новый опыт

— Сейчас — самое время поделиться своими фантазиями, птенчик. — Мне сложно сказать так сразу… — пробормотал Гаон. — Честно говоря, нет ничего конкретного… — Хорошо. Чонсу решил подступиться к нему по-другому. Он вытащил из-под себя одеяло и прикрыл нижнюю часть тела, в полной готовности осторожничать столько, сколько потребуется. Его это даже увлекало. — Давай сыграем в игру. — предложил Чонсу. — В игру? — Да. «Правда или действие». Ты начинаешь. Джисок кивнул и, немного поёрзав на месте, сел вполоборота. Помедлив, он спросил, всё ещё не глядя на Чонсу: — Правда или действие? — Правда. — ответил Чонсу, предполагая, что Гаону пока что будет сложно придумать ему действие. — Каким был твой первый раз? — О, это был полнейший провал. — вспомнил Чонсу. — Это было с девушкой, которая мне нравилась тогда. Я кончил ещё до того, как успел войти хотя бы наполовину… — Оу… И даже после такого ты продолжаешь любить это всё? — Остаёшься без ответа, потому что моя очередь. Правда или действие? — Правда. — Чем ты сейчас занимаешься? Учишься, работаешь? Гаон уставился на него в недоумении. Чонсу пожал плечами, как ни в чём не бывало. — Получаю второе высшее. — ответил Джисок. — Я думал, у нас будут вопросы про что-то такое… Ну… Ты понял… — Откуда ты знаешь, что меня не заводит мысль о втором высшем? Может быть я получаю удовольствие от страданий и боли? Он видел усмешку Гаона и чувствовал, как тот расслабляется. То, что надо. — Твоя очередь. — подсказал Чонсу. — Правда или действие? — Правда. — Как ты себя чувствуешь? — Прямо сейчас? Великолепно. Всё, что происходит, кажется мне очень занятным. — честно ответил Чонсу. Гаон кивнул. Его дыхание выравнивалось. — Правда или действие? — Действие. — проговорил Гаон. — О-о-о, — улыбнулся Чонсу. — разденься до конца. Откинувшись на изголовье кровати, Чонсу учтиво отвёл взгляд и наблюдал за колеблющейся тенью, которая отражалась в натяжном потолке спальни. Чонсу слушал, как Гаон шуршит и возится рядом. — Правда или действие? — Правда. — теперь Чонсу решил тянуть из вредности. — Что ты бы хотел прямо сейчас? Воздух, который Чонсу набрал в лёгкие, чтобы ответить, задержался на несколько секунд, а затем медленно тихо иссяк, опуская его грудь. Он не думал, что такой простой вопрос вдруг застанет его врасплох. Чонсу застыл, потерянно пытаясь понять самого себя. Чего он хотел? Минуту назад его мысли были игривы, а тело напряжено в готовности к любым действиям. Но после этого вопроса всё спуталось и он почувствовал себя пустой пластиковой бутылкой, которая вывалилась из мусорки, а вокруг нет ни одного человека, который мог бы решить его судьбу. Когда Чонсу вернулся к реальности, то заметил на себе внимательный взгляд. — Хочу не прекращать то, что мы делаем. — ответил он. Это было правдой. Единственное, за что Чонсу мог зацепиться сейчас. — Твоя очередь. — теперь Гаон подсказал ему. Чонсу не думал, что его так смутит какой-либо вопрос и понял, что забыл об игре. Он, действительно, растерялся. — Правда или действие? — Действие. Судя по всему, Джисок был уже готов к чему-то большему. Чонсу с готовностью дал ему это: — Потрогай то, что тебе во мне больше всего нравится. Гаон некоторое время колебался, а затем медленно протянул руку к лицу Чонсу, дотрагиваясь до щеки. Уголок рта Чонсу пополз вверх.  