Черная нить

25 октября 1937

— Мисс Врона? — сквозь задворки сознания пытался пробиться чей-то настойчивый голос. — Мисс Врона, вы меня слышите? Отвечайте! Из умиротворенного созерцания нешуточной драки двух распушившихся воробьев, Агату вырвал ощутимый пинок по ноге под партой. Звучно шикнув от боли, она развернулась от окна, чтобы незамедлительно дать Реддлу сдачи, но ее поймал в капкан разгневанный взгляд школьного учителя. — Вы собираетесь отвечать, мисс Врона?! — по выжидающим и злющим глазам мистера Шелбича, она осознала, что от нее чего-то ждут и скорее всего уже долгое время. — Простите, п…с-сэр, — Агата никак не могла привыкнуть к британским обращениям: родное «пан» или «пани» были милее сердцу. — Не могли бы вы повторить ваш вопрос? Понимаете, у меня ужасные проблемы со слухом! Буду вам очень признательна, сэр! — она невинно захлопала глазками, пытаясь натянуть на лицо свою самую обворожительную улыбку. — Проблемы со слухом? Повторить?! Я вам что, попугай Какаду?! — видимо, ее обаяние не возымело успеха. — Ну что вы, сэр! — она зацепилась взглядом за торчащий чуб учителя, что доблестно прикрывал собой солидную залысину. — Если позволите, то я бы на вашем месте отдала предпочтение попугаям Корелла. По классу разнеслись еле сдерживаемые, сдавленные смешки. Сама Агата почувствовала, как ее щеку прожег чей-то недобрый взгляд: кто был его источником — догадаться нетрудно. И что я такого сказала?! — Тишина! — прорычал мистер Шелбич, нервно поправляя клетчатый жилет на округлом пузике. — Жду вас после уроков, мисс Врона. Наш уборщик, многоуважаемый мистер Пирс, как раз искал юного добровольца для расчистки подвала от старого хлама. — Стойте, что? Но я не… — она попыталась донести, что далека от почетного звания «доброволец», но, к сожалению, доводы девочки были никому не интересны и ее наглейшим образом перебили. — Надеюсь, вы не боитесь пауков? Впрочем, это уже неважно, уверен, вы со всем справитесь! И так, молодые люди, вернемся к уроку… Это наказание показалось Агате совершенно несправедливым! Обречено вздохнув, она шлепнулась лицом прямо в тетрадь с примерами, размазывая чернильное пятно по щеке. Том, все это время молча наблюдавший, лишь скривил губы и закатил глаза, тем самым выражая свое крайнее неудовольствие ее поведением.

***

К счастью для Агаты, их школьный уборщик оказался очень веселым и приятным старичком. Когда она поведала ему историю своего проступка, он по-доброму рассмеялся, потрепав девочку по голове. — Значит, так, девонька, видишь те разбросанные старые газеты? Не знаю, на кой черт мы их храним? — он задумчиво почесал щетину на подбородке. — Будь моя воля, я б их в топку! Но кто слушает старика Пирса? Так, о чем это я? А, ну да, собери все в одну коробку и можешь идти себе гулять, — увидев радость облегчения на лице ребенка, уборщик плутовато подмигнул. — Старина Пирс труд маленьких девочек не эксплуатирует. Довольная Агата уселась на низкий табурет и принялась складывать газеты в аккуратные стопочки, сортируя по датам. Иногда взгляд цеплялся за особо интересные заголовки, даря легкий трепет от чувства погружения в прошлое. 6 мая 1914 «В британском парламенте палата лордов отклоняет законопроект о предоставлении женщинам равного права голоса.» 4 августа 1914 «Великобритания объявляет войну Германии и направляет военные корабли в Северное море, Ла-Манш и Средиземное море с целью блокады государств Центральной Европы.» 12 октября 1915 «Германские оккупационные власти казнят английскую медсестру Эдит Кейвелль за укрывательство британских и французских пленных и за содействие их побегу.» — О, премудрая Ядвига, и почему магглы так любят воевать? Мы — волшебники, совсем не такие кровожадные! — Агата тяжело вздохнула и осуждающе покачала головой, взяв стопку газет за 20-е годы. 1 февраля 1924 «Великобритания заявляет о признании СССР.» 2 декабря 1924 «Заключено британо-германское торговое соглашение.» 30 декабря 1926 «Снежный шторм обрушился на улицы Лондона. Сообщается о замерзших насмерть под напором суровой стихии.»

