Последняя из рода Блэк

Дни в Кентербери летели быстро. Утром после сытного завтрака ребята отправлялись гулять по городу, прихватив с собой пару пакетов с блинчиками или домашними пирожками, а возвращались уже к ужину. Иногда к ним присоединялась Сара. Убедившись, что Кларисса не собирается применять к ней заклятия, девочка с интересом расспрашивала о школе и вслух гадала, позволят ли ей учиться в Гриффиндоре. Сэм оказался прекрасным экскурсоводом. Выбирая маршруты их прогулок по старинным улочкам, казавшимся Клариссе сказочными иллюстрациями, он увлечённо рассказывал об истории города и жизни маглов, не забывая остановиться в каком-нибудь живописном месте для отдыха или обеда. Больше всего Клариссе понравилась длинная прогулка на лодке по реке Стаур, протекавшей через город. Прозрачная вода в тени обильной зелени казалась изумрудной, а многоголосый хор птиц, скрывавшихся в зарослях кустарников, и снующих неподалёку утят был слышен даже когда ребята выбрались из лодки на пристани. Исходив за несколько дней всю центральную часть города, Сэм предложил на этот раз прогуляться по берегу Ла-Манша. Устроившись на небольшой деревянной скамейке, нагретой лучами полуденного солнца, оба с наслаждением подставили лица тёплым лучам и слушали шум прибоя. — Сэм, нам так и не удалось толком поговорить после истории с Омутом Памяти, – Кларисса, прищурившись от яркого света, смотрела на волны. Сэм рассмеялся. — А я всё думал, когда ты начнёшь. Уже поверил, что ты забыла. — Конечно нет, просто… — Ладно, не объясняй, мне и самому не хотелось обсуждать это в школе. Значит, что мы знаем, – он так внезапно перешёл на деловой тон, что Кларисса от неожиданности резко обернулась, – мы знаем, что после того как Тёмный Лорд закончил школу, он встретился с Дамблдором, скорее всего, в том же году, когда состоялась дуэль с Гриндевальдом. Мы знаем, что до их встречи в Хогвартсе, Тёмный Лорд не проявлял признаков страха перед Дамблдором, но после разговора, который ты слышала, увидел в нём угрозу. Только я не понимаю, как это связано с крестражами? — И я не понимаю, – призналась Кларисса, – но думаю, что связь есть. Не знаю, как объяснить. Мне кажется, что последний крестраж должен быть связан с Гриндевальдом. Тёмный Лорд не смог получить меч Гриффиндора, но, возможно, он искал что-то с такой же большой магической историей. Что-то, что связывало бы его душу с чем-то значительным. — Да, это похоже на правду. Реликвия, связывающая его с величайшим тёмным магом столетия, должна была его привлечь. Но что это могло быть? — Вот тут остаётся только догадываться. Хотела бы я увидеть ту дуэль, может, это навело бы на мысли. Как думаешь, мы сможем ещё раз воспользоваться Омутом? — Я слышал, что Макгонагалл после того случая наложила Воющие чары на кабинет. Кто-то из профессоров зашёл, когда её не было, такой шум поднялся. Так что вряд ли нам удастся провернуть это снова. Кларисса разочарованно вздохнула. Теперь оставалось строить предположения, но идей, где искать последнюю уцелевшую часть души Тёмного Лорда, у неё не было. — Слушай, – Сэм серьёзно посмотрел на Клариссу, – а ты уверена, что хочешь этого? Вернуть Тёмного Лорда? Прожить жизнь в поисках и опасности, а потом служить ему до самой смерти? — Я хочу, чтобы в моей жизни появилась настоящая семья. Я хочу, чтобы Беллатрисса была не картиной в моей спальне, а человеком. — Понимаю, – тихо произнёс Сэм, разглядывая свои ботинки, – но всё же мёртвые, как бы мы их не любили, к нам не вернутся. Мы можем только с честью нести память о них. — Кто? – тихо спросила Кларисса, не сомневаясь, что Сэм поймёт её вопрос. — Бабушка, мать моей мамы, – так же тихо ответил он, – я практически жил у неё лет до восьми, пока родители спорили, чей я сын. А потом что-то пошло не так с палочкой, и бабушку ударило собственным заклятием. Целители пытались что-нибудь сделать, но не смогли. После этого мой брат Лоуренс решил работать в больнице. Кларисса молчала. Она вдруг поняла, что грезит о воскрешении человека, которого даже не знала, копается в чужом прошлом, в то время как Сэм молча переживает своё горе, продолжая идти дальше. — Мне жаль, Сэм, – она смотрела на солнечные искорки, которые, казалось, так некстати играют на его волосах. — Мне тоже, – ответил Сэм и, немного помолчав, добавил, – как там писала твоя тётушка? Не жалей мёртвых, жалей живых. Брови Клариссы поползли вверх. — Чего ты удивляешься? – рассмеялся Сэм, перехватив её взгляд. – Я попросил у Сары книги ещё в начале каникул. Должен же я был знать, что вы обе такое читаете. Кстати, очень правдоподобно написано, за исключением образа моего деда. Почитаешь, так поверишь, что в детстве он был полным