(Не)виновный

      Прошло два месяца, и обстановка в Саниксе была не из лучших. Напряжение чувствовали все, кто хоть немного разбирался в политике. Соседствующая республика Кармс проявляла опасную активность. Пусть государство не отличалось масштабами, но вот силой успела прославиться... Не один век Кармс желает откусить от Саникса такой желанный кусочек как Небесное море. Ведь это открывает такие возможности для торговли. Его Величество Эрнест ходил мрачнее тучи, словно чувствовал, что в этот раз избежать войны не получится. Вопреки прошлым заявлениям, Эдгар почти не вмешивался в дела Эрнеста, предпочитая наблюдать со стороны. Пока всё хорошо, он не будет настаивать на своём правлении. Хотя методы Эрнеста выводили не раз Его Высочество из себя. И он несомненно сорвался бы, если бы не Селена. Уйдя в отставку, бывший король мог больше времени проводить с Арном и любимой женой. Многие отмечали, что мужчина стал меняться и стал более... мягким. Семьянин, любящий отец и нежный муж. Такой жизни он всегда и хотел. Что не скажешь об Эрнест, который наоборот становился все более жёстким и серьёзным. Пропали бесследно юношеская наивность и ребячество. Сейчас от любого его слова завсисили сотни тысяч жизней. А его отношения с семьёй становились все более странными. В то время как отец, мачеха и брат сближались, Эрнест словно бы ещё больше отдалился от них, чувствуя себя настоящим изгоем. Если бы не Амина, Эрнест наверное сошёл бы с ума. Несомненно, Эрнест готовился к той нагрузки, которая подразумевает под собой корона, но всё оказалось ещё хуже. Порой восемнадцатилетнему королю казалось, что он просто не вывозит. Ещё эта маячавшая на горизонте война... Амина старалась не мешаться у Эрнеста под ногами во время дня, предпочитая уединение и изучение всех своих обязанностей наедине с собой и книгами, а вот по вечерам всеми силами одаривала мужа лаской и любовью, чтобы дать заряд сил и бодрости на следующий день. Она видела насколько тяжело приходилось Эрнесту, но со своими знаниями просто ничем не могла помочь. Поэтому старательно училась, привлекая все возможных людей к этому. Но что более важно, пусть не было никаких доказательств, но сердце девушки чувствовало, что бьётся оно для поддержания уже не одной жизни... Амина все чаще ловила себя на том, что то и дело гладит себя по животу. Понимала девушка, что времени прошла мало, что никаких признаков и доказательств нет, и все же не давало ей это покоя. Вот только с лекарем или мужем никак не решалась заговорить. А вдруг ошиблась? А вдруг что... Пугает неизвестность. Эрнест как обычно сидел один в кабинете, даже не заметив наступления глубокой ночи. А вот Амина ещё как заметила. Поэтому с чётким намерением отправить мужа спать, пришла к нему в одной сорочке. Благо кабинет и комната для сна были связаны тайным ходом и удалось пройти, не попадаясь никому на глаза. Эрнест вздохнул, отложив бумаги, когда почувствовал как нежные женские руки обвили его шею, а тёмные длинные волосы щекотят щеку. Прикрыв глаза, он откинулся на спинку стула и накрыл ладонь девушки своей, слегка сжав её. — Я опять засиделся? — устало спросил Эрнест, потерев переносицу. И правда глаза болеть начали. — Угу... Труженик. Работаешь тут на благо народа, а о себе не думаешь. Не бережёшь здоровье. Эрнест слегка усмехнулся и позволил увести себя к дивану. Амина усадила на мягкий предмет мебели своего мужчину, а сама встала у него за спиной, начав массировать плечи, чтобы согнать напряжение. Супруги молчали, просто наслаждаясь компания друг друга. Любовь и счастье любят тишину. Амина и Эрн успели хорошо это понять за время брака. —Эрнест... — тихо начала Амина, задумчиво наблюдая за размеренным горением дров в камине и языками пламени. — М? — отозвался Эрнест, находясь в какой - то полудреме. Наверное, если бы Амина не пришла он так и не понял бы, что ему нужен отдых.  — Если... Когда у нас будут дети, как бы ты их назвал? — решилась спросить девушка, поднявшись пальцами к шее Эрнеста, вызвав массирующими движениями у него мурашки. — С чего это ты вдруг? — удивлённо спросил король, открыв глаза, желая обернуться и посмотреть на девушку, но та мягко, но непреклонно заставила его этого не делать и продолжила массаж. — Просто интересно твоё мнение. Какое имя ты хотел бы дать дочери, какое сыну... — Я как - то не думал об этом. Эрнест упёрся взглядом в стену, ничего не видя. Ещё недавно он сам мог считаться ребёнком, а тут его жена уже спрашивает как он хотел бы назвать своих детей. Куда бежит время... — Давай так, если у нас будет дочь — имя даёшь ей ты. А если сын, то я. Что думаешь? — А... ну, раз предлагаешь, то я вовсе не против, — улыбнулась Амина, подумав о том, что у неё может быть доченька, которой имя выбрала ей она. Ведь по традиции, независимо от пола ребёнка, имя даёт отец. Но когда Эрнеста волноваои традиции? — Я хочу услышать твой вариант имени дочери, — перевёл стрелки Эрнест, вызвав растеряность у Амины, но она быстро пришла в себя и задумалась. — Наверное.. Алиса. Я очень люблю это имя. Думаю оно прекрасно подошло бы принцессе. Нашей принцессе, — с настоящей материнской улыбкой сказала Амина. — Ты так решила продолжить логическую цепочку? — посмеялся Эрнест. — В смысле? — непонимающе моргнула девушку. — Ну как же... Адония, Амина... Алиса. Цепочка королев Саникса, все имена начинаются на "А". Ты об этом думала? — усмехнулся король, вновь прикрыв глаза и расслабившись от действий жены. — Да ну тебя, нет конечно. И вообще, ты забыл про Её Высочество Селену. Так что не работает твоя логика, — быстро нашлась, что сказать Амина, желая стукнуть Эрна по лбу. Шут гороховый. — Её место может занять в этой цепочке Арн, — не остался в долгу Эрнест. Амина конкретно выпала в осадок. — А что насчёт тебя? Дашь имя сыну на подобию Элдара? Тут Эрнест все же повернулся лицом к Амине, выгнув бровь. — Ну как же, Эдгар, Эрнест... тут твоя логическая цепочка не работает? Слушайте, что у королевской семьи проблемы с выбором имён. "А", да "Э" используете. Неужели не надоело ещё. Эрнест все еще смотрел на Амину глазами по пять сейров. А потом искрине заливисто расхохотался. Умеет же Амина приводить его в чувство и вызвать эмоции даже после такого напряжённого рабочего дня. — Нет, правда, Амина, ты нечто. Мне кажется ты единственная, кто это заметил. — Ты первый начал, — буркнула девушка, руками повернув голову Эрнеста обратно от себя и продолжи разминать ему плечи. — И все же, что думаешь насчёт Алисы? — вернулась к теме разговора Амина. — Я приму любой твой выбор, но это имя мне действительно нравится. Амина не смогла сдержать улыбку. Приятно так, что Эрнест поддерживает её. Буквально во всем. — А что же насчёт имени для мальчика. Эрнест стал серьёзным, глубоко задумавшись. Какое же имя... — Рейн, — наконец спустя долгое время сказал Эрнест, когда Амина уже подумала, что он уснул или просто решил не отвечать. — Рейн? — Да, Рейн... — сказал Эрнест, словно бы погрушившись в глубокое прошлое. В самый дождливый день из всех, какие он когда либо видел.  