♪ The Danish Girl

Alexandre Desplat

Дочитав последнюю строчку, Агата почувствовала, как стрельнуло в висках, а в спину подул ледяной поток воздуха. Поежившись, она подняла взор от газеты и тихонько чертыхнулась, так и не привыкшая к своим спонтанным видениям: вместо темного подвала ее окружали улочки заснеженного Лондона. Метель люто свистела и подгоняла в спины малочисленных прохожих, что еле переставляли ноги и спотыкались о высокие сугробы в попытке побыстрее найти теплое и сухое укрытие. Поддавшись собственной интуиции и чутью, девочка медленно зашагала вверх по улице, не стесняясь проходить сквозь здания и людей, что совершенно не служили ей какой-либо преградой и никак не ощущали ее присутствия. Зайдя за угол, она приметила тонкий женский силуэт: странная незнакомка куталась в потрепанную серую мантию, совсем не подходящую погоде, и опиралась одной рукой о стены, помогая себе идти. Магглы мантии не носят… Неужели волшебница?! Быстро догнав еле волочившую ноги женщину, она заметила, что бедняжка старалась посильнее закутать в тонкую материю внушительный живот. Беременная! Агате стало невыносимо жалко незнакомку: она была очень худой и осунувшейся. Темно-русые пряди, выбившиеся из-под капюшона мантии, были облеплены снегом и напоминали сосульки. Тонкие губы, кривой подборок и нос — тоже совсем не украшали ее. А вот черные глаза показались такими знакомыми... Сбросив секундное наваждение, Агата обнаружила, что они подошли к обветшалому и неказистому зданию. Помявшись немного на пороге, женщина достала что-то из кармана и вошла внутрь, даже не догадываясь, что прямо по ее пятам следует маленький хвостик. — Ну что ты там встала, как столб? Закрывай быстрее двери! Слепая и не видишь, что метет? — обладателем скрипучего голоса был некий мужчина отталкивающей внешности, стоявший за протертой деревянной стойкой. — Принесла? Учти, мне плевать на тебя и твоего будущего щенка. Нет денег — нет и койки. — Принесла, — нежный и красивый голос заметно контрастировал с наружностью девушки. Она прошлась к стойке и высыпала туда несколько блестящих монеток. — Это что?! — гневно спросил мужчина резко нагнувшись к ней. — Д-деньги, — она испугано отшатнулась прикрывая живот рукой. — Этого должно хватить на месяц проживания, если… — Я похож на идиота?! — он звучно хлопнул рукой по дереву. — Откуда у такой оборванки золотые монеты? Надуть меня решила, деревенская дура?! — Они правда настоящие. Пожалуйста, поверьте! — в ее глазах заблестели еле сдерживаемые слезы. — Мне пришлось продать очень ценную семейную вещь. — Не такая уж и ценная, раз продала, — мужчина язвительно фыркнул и погрыз одну из монет. После поднес ее к свету и покрутил со всех сторон. — Так уж и быть. Я сегодня щедрый, комната твоя еще на неделю. — Но я заплатила больше! — Я не слепой и вижу, что не равен час и ты разрадишься своим сопляком. А кто захочет снять у меня комнату, когда за стенкой будет крикливый младенец? — Нам некуда будет пойти. Это последние мои деньги… Отдайте обратно! Я найду другую гостиницу, — она потянулась к стойке, но ушлый мужчина опередил ее и сгреб в кулак все монеты. — Поздно. Платеж принят, — он гадко ощерился и грубо всучил ей в ладонь ключ. Агата горела от гнева и несправедливости. Ей первый раз в жизни захотелось сделать кому-то очень больно. Мерзкий Кадук! Вор! Гад! Прошмыгнув за девушкой в комнату, Агата молча наблюдала, как та неуклюже опустилась на колени перед небольшим камином и достала из кармана коротенькую волшебную палочку. — Инсендио, — взмахнула она древком, пытаясь распалить камин, но не смогла вызвать даже небольшой искорки. — Инсендио! Инсендио! Инсендио, соплохвост тебя раздери! Когда очередная попытка не увенчалась успехом, она нервно отбросила палочку в угол комнаты и схватилась за голову. — Прости меня, мой мальчик. Твоя мать никудышная волшебница, — девушка положила прозябшие, красные от мороза ладони на живот, а из глаз брызнули ручьи слез. — П-прости меня, что я такая слабая. Мой сын. Мой красивый мальчик, я вижу тебя во сне каждую ночь. Ты так похож на своего папу... Я верю, что он полюбит тебя, как только увидит, — она грустно улыбнулась. — Я отдала бы все, что угодно, только бы ты вырос сильным волшебником. Не таким, как я... А после она запела красивую мелодию без слов, трепетно поглаживая живот и глядя куда-то внутрь себя.