идиотом. Хотя, написано интересно, неудивительно, что маглы не могут оторваться от них. — Да, тётушка произвела настоящий фурор, – улыбнулась Кларисса, в глубине души радуясь, что Сэм сменил тему. Домой они пришли как раз, когда вся семья уже садилась за стол. Присоединившись к ним и положив на свои тарелки всё, до чего могли дотянуться, ребята с удовольствием принялись за еду под насмешливым взглядом миссис Гойл. — Прогулки на свежем воздухе определённо идут на пользу вам и во вред семейному бюджету, – улыбнулась она. — Кстати, Сэм, – мистер Гойл взглянул на сына, – завтра нужна твоя помощь в лавке. Нужно перебрать товар. Сэм при этих словах недовольно поморщился, но кивнул. Видимо, просьбы отца в их семье не обсуждались. — А можно я пойду с вами? – торопливо спросила Кларисса. – Я тоже могу помочь. — Отлично, лишние руки не помешают, - согласился мистер Гойл. — Тогда и Сара пусть идёт, – вмешалась миссис Гойл, – ей всё равно нужно в Косом переулке купить много чего для школы, заодно и в магазины зайдёте. — Но письма же ещё не пришли? – удивлённо спросил Сэм, подкладывая себе в тарелку очередной кусок запечённой свинины. — И без писем понятно, что ей нужна мантия, пергамент и волшебная палочка, – буркнул в ответ мистер Гойл. — Ух ты, – восхищённо прошептала Сара, – завтра мне купят волшебную палочку! — Значит решено, выход завтра в восемь, так что не засиживайтесь допоздна, – мистер Гойл посмотрел на детей. — Не будем, пап, – пообещал Сэм и весело подмигнул Клариссе. Утром завтракали рано. Весёлой и бодрой выглядела только Сара: мысль, что сегодня у неё появится собственная волшебная палочка заставляла девочку радоваться всему с утроенной силой. Остальные же, включая Дасти, кота семейства Гойлов, всем своим видом демонстрировали, что утро должно начинаться явно на несколько часов позже. Когда вся компания собралась у камина, мистер Гойл протянул каждому небольшой горшочек, и ребята взяли оттуда по пригоршне летучего пороха. Исчезая первым в всполохах зелёного пламени, мистер Гойл громко сказал: «Горбин и Беркс». Кларисса чуть не выронила из рук серый порошок. — Твой отец работает в «Горбине и Берксе»? – прошептала она Сэму. — Ну да, – пожал плечами тот, – разве я не говорил? В основном занимается скупкой товара и встречами с покупателями. Поэтому иногда просит прибраться в лавке, сам-то он туда нечасто заглядывает, а мистер Горбин дальше кассы уже лет двадцать не может пройти. Кларисса кивнула. Мало ли, кто где работает. Но мысль, что сейчас она переступит порог лавки, с которой был связан Тёмный Лорд, назойливо продолжала звенеть у неё в голове. По очереди ребята вылезли из старого закопчённого камина, отплёвываясь от золы и пыли. Несмотря на солнечное утро, лавка была погружена в полумрак, который разгоняли только несколько масляных ламп, стоящих по углам. У Клариссы мелькнула мысль, что окна здесь, пожалуй, мыли ещё реже, чем чистили камин: сквозь пыль и тусклые разводы на стекле едва угадывались очертания соседних зданий. Всё свободное пространство в зале было заставлено разномастными стеллажами, а вдоль стен в слабом свете ламп виднелись длинные ряды книг. За стойкой недалеко от двери сидел, закутавшись в чёрную мантию, старик, бывший, судя по всему, мистером Горбином. Его седые волосы клочками торчали в разные стороны, будто он уже несколько недель не вспоминал о расчёске. На морщинистом сухом лице блестели мутные белёсые глаза. Взгляд его, однако, не утратил цепкости. — А, вот и вы, – прохрипел мистер Горбин, – оглядывая по очереди ребят, – Кеннет, ты привёл целую команду. Его взгляд на минуту задержался на Клариссе. Ей показалось, что внутри всё сжалось, и подступила необъяснимая паника. Однако, старик быстро отвёл взгляд, пробурчав себе под нос что-то вроде «Надо же!», и принялся протирать сальной тряпкой прилавок. — Вот, наденьте, – мистер Гойл подошёл к троице и протянул каждому по паре перчаток из драконьей кожи, – кто знает, что тут есть на самом деле. Не снимайте, пока не закончите. Ваша задача перебрать коробки в чулане и выбросить всё, у чего истёк срок действия. Думаю, к обеду управитесь. Если что-то нужно, спросите мистера Горбина. — Пап, а когда я получу палочку? – разочарованно протянула Сара, которую перспектива уборки в чулане совершенно не вдохновляла. — Когда закончите, тогда и получишь, – отрезал мистер Гойл, – я буду к вечеру, встретимся здесь в шесть. Вот, – он покопался в кармане мантии и протянул Сэму небольшой мешочек, – это деньги на палочку и всё остальное. Все трое надели перчатки и побрели к тёмной низкой двери в самом дальнем конце помещения. Сэм, как видно, бывал здесь не раз, поэтому уверенно лавировал между стеллажами, показывая