Созвездие Мотылька

В темноте коридора мелькнули две фосфорические точки. Рэтчет шагнул вправо, с уважением уступая путь Берсерку. Кот прошествовал мимо него торопливо, но с таким независимым видом, будто морфоид был просто пустым местом. Команда кота обожала. Видимо по причине крайней скуки, злобная тварь стала единственным развлечением потерпевших крушение оримских военных. Рэтчет сцеживал усмешку в кулак, наблюдая, как свирепый Вейн сюсюкает с животным, уговаривая его принять в дар кусочек белкового батончика со вкусом индейки, а добросердечная лейтенант Райт щедро делится с котом половиной своей порции завтрака. Берсерк снисходительно принимал заботу и внимание членов экипажа, однако его упорству в отстаивании личных границ Рэтчет мог только позавидовать. Сам он мог только мечтать, чтобы его оставили в покое и тишине. Вот уже четвертые сутки снаружи бушевал такой сильный шторм, что командор отменил караулы и запретил шататься по платформе. Изнемогающие от скуки солдаты развлекались игрой в карты и самодельный дартс, травили байки и пытались приручить Берсерка. Волны колотились в понтоны и хлипкие стены сооружений, сводя с ума оглушительным шумом. Сквозь гул стихии то и дело слышался надрывный кашель Триаля. Рэтчет прошёл мимо его комнаты, потом развернулся и открыл дверь. - Я иду в кают-компанию за водой, принести тебе чего-нибудь? - спросил он подчёркнуто равнодушно. Всё члены команды заботились о больном, и Рэтчет копировал их поведение, чтобы не подвергнуться осуждению товарищей. Но пусть этот тип даже не думает, что между ними возможна дружба. Нет и нет! - Мамочка, - прошептал Скарлетт, - мама... Похоже, он спит. Или бредит? Рэтчет покачал головой и пошёл в кают-компанию. Там согрел воды в большой кружке на работающей от аккумулятора плитке, бросил кусочек чайного брикета, ломтик сахара, помешал и отнёс страждущему. - Джуллиан, - сказал он, ставя кружку на столик. - Я принёс тебе чаю. - Рэтчет? - тот уже проснулся и поглядел на него воспаленными глазами. От него на километр несло жаром. - Выпей чай, - проговорил морфоид, делая шаг назад, - полегчает. Может быть. - Может быть? - хрипло засмеялся Скарлетт. - Спасибо за беспокойство. - Не за что. - Здесь все так заботятся обо мне. Надо же... Рэтчет не собирался слушать его нытье. Но ему, как и всем, было скучно. Единственную книгу он отдал Триалю, приглашать в азартные игры его перестали - когда процент его выигрышей стал стремиться к сотне. Да Рэтчету и самому было неинтересно. - Это потому, что ты единственный согласился нырнуть и отключить маячок, - ответил он. - Больше никто не захотел. - Хочешь, открою секрет? - глаза Скарлетта лихорадочно заблестели. - Валяй, - пожал плечами морфоид. - Помнишь, там, на плотине, твоя маска была повреждена? Это мы с Регги постарались. Я подговорил его и отвлек инструктора, а Калво продырявил загубник. - Ну вы и пидоры, - вздохнул Рэтчет, не чувствуя больше ни злости, ни обиды. Все, что произошло в Гурверсте, здесь, в этом чужом мире, казалось старым дурным сном. - Я завидовал тебе, - признался Скарлетт. - Так завидовал, что совсем потерял голову. - Если честно, я думаю, у тебя и сейчас кукушка посвистывает, - усмехнулся Рэтчет. Скарлетт разулыбался, будто принял это за шутку. - Ты совсем не такой, как Гатта, - сказал он. - Но кое в чем вы похожи. - Это в чем же? - заинтересовался морфоид. - Я часто поддевал её, когда мы батальоном стояли в Кормене. Она никогда не злилась, все смеялись, и она со всеми. А в Кампонегро... Мы попали под перекрестный огонь, в меня шмальнули из огнемета, Гатта могла уйти... Она бы не погибла, если б не тащила меня на себе. - Эй! - Рэтчет выставил вперёд руки, унюхав запах слез. - Только вот этого не надо! Меня ты не разжалобишь! - Лучше бы она просто ушла! - сдавленно прохрипел Скарлетт. - Что толку сейчас об этом говорить? - Почему