♪Blood Theme - Daniel Licht

— Здравствуй, Меропа, — прошелестел бархатистый голос. От такой неожиданности Агата подпрыгнула на месте и обернулась на источник звука: у двери невозмутимо возвышался темноволосый и статный мужчина средних лет, вальяжно опершись на диковинную трость, отчего-то, очень сильно похожую белоснежную кость. — Это... вы? — девушка неверяще затрясла головой и неловко покачнулась в неудачной попытке встать с колен. — Уходите. Вы обманули меня! Все оказалось совсем не так, как вы говорили. Не так... как я хотела. — Обманул?! — его соболиные брови дружно подпрыгнули вверх, а сам он схватился свободной рукой за сердце: удивление мужчины казалось вполне искренним. — Но, Меропа, милая, разве я что-то обещал тебе? Я лишь дал добрый совет, но... — он прищурил свои льдисто-серые глаза, испытующе глядя на девушку, и понизил голос. — Все остальное сделала ты сама, своими ручками. Верно я говорю, дорогуша? Не получив хоть какого-либо ответа, мужчина снял черную, явно дорогую, мантию и осторожно подошел к ней, изящно протянув руку. — Позволишь? — подняв девушку с пола, он усадил ее на узкую кровать. А после щелкнул пальцами и в камине зажегся причудливый синий огонь. — Так-то лучше. Ты должна беречься, в твоем-то положении. Бегло осмотрев комнату, этот странный человек повторно щелкнул пальцами и прямо у камина материализовалось солидное кресло, обитое красным бархатом. Удовлетворенно кивнув самому себе, он грациозно уселся в него, закидывая ногу за ногу и поправляя манжеты черной шелковой сорочки. — Так значит, ты хочешь, чтобы твой сын стал сильным волшебником? — он указал тростью на ее живот. Агата успела заметить, как уголок губ мужчины на долю секунды дернулся, а в глазах полыхнула искорка чего-то алчного. — Какое вам дело до моего ребенка? — девушка испуганно схватилась за живот. — Я больше не буду вас слушать! Уходите. — Я просто хочу помочь тебе, — колдун жалостливо осмотрел ее с головы до ног. — Ты так слаба… Что ты сможешь дать ему в этом жестоком мире? А может доверишь воспитание дорогому отцу или милому братцу, когда тех выпустят из Азкабана? — он приглушено рассмеялся. — Такой судьбы ты ему желаешь? Такой, как была у тебя? Мужчина на вид казался совсем спокойным и расслабленным, но Агата была готова поклясться, что этот мутный тип, словно хищник, затаился и жадно выжидал любую реакцию на его слова. — Ну, что ж, помогать насильно — моветон. Раз таково твое желание, то я уйду и больше никогда не потревожу тебя, — в доказательство он незамедлительно поднялся с кресла и направился к двери. — Стойте, — неуверенно прошептала девушка. — Ч-что вы захотите взамен? — А что бы ты хотела предложить мне? — вкрадчиво поинтересовался мужчина. — У меня больше ничего не осталось… — она нервно заламывала пальцы, настороженно поглядывая в его сторону. — О-о, как же ты ошибаешься на этот счет, дорогуша, — он растянул губы в таинственной улыбке и задумчиво покрутил серебряное кольцо на среднем пальце. — Кое-какая безделушка у тебя все еще осталась. Настолько жалкая и неприметная, что я окажу двойную услугу, забрав ее. — Я… я не понимаю вас… — Жизнь, — простодушно ответил человек с костяной тростью и подкинул серебряный перстень в воздух. — Бедная-бедная дурнушка Меропа. Отвергнутая любимым мужчиной, презираемая родными отцом и братом. Разве ты не устала от этого бремени? Позволь мне освободить тебя. — Ч-что? Это… это неправильно. Как я оставлю сына? — она в ужасе замотала головой, широко распахнув испуганные глаза. — А что тогда правильно, м-м? Правильным будет, если твоему ребенку придется жить с тобой в нищете? Таким же несчастным и беспомощным, как ты? Ему будет лучше без тебя, — строго отсек колдун и на секунду Агате показалось, что его глаза загорелись синим пламенем. — Я обещаю тебе, что он вырастет непревзойденным волшебником, которого будут почитать и страшиться. Но только, если… ты оставишь его, — заговорщически понизив голос, он протянул ей правую ладонь для рукопожатия. — Ты ведь и сама думаешь так же, я вижу это в твоих мыслях… ты так уста-ала. Ну же, не порть судьбу сыну, соглашайся. Девушка опустила растерянный и полный нежной тоски взгляд на свой живот, а из ее глаз снова брызнули слезы, когда девичья дрожащая ладонь потянулась к чужой. — Умница, — по-отцовски похвалил незнакомец, стерев большим пальцем влажную дорожку с ее щеки. — Поверь, так будет лучше для вас обоих. А теперь я хочу, чтобы ты кое-что сделала... Нет! Нет! Не соглашайся! Но услышать окончание диалога Агате помешала резкая боль в висках и чей-то приглушенный голос в голове. А когда комната, вдруг, стала покачиваться и расплываться, девочка стремительно провалилась в темноту…

***

Том вышел за ворота приюта и вдохнул полной грудью холодный октябрьский воздух, блаженно прикрыв глаза: он любил осень и запах мокрой земли после дождя. Отлаженно маневрируя мимо глубоких луж, он, достаточно быстро добрался к хорошо знакомому, школьному зданию. Войдя внутрь, мальчик уверенно направился к нужному помещению, прекрасно ориентируясь в темных коридорах цокольного этажа: как-то раз его тоже наказали и заставили целую неделю помогать в душной котельной, когда Эрик Уолли подставил Тому подножку и между ними завязалась драка. Агата сидела к нему спиной, окруженная аккуратными стопками газет и держала одну из них в руках. Видимо, девочка нашла в ней что-то поистине увлекательное, потому что никак не отреагировала, когда Том достаточно громко скрипнул старой дверью. — Агата, ты закончила? — в ответ раздражающая тишина. — Эй! Если ты думаешь, что меня можно игнорировать, то ты оши… — он осекся на полуслове: девочка внезапно подскочила на месте и, зацепившись своими тощими ногами за табурет, покачнулась, падая на спину. На ее счастью, Том, все это время стоявший рядом, успел подхватить ее в полете. — Том? — она непонимающе захлопала расфокусированными глазами. — Нет, великий Мерлин воплоти, — он резким движением поставил ее на ноги и сделал шаг назад. — Что ты тут устраиваешь? Совсем сбрендила? — недовольно прошипел мальчик. — Мне… я-я просто… я задумалась. Очень сильно задумалась, да-а… извини, — приторможенно забубнила Агата какую-то околесицу. Девичьи глазки бегали из стороны в сторону, выдавая полную дезориентацию, как будто ее кто-то разбудил ударом по голове посреди ночи. Вдруг, она встрепенулась, словно вспомнив что-то важное, и вопросительно уставилась на Тома. — А что ты вообще тут делаешь? — За тобой пришел, — неохотно выдавил из себя он. — Ты все доделала? — Да-а… Всю дорогу они шли молча, что, кстати, было весьма необычно для говорливой Агаты. Но Том, уже привыкший к ее штучкам и странностям, решил ничего не уточнять, и сейчас сполна наслаждался тишиной. Но, увы, недолго: на подходе к приюту, его настойчиво дернули за рукав пальто и поволокли в сторону. — Том, смотри! — проследив взглядом за маленьким пальчиком Агаты, он увидел пеструю афишу:

«Цирк мадам Лаво.

