Созвездие Мотылька

Утром, ещё засветло, в дверь Рэтчета постучали. - Утречка, Вольфрам! - гаркнул майор Вейн. - Через десять минут построение на вертолетной площадке. - Да, сэр, - машинально откликнулся морфоид. Интересно, что они там опять затеяли? Рэтчет за минуту оделся, так же быстро привёл себя в порядок, благо небольшой умывальник с холодной водой имелся прямо в его комнате. Расчесал и стянул резинкой волосы. В коридоре звучали шаги и негромкие голоса, но прислушиваться к ним не хотелось. После вчерашнего приёма крови Рэтчет был погружен в себя и свои ощущения. Половину ночи он ворочался, не в силах справиться с нахлынувшей бодростью. Хотелось бежать, драться, танцевать, заниматься сексом, все что угодно, только не лежать неподвижно в промозглой постели. Комната казалась ему клеткой, и Рэтчет едва сдержал порыв выйти и присоединиться к стоящему в карауле Тикхо. В итоге он встал, поприседал, отжался от пола полторы сотни раз, подрочил и лёг спать с необыкновенной пустотой в голове и теле. Рэтчет решил не думать о том, откуда взялась кровь, которую он принял. Как будто Лазарь дал ему безликий биоматериал, на котором кроме числового кода и даты ничего больше не значится. Никаких долгов, никаких обязательств. Ведь даже сам командор признал, что Рэтчет не виноват в развившейся у него зависимости. Снова по сотому разу прогнав эти мысли в голове, Рэтчет вышел на вертолетную площадку. Там было темно - низкие сизые, почти чёрные тучи застилали все небо. Команда уже собралась на верхней палубе, первым, кого увидел морфоид, был командор Райт, он стоял, заложив руки за спину, и наблюдал за движением стрелы подъемного крана. Чуть дальше суетились солдаты, пытавшиеся с помощью тросов закрепить на крюке левое крыло "Эспадона". - Правее! - кричал в рацию старший механик сидящему в кабине человеку и дублировал приказ жестами. - Ещё правее, твою мать! - Да я пытаюсь, эта штука не слушается! - Рэтчет опознал голос Соны Картера и с трудом подавил улыбку. Мистер Борджерри и Сона жили как кошка с собакой, вся команда регулярно наблюдала за их стычками, однако начальник механиков ни разу не потребовал прогнать непутевого подчинённого. - Как не слушается?! Там всего четыре рычага и две кнопки "вкл", блядь, и "выкл"! - проорал в рацию Борджерри и повернулся к командору. - Просто у него в голове хлебушек. Размокший. Привет, Кримсон. - Доброе утро, - Рэтчет кивком поприветствовал старших по званию и, не получив распоряжений, присоединился к остальным. Вскоре совместными усилиями крыло было зацеплено и медленно поплыло к краю платформы. Троица стрелков, Уильям Стэтсон и Рэтчет побежали за ним. - Осторожно, - строго окрикнул Вейн, когда связист ухватился за край троса. - Притормози, Молчун, пусть сперва положит его. Рэтчет подошёл помочь. Когда Сона, несколько раз промахнувшись, все же сумел уложить крыло аккурат на самый край, Стэтсон аккуратно освободил крюк крана и сказал: - Ну, взялись все вместе. Бойцы подошли и синхронно уперлись руками в матовый металл крыла. Ладони обожгло холодом. Рэтчет натянул на них рукава куртки и поймал заинтересованный взгляд Янсона Гамильтона. - Почему Молчун? - спросил морфоид, не дожидаясь, когда стрелок что-то скажет. - Что? Они оба навалились, пытаясь столкнуть крыло с края площадки. - Почему майор назвал Стэтсона Молчуном? Янсон распахнул свои ясные голубые глаза, будто сильно удивился, но потом засмеялся: - Ааа! Так он же связист. - И что? - Рэтчет со всей силы упёрся ботинками в металлическое покрытие площадки. Крыло понемногу поползло с места. - А то. Связистов