ты вытащил меня из петли? - Потому что ты спровоцировал меня на угрозы! - честно признался Рэтчет. - Весь отряд слышал, как я угрожал убить тебя. Мне не хотелось проблем для себя и Лилии! - А я думаю, ты просто не мог, - возразил Триаль, слегка задыхаясь. - Не мог спокойно слушать, как останавливается моё сердце. Рэтчет прислонился спиной к стене и сполз по ней, беззвучно смеясь. Всё же этот тип феерический идиот, раз придумал для его поступка такую благородную причину. - Ладно, думай, что хочешь, - смиренно вздохнул он. - Я спас тебя, ты - меня. Мы квиты. Ты больше ничего мне не должен. - Хорошо, - Скарлетт перекатился на спину и натянул одеяло до самого подбородка. - Не держи на меня зла. Если вдруг я завтра... ну, если я умру. - Ты не умираешь, - возразил Рэтчет. - Мы на этой чёртовой посудине, без жаропонижающих и антибиотиков, - трагически простонал Скарлетт, падая на подушку. - Увы, брат, у меня все шансы сыграть здесь в ящик. Рэтчет скептически покачал головой: - Твоё сознание не изменено, а показатели тела, такие, как пульс и температура, всего лишь незначительно изменены по сравнению с человеческой нормой. До стадии деструкции белка ещё очень далеко. - Вот умеешь же ты подбодрить! - засмеялся Джуллиан. Рэтчет в ответ пожал плечами и тоже улыбнулся. *** Обычно командор не участвовал в развлечениях экипажа. С утра до поздней ночи он занимался изучением документации платформы или вместе со Стэтсоном торчал возле стационарной установки связи, слушая разговоры на незнакомом языке. Рэтчету было любопытно, насколько далеко командор зашёл в своих исследованиях, но с той ночи, когда они вместе спускались на нижнюю палубу, Рэтчет и командор больше не разговаривали. Райт проводил время с Молчуном, иногда приглашал для обсуждения Вейна и мистера Борджерри и, конечно, с ними часто бывала племянница командора. Рэтчету же ничего не оставалось, кроме как слоняться от собственной комнаты до кают-компании, оттуда до Скарлетта, который все ещё находился на постельном режиме, потом снова к себе. И так все восемь дней, что продолжался шторм. Рэтчет не был любителем долгих задушевных бесед, но одиночество в замкнутом пространстве сводило его с ума. Длинными ночами он то ли бредил, то ли окунался в кошмары, видя то, чего не должен был знать. Иллюзия Зэйро не отпускала его, затягивала, будто липкая паутина. Рэтчет видел незнакомых ему людей и морфоидов, слышал их зловещие голоса. Он ощущал себя бестелесным призраком, оказавшимся в ловушке чужой враждебной реальности. Он хотел бы уйти, прекратить свое земное существование, бесследно раствориться в пространстве, как это сделала Лилия. Но мир живых держал его в тисках. - Ты не можешь это прекратить, - услышал он однажды в предутреннем бреду. Повернул голову и увидел стоящего рядом командора. - Никто из нас не выбирает, когда родиться и когда умереть. Остаётся только принять свою судьбу и делать то, что должно. - Я не хочу! - выкрикнул Рэтчет в запале. - Что же мы, какие-то животные или, может быть, насекомые?! Разве у нас нет свободы воли? - Свобода воли? - заинтересованно глянул на морфоида командор. Его лоб прорезали грубые морщины, собрались между бровями. Лицо затвердело. - Свобода воли в том и состоит, чтобы принять данность и взять свою жизнь под контроль, а не болтаться, как кое-что в пропасти. - А если я не хочу? - разозлился Рэтчет. - Кто может меня заставить? Вы? Он дерзко и зло глянул на Райта и оцепенел - сквозь его фигуру просвечивала противоположная стена. - Кримсон! - в дверь громко постучали, и Рэтчет осознал себя лежащим на кровати поверх одеяла. Прямо в ботинках. Никакого Райта рядом, разумеется, не было. - Рэтчет, тебя зовут командиры. - Иду, - морфоид вскочил, наскоро причесал и стянул резинкой волосы и вышел из комнаты. В коридоре уже никого не было, и он немного растерялся, не зная куда идти. Заглянул