Только в ночь Хеллоуина мы откроем вам мир невероятных чудес и волшебства Нового Орлеана.»

— И что? — мальчик равнодушно пожал плечами и вопросительно выгнул бровь. — В смысле «И что»?! — девочка активно зажестикулировала рукой указывая на плакат. — Мы должны туда пойти! — Тебе нельзя в цирк, — серьезно отрезал он, отрицательно покачав головой. — Почему это? — Тому было забавно наблюдать за растерянностью на ее лице. — Ты слишком мелкая, еще затопчет какая-нибудь зверюга. Никто и не заметит такой букашки, — он изобразил сердечную обеспокоенность и положил ладонь на ее плечо. — А вдруг тебя случайно спутают с цирковой обезьянкой и увезут прямиком в Новый Орлеан? Агата, помилуй, я не вынесу разлуки! — Очень смешно! — она скинула чужую руку с плеча и вздернула кверху нос. — Я слышала, как мальчики из старшей группы говорили, что размер не главное. И знаешь, я совершенно с ними согласна. Я еще вырасту, вот увидишь! — Что?! — от шока он сделал слишком глубокий вдох и закашлялся, подавившись собственной слюной. На помощь тут же подбежала Агата и от души постучала по спине сразу двумя ладошками: видимо решила спустить злость за его недавнюю шутку, завуалировав это под спасение. Откашлявшись, Том посмотрел на по-детски довольную собой девочку и решил — не стоит ей объяснять, что приютские мальчишки имели в виду совсем не размер роста... — Том, ну пожалуйста, пойдем! — она состроила бровки домиком и осторожно опустила ладонь на его предплечье. — Я никогда не была в цирке! Мы вообще давно нигде не гуляли... — Потому что с тобой невозможно выйти из приюта, Агата! Ты как второй носок: постоянно где-то теряешься, а потом находишься в самых неподходящих местах. — Том, в этот раз обещаю! Я буду тебя слушаться и не отойду ни на шаг. И еще, — она воровато огляделась по сторонам и понизила голос до шепота. — Я как-то слышала, что некоторые волшебники любят путешествовать с бродячими цирками. Вдруг нам повезет и мы встретим кого-то? Эта мысль показалась Тому очень заманчивой... Еще летом они осмотрели с Агатой все местные окрестности в безуспешных попытках найти проходы в магические кварталы Лондона. — Ладно, — он строго прищурился. — Но ни на шаг от меня. Девочка счастливо закивала и порывисто обняла мальчик, практически повиснув на нем. — Мне так повезло, что у меня есть такой друг, как ты. Ты у меня такой деловой умник, — Том, растерянно посмотрел на нее, почувствовав себя странно. — Что? Чего ты так смотришь? Я опять, что-то не так сказала? — Ничего. У тебя паутина в волосах, — буркнул мальчик, сбросив мимолетное наваждение, и отцепил Агату от себя. — Пойдем. Холодает, — он быстро схватил ее за запястье и молча повел к приюту.

***

31 октября 1937

— Да перестань ты его все время трогать, — раздраженно цокнул Том наблюдая, как Агата суетливо поправляет свой новый красный берет каждые десять секунд. — Дурацкая шапка, даже уши не прикрывает, — еще в магазине он был категорически против таких, на его взгляд, совершенно сомнительных трат на «бесполезное подобие нормальной шапки». Но Агата была совершенно противоположного мнения на сей счет. — Она не дурацкая! — возмутилась девочка, в очередной раз приглаживая предмет их споров. — Во-первых, по ней ты всегда отыщешь меня в толпе. А во-вторых, — она крутанулась на месте, широко расставив руки в стороны, красуясь перед, все еще скептически настроенным, мальчиком. — Я в ней в похожа на красную шапочку из маггловской сказки. — Это та самая простофиля, которую сожрал серый волк вместе с бабкой? М-да-а, восхитительный выбор примера для подражания, ничего не скажешь. — Ага, та самая, — ни капельки не смутившись его язвительному комментарию, простодушно ответила она. А после шуточно оскалилась, пародируя дикое животное, хитро сверкнув глазами в сторону Тома. — И серый волк у меня имеется. Самый злой и страшный из всех. У-у-у. — Ну тогда беги от меня, маленькая глупышка Атти, спасайся! — он ущипнул ее за бок, и под заливистый смех убегающий девочки, помчался следом. Их импровизированная игра в хищника и его добычу продлилась недолго: маленькие ножки Агаты, даже при всем желании и упорстве, никак не могли по-настоящему оторваться от долговязого мальчишки. Поэтому, уже через пару минут, когда они добежали до конца улицы, она почувствовала, как ее цепко схватили двумя руками за плечи и заставили остановиться. — Попалась, коротышка! — Том отпустил ее, чтобы убрать со лба растрепавшуюся челку. Из-за бега на холодном воздухе его щеки раскраснелись и заметно выделялись на бледной коже. А черные глаза довольно блестели, как у домашнего сытого кота, поймавшего толстую мышь не для пропитания, а забавы ради. — Когда-нибудь ты меня не догонишь, — пообещала она ему, свято веря, что этот день точно настанет, а после замерла, прислушиваясь. — Ты слышишь? Музыка! Мы уже рядом, да?