называют Болтунами, а здесь связи с базой нет, значит, теперь он Молчун. - Интересная логика, - усмехнулся Рэтчет. - Ну, а как звать стрелков? - Меня - Бомбардир, - с гордостью на покрытом мелкими ожогами лице объявил Гамильтон, - Кей - оператор-наводчик, значит, Азимут. А командир у нас - Зоркий. Запомнил, Вольфрам? - Рэд, - поправил его Рэтчет. - Это мой позывной. - Знаю, - ответил Гамильтон. - И все знают. А почему "Рэд"? Есть какая-то история? - Нет, - морфоид помрачнел и отвернулся, - моя девушка назвала меня так. Вот и... Крыло наконец подалось, и Рэтчет едва устоял на ногах, потеряв опору. Раздался грохот и всплеск воды до самого неба. - Есть! Получилось! - торжествующе закричали стрелки. - Не радуйтесь слишком рано. Нам ещё нужно утопить вон ту махину, - скептически скривился Стэтсон. Рэтчет выпрямился, поглядел на заднюю часть "Эспадона", потом - на кран и покосился на командора. - Дохлый номер, - изрек вечный пессимист Вейн. - В нем тонн двести, если не больше. - Воспользуемся уцелевшим шасси и подтащим к краю, - возразил Митч Борджерри. - Я тут произвёл расчёты - должно получиться. - Если кран не выдержит, Картеру крышка. - Не нагнетай, - примирительно сказал Стэтсон, - мистер Борджерри на таких делах собаку съел. - Будем двигать потихоньку, - старший механик жестами указал на разбитый шаттл. - Закрепим на траверс и отбуксируем вон туда. Затем распилим на части и сбросим в океан. - Нужно попробовать, - задумчиво проговорил командор, и команда принялась за работу. До обеда занимались обвязкой корпуса тросами. Попытку сдвинуть "Эспадон" предприняли в час дня. Рэтчет наблюдал за ней, стоя рядом со старшим механиком и лейтенантом Райт. Командор был тут же. Поднялся сильный ветер, забрался под куртку. В глаза то и дело летели брызги воды. Рэтчет отирал лицо, напряженно глядя за перемещением корпуса "Эспадона". - Господь всемогущий, помоги, - прошептал старший механик и украдкой перекрестился. Стрела крана дрогнула. Стропы натянулись и загудели. Хвост шаттла приподнялся, раздался оглушительный скрип измученного металла. Рэтчет задержал дыхание. Громада медленно переместилась на несколько метров. - Молодец, Картер! - закричал мистер Борджерри. - Что я говорил? Получилось! И тут с громким звоном оборвалась одна из строп. Рэтчет машинально пригнулся. - В сторону, в сторону, - замахал рукой Вейн. - Отойдите от этой штуки! На гудящих тросах и одном шасси "Эспадон" проехал ещё немного. Его хвост уже завис над бездной, все затаили дыхание. - Сона, выбирайся! - вдруг закричал командор. Рэтчет резко оглянулся, и в ту же секунду услышал то же, что и Дан Райт - как?! - раньше. Какие-то беззвучные, но чётко ощутимые вибрации металлов и конструкций, испытывающих предельную и угрожающую нагрузку. - Картер! - Митч Борджерри подался вперёд, будто забыл, что у него в руке рация. Замахал руками. Рэтчет почувствовал, как старший механик буквально весь облился липким едким потом. Стрела остановилась. Хвост "Эспадона" замер, вынесенный на пять или шесть метров за край площадки. Стропы гудели так, что все нервы морфоида готовы были воспламениться и сгореть. - А я предупреждал, - буркнул Вейн на ухо Стэтсону. - Бляяя, - выпалил кто-то из стрелков, когда Картер открыл дверцу кабины и выглянул наружу. - Слезай! - голос старшего механика сорвался на хрип. Он бросился к опоре подъемной установки, попытался забраться на неё, но сломанная рука и майор Вейн остановили его порыв. В этот момент порвался ещё один трос, остальные загудели так, что слышно стало всем. Балка крана заскрипела от