* * *

  — Лорэнс, кто это? — спросил совсем ещё юный принц у недавно нанятого молодого лекаря. — Это мой сын, Ваше Высочество. Его зовут Рейн. С сегодняшнего дня он и моя жена будут жить и работать в замке в качестве прислуги, — потрепав сынишку двенадцати лет по светлым волосам, сказал молодой отец. Такая хорошая возможность всегда быть вместе с семьёй и не волноваться как уж они там дома, пока он работает тут. Милосердный у них король, раз разрешил взять жену и ребёнка с собой на таких условиях. Вошёл в положение. Голубые глаза Рейна посмотрели на принца. Такие разные, но стоят так близко, проявляя друг к другу интерес. Один изящный, высокий, манерный и утонченный. Бледный и держит волосы собранными в хвост на затылке. Второй с вечно растрепанными пшеничными волосами, местами рванной и изношенной одежде, с нахальным взглядом и смуглой кожей. — Приятно познакомиться, твоё-чество, — протянув руку, с ухмылкой сказал Рейн, сократив титул Эрнеста как только мог. Пока Лорэнс пытался осадить сына и доступно объяснить, что так с принцем обращаться нельзя, что нужно проявлять уважение и не вести себя как последний оборванец, Эрнест широко распахнутыми глазами смотрел на незнакомого мальчика. Он впервые встречает кого-то, похожего на Рейна. И нет, он не злиться, даже наоборот, ему.. понравилось. Такой необычный мальчик..  