♪ Whispering of the Stars - Luella Gren

Том бегло осмотрелся по сторонам и уверенно кивнул, подтверждая ее догадку. Пройдя еще немного до нужной им площади, они оба замерли, ослепленные яркими огнями и пестрыми красками впереди. Все это визуальное великолепие дополняла чу́дная музыка, манящая подойти ближе и погрузиться в данное сумасшествие с головой. Подняв голову вверх, Агата прочитала мигающую надпись на кроваво-алом полотне, растянутом на входе:

«Circus»

— Закрой рот, Агата — муха залетит, — даже ехидный комментарий Тома не испортил ее возрастающего возбуждения от желания побыстрее занырнуть в этот цветастый омут. — Том, мы должны осмотреть здесь все! — она порывисто поддалась вперед и сразу же налетела на акробата в черно-белом костюме, чинно вышагивающего на длинных ходулях. Циркач слегка пошатнулся, но, профессионально сбалансировав, смог устоять на месте и укоризненно посмотрел на девочку, сморщив разукрашенное лицо. — Ой, извините, — тоненько пискнула Агата и отбежала в сторону. — И почему я не удивлен? — она обернулась и увидела, как Том вопросительно выгнул бровь. — Сначала нужно купить жетоны, — указал он на красную будку с позолоченными завитушками и фонариками. Так, Агата, соберись! Ты поклялась вести себя прилично! Мужественно отстояв внушительную цепочку из очереди, она нетерпеливо переступала с ноги на ногу, когда Том, наконец, отошел от окошка кассы с небольшим мотком желтоватых билетиков. — Ну, и куда пойдем? — уточнил он, деловито осматриваясь. Агата оживленно завертела головой на все триста шестьдесят градусов, позабыв про наличие шейных позвонков, и улыбнулась во весь рот, заприметив одно местечко: недалеко от них стоял высокий голубой шатер с интригующим названием:

«Шоу парящих в воздухе.»

— Как насчет этого? Реддл, проследив за вопрошающим взглядом Агаты, неуверенно кивнул, тем самым давая свое молчаливое согласие. Когда Том раскрыл серебристый полог, пропуская ее вперед, она сразу же заметила непонятные конструкции, свисающее под куполом, и отдаленно напоминающие качели с очень узкой перекладиной. Отдав свои жетоны приятной девушке-билетеру, они заняли свои места, ожидая начала представления. И, как только шатер заполнился приличным количеством народа, почти весь свет резко погас, погружая публику в таинственную темноту. — Добрый вечер, леди и джентльмены! — в сопровождение света софитов и великолепной улыбки, в центр вышел стройный мужчина в бордовом фраке и высокой черной шляпе, украшенной алой розочкой. — Приготовьтесь увидеть настоящее волшебство! — Агата краем глаза заметила, как подобрался Том от этих слов. Но когда на сцене появилась пара акробатов, парень и девушка, разочаровано фыркнул. Агата же его чувств не разделяла и эйфорично наблюдала за парящими в воздухе людьми, воодушевленно хлопая в ладоши, когда те выполняли особенно сложные и опасные трюки. А когда парень, вися вниз головой, словил летящую к нему девушку, она и вовсе подпрыгнула на месте, не выдержав нервного напряжения. — Не понимаю, чему ты так восторгаешься, — недоумевал Том, сложив руки на груди, и равнодушно наблюдая за шоу. — Ты видела столько по-настоящему удивительных вещей. И так изумляешься ими? — он презрительно глянул на сцену. — Тут нет никакого волшебства или загадки. Только физика и техника. — Но они ведь и, правда, словно летают. Так легко и непринужденно. Разве это не потрясающе? — И что? Ты говорила мне, что волшебники тоже летают. — Пф-ф. На метлах любой дурак сможет. Я бы посмотрела на волшебника, который сможет летать без ничего, — она мечтательно задумалась. — Я даже и не слышала о таком. Мне кажется такое возможно, но подвластно лишь самым великим магам... — Если такое возможно, то я научусь, — серьезно пообещал Реддл и кивнул самому себе. — Если научишься, то клянусь тебе, Том, я буду хлопать твоей непревзойденной персоне сутками напролет, — она легкомысленно хихикнула и отвернулась к представлению, но ее ладонь с силой сжала чужая, привлекая внимание к своему обладателю. — И похлопаешь, — с нажимом произнес мальчик. Агата уже было открыла рот, чтобы добавить хлесткий комментарий его самонадеянности, но встретившись с властным взглядом из-под сдвинутых к переносице бровей, быстро захлопнула обратно, почувствовав — это не пустое обещание. После шоу Том, видимо разочаровавшись в выборе девочки, решил определить следующее развлечение самостоятельно. И, когда они приблизились к массивному шатру в веселую желто-оранжевую полоску, Агата заметно напряглась, прочитав вывеску у входа:

«Смертоносная фауна Нового Орлеана. Внимание! Администрация цирка ответственность за откусанные пальцы не несет.»