в кают-компанию, где лениво перекидывались в карты Тикхо и Сона. Анжелика с задумчивым видом сидела рядом, но не следила за игрой, погруженная в собственные мысли. Рэтчет аккуратно прикрыл за собой дверь и бегом бросился на палубу. Командор, Вейн и мистер Борджерри ждали его там. - Чего так долго? - недовольно спросил командир стрелков. - Простите, сэр, - отозвался Рэтчет и замер в ожидании приказа. Небо над океаном было на удивление тёмным и высоким - тучи рассеялись, волны притихли. Где-то вдалеке раз в десять-пятнадцать секунд вспыхивал лиловым и жёлтым отблеском разреженный воздух возле портала. Свобода для них всех казалась такой близкой. Если бы только "Эспадон" не упокоился на дне. - Мы решили предпринять попытку добраться до соседней платформы, - специально для Рэтчета объявил командор, - пойдём втроем: я, ты и Дерек. Оденься потеплее, возьми у Гамильтона "Раут" и возвращайся. Отплываем через пятнадцать минут. - Так точно, - обрадовался морфоид. Наконец хоть какое-то дело. Ему до смерти надоело сидеть на одном месте и слушать нытье Скарлетта и дурацкие шуточки стрелков. Рэтчет бегом рванул в свою комнату, натянул свитер и куртку. По пути в кают-компанию ему встретился Гамильтон: - Куда бежишь, Вольфрам? - По делу, дай пройти. Стрелок посторонился, но все равно в узком коридоре они едва смогли разойтись. Рэтчет почувствовал, как потеплел и заинтересованно приподнялся принимающий слой, и раздражённо зашипел, обозлившись и на него, и на себя. Нашёл время! - Ого! - шарахнулся от него Янсон. - Не знал, что вы так умеете! - Что? - Глаза. У тебя глаза, как у кота! Рэтчет только фыркнул и побежал дальше. Забрав у Кея винтовку, он выбрался на палубу и закрутил головой. - Сюда, - махнул рукой стоящий у лестницы Вейн, - пошли скорее, пока я тут не задохнулся. Ну и вонь! - Это вы ещё не были внизу, майор, сэр, - нахально ответил морфоид. Вейн демонстративно зажал пальцами нос и полез вниз, на понтонную палубу. Командор уже ждал их на катере, двигатель ровно шумел - значит, прогулку на соседнюю платформу спланировали несколько дней назад. Механики успели поднять судно и просушить двигатель и узлы. То-то Сона и мистер Борджерри часто отсутствовали в кают-компании. - Вперёд, - Зоркий легонько подтолкнул морфоида к болтающемуся на чёрной воде катеру. Рэтчет схватился за мокрые перила. От воды тянуло сильным холодом и зловещим запахом смерти. - Рэтчет, - командор, стоя на борту, потянул ему руку, - хватайся. Рэтчет с облегчением взялся за большую крепкую ладонь и спрыгнул на белый пластиковый пол катера. Вейн перепрыгнул за ним и сразу же занял лучшее место на корме. Командор знаком велел Рэтчету сесть и отвязал трос от опоры платформы. Морфоид поспешно уселся на скамью возле майора и, прижав к груди "Раут", спросил: - Командор сам поведёт катер? - Да, - откликнулся Вейн. Рэтчет присвистнул, вспомнив, как Райт мастерски вёл воздушный бой над Оримой. - Есть что-то, чего он не умеет? - Сдаваться, - ответил командир стрелков. - Он точно не умеет сдаваться. *** Всё, что командор делал, он делал со спокойной основательностью. Катер не спеша миновал причал платформы и взял курс на соседнюю. Океан под ними волновался, чёрно-зеленый, с грязно-белесой пеной. Волновался и Рэтчет, глубокая вода была его главным врагом. Даже майор Вейн, прославившийся в отряде не только своим пессимизмом, но и бесстрашием, тревожно хмурился, глядя в даль. Один только командор казался невозмутимым, как какая-то гребаная машина. Стальной Райт, лучшего прозвища не придумаешь! Морфоид начал дрожать на сыром ветру, надел капюшон, как следует затянул непослушными пальцами завязки. Подул на ладони и тут же спрятал их под мышками, крепко прижимая винтовку к себе. Командир стрелков наблюдал за его возней равнодушно, но бдительно. Как кот Берсерк. Они были даже похожи: оба широкоскулые, рыжеватые, с