* * *

  — Эй, твоё-чество, пошли со мной че покажу, — показалась в окне первого этажа в библиотеке макушка неугомонного мальчика, которого гоняла вся прислуги, но все равно любила. То, как впервые Рейн назвал Эрнеста при встрече так и закрепилось за принцем прозвищем, которым назвать его мог только Рейн. Несмотря на бандитский характер, за его доброту и честность ему продали все и всё. Оторвав взгляд от текста, Эрнест положил закладку и закрыл книгу, взглянув на мальчика, который не переставал его удивлять и шокировать. Казалось, что Рейн не знал, что такое правила. Не имел представления о дворцовой жизни и был полной противоположность такого правильного принца, чем его так сильно и привлекал. Эрнест поднялся, оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что рядом никого нет, после чего вылез из окна вслед за Рейном. До знакомства с ним, Эрнест пользовался исключительно дверьми. Мальчишки обогнули башню замка и оказались где-то в тени. Рейн стал копошиться в кустах, пока не нашёл тканевую старую и грязноватую сумку. Усевшись прямо на землю, Рейн прислонился спиной к каменной стене замка и протянул Эрнесту ароматную булочку. — Мама ходила сегодня в город, там ярмарка. Купила мне на обед булочки, — с широкой улыбкой сказал сын Лорэнса, похлопав по земле рядом с собой, предлагая принцу присесть. Эрнест колебаться, все ещё не в состоянии так просто соглашаться на все те сомнительные вещи, что ему предлагает Рейн. Он ведь одежду запачкает, если так просто сядет на землю. Поняв замешательства Эрнеста, Рейн всучив ему булочки, в руку по каждой, и постели сумку на землю. Эрнест выдохнул и все же сел на предложенное место. Умеет же Рейн, находить выход из ситуаций. Вернув мальчику часть его обеда, Эрнест взялся двумя руками за свою, довольно большую булочку, вертя её из стороны в стороны, пытаясь понять как же начать её есть. А Рейн уже тем временем набил рот, пытаясь что-то говорит, отчего крошки буквально высыпались изо рта и падали на землю. Не самое приглядное зрелище для принца, но Эрн уже привык. Наконец и он откусил сдобу, ощутив нежный вкус домашних яблок и свежей выпечки. Тут ещё и корица... — Как вкусно, — восхищённо сказал Эрнест, не переставая удивляться еде простолюдинов. — Не то, что ваша гадость на столах, да? — самодовольно сказал Рейн, который каждую неделю приносит Эрнесту что-нибудь из города на пробу. — Да... Эрнест чувствовал себя рядом с Рейном таким несмышленышем. Пусть он и мог цитировать произведения известных отечественных и зарубежных авторов, без труда решал арифметические задачки и считался среди придворных учителей маленьким гением... но Эрнест чувствовал, что у пускает нечто важное, начав общаться с Рейном. Упускает жизнь. Зачем ему знание картин известных художников, когда он не знает вкуса домашней сытной еды? Когда не может поддержать разговор об уличных играх и развлечениях? Зачем ему все эти знания?  

* * *

  Пощечина звонко прилетела в щеку Эрнеста. В карих глазах застыли слезы. Нельзя плакать, нельзя... Как больно...  — Перестань позорить себя и свою семью, таскаясь с этим оборванцем.  — У него есть имя, — негромко сказал Эрнест, с жгучей обидой во взгляде посмотрев не короля.  — Что? — угрожающе переспросил Эдгар.  — Я сказал, что его зовут Рейн и он её оборванец, а мой лучший друг...  Вторая пощечина больно обожгла левую щеку. Эрнест опустил голову, прижимая к лицу ледяные руки, чтобы хоть как-то стереть боль. Да за что отец так с ним поступает?..  — У тебя не может быть друзей в лице прислуги. Нужны друзья — ищи их среди аристократов, благо достойных людей хватает. А такие разбойники тебя ничему хорошему не научат. Чтоб я больше не слышал о том, что ты таскаешься с этим мальчишкой. И не дай Бездна я увижу вас вместе лично, — жёстко и угрожающе сказал Эдгар, прежде чем отвернуться к окну, встав спиной к Эрнесту, тем самым показывая, что разговор окончен.   