девочкам дорогу. Чулан оказался узким и пыльным, но здесь, в отличие от зала, был свет. Электрическая лампочка, пару раз мигнув, осветила длинные деревянные полки, уставленные картонными коробками. — Ну вот, – весело сказал Сэм, стараясь развеять общее мрачное настроение, - фронт работ. На самом деле, втроём мы быстро управимся. Один я тут до вечера бы просидел, – и он с благодарностью посмотрел на Клариссу и Сару. Ребята разошлись вдоль полок, снимая пыльные коробки, рассматривая потускневшие надписи и складывая отдельно всё, что уже утратило силу действия. Иногда Кларисса встречала знакомые названия зелий и ингредиентов, которые упоминались в Тёмной истории или Сильнейших заклятиях тёмной магии. В основном они использовались в таких страшных ритуалах, что девушку невольно передёргивало, и она мысленно поблагодарила мистера Гойла за защитные перчатки. Спустя несколько часов почти все бутыльки и свёртки были аккуратно разложены, а в большой коробке на полу высилась гора ненужных склянок. Заметно повеселев, ребята сложили оставшиеся вещи по местам и стали пробираться к выходу из чулана. — Фу, – Сара, шедшая последней, неожиданно вскрикнула и со звоном бросила что-то на пол. — Что там? – Сэм уже стоял у двери. – Крысу нашла? — Нет, там гадость какая-то, – с отвращением ответила Сара, пробираясь к выходу, – пойдём отсюда. Кларисса наклонилась и вытащила из-под нижней полки небольшой металлический значок. На потускневшей поверхности в свете лампы блеснул двуглавый орёл верхом на чём-то, очень напоминающем череп оленя. — Это просто значок, – с сомнением разглядывая его, сказала Кларисса. — Не знаю, мне от него не по себе, – Сара хмуро смотрела на металлический предмет в руках Клариссы, – кому нужно рисовать черепа оленей на значках? Олени вообще-то милые и умные. — Странно, что он вообще здесь делает? – Сэм посмотрел на значок, – Наверное, кто-то выронил, когда ставил коробки. Ладно, пойдёмте, нам тут больше делать нечего. Сэм открыл дверь и повёл девочек сквозь зал к выходу. Кларисса сунула значок в карман, и последовала за остальными. Что-то в нём было ей смутно знакомым, но она никак не могла понять, что именно. После мрачной темноты лавки солнечный свет показался всем троим ослепительно ярким. Ребята, прикрыв глаза, поспешили убраться из Лютного переулка, полного подозрительного вида волшебников и волшебниц. Оказавшись наконец среди знакомых магазинчиков Косого переулка, они с удовольствием съели по порции мороженого со взрывающимися фруктовыми шариками и отправились исполнять заветную мечту Сары – покупать волшебную палочку. Нагруженные разнообразными свёртками и пакетами, ровно к шести часам они подходили к дверям «Горбин и Беркс». Идти туда раньше и составлять компанию мистеру Горбину никому не хотелось, поэтому ребята весь день слонялись по Косому переулку, пообедали в «Дырявом котле» и пару часов провели во «Всевозможных фокусах и вредилках» Уизли. Впрочем, волшебные трюки, кажется, интересовали только Сэма. Кларисса играла с разноцветными карликовыми пушистиками, а Сара вглядывалась в лицо каждого вошедшего в надежде, что это будет герой её любимых книг. — Может спросишь у хозяина и не будешь кидаться на всех посетителей? – насмешливо спросил её Сэм. После этого Сара быстро утратила всякий интерес к магазину и потянула Сэма и Клариссу на улицу. Когда все трое наконец оказались в «Горбине и Берксе», у камина, нетерпеливо поглядывая на часы, их уже ждал мистер Гойл. — Где вы были? – раздражённо бросил он, едва они вошли. — Гуляли, – удивлённо ответил за всех Сэм, – ты же сам сказал, что встречаемся в шесть. — Папа, смотри, – Сара восторженно продемонстрировала отцу узкую длинную коробочку, перевязанную красной лентой, – вяз, десять дюймов, а внутри волос единорога! — Очень хорошо, поздравляю, дорогая, – слегка отстраненно ответил мистер Гойл, видимо не желая обидеть дочь, но тут же нетерпеливо добавил, – нам пора. — А что за спешка? – Сэм старался поудобнее перехватить свои свёртки, чтобы не потерять их во время путешествия с летучим порохом. — Твоя прабабка решила явиться к ужину, у нас мало времени. — Но она же была у нас несколько недель назад, – Сара была удивлена не меньше брата, который при словах отца буквально прирос к месту, – она что, снова захотела нас увидеть? — Не вас, – мистер Гойл пристально посмотрел на Клариссу, – её. Кларисса, закусив губу, перевела вопросительный взгляд на Сэма в надежде увидеть его ободряющую улыбку или услышать объяснения. Но его лицо приняло то самое скорбное выражение, которое она много раз видела после внезапных исчезновений Сэма из школы. В его глазах читалось смятение и, к удивлению Клариссы, чувство вины.