Демонение в непривычных условиях

                                     — Только не говори мне, что ты тоже фанат Крама… — шокировано посмотрела на Кайла Гермиона, услышав его последний комментарий.       Одного сурового взгляда демона хватило, чтобы Грейнджер осознала, какую глупость она только что сморозила. Неловко засмеявшись, Гермиона поспешила поскорее зайти в замок, чтобы просто-напросто сбежать от этой позорной ситуации.       Немного посмотрев ей вслед, Кайл ненадолго отстал ото всех, чтобы без посторонних глаз изучить волшебных лошадок, что остались стоять запряженными в карету. Пару минут спустя он последним зашел в Хогвартс, а его закрома пополнились парой склянок крови и несколькими волосками из гривы и хвостов. Но пускай зашел он и последним, но в Большой зал он попал в середине основной массы, успев по пути миновать множество шептунов, обсуждающих Крама, а также одну почти-что женскую драку за тюбик губной помады. В голове всплыла безумная идея сделать лужу грязи и предложить победительнице «Битвы в грязи» перо, чернила и бумагу. Правда эти мысли были быстро задушены адекватной частью, которая попутно проклинала человеческое тело и его гормоны.       Короткий осмотр показал, что болгары выбрали себе стол факультета змей, а французы его собственного, в гостиной которого он появлялся только один раз, чтобы составить обещанный список для Гермионы. И если дурмстрангцы с интересом рассматривали окружение, то шармбатонцы были куда мрачнее. Их проблемы. На пути к своим однокурсникам Кайл, поравнявшись с центром сборища иностранцев их стола, мимоходом бросил:       — Добро пожаловать в это странное место. Заранее сочувствую!       Не останавливаясь, он продолжил идти и спустя мгновение сел ровно на разделение между двумя фракциями около Голдштейна, который, как и все прочие, заметили его лингвистическую вставку, но понятия не имели о сказанном.       — О, его высочество, сам сереброволосый принц решил посетить нас! — излишне громко прокричал Энтони.       — Я разве позволял тебе открывать свой плебейский рот? — с максимальным презрением в глазах и высокомерием в голосе процедил демон. Причем сделано это было так естественно, что рейвенкловцы на добрых полминуты зависли, открыв рты, а французы шокировано смотрели на все происходящее. До острого слуха Кайла долетели шепотки, которыми спрашивали, настоящий ли он принц. От такого абсурда он не смог сдержать смеха, а спустя пару мгновений смеялся уже весь факультет.       — Слушай, Кайл, а откуда ты французский знаешь? — задала вопрос Патил, когда смех пошел на спад.       — Мамина сестра живет в Марселе и мы частенько там бывали. Ну а там уже слово за слово… — ответил демон, неопределенно покрутив рукой. И ведь даже почти не соврал! У прошлого Кайла действительно был такой факт в биографии.       Дальше разговор продолжить не удалось, поскольку Дамблдор поднялся и встал у своего вещательного помоста. Прочие преподаватели, закончив с устранением различных происшествий, потянулись к своему столу, как и директора других школ. Когда Вновь произошло явление мадам Максим народу, все ее ученики поднялись и стояли вплоть до того момента, пока она не села. Это сопровождалось насмешками с разных столов хогвартских факультетов. Видящий эту картину Кайл лишь разочаровано покачал головой.       — Добрый вечер, леди, джентльмены и привидения, а главное, наши гости, — наконец начал Дамблдор, лучезарно улыбнувшись иноземным ученикам. — С превеликим удовольствием приветствую вас в Хогвартсе! Уверен, что вы хорошо проведёте у нас время. Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка!       При этих словах одна из шармбатонских девушек, у которой на голове всё ещё был шарф, громко хихикнула. Кайл бросил на нее короткий взгляд и почувствовал слабенькое воздействие магии. Удивившись, он мгновенно провел анализ и нахмурился. У француженки оказался некий вид шарма, воздействующий только на противоположный пол. Однако он был не концентрированным, а каким-то рассеянным. Возможно, она это не контролирует? Демон погрузился в размышления.       — Официальное открытие Турнира, — как ни в чём не бывало продолжал Дамблдор, — состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие друзья, на славу. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома!       На золотых тарелках появились блюда, а зал значительно оживился: отовсюду доносился гомон и звуки используемой посуды. Помимо привычного рациона на столе также можно было заметить и элементы заморской кухни. Мало кто задумывается, что это делается больше для местных. По вашему французы не едят французских блюд?       Ну и, разумеется, разговоры. Тем более тем для обсуждения хватало. Желание высказаться по поводу и без накрыла всех. Даже Кайл попал под перекрестный огонь. Пока он скромно и образцово, с полным соблюдением этикета, дегустировал новинки, его софакультетчики успевали не только набивать животы, но и чесать языками. В какой-то момент разговор перешел на тему Кайла.       — Ты, кстати, где пропадаешь? — обратился к демону Бут. — Я даже вспомнить не могу, когда ты последний раз в гостиной мелькал. Что же мы скрываем, а?       Пока он говорил, случайно неловко двинул ложкой, из-за чего часть ее содержимого попала на Турпин. В этом участке Большого зала возникла абсолютная тишина, а Терри стремительно побледнел. Причина крылась в излишней чистоплотности Лайзы. И Бут как никто с этим знаком, ведь нечто подобное случалось в прошлом году. Зубы ему мадам Помфри восстановила быстро, но следующие пару месяцев он ел невероятно аккуратно и максимально далеко от однокурсницы.       — Мне подержать его? — предложил Кайл. Терри посмотрел на него, как на врага народа, после чего резко подскочил и побежал. Однако спустя пару шагов он споткнулся о собственную ногу и грохнулся на пол. — Не благодари, — не поведя бровью добавил демон после сочного звука столкновения тела с каменным полом.       — А с тобой опасно иметь дело. Я же тебе ничем не насолил, да? — наполовину шутливо наполовину с опаской уточнил Голдштейн, из-за чего все засмеялись.       Кайл ушел от ответа, загадочно улыбнувшись, а Энтони вдруг ни с того ни с сего захотел помочь Буту, который все еще продолжал лежать и не шевелиться после того, как Лайза над ним немного поколдовала и пнула на последок.       Наевшись, демон взял в руки чашку с чаем и принялся с ленцой рассматривать происходящее в большом Зале. За преподовательским столом добавилось четыре новых места. И если директоров других школ всем косвенно представили, то два других человека были Кайлу не знакомы. Один выглядел как типичный госслужащий с аккуратным пробором и усами щеточкой, а второй был достаточно крупным с детским лицом и наивными голубыми глазами. За столом змей, естественно, выделялись болгары, как что-то новое. Ну и Крам, тут никак. Сам знаменитый ловец сейчас общался с Драко Малфоем и явно не горел желанием это делать. Стол барсуков ничем не выделялся, так что по нему демон только мазнул взглядом. За столом львов царил привычный хаос и балаган, из-за которого даже Кайл испытывал испанский стыд.       Неожиданно он стал свидетелем случайной сценки, когда одна из француженок с белокурыми волосами, та самая с шармом, подошла к столу алознаменных. Да и не куда-нибудь, а прямо к незабвенному трио, чтобы попросить какое-то блюдо. С нескрываемым наслаждением демон слушал и наблюдал происходящее.       — Будьте доб’гы, передайте, пожалуйста, буйя-а-бес! — громко попросила француженка.       Рон покраснел до ушей. Взглянул на девушку, открыл было рот, но вместо слов издал бессмысленное бульканье. Кайл чуть не упал на пол от смеха.       — Пожалуйста, — придвинул к ней блюдо Гарри.       — Вы уже поели?       — Д-да, о-очень вкусно, — заикаясь, проговорил Рон. Девушка взяла блюдо и осторожно понесла к своему столу. Рон таращился на неё, как на неземное диво. Привёл его в чувство смешок Гарри.       — Вылитая вейла! — осипшим голосом прохрипел Рон.       — Глупости, — возмутилась Гермиона. — Ты один уставился на неё с таким идиотским видом.       Но она ошибалась. Многие глядели вслед этой девушке, а некоторые, как и Рон, потеряли дар речи, что только подтвердили мысли демона о природе шарма.       — Говорю тебе, она самая необыкновенная на свете девушка! — вертелся на стуле Рон, стараясь не упускать её из виду. — В Хогвартсе таких нет.       — В Хогвартсе есть и получше! — выпалил Гарри, глянув искоса на Чжоу Чанг, сидевшую неподалёку от белокурой красавицы. «На экзотику потянуло?» — подумал Кайл, тоже мельком глянув на Чанг.       — Да перестаньте вы оба пялиться! — рассердилась Гермиона, но мигом остыла, встретившись взглядом с Кайлом. — П-посмотрите лучше, кто ещё пришёл в зал.       Дальше наблюдать за этим демон не стал. Заметив, что уже и Голдштейн с Корнером стали пускать слюни, смотря в его направлении, он передернул плечами. Однако лекции о дебильном поведении на публике было решено отложить на ближайшее никогда. Вместо этого Кайл нисколько не скрываясь поднялся и подошел к белокурой студентке из академии Шармбатон.       — Прошу прощения, что отвлекаю, — вежливо начал он, — но мои друзья уже немного поехали крышей от вашего шарма. Можете, коль уж вы в гостях, вырубить его?       Пока студенты Хогвартса, те, что услышали, не понимали, что там только что сказали на басурманском, французы сидели ошеломленными. Сделав несколько быстрых вдохов-выдохов, белокурая девушка виновато посмотрела на Кайла.       — Извините, но я не могу это контролировать… — печально ответила она.       — А стоило бы, — прямо припечатал Кайл. — Займитесь этим на досуге, иначе это обязательно плохо кончится…       Слова демона сильно разозлили девушку, поскольку она вскочила и начала кричать на него:       — А по вашему я не пыталась? Эта способность доставляет множество проблем по жизни и я бы с радостью избавилась бы от нее или, хотя бы, научилась контролировать, если бы это было бы возможно! Так что не смейте упрекать меня в этом!       Выплеснув эту тираду на Кайла, девушка упала обратно на скамейку и отвернулась. Сереброволосый же и глазом не повел на то, что на него наорали на глазах всего большого зала.       — Захочешь избавиться или взять под контроль, обращайся, — бросил он и вернулся на свое место, игнорируя шокированный взгляд с толикой недоверия.       Только демон сел, как на него сразу набросились местные хищницы.       — О чем вы говорили? Падме это явно не понравилось… — хихикнула Турпин, уворачиваясь от подзатыльника индианки.       — Лайза! — сердито посмотрела та на подругу. — Но, все-таки, о чем?       И два любопытных взгляда впились в Кайла. Совместно с тупыми взглядами парней картина вырисовывалась странная.       — Видишь, как тех идиотов переклинило? — мотнул демон головой. — Она причина. Хотя ее природа мне не совсем понятна. Вроде это какой-то шарм, но так сразу и не скажешь…       — Может она вейла? — подала мысль Лайза. — Светлые волосы, шарм… если еще в птицу превращается… хотя как это проверить?..       — Толкнуть с обрыва? — хмыкнул Кайл. — А если серьезно, то описание схоже. Нужно будет взять пару книжек про вейл на ночь. Глядишь, пазл и сложится.       Вскоре ужин подошел к концу и Дамблдор вновь встал перед студентами во всем своем великолепии. Зал замер, а большинство студентов впились взглядами в пенсионера.       — Торжественный миг приблизился, — Дамблдор оглядел, улыбаясь, обращённые к нему лица. — Турнир Трёх Волшебников вот-вот будет открыт. Перед тем как внесут ларец, я хотел бы коротко объяснить правила нынешнего Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. — Слушатели вежливо похлопали госслужащему. — А также Людо Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта.       Крупному парню достались более щедрые аплодисменты. Задав пару коротких вопросов шепотом, Кайл узнал, что Бэгмен был когда-то загонщиком сборной Англии. Все сразу встало на свои места. У местных колдунов повсеместное помешательство на вениковом спорте.       — Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Турнира, без устали работали несколько месяцев, — продолжал Дамблдор. — И они войдут в судейскую бригаду, которая будет судить состязания.       При слове «состязания» зал навострил уши, что от Дамблдора не ускользнуло.       — Филч, — улыбнулся он, — ларец сюда, пожалуйста.       Завхоз, который до этой минуты прятался где-то в дальнем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустированный жемчугом. Зал, зашумев, всколыхнулся. Филч осторожно поставил ларец перед Дамблдором, и тот продолжил объяснения:       — Инструкции к состязаниям мистером Краучем и мистером Бэгменом уже проверены. Для каждого тура всё готово. Туров — три, состязания основаны исключительно на школьной программе. Чемпионам предстоит продемонстрировать владение магическими искусствами, личную отвагу и умение преодолеть опасность. При последних словах зал притих, затаив дыхание. А Дамблдор невозмутимо продолжал:       — В Турнире, как известно, участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оценивать по тому, как они справились с очередным состязанием. Чемпион, набравший во всех турах самое большое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристрастный выборщик — Кубок огня.       Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Дамблдор сунул внутрь руку и достал большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ничего примечательного — не будь он до краёв наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на неё Кубок, чтобы все хорошо его видели.       — Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать своё имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Им даётся на размышление двадцать четыре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трёх Волшебников. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению — для избранных в чемпионы нет обратного пути. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив своё имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Посему хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите участвовать в Турнире. Ну а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи.       Зал зашумел и ученики начали расходиться, активно обсуждаю только что полученную информацию. Если прислушаться, можно услышать около двадцати уже придуманных способов обмануть возрастную линию. Но кто будет винить детей, когда им предлагают шикарное вознаграждение и вечную славу?       — Зелье старения? Банально. Трансфигурация? А если отбор не визуальный? Попросить старшекурсника? Не факт, что прокатит. Возможно нужен обязательный контакт… — перечислял варианты прорваться на турнир Корнер. — Черт, столько нюансов…       — Ага… Эй, Кайл, ты же вроде что-то на подобии агентства помощи открыл? — повернулся Голдштейн к демону. — Может поможешь с вариантами по старой дружбе?.. Кайл? — неуверенно повторил он, не заметив какой-либо реакции от однокурсника. — Ребят, у нас Пай-Кайл сломался…       Терри подошел к Кайлу и потряс его за плечо, однако реакция была нулевой. Попробовал гаркнуть в ухо — тоже ноль.       — Видит небо, я не хотел этого… — пробормотал Терри, доставая палочку. — Он же не убьет меня, да? — на секунду замешкался он. — А, хрен с ним. Один раз живем. Агуаменти!       Струя воды попала прямо в демона, за секунды промочив его до нитки. Однако опять-таки никакой реакции от Кайла не было. Лишь когда поток воды сошел на нет, до рейвенкловцев донесся тихий голос:       — Я даю тебе три минуты, чтобы составить завещание.       Терри побледнел еще сильнее, чем когда попал едой на Турпин и с паническими воплями убежал из Большого зала.       Кайлу же было на все это плевать. Он не отрываясь смотрел на голубое пламя, в создании которого он принимал участие, и вспоминал события, которые произошли более десяти тысяч лет назад. И в глазах его была тоска…