натуги. Рэтчет с замирающим сердцем смотрел, как Сона Картер выбирается из кабины и осторожно, несмело ползёт под порывами ветра по скользкой от воды лестнице. Морфоид чувствовал его дрожь и запах разливающегося в холодном воздухе адреналина. - Сона! - снова закричал старший механик. Толкнул загородившего ему путь Вейна в плечо. - Я его туда отправил! Сона, обалдуй, ёбаный ты карась! Только спустись у меня, я тебе... Вейн и Стэтсон, не слушая, оттащили его подальше от массивных гидравлических опор. Рэтчет посмотрел на командора. Райт был напряжён, но не двигался с места, только неотрывно следил за маленькой синей фигуркой, ползущей по башне крана. - Ай! - вскрикнула Анжелика, увидев, как ботинок Соны соскользнул с металлической перекладины, и он повис на руках метрах в десяти над платформой крана. - Сэр! - Рэтчет шагнул к командору. - Разрешите ему помочь? - Каким образом? - живо откликнулся тот. - Он очень волнуется, - Рэтчет от нетерпения переминался с ноги не ногу. Он был уже не совсем уверен, считывает ли страх Картера или сам боится за него. - Я успокою его. - Гипнозом? - Гипнозом. Очень лёгким. Чёрные глаза с интересом поглядели на него. - Хорошо, попробуй. Рэтчет кивнул и побежал от вертолетной площадки к опорам подъёмника. Кран раскачивало на ветру. Тросы звенели. Несчастный "Эспадон" готовился в последний путь на дно океана. - А ты-то куда, кровосос? - рявкнул Вейн. - Командор разрешил. - А если сейчас вся эта дура наебнется?! - Значит, буду сам виноват, - отозвался Рэтчет, карабкаясь по лестнице на опорную платформу. Сона остановился. Его трясло от страха и сильного холода, который царил на высоте. Сердце колотилось так быстро, что Рэтчету стало больно, когда он попытался подстроиться. Сознание парня билось, как рыбка в сачке, Рэтчет отчётливо почувствовал, как закоченели его пальцы и ледяной металл обжигает кожу, так что каждая попытка спуститься ниже становится рулеткой. Морфоид содрогнулся от общего, на двоих, ужаса и заставил Картера переставить ногу. Перехватиться, невзирая на боль в руках. Найти опору и преодолеть ещё одну ступеньку. За ней ещё, и ещё, и ещё одну. Страшный нечеловеческий стон тросов разлился в воздухе. Искалеченный "Эспадон" рухнул с не выдержавшего нагрузки шасси и медленно пополз к краю. - Быстрее! Рэд, вали оттуда! - завопил Янсон Гамильтон - Бомбардир, Рэтчет запомнил. Он заставил замерзшее тело помощника механика двигаться быстрее. Леденел, когда пальцы срывались. Опора крана заскрипела, стрелу качнуло в сторону ползущего к бездне "Эспадона". Последние метры. Мысли Соны, ведомого волей Рэтчета, бились, как волны в понтоны буровой платформы - хаотичные и бесцельные. Бедняга был совершенно вымотан, и просто свалился на морфоида с высоты двух метров. Они оба покатились по мокрой поверхности опорного механизма. Рэтчет приложился боком о какой-то выступ, взвыл, подорвался, разрывая связь с Картером. - Уходим! - поднимая механика за подмышки, скомандовал он. И они дали деру в тот самый момент, когда стропы с оглушительным лязгом лопнули. Платформу качнуло, Рэтчет не удержался на ногах, полетел, но его поймали дружеские руки Стэтсона. Вейн и мистер Борджерри подняли Сону Картера. Все вместе они успели выбраться на вертолетную площадку до того, как корпус "Эспадона" с жутким звуком нырнул на дно, а кран - в противовес - развернул стрелу в противоположную сторону и тем самым сильно раскачал платформу. Остаться на ногах не удалось никому. Вся команда повалилась, как кегли после брошенного в них шара. Рэтчет приземлился во что-то мягкое, машинально