* * *

  —... твоё-чество... Эрн... Эрнест!.. прииинц!... Ваше высочество!! — орал в окно Рейн, пытаясь достучаться до юного Шмидта, который кажется в упор не видел мальчика, который стоял в двух метрах от него, по ту сторону закрытого окна. — Да что с тобой?! Выходи!  Эрнест поджал губы, нахмурившись и пытаясь сосредоточиться на тексте научно-популярного сборника. Рейн, уйди, Эрн умоляет тебя, просто уходи, пока ты не привлёк ещё больше внимания. Не вреди себе.  Так и не поняв причины, Рейн отвёл взгляд, сунув руки в карманы штанов, и угрюмо ушёл, не дождавшись ответа от Эрнеста. Да что с ним?   

* * *

  — Ты меня избегаешь? Вторая неделю пошла. Что случилось-то? — чувственном выпали Рейн, поймав Эрнеста на улице за руку и прижав его к стене, чтобы уже точно не смог уйти от разговора.  Эрнест не выдержал прямого взгляда и отвёл глаза, поджав губы и сжав кулаки.  — Пусти, — выдавил сквозь зубы принц.  — Не пущу пока не скажешь, что случилось.  Пасмурное небо недвусмысленно намекало на то, что погода баловать не будет. И как точно где-то по близости прогремел гром. Но мальчишки даже не заметили ухудшающейся погоды, чувствуя только как накаляется атмосфера между ними.  — Отпусти. Это приказ, — встретившись глазами с Рейном, жёстко сказал Эрнест со сталью в голосе.  Рейн сильно прищурился, криво усмехнувшись.  — Ах вот как мы заговорили... Ладно  Рейн сделал два шага назад, непривычно холодно глядя на друга... нет, принца. Эрнест закусил губу, больно впиваясь ногтями в ладони. Ну почему Рейн не понимает по-хорошему, что им нельзя видеться. Зачем заставил Эрнеста так радикально поступить..  — Рейн, я...  — Разве я не говорил, что лучше бы вам двоим не попадаться мне на глаза вместе? — прервал Эрнеста ледяной голос короля.  Эрнест каждой клеточкой своего тела почувствовал, как сердце упало в пятки, а кровь отлила от лица. Он медленно поднял взгляд за спину Рейна и увидел отца. Даже забыл как дышать, мелко начав трястись.  Рейн резко обернулся, шумно выдохнув. Вот уж кого точно он не делал встречать... Первый раз видит короля так близко и... лучше бы не видел. Судя по словам Его Величества и реакции Эрнеста проблема в резком изменении отношения к нему состоит в этом.  — Отец… это не то, что ты... — начал было оправдываться Эрнест, но его прервал громкий раскат грома, после которого полил сильнейший дождь и подул порывистый ветер. Казалось, что погода чувствовала накал страстей, происходящий возле стен замка.  Эдгар в два шага пересёк расстояние и схватил Рейна за шкирку с силой отбросив его в противоположную сторону от сына. Мальчик чуть не упал прямо в грязь, но смог устоять на ногах, выставив руки в стороны. Голова закружилась. Черт, ну почему именно король ... — Ваше Величество, я не понимаю в чем дело, — посмотрев снизу вверх на Эдгар, спросил Рейн, придя в себя, после такого толчка. — Не понимаешь? — холодно усмехнулся Эдгар, сделав шаг по направлению к мальчику, который невольно отступил на пол шага назад. Дождь и ветер мешали смотреть собеседнику в глаза и вообще мешали обзору. В считанные минуты земля превратилась в грязное месиво. — Ты, жалкий простолюдин, слуга, разбойник... Да как ты вообще посмел решить, что имеешь право просто разговаривать с принцем? — медленно идя по направлению к Рейну, чеканил каждое слово Эдгар, пытаясь перекричать непогоду. Рейн уже пожалел, что встрял. Мальчик с каждым шагом короля отступал на шаг назад, боясь его гнева. Ударит ведь и будет в своём праве. — Отец.. Ваше Величество… не… РЕЕЕЕЕЕЙЙЙЙЙН !!! — заорал истошно Эрнест, услышав странный звук со стороны друга, а потом и его крик. Слезы полились из глаз Эрнеста, даже раньше того как он сорвался с места, раньше того, как он осознал, что произошло. В той стороне обрыв. Можно сказать пропасть, ведущая в пучину плескающегося внизу штормового моря, воды которого так скоро заглушили предсмертный крик Рейна. Если бы не король, Эрнест упал бы вслед за Рейном. Но Эдгар больно вцепился в плечо Эрнеста, не давая и шагу ему сделать. Из карих глаз ручьём текли жгучие слезы, которые перемешивались с дождём. Эрнест рухнул на колени, не заботясь о том, что испортил безвозвратно дорогую дизайнерскую одежду. Мальчик одиннадцати лет смотрел вперёд, не видя ничего кроме чертового дождя. Эрнест хватал руками грязь под ногами, не чувствуя ничего. Пока его снова не накрыло. Обхватив себя измазанными грязью руками за плечи, Эрнест скрючился и озарил окрестности нечеловеческим криком скорби и боли, срывая голос. А дождь и ветер, словно сочувствуя бедному принцу, многократно усилились, разнося по всему городу печальную весть. Ветер выл, пугая прохожих, как выл на вершине скалы Эрнест. — Пошли в замок, не хватало ещё тебе заболеть, — дернув Эрнеста за руку на себя, Эдгар поднял сына, словно безвольную тряпичную куклу. Скрипнул зубами. — Как только закончится шторм отправим людей на поиски, — сказал король, прежде чем унести потерявшего сознания сына на руках прямиком в лазарет. К Лорэнсу, который ещё не знает о том, что случилось с сыном.  