Мило. Они вновь встретились взглядом и Гаон убрал руку. Он в задумчивости сжал свои губы и несколько секунд на что-то решался. А затем слегка отодвинул край одеяла и провёл кончиками пальцев по бедру Чонсу, у которого тут же отвисла челюсть от этого крохотного прикосновения. С ним точно творилось что-то странное. Обычно, Чонсу сносило крышу только тогда, когда в постели его грубо хватали и тискали, вели себя с ним нахально, резко и властно. Его никогда так не электризовало от едва ощутимых касаний, застенчивых и осторожных, будто он — фарфоровая статуэтка величайшей ценности. Никогда его мысли так не туманила трепетная робость партнёра, из-за которой выглядывало какое-то взволнованное благоговение. Но именно сейчас Чонсу остро ощущал желание утащить в бездну восхитительно невинного юношу, зачарованного тьмой и подошедшего слишком близко к краю пропасти. — Правда или действие? — Действие. — не раздумывая ответил Чонсу. Было чувство, что Гаон знает, что сказать, но просто не может это произнести. В конце концов, он закрыл глаза и попросил: — Помоги мне?.. Чонсу этого хватило, чтобы всё понять. Он отодвинул одеяло и переместился поближе к Гаону, подложив ему за спину подушки. — Так будет удобнее, ты можешь откинуться на них. — прошептал Чонсу ему на ухо, легко подталкивая его за плечи назад. Проведя ладонями по груди, Чонсу с удовольствием нащупал рельеф и про себя отметил, что фигура этого парня была объёмной, не смотря на то, что он казался хрупким с первого взгляда. Джисок всё ещё не открывал глаза и дышал через рот. Беззастенчиво щупая его торс, Чонсу прошёлся сверху вниз медленными круговыми поглаживаниями. Когда он подобрался к низу живота, Гаон запрокинул голову. Как Чонсу и предполагал, член Гаона был небольшим и почти полностью помещался в ладонь. Головка уже виднелась из-под крайней плоти и блестела от естественной смазки. Чонсу медленно насадил свой кулак на орган, размазывая жидкость и оттягивая кожу. — Дыши. — шепнул Чонсу, замечая, что Гаон зажмурился и задержал дыхание. Парень подчинился и стал судорожно ловить ртом воздух. Чонсу неторопливо водил кулаком вверх-вниз, чувствуя, как кожа перекатывается под его давлением и лениво думал, что сейчас для Джисока даже смазка не потребуется, потому что его член стал достаточно влажным. Пальцы спустились ниже, оглаживая чувствительный мышечный мешочек и слегка надавливая на уплотнения. Гаону больше не удавалось сдерживать плаксивые поскуливания. Чонсу глубоко вздохнул, его собственный член уже налился кровью и требовал внимания, но он знал, что если прикоснётся к себе, то больше не сможет сосредоточиться на Джисоке. Пальцами придавливая уретру, он вёл по ней от основания до головки, затем несколько раз нажимал на уздечку и вновь спускался вниз, повторяя так ещё и ещё. — Я… Долго не смогу… — измождённо выдавил Гаон. — Ничего страшного. — ласково ответил Чонсу. Он стал гладить член ладонью снизу вверх, прижимая его к животу под усиливающиеся дрожащие вздохи. В конце концов, Чонсу обхватил длину ладонью и начал ей двигать, неспеша набирая темп. Грудь была такой красивой, что Чонсу, не удержавшись, начал оставлять на ней поцелуи и облизывать поверхность, пока Гаон задыхался от ласк. Власть над удовольствием человека, которого он ублажал, втягивала Чонсу в омут, наполненный хриплыми вздохами и дрожью возбуждения. В один момент, Чонсу осознал, что просто наблюдал за лицом Гаона, пока нависал над ним. Это наверняка выглядело бы пугающе, если бы Гаон открыл глаза. Ритмичные влажные звуки учащались. На пару секунд Джисок затих, а потом вскинул голову, и из раскрытого рта вырвался судорожный выдох. Чонсу выдохнул вместе с ним и расплылся в улыбке. — Умничка. — прошептал