далеко расставленными, умными глазами. - Что командор хочет найти на той платформе? - спросил Рэтчет, перекрикивая звук движка. Они были в открытом океане, довольно далеко, как от "своего" пристанища, так и до конечной цели. - Не знаю, - прокричал в ответ майор. - Какие-то новые данные об этом мире. Не сидеть же нам вечно в этой дыре. Рэтчет кивнул, удовлетворенный ответом. На небе полыхнуло фиолетовым. Он от неожиданности вздрогнул, задрал голову. Рэтчет не раз бывал в Штормзвейге (чтоб он провалился вместе с Брутом и его бандой), где портал громоздится на портале, и небо постоянно сверкает самыми яркими красками. Но там это казалось привычной иллюминацией, такой же, как заливающий светом ночные улицы неон. Здесь грозовые проблески портала вызывали тревогу и затаенную тоску. Рэтчет знал, что весь отряд, затаив дыхание, ждёт возвращения домой. Экипаж "Эспадона" верил в звезду и гений своего командора и не сомневался, что они рано или поздно выберутся из чужого мира и вернутся в Ориму. Только Рэтчет ловил себя на мысли, что ничем хорошим для него возвращение в Империю не закончится. Там им со Скарлеттом придётся вернуться в "Вольфрам", под начало бешеного Скотти. Лазарь, надо полагать, обрадуется его появлению и начнёт с новым рвением накачивать человеческой кровью, чтобы достичь еще большей мощи гипноатак. А, может быть, им уже нашли замену. Место в элитном отряде с гонораром в двести тысяч пусто не бывает. Да и Росси, наверное, вовсю старается над совершенствованием послушной Авесты. - Вон она, смотри, - Вейн протянул руку, указывая вперёд, и Рэтчет выпрямился, вытягивая шею. Громада платформы приближалась к ним, чёрная, ощетинившаяся вышками кранов и буровых механизмов. Она была ещё больше той, на которую упал "Эспадон", Рэтчет увидел внушительных размеров вертолетную площадку и большой причал для принятия танкеров. На самой высокой башне сооружения тревожно мерцал красный маячок. Командор сбросил скорость и направил катер к причалу. В тёмных недрах нижней палубы звуки океана стихли, мерный плеск волн казался почти беззвучным, Рэтчет, скинув капюшон, вытянул шею и прислушался. - Что скажешь? - спросил Вейн. - О чем? - Об этой платформе. Есть тут кто-то живой? Морфоид уставился на него, как на психа. - Я вам что - экстрасенс? - В какой-то мере вы и есть экстрасенсы, - миролюбиво пожал плечами майор, - вот тогда с Картером. Никто же не понял, кроме тебя. - Платформа большая, много посторонних шумов и запахов, - пояснил Рэтчет, - мне нужно больше времени и пространства. - Этого добра у нас завались, - откликнулся Вейн, хватаясь за перила причала, чтобы помочь командору зафиксировать трос к креплению причала. В гигантском помещении, где прежде отгружали танкеры, оглушающе пахло нефтью. Карабкаясь наверх, Рэтчет почувствовал, что голова начинает кружиться. Забравшись на твёрдую палубу, он натянул на нос ворот свитера и для верности прикрыл сверху ладонью. - Ты в порядке, Рэтчет? - спросил командор. - В порядке, - прогундел он. - Тогда за мной, - скомандовал командор. Он включил светодиодный фонарик, и маленький отряд двинулся по вспомогательной нижней палубе. - Что мы ищем? - Топливо, провизию, лекарства - все, что может пригодиться. Любое оружие, любые документы. Что это там? - Райт ускорил шаг и остановился перед здоровенными металлическими створками с выдавленными на них буквами. Посветил. - Откроем, - он навалился на створку. - Прикрывай, - приказал Вейн Рэтчету и бросился на помощь. Помещение оказалось ремонтной мастерской. На полу и на подвесах громоздились останки катеров и каких-то непонятных механизмов - Рэтчет не очень в этом разбирался. А вот командор, видимо, понимал гораздо больше. Он энергично устремился вглубь ангара, подбежал к большой округлой штуке, которая при ближайшем рассмотрении оказалась похожей на странный вертолет-транспортник. Командор