* * *

  Шторм длился три дня. Три дня Эрнест пролежал с тяжёлой простудой в лазарете, один на один с Лорэнсом. Он не мог смотреть на лекаря, потому что на глаза тут же наворачивались слезы, а в горле образовывался ком. Поэтому Эрн просто заворачивался в одеяло, спрятав лицо, и засыпал в позе эмбриона. Только, чтобы не видеть беспокойный взгляд Лорэнса, обращенного с угасающей надеждой на море. Эрнест уже мысленно похоронил своего лучшего друга. Надежды нет. Никакой. Его уже нет в живых. Будет чудо, если найдут хотя бы тело. Если такое произойдёт, Эрнест обещает самому себе, что на колени перед отцом встанет, но устроит для Рейна человеческие похороны.  

* * *

 

Последствия затяжного шторма были катастрофическими для столицы и ближайших городов. Потоп, оползни, разрушения... Все силы армии были брошены на помощь мирным гражданам. Советы министров кажется проходили сутками за закрытыми дверями.   А Эрнеста волновала сейчас судьба только одного человека. Может пропитался убеждённостью Лорэнса, отчего внутри загорелся маленький огонёк надежды. Вдруг выжил. Произошло чудо и он... Рейн выжил...  Рвать и метать хотел Эрнест, когда король выделил скрипя зубы одного солдата и двух слуг для поиска мальчика, просто чтобы сдержать слово, данное сыну.  Ещё четыре дня люди искали пропащую душу. Они бы сдались и спустя сутки, но принц не отпускал, убеждая проверить все тщательно ещё раз. К концу недели, когда об этом прознал король, он прогнал выделенных людей на помощь всем остальным, а Эрнесту устроил выволочку, в жёсткой форме поставив перед фактом, что его драгоценного "друга", а вернее его бездыханный труп унесло в море. И найти его теперь в лучшем случае однажды сможет какой-нибудь рыбак в деревушке без названия.  После разговора с отцом, Эрнест пришёл к Лорэнсу, чтобы донести и.. Как вышло, что он ревел ему в жилетку, пока отец, потерявший ребёнка, утешал его уже не помнит. За эту неделю Эрнест так сроднился с Лорэнсом, что готов был считать его своим отцом, а не короля. Его так восхищала стойкость этого мужчины, который не сломался, а даже смог поддержать Эрнеста. Может он придастся горю где-то в своей комнате глубокой ночью, но юный принц об этом точно не узнает. Король объявил инцидент с мальчиком-слугой несчастным случаем. Мальчик, по неосторожность поскользнулся и сорвался со скалы. Никакой своей вины Эдгар и близко не чувствовал. Он ведь даже не тронул этого сорванца. Он сам делал те шаги навстречу своей верной гибели. Таким образом обо всем произошедшем на самом деле, со всеми подробностями знали только три человека : король, который сразу же и забыл об этом, Эрнест, который погрузился в чувство вины в гибели лучшего друга с головой, и Рейн, которого уже не вернуть. Эдгар не счёл нужным, а Эрнест просто не смог рассказать отцу Рейна всего. Так и считают люди, пережившие тот день, смерть маленького слуги простым несчастным случаем.  