Как оказалось, предупреждение про возможную потерю конечностей не было своеобразным рекламным ходом или шуткой. Переступив полог шатра, дети инстинктивно сделали шаг назад: из огромного террариума на них смотрели зелено-желтого цвета глаза с вертикальными зрачками. — Т-том, это что... настоящий крокодил? — Агата шумно сглотнула обводя взглядом огромную тушу до селе невиданной ею рептилии. — Аллигатор, — поправил Том, указывая на табличку с информацией о животном. А после плотоядно ухмыльнулся, косясь на девочку. — Хочешь погладить? — Только после вас. Старшим нужно уступать, — она сделала шутливый поклон, приглашающе указав рукой на террариум. — Ну что вы, это как-то не по-джентельменски. Дамы вперед. — Как это благородно. Я польщена, но, пожалуй, откажусь, — Агата кокетливо перекинула косу за спину, под насмешливое фырканье Тома. Пройдя в следующий зал, они повстречали пятнистого ягуара, что вальяжно растянулся на ковровом настиле в своей клетке и лениво помахивал хвостом. Соседний зал с пауками они осмотрели очень бегло, не найдя в них ничего привлекательного, а вот крайняя комната заставила их задержаться надолго... — Что они тебе говорят? — тихонько спросила Агата, наблюдая как Том ведет шипящий диалог с целой компанией разномастных змеей. Черные, желтые, коричневые и, даже, зеленые! Все они послушно откликались ему, уважительно подняв головы. — Ты приглянулась Ш-шис-саш-шию, — он кивнул в сторону желто-коричневого змея. Табличка с информацией указывала, что перед ними ромбический гремучник. — Что, правда? — Агата неловко помахала змею рукой. — И что он говорит? — Что ты вкусно пахнешь и теперь он хочет есть. Не мешай мне, — торопливо отмахнулся от нее мальчик и вернулся к диалогу со своими новыми знакомыми. Агата же поморщилась: не такого комплимента она ждала. Когда в комнату вошли другие посетители, Том резко прервался и потащил Агату к выходу. — Я кое-что узнал. Змеи сказали, что хозяйка цирка такая же, как я, — глаза мальчика блестнули азартом. — Она тоже змееуст?! — Да тише ты! Нет, они сказали, что она тоже волшебница, — Том пристально осмотрелся по сторонам. — У нее наверняка должен быть отдельный шатер или что-то вроде того... Пошли! Тщательно побродив среди шатров и палаток, они набрели на странную повозку, отдаленно напоминающую огромную бочку на колесах. Прибитая к крыше вывеска указывала следующее:

«Великая предсказательница мадам Лаво.»