извинился и только тогда заметил золотые лычки на ворота кителя и понял, что влетел в командора. - Сэр, - смущённо пробормотал он. - Ничего, Рэтчет, - ответил командор, осторожно сталкивая его с себя и поднимаясь на ноги. Платформу все ещё сильно качало, но уже было понятно, что опасность миновала. В следующую минуту команду охватила эйфория. Все бросились обниматься друг с другом. Старший механик стиснул в объятьях своего героического помощника, в сердцах ругая его по матушке. Рэтчет тоже оказался в чьих-то руках, его хлопали по плечам и спине, жали руки и снова принимались обнимать. - Вот, оказывается, как работает ваш гипноз! - А я и не понял, что это было. - Рэд спас Картера. - Да я просто онемел там... Хочу двинуться, а руки и ноги не слушаются. Ну, знаете, как во сне бывает! - Я б тебе башку отвернул, балбесина, столько страху от тебя натерпелся! - Простите, мистер Борджерри, но только это ж вы сами меня туда отправили! - Ах ты ушлепок! Дай я тебя ещё раз обниму! Рэтчет рассмеялся, глядя на то, как старший механик неловко и грубовато оглаживает Сону по голове и вдруг заметил, что кого-то в их дружной компании не хватает. - А где Скарлетт? *** После обеда, который прошёл в общей комнате, которую мистер Борджерри обозвал кают-компанией, все отправились отдыхать. На карауле остался Стэтсон, Рэтчета, чья очередь была ночью, Райт отправил спать. Морфоид послушно пошёл к себе. Спать не хотелось, ему в принципе не требовалось больше трех-четырёх часов в сутки, чтобы восстановить силы. Особенно теперь, после приёма крови. Проходя мимо комнаты Скарлетта, Рэтчет замедлил шаг. Анжелика сказала, что Джуллиан приболел. "После вчерашнего купания", - сказала она. "Вот блядь", - сказал услышавший её Вейн в своей привычной манере. - "Если парень схватит пневмонию, то наверняка помрёт, антибиотиков-то у нас нет". Стэтсон посоветовал ему не болтать лишнего и утешил Рэтчета тем, что беспокоиться не о чем, просто командор разрешил Триалю провести один день в постели. - Да я и не беспокоюсь, - ответил Рэтчет и тут же поймал на себе неласковые взгляды. Скарлетт не спал. Его сердечный ритм был ускорен, дыхание тоже частило. Рэтчет прошёл мимо и дошёл до своей комнаты, но не мог перестать думать о словах майора. Да нет, ерунда какая! С чего бы этому придурку схватить воспаление лёгких. Воспаление хитрости, вот что у него! Очередной трюк, чтобы привлечь к себе внимание. Знаем, насмотрелись в Гурверсте. Рэтчет повесил куртку на вешалку, сел на постель и снял ботинки. На глаза попалась книжка, которую он забрал с "Эспадона". Рэтчет взял её и прямо так, не обуваясь, вышел из комнаты. - Это я, - сказал он, коротко постучав. - Рэд? Входи! - откликнулся Скарлетт. Рэтчет вошёл и закрыл за собой дверь. Джуллиан полусидел на койке, натянув одеяло до самой шеи. Видимо, он действительно был нездоров, потому что щеки болезненно горели, а голос заметно хрипел. - Так сильно качало, - сказал он, двигаясь к стене, чтобы освободить место на краю кровати. - Говорят, вы столкнули "Эспадон" в воду? - Не мы, а Картер. Он управлял краном, - Рэтчет приблизился. - Садись, - Скарлетт похлопал рядом с собой. - Расскажи, как было. - Нет, я на минутку, - покачал головой морфоид, - принёс тебе книжку, чтобы не было скучно. Он бросил книгу Скарлетту на колени и пошёл к двери. - Спасибо, - ответил тот. - Поправляйся, - через плечо пожелал Рэтчет. Он вернулся к себе, разделся и лёг. Лёгкая качка убаюкивала. Рэтчет и сам не заметил, как заснул, а проснулся от очередного стука в дверь. - Рэд, твой черёд идти наружу. Он не узнал