Чонсу. Он сам всё ещё был напряжён, но тот факт, что Джисок кончил от его руки, вызывал у него искреннее внутреннее ликование и блаженство. На пальцах и тыльной стороне ладони остались капли вязкой полупрозрачной жидкости и Чонсу дотянулся до влажных салфеток, чтобы стереть с себя сперму, думая о том, что уже десятки раз дрочил парням, но никогда не был настолько рад, когда другой кончает первым. Чонсу всё ещё тяжело дышал, в отличие от Джисока, который почти унял своё распалённое дыхание и затихал. — Прости, я слишком быстро… — Для первого раза вполне неплохо. — Ты ещё не кончил… Да же? — Гаон посмотрел на него из-под полуприкрытых век. — Да. Как раз собираюсь подрочить на твоё размякшее тело. — отшутился Чонсу. — Я могу тебе помочь? — Всё в порядке, отдыхай. — Сам же говорил, что оба должны кончить. — пробурчал Гаон. — Что с твоими правилами, если ты их сам не соблюдаешь? Чонсу метнул в него острый взгляд: — Кто-то у нас тут стал слишком смелым? — Скажи, что мне сделать. Чонсу хмыкнул, подобрался к Гаону и сел на его бёдра. Затем скомандовал: — Потрогай меня. После пристального взгляда, Джисок медленно опустил глаза вниз, распахнул их и протяжно охнул. — Ты… — М? — Б-больш… — Гаон не смог выговорить и сглотнул. Он долго не решался что-то сделать, но в конце концов потянулся рукой и опасливо дотронулся до него. Чонсу никогда не задумывался о своём размере, даже относительно своих предыдущих партнёров, которые были либо почти как он, либо даже больше. После того, как Гаон робко обхватил его, Чонсу понял, что, на самом деле, выглядит гигантским в его ладошке. Он выдохнул, получив долгожданное прикосновение, и Гаон тут же взглянул на его лицо. — Всё хорошо, продолжай, — кивнул Чонсу. Гаон медленно водил рукой вверх вниз, теперь не отрывая взгляда от процесса. Когда его ладонь была на головке, Чонсу закусил губу и нетерпеливо толкнулся, не в силах терпеть томящие движения. Джисок ахнул от неожиданности и отдёрнул руку. — Прости, птенчик. Чонсу вновь не удержался от поддразнивания парня, для которого всё было в новику. Он почти извинился за то, что напугал его, хотя совершенно не жалел о содеянном, но услышал, как Гаон тихо попросил: — …Сделай так ещё раз? — М-м-м, давай-ка добавим кое-что. Он дотянулся до лубриканта и открутил крышку. Взяв ладонь Гаона в свою, перевернул её внутренней стороной и вылил немного смазки, а затем согнул её пополам, чтобы размазать прозрачный гель по всей поверхности. Гаон вновь сомкнул свой кулак на головке и замер в ожидании. Чонсу слегка поправил наклон его руки и протолкнулся. Ему хватило секунды, чтобы забыться. Он больше не мог остановить свои движения и скользил в его кулаке, стремясь утолить тянущее желание. Он упёр руки о кровать, по бокам от Гаона, чтобы удержать равновесие. Хлюпающие звуки усиливались, когда бедра Чонсу перестали двигаться плавно. Ритм терялся, то ускоряясь, то замедляясь. Контроль полностью оставил Чонсу в господство хаоса, ему больше не было дела до того, каким громким стало его гортанное дыхание, с какой силой он придавливал Гаона к кровати и как выглядел, пока догонял свою разрядку. Чонсу краем сознания понял, что ему стало теснее — Гаон медленно сжимал свою ладонь, пока он использовал его руку. Наконец, облегчение разлилось по его телу, сопровождаясь накатывающей слабостью и приступом дрожи. Чонсу больше не держали собственные руки и он опустился прямо на Гаона, не заботясь о том, что сперма измажет их обоих. Грудь Гаона была удобной. Гаон, вообще, был удобным.