* * *

  Эрнест, в тайне от всех, в частности от короля, сам нашёл самые большие камни в лесу, который окружал замок, и принес к его стенам замка, какие только мог донести. У того самом места, где произошла ссора лучших друзей, в ходе которой один простился с жизнью, появилось своеобразная могила, памятник, сделанный детскими руками, на самом большом камне которого, было неумело выцарапано ножом : "Спасибо за то, что научил меня жить, дождь" Первое время Эрнест приходил на могилку друга каждый день, потом каждую неделю, месяц, пока этот срок не растянулся до года. Но это не приуменьшало чувств Эрнеста. Каждый раз, приходя сюда, он рассказывал Рейну обо всем, что творилось с ним, что происходило в стране и в замке, какие вкусности продают на ярмарке, куда теперь тайком пробирается Эрнест или просит кого-то из слуг купить булочки... И перед самым уходом, наследный принц встаёт на колени перед надгробием, несмотря на погоду, и не заботясь о своём внешнем виде и просит прощения, которого так и не успел попросить при жизни.  В этот момент Эрнест ощущает резкую грань между жизнью и смертью, которая представляет собой маленькое надгробие. Снова стоят друзья друг на против друга и разговаривают. Вернее много говорит тот, кто всегда молчал, а молча слушает тот, кто всегда рассказывал. Один день смог перевернуть всё с ног на голову. Но одно осталось неизменным: Эрнест виноват перед Рейном. Если бы Эрнест не был так слаб, все могло закончится по другому. Хотя бы ему не приходилось бы приходить на могилу человека, чьё лицо осталось только в памяти. Никаких портретов, коими были усыпаны стены дворца с одним лишь принцем в разных возрастах, а ещё миллион таких же похожих лиц в галерее, посвящённой правящей семье. Нет. Даже никакого наброска на клочке бумаге. Умел бы Эрнест рисовать, то запечатлел бы лицо друга, пока оно ещё имеет такие чёткие очертания. в голове...  

* * *

 

Эрнест отвлёкся на громкий треск дров в камине и пришёл в себя, выйдя из прошлого. И снова он чувствует руки на своих плечах, которые накрывает своими, молча прося прекратить, и просто поглаживает костяшки большими пальцами, ничего не говоря и не объясняя. Прошло столько лет, а Эрн продолжает винить себя и королевскую семью в смерти невинного мальчишки. Если бы Эрнест не промолчал, если бы король не надовил... Да чего ради Рейн вообще умер? Такая жалкая гибель для такого великого, по меркам Эрна, человека. Узнав о смерти сына, родители были неутешны. Но если Лорэнс хотя бы старался держаться, выходя день за днем на работу, то вот его жена медленно сходила с ума, пока однажды, в промозглый вечер не сиганула с обрыва в море вслед за сыном. Так, за один месяц Лорэнс потерял семью в ужасном месте под названием "замок", где по сей день продолжает работать, чтобы найти для себя хоть какой-то смысл жить. Каждый раз, когда принц, а сейчас уже король, смотрит не на молодого и неопытного, а уже придворного, главного лекаря, пока тот не видит, в карих словно шоколад глазах можно прочитать боль и вину. За все, что королевская семья сделала с родными Лорэнса, это они должны служить ему, а не наоборот. Может знай лекарь всей правды, не стал бы работать столько лет на корону. Но правда молчит, молчит и Эрнест.