♪Alchemy - Johnny Hollow

Дурманящий запах благовоний ударил их по носу, как только они раздвинули пурпурную занавеску, служившую своеобразной дверью. Агата еще никогда не видела таких странных жилищ и Том, судя по его наморщенному лбу, тоже. С потолка свисали многочисленные украшения из цветных стекляшек, колокольчиков и пузатых фонариков, а весь пол был застлан пестрыми коврами и усыпан мягкими подушками. В центре всего этого разномастного великолепия возвышался круглый стол, за которым сидела экзотической внешности женщина и раскладывала карты. Ее кожа была цвета молочного шоколада, а волосы заплетены в тонкие черные косички, украшенные золотыми кольцами. — Захотели узнать свое будущее, милые детки? — не отрываясь от карт, равнодушна поинтересовалась она. — Да-а... понимаете, мы с сестрой потеряли нашего старшего брата, — Агата постаралась скрыть свое удивление, когда ее новоявленный «братик» принялся на ходу сочинять слезливую историю. — Мы хотели бы узнать, вернется ли наш Джошуа домой... — М-м, — мадам Лаво не выглядела растроганной детскими бедами и ленивым жестом руки пригласила их за стол. — Ну что же, мальчик, давай посмот’гим, что тут у тебя, — Агате показалось, что она заметила легкий французский акцент. Когда на стол выпала первая же карта, гадалка насмешливо выгнула бровь и лукаво посмотрела на Тома. — Ай-яй-яй, а обманывать не хо’гошо. У тебя нет ни брата, ни сестры, — женщина поцокала языком и вальяжно откинулась на спинку стула. — Та-ак, ну и зачем же вы, лживые деточки, п’гишли ко мне? — А вы спросите у карт, — с вызовом ответил Том, в мгновение ока сбросив первоначальную маску. — Ха! Маленький нахал, — она фривольно ляпнула рукой по столу и сузила глаза, по-новому присматриваясь к Реддлу. А когда из колоды выпали две карты, заинтересованно ухмыльнулась — М-м, какой амбициозный и мстительный мальчик... Любопытно, и кто же из тебя вырастет? — мадам Лаво заливисто рассмеялась и перевела взгляд на Агату. — Ох, mon chéri, даже и не вздумай влюбляться в эту оча’говательную мордашку, когда подрастешь. Пове’гь, такой муженек посадит тебя на цепь и спрячет от всех в самом глубоком подвале. Агата настороженно переглянулась с Томом и, синхронно с ним, скривилась, будто бы они оба проглотили по кислому лимону. Замуж за Тома?! Это же с ним придется... целоваться? Фу-у! Ни за что! Мадам Лаво, еще с секунду назад ехидно хихикающая с детской реакции на гипотетический брак, резко изменилась в лице и достала тонкую сигаретку, откладывая в сторону третью карту из колоды. Агата присмотрелась к надписи у ее основания и прочла коротенькое слово: «Маг» — Решили притвориться па’гочкой магглов и поиздеваться над старой волшебницей, негодники? — она достала черную, явно волшебную, палочку из кармана своей пышной юбки и подкурила ею сигарету. — Я ненавижу карты! Подумать только, великая Мари Лаво, неп’гевзойденная жрица вуду, вынуждена раскладывать картишки магглам на потеху, как... как какая-то сквибка! — Вы та самая Мари Лаво?! — потрясенно переспросила Агата. Теперь ясно почему эта, с виду молодая, женщина назвала себя старой. Ведь, тогда получается, что ей уже больше ста лет... — Oui, — она грустно кивнула, затягиваясь дымом. Агата заметила, как Том недовольно уставился на нее в немом вопросе, ожидая объяснений. Аккуратно подвинувшись к мальчику ближе, она тихонько зашептала на ушко. — Она легенда и была самой известной колдуньей вуду, пока ее не... — Пока меня не изгнали из магического мира за попытку уст’гоить расовый геноцид в Новом Орлеане, — две пары глаз одновременно повернулись к чернокожей ведьме. — Да-да, я все слышу. И кстати, я совсем не раскаиваюсь. Местные белые волшебники считали, что они, якобы лучше нас, — она злобно оскалилась, затушив сигарету прямо в чашку с недопитым кофе. — Якобы, мы дикие волшебники с дикой магией и нас нужно прогнать из их цивилизованного города. Что ж, я действовала радикально, — сделав глубокий вдох, ведьма мечтательно прикрыла глаза. — Хорошие были времена... Столько белой крови было пролито... — А почему тогда у вас не забрали волшебную палочку? Раз изгнали, — скептически поинтересовался Том. Судя по всему, рассказы о массовых убийствах прошлого, его нисколечко не смутили. — Хах, наивный мальчик. Чтобы остановить жрицу Вуду, мало просто отоб’гать у нее палочку. Нужно кое-что похуже, — с этими словами она вульгарно закинула ногу прямо на стол, обнажая стройную лодыжку с вереницей вытатуированных символов. — Это магические кандалы. Мне и шагу нельзя ступить к массовому скоплению волшебников. Не говоря уже о полноценном колдовстве. — И что? Магия вуду действительно так могущественна? — обманчиво-спокойно поинтересовался мальчик. Но Агата почувствовала, через нить к эмоциям Тома, что в нем уже давно зажегся огонек алчного интереса к новым знаниям. — Это так, — темнокожая ведьма медленно постукивала пальцами по столу, внимательно вчитываясь в лица детей. — Мы можем уп’гавлять чужими душами. Можем подчинить своей воле и живых, и мертвых, сделав безвольными рабами. Можем уничтожить целые поселения лишь одним проклятием, или... исцелить, спасти. Великие Лоа, дарующие нам силу, готовы на многое, если сочтут тебя достойным. — Наверное обидно оставить свое наследие, даже не имея возможности поделиться с кем-нибудь своим опытом и мудростью, — участливо заметил Реддл. — Да-а, это неве’гоятно боль... — ведьма резко замолчала и встрепенулась. — Я зна-аю, что ты задумал, хитрый мальчик-змей. Хочешь, чтобы старушка Лаво поделилась с тобой своими бесценными знаниями? — она звонко захохотала, и, резко встав, прошлась к небольшому сундучку у окна. Немного успокоившись, колдунья что-то над ним прошептала и выудила небольшую книжку в черном переплете. — Ты мне напоминаешь кое-кого. — И кого же? — неохотно поинтересовался Том: видимо, ему совсем не понравилось, что ведьма раскусила его, так еще и посмела рассмеяться. — Одного самоуверенного и обаятельного паршивца. Хоть ты мне и понравился, но я не учу белых, — ее челюсть презрительно дернулась. — Но, если не пе’гедумаешь изучать вуду, найди моего друга в Новом Орлеане, его зовут Среда. А это, — она протянула ему книгу. — Основы, можешь забрать себе. Том аккуратно раскрыл обложку и жадно вперился глазами в текст. И чем больше он читал, тем выше ползли его брови вверх от потоков совершенно новой информации. Агата несколько раз легонько ударила мальчика локтем в бок, пытаясь напомнить, что в такие моменты нужно кое-что сказать в знак благодарности. Но, к сожалению, он не понял ее молчаливых намеков и раздраженно покосился в ответ. — Спасибо вам большое, — вежливо поблагодарила Агата, понимая, что Том совершенно не умеет принимать подарки. — Да-а... спасибо, — мальчик, наконец, догадался, чего от него так упорно хотели и распробовал новое слово на языке. — На самом деле мы зашли к вам не просто так. — Да неужели? — Мы хотели бы узнать у вас, мадам, возможно вы знаете, где в Лондоне спрятан магический квартал? Моя подруга говорит, что такие должны быть в каждом крупном городе. — Она права, — подтвердила ведьма, снова закурив и раздраженно цокнув. — Но я не знаю, где они! Чем вы меня слушали? Меня вышвырнули из волшебного мира, при этом хорошенько подчистив память, понятно? Мне еще повезло, что слюни не пускаю, как старая бабка, после их топорных чар забвения! — Извините, мы не хотели вас расстроить, — тихонько мяукнула Агата и посмотрела на настенные часы. — Ой, Том, уже девять! Кратко попрощавшись с Мари Лаво, они спешно направились в приют, надеясь, что удастся незаметно прошмыгнуть в свои комнаты.