голос: то ли Кей, то ли Стэтсон. Впрочем, какая разница. Отряд собирался спать. Все уже были в своих кроватях, один только командор встретил морфоида возле выхода из жилого корпуса. - Как самочувствие? - без обиняков спросил Райт. - Отлично, сэр. - Как думаешь, когда тебе потребуется очередная доза? Скажи честно, я должен знать. Рэтчет напрягся от угрозы, почудившейся ему в тоне главнокомандующего. - Не знаю, сэр. Капитан Росси давал мне кровь каждые два дня, но сейчас... Я сразу скажу вам, когда терпеть будет невозможно. - Хорошо, - кивнул командор, - давай без геройства, чтобы никто не пострадал. - Так точно, сэр. Без геройства. Райт поглядел в черную даль, где среди громоздких туч то и дело проблескивали молнии. Может гроза, может всполохи от разницы потенциалов полей в непосредственной близости от порталов. - Смотри в оба, - напутствовал командор Рэтчета, - ночь бурная, так что вряд ли кто-то заявится, но если что увидишь, сразу позови меня, - он сунул в руку морфоиду рацию. Тёплую. Рэтчет сразу же положил её в карман и поднял капюшон куртки. - Понял, сэр. - Спокойной ночи, Рэтчет. - Спокойной ночи, сэр. Командор кивнул и ушёл. Но не к себе, а в инженерный корпус. Рэтчет увидел, как там загорелся едва заметный, голубоватый свет аккумуляторного фонаря. Даже ночью командор не прекращал работать. Мысль о том, что он бодрствует не один, немного согрела морфоида. Рэтчет побродил по верхней палубе, обошёл жилой корпус, прогулялся возле молчащей энергетической установки - днем её запускали ради работы подъемного крана, но сразу же вырубили, чтобы их не засекли со спутника. Рэтчет подумал о том, что их местонахождение все равно не является тайной для хозяев этого мира. И если сюда ещё не заявились военные, то только потому... что их тут нет? Или там, на суше, не сочли угрозу значительной? Решили, пусть опасные туристы сидят на замороженной платформе, пока не сдохнут от голода и холода. Деваться-то им все равно некуда. Все эти логические выкладки снова погрузили Рэтчета в состояние уныния. Холод усилился. В воздухе закружились какие-то белые мошки. Снег! Да быть не может! Чёртов мир, в котором снег идёт в середине мая! Рэтчет поглядел в серо-чёрное небо и, прислонившись спиной к ребристой стене какого-то склада, съехал на корточки. Эти, с танкера, правы - они найдут тут свой конец. На этой платформе или на соседней. Никакой катер не переживёт таких штормов, а до земли... А есть ли тут вообще земля? Рэтчет натянул рукава свитера до самых пальцев и обхватил себя руками. Морфоиды теплолюбивы, если температура опустится ещё градусов на десять, он, возможно, вообще не переживёт ночь. Изо рта и носа вырвался густой белый пар. Снежинки оседали на лицо, волны оглушительно колотились в понтоны, слегка качая буровую платформу. Кроме этого никаких звуков больше не было, Рэтчет не слышал даже собственного сердца. Разве что какой-то заунывный плач, похожий на детский. Это что, галлюцинация? Рэтчет вскочил на ноги. Нет, это точно детский плач. Но откуда тут может быть младенец? Морфоид пошёл на звук, с каждым шагом все больше убеждаясь, что он принадлежит живому существу. Только приблизившись к спуску на нижнюю палубу, Рэтчет вспомнил приказ командора и вытащил рацию. - Сэр, я слышу какой-то звук с нижнего этажа. - Какой звук? - энергично отозвался Райт. - Будто там кто-то плачет, - Рэтчет понимал, как тупо это звучит, но крик не прекращался и нужно было найти его источник. - Жди меня, ничего не предпринимай, - строго велел командор, - я иду к тебе. Через минуту они оба стояли перед лестницей, ведущей