легко, как мальчишка, взлетел по импровизированной стремянке к подвешенной громадине, Рэтчет увидел вспышки коммуникатора - Райт снимал кабину вертолёта, панель управления, рычаги и агрегаты. Вейн и Рэтчет терпеливо ждали, когда он закончит свои изыскания. Когда командор спрыгнул с лестницы, Зоркий подал ему найденную где-то в мастерской тряпку. Командор вытер руки, одернул мундир, а Рэтчет вдруг заметил, что с него пропали погоны и все знаки отличия. Они двинулись дальше и за час или полтора тщательнейших поисков обошли нижний этаж буровой платформы. Всё это время морфоид двигался замыкающим, не выпуская из рук винтовки и прислушиваясь к каждому звуку. Вейн наблюдал за ним, не нарочито, но Рэтчет то и дело ловил на себе внимательный взгляд его раскосых глаз. До утра оставалось часа четыре, когда они трое выбрались на верхнюю палубу и замерли в удивлении. В одном из караульных строений горел свет. Райт удержал за плечо подавшегося вперёд майора. - Тшшшш, - поднёс палец к губам, - идём медленно, тут ещё могут быть люди. Рэтчет. - Сэр? - шёпотом отозвался морфоид. - Иди первым, узнай, сколько там человек. - Есть. Рэтчет наклонился и в полуприсяде добежал до коробочки караульного помещения. Прижался плечом к стене. Эта буровая точно не была военным объектом. Он успокоился, расслышав за тонкой стеной одно сердцебиение. Показал засевшим в укрытии товарищам указательный палец и приподнялся, чтобы заглянуть в ярко освещенное окно. Невысокий, но крепко сбитый мужчина под пятьдесят сидел на диване и смотрел телевизор. Гражданский, оружия Рэтчет не заметил. Может, оно и было, но совершенно ясно, что охранник платформы гостей не ждал. Морфоид улыбнулся, жестом успокаивая командиров, и в этот миг услышал ещё одно сердце. - В жилом корпусе, - указал он подбежавшим оримцам, - второй. Судя по ритму - спит. - Дерек, - командор кивнул Вейну на прямоугольную конструкцию в десятке метров от караульного пункта. - Иди туда. Майор кивнул, вытащил "статус" и, пригнувшись, побежал к жилой постройке. Райт тем временем заглянул в окно. Рэтчет тоже сунулся. И напоролся на взгляд командора. Проследил - вот блядь! На экране долбаной панели показывали последний бой "Эспадона". Их "Эспадона"! Рэтчет клацнул зубами от злости. Они ничего не знали и не знают об этих гадах, а те прекрасно знают о них. Воюют с ними. Рэтчет уставился в жутковатые глаза командора. Огонь взрывов от упавших на Ориму бомб отразился в чёрной глубине радужки. - Я хочу его допросить, - негромко произнёс Райт. - Сможешь взять его под контроль? - Смогу, - кивнул Рэтчет, машинально касаясь принимающего слоя через куртку и свитер. Человек за стеной был прост, чтобы не сказать примитивен. Захватить его разум - секундное дело. - Готово, - сказал Рэтчет, заставляя объект встать им навстречу. - Молодец. Я думал, вы не умеете через стены, - удивился командор. - Разве это стена? - Рэтчет постучал по хлипкому перекрытию. Он был доволен собой и похвалой главнокомандующего. Райт первым вошёл в караулку, Рэтчет просочился следом, все глубже погружаюсь в мыслительные процессы захваченного человека. Расфокусированный взгляд охранника показал, что он на правильном пути. Командор остановился напротив объекта и задал ему какой-то вопрос. Тот ответил. Райт кивнул и продолжил спрашивать. Ему требовалось некоторое время, чтобы сформулировать вопрос, иногда он несколько раз переспрашивал или задавал наводящие вопросы, чтобы понять, что ему отвечает чужак. Это значило, что уровень его владения языком ещё далёк от совершенства, однако результат допроса удовлетворил господина командора. - Рэтчет, - спросил он, спустя час изнурительной работы, - ты сможешь подчистить ему память? - Думаю, что смогу, сэр, - подумав, кивнул Рэтчет. Он немедленно принялся за выполнение задачи, но тут в ночной тишине оглушительно грохнул выстрел.