***

♪ Grizzly Man - Rockettothesky

Том был так увлечен чтением новой, только ему принадлежащей, книги, что даже не сразу услышал, когда в его дверь осторожно постучали среди ночи. — Ну, заходи уже, — недовольно вздохнув, он потер переносицу, наверняка зная, кто сейчас появится в его комнате. Когда дверь тихонько скрипнула, он с трудом оторвался от страницы и первым, что увидел — были маленькие пальчики ног, стеснительно выглядывающие из-под, не по размеру длинных, штанов приютской пижамы. — Т-том, я... я так больше не могу, — всхлипывающий девичий голосок заставил его взгляд подняться выше и встретиться с красными глазами Агаты. — Что случилось? — строго спросил он, бегло осматривая ее на наличие каких-либо намеков. Быстрая догадка заставила понизить голос еще на несколько градусов. — Тебя кто-то тронул? В ответ она отрицательно завертела головой и неловко опустила ее, шмыгнув носом. — Агата, — с нажимом произнес Том и спрыгнул с кровати, подходя ближе. — Перестань реветь и объясни, что произошло. Это твоя птица, да? С ней что-то случилось и поэтому ты плачешь? — Нет. С Матеушем все хорошо, — вытерев щеки и глаза рукавом, девочка икнула и неуверенно продолжила. — Это... это все рожа. — Рожа? — недоумевающе переспросил он, нахмурившись. — Да-а... понимаешь, — она смущенно посмотрела на него, определенно боясь признаться в чем-то. — Иногда мне снится один и тот же сон со страшным чудищем, и оно... делает мне больно. И мне кажется, что... что... — Что? — Что это не просто сон. Потому что вот, — она закатала рукава рубашки, обнажая тонкое запястье, украшенное свежим синяком багрово-красного цвета. — Каждый раз я просыпаюсь с этим. Знаешь, мне часто снится... всякое странное. Но, обычно, я ничего не чувствую, а в этом сне все по-другому. Том внимательно выслушал рассказ и аккуратно положил на место кровоподтека свою ладонь, сравнивая ее размер с синяком: кто-бы не оставил Агате этот след — это явно был не ребенок, а взрослый с очень тонкими и длинными пальцами. — Почему ты раньше мне не рассказала? — мальчик задумчиво провел пальцем по контуру синяка и осторожно прикрыл его тканью рубашки. — Я стеснялась. — Что за бред?! Почему? — Ну, я же вижу, как ты на меня смотришь, когда у меня что-то не получается. Когда я что-то говорю невпопад, — она обиженно зыркнула на него из-под опущенных ресниц. — Думала, ты решишь, что я все выдумываю или боюсь какой-то ерунды и... — Агата набрала в грудь воздуха и быстро проговорила. — И что ты подумаешь, что я жалкая и не захочешь больше дружить со мной. Мальчик удивленно захлопал глазами: таких откровений среди ночи он никак не ожидал. — Я никогда так не думал, — кратко признался он. А после, взяв из шкафа чистое полотенце, направился к двери. — Иди за мной. — Ч-что? Куда? Том внимательно осмотрел ее заплаканное и раскрасневшееся лицо, и вымученно закатил глаза. — Поверь, тебе это нужно, если не хочешь завтра выглядеть, как распухшая жертва пчелиных укусов. Тихонько ступая, он привел Агату в душевую и приказал умыть лицо холодной водой, предусмотрительно придерживая непослушные волосы девочки, чтобы те не намокли. — Том, мне страшно сегодня засыпать одной, — робко призналась она, когда он вытирал ее мокрый нос полотенцем. — М-можно я посплю у тебя в комнате? Я не буду мешать, просто лягу где-нибудь в уголке. Первой мыслью Тома был, конечно же, твердый отказ от посягательства на его территорию. Но, посмотрев в перепуганные глаза напротив, он понял, что если не согласится, то найдет ее утром спящей у себя под дверью. — Мой тогда и ноги тоже, — неохотно процедил он, наблюдая, как в ответ девочка непонимающе нахмурилась, ища подвоха. — Ты же не думала, что я пущу тебя на мою чистую кровать после того, как ты собрала всю грязь своими босыми пятками? — Том вытянул старый тазик из-под раковины и набрал воду. — А-а. Я что-то не подумала, — растеряно протянула Агата, взяв из его рук кусок мыла. Когда с ванными процедурами было покончено, она тихонько ойкнула и виновато посмотрела на него. — Но они ведь опять станут грязными, пока я дойду до тебя... — Знаю, — он отвернулся, указывая подбородком себе на спину. — Считай, что это мой тебе подарок на Рождество. — Что? Как на лошадку? — неверяще уточнила девочка. Но, когда Том обернулся через плечо, пуская в нее свой фирменный суровый взгляд, она без лишних разговоров вскарабкалась. Подкинув ее повыше, чтобы острые колени не резались в бока, мальчик молча понес свою легковесную поклажу. Уже в комнате, они кое-как уместились на одной кровати, расположившись валетом и поделив одеяло поровну. Но сон не шел и Том решил уточнить кое-что: — И как, говоришь, выглядело то чудище? — Ой, Том, видел бы ты эту рожу, — девочка приподнялась на локтях и посмотрела на него сквозь темноту, понизив голос до полушепота. — Лицо бледное, как мел, больше похожее на череп. Красные глаза... а вместо носа две дырочки, как у змеи. И он, мне кажется, когда-то это был человек, за что-то очень сильно злился на меня. — Бедняга, — Том послал Агате злорадную улыбочку. — Боюсь представить, чем ты ему так досадила, что он вынужден мотаться к тебе во снах, ища спасения. — Дурак, — она не оценила шутки и дернула его часть одеяла на себя, накрывшись, чуть ли, не с головой. — И тебе спокойной ночи, — процедил Том, с силой возвращая себе свой кусок материи, совершенно не желая мерзнуть этой ночью.