на грузовую палубу, где они со Скарлеттом обнаружили холодильники с тухлой рыбой. Воняло тут и сейчас, хотя из-за холода не так невыносимо. Но все равно Рэтчет почувствовал, как тошнота подкатывает к горлу. И тут командор вдруг рассмеялся. Потом нахмурился, выругался и сказал: - Спускаемся. - Это ребёнок? - спросил Рэтчет. - Ребёнок? - снова засмеялся Райт. - Откуда здесь взяться ребёнку? - Тогда кто там плачет? - Увидишь. Пошли. Командор легко спрыгнул на качающуюся палубу и включил захваченный с собой фонарь. Голубой луч высветил кусок стены и опору платформы. Рэтчет и командор двинулись уже знакомым морфоиду путем в сторону рыбной вони. Рэтчет прикрыл нос рукавом, чтобы не стошнило, но это мало помогло. Внезапно крик прекратился. Рэтчет прислушался, однако шум волн перекрывал остальные звуки. Они оказались в том самом помещении, где Рэтчет и Джуллиан прежде обнаружили разоренные холодильники, и тут же что-то маленькое и тёмное метнулось вдоль стены в их сторону. - Вот он! - крикнул командор. - Лови его, Рэтчет! Морфоид среагировал раньше, чем сумел сообразить, что это за существо. И поплатился - яростно отбивающийся зверек располосовал ему щеку и шею. С урчанием вцепился в рукав и только чудом не прокусил руку. Рэтчет вскрикнул, попытался стряхнуть с себя дикую тварь, но она висела на нем, схватившись всеми четырьмя лапами, и выла так, будто с неё заживо сдирали шкуру. - Замри! - приказал Райт. Рэтчет послушно замер, и командор, изловчившись, ухватил зверя за шкварник и отодрал от морфоида. - Блядь, - простонал Рэтчет, утирая кровь со щеки. - Это что, просто кот? - Сильно оголодавший, - командор поднял свое приобретение повыше и покрутил перед собой в луче фонаря. - Кошачий крик очень похож на плач ребёнка. Кот повис тушкой, сложив лапы и свесив хвостище. Только тихо выл и злобно сверкал фосфорическим блеском глаз. - Снимай куртку, - велел командор, - иначе этот берсерк поранит нас обоих. Рэтчет неохотно расстался с курткой и помог командору завернуть в неё бешеного зверя. - Зачем он нам, сэр? Какая от него польза? Командор глянул удивлённо, сдвинул брови. - А ты что предлагаешь? Бросить животное здесь? Рэтчет пожал плечами, услышав осуждение в его тоне. - Пойдем отсюда, - сказал Райт и, прижимая к груди кота, зашагал к лестнице. Рэтчет пошёл за ним, подсвечивая путь фонариком. Триумфальное возвращение в жилой корпус с истошно орущим котом разбудило всю команду. Бойцы, кое-как одетые и растрепанные, сбежались в кают-компанию и уставились на усаженного в центре стола облезлого и вонючего зверя. Зверь таращился на людей дикими глазами, дрожал и выл на одной ноте. - Разведу ему молока, - первой нашлась Анжелика и бросилась к шкафчику, где лежала упаковка с сухой смесью. - Ну и вонища от него, - проворчал Вейн. - Бедняга! Похоже, его тут просто забыли, - пожалел Кей. Протянул руку и тут же отдернул украшенную тремя красными полосами. - Или намеренно оставили, - усмехнулся мистер Борджерри. - Смотрите, какой бандит. - Будешь молока, бандит? - лейтенант Райт бесстрашно подошла к столу и поставила перед котом тарелку с молоком. Кот ощерился на всех разом, ткнулся мордой в тарелку и принялся быстро лакать. Он то и дело оглядывался, не покушается ли кто на его еду, но тянуть руки желающих больше не было, и животное успокоилось. - Что будем с ним делать? - спросил Стэтсон у командора. - Пусть живёт, - улыбнулся тот, глядя на увлеченного едой кота. Рэтчет покачал головой, забрал свою куртку и вернулся наружу. Ночь ещё не даже толком не началась, и его караул никто не отменял.