежался пальцами сквозь тёмные локоны, словно бы пытаясь убедиться, что они реальны. Хэйдзо понятия не имел, почему так восхищён, но что есть, то есть. Сказитель не отодвинулся, пускай и боялся, что его руки опять заискрятся, потому убрал их. Повторение этого он не переживёт… Детектив зевнул: — Не заплетайся какое-то время, это прекрасно… — Да, особенно когда ветер дует вообще супер, — саркастично выдал капитан, вспоминая случаи из прошлого, когда после штормов и ветреных дней — что обычное дело в Инадзуме — его волосы превращались в гнездо. Хэйдзо снова зевнул, свешиваясь за край кровати: — Всё равно… тебе идёт… Сказитель подхватил его до падения. Он положил его на кровать и положил рядом с собой подушку для Хэйдзо, но тот решил, что капитанские коленки будут получше. Куникудзуши опустил на него взгляд и, подняв руку, засомневался, но в итоге положил её на чужую голову, чувствуя омытые морской солью локоны. Вздох: — Ведьма или нет, ты всё равно очень человечный… — но он не мог отрицать, что было в нём что-то “магическое”, неважно дело ли в настоящей магии или в личности.