Пески жизни

      Палящее солнце, ветряная буря и песок, забивающийся в ботинки. Всё это вовсе не то, к чему стремилась душа все эти годы. Недавняя помощь вместе с Итэром и Сайно, казалось, подарит спокойное существование бок о бок с книгами, но, видимо, нет… Скорее уж появилась репутация, что на него можно положиться в сложных делах. Если бы дело было не в Сайно и не в приписке от малой властительницы по поводу интересующих текстов… Сидеть сейчас за защищающей от песка стеной и наблюдать за обстановкой и бывшим генералом Махаматрой, не пришлось бы.       Невозмутимо складывая вещи в мешок, чувствуя, что за ним наблюдают, он будто бы изменился и не изменился одновременно. Все то же спокойное выражение на лице, тот же взгляд, но одновременно с этим в его глазах как будто угас тот огонь и уверенность, что присутствовали там раньше. Как будто в его жизни исчезла дорога, но он все равно твердо стоит на ногах и идет неизвестно куда. Но это все может быть хорошо спланированным фарсом… Взгляд возвраща6тся в книгу, которую получилось взять с собой, но тут же от интересного древнего языка акунитов отвлекает уже проводник, хлопая в ладоши и останавливаясь неподалеку. – Собираемся! Давайте, давайте, и так потеряли кучу времени, ночи в пустыне холодные, всего полдня осталось. Буря можно сказать утихла, это все уже мелочи, даже дети уже выходят играть в такую дорогу, шевелитесь! Юнус! Что ты там копаешься?! Завязывай уже дай свой мешок и на мула. Асфард! Живее, он тебя не укусит, чего ты так боишься, ты же не кактус, чтобы он тебя съел Корми и в дорогу, – жестикуляции проводника с каждым криком лишь усиливаются. Все выдавало, что на этой работе он не впервые, вполне возможно видел всю эту работу с детства. Сейчас, не выдержав, подбежал к Юстусу и в два движения правильно завязал поклажу. Но, видимо, сидящий на песке и читающий путник его тоже раздражал, – Аль-Хайтам! Пойдешь в хвосте вместе с Сайно, выглядишь сильным, поможешь отстающим.       Два охранника, назначенные идти спереди каравана, лишь как-то гнусаво улыбнулись на это заявление. Создавалось ощущение, что обзавестись новым другом в лице Сайно у них так и не получилось. У него и вправду своеобразный характер, судя по записям Акаши эта черта появилась до его прибытия в Академию. Но... Насколько всё происходящее здесь правдиво? По крайней мере, ученые, которых они ведут, неподдельные. Посидев за их спинами около получаса и послушав, понятно, что в своей сфере они разбираются…       Выдвинуться так быстро, как хотелось, тоже не вышло. Даже несмотря на крики, ученые не могли так быстро собраться в дорогу, слишком непривычное для них ремесло.       Караван движется неспешно, даже слишком, хотя, возможно, это и нормальная скорость движения в хвосте. Такие прогулки обычно обходили его стороной, передвигаться по пустыне в одиночку в разы быстрее. Буря давно утихла, песок теперь даже не шевелился, а попутчики, уже вдоволь наговорившись, в основном молча ехали или шли около своих животных. Какова цель Сайно? Почему он идёт вместе с людьми, которые не могут за себя постоять? Где находится похищенный артефакт? Собственные шаги замедляются для того, чтобы отстать сильнее и осмотреть всю цепочку издалека, возможно это даст какие-то ответы, но как оказалось, за ним пристально следит одна пара внимательных глаз. – Ты идешь слишком медленно, животные из-за тебя лишь еще сильнее снизят свой темп. Тебе лучше идти в начале колонны и высматривать опасность. – Не я распределяю роли и места участников. – Но ты наверняка доплатил, чтобы идти рядом со мной. Проводник – не дурак и неплохо разбирается кого куда ставить. Ты не подходишь быть в хвосте, – несмотря на спокойный тон, заметно, что Сайно слегка недоволен. Его брови нахмурены, словно перед ним еще один нарушитель спокойствия. Впервые приходится испытывать этот взгляд на себе. Странные ощущения. Но, кажется, самого Сайно ничего не смущает. – Твои вопросы… Задавай. Мне легче на них ответить, чтобы ты не саботировал строй. Но артефакта у меня и вправду нет…       Тишина затягивалась, пока он поравнялся вместе с Сайно и теперь шел рядом, давая тому время начать нервничать сильнее, если на то есть причины. Как и ожидалось, диалог генерал все же решился завести первым, стоило начать проявлять самовольство. – Что ты помнишь последним? До того, как оказался в пустыне. – Ничего. Я очнулся среди песков, которые казались мне родными и знакомыми, но понять, где я и кто я не мог. В голове была только пустота. Рядом лежало копье, на мне была одежда, которую ты видел в шатре. Вот и все, – золотые глаза смотрели в притягательные зелёно-алые, пока они продолжали двигаться вперёд. Ни страха, ни лукавства, там отражались лишь абсолютная уверенность в своих словах и спокойствие. Продолжать в них смотреть показалось неуместным и странным, и взгляд переместился на бескрайние пески в стороне. – Зачем тебе эта работа? Куда ты направляешься? – Мне нужно есть, пить и на что-то жить. По поводу моего направления… Есть лишь ощущение, которое мне интересно. По нему я и иду пока, попутно ища работу которую могу выполнять. Эта мне подходит. Хотя я и не помню кто я, но пустыня мне знакома и кажется даже родной.       Аль-Хайтам молчал, обдумывая и проверяя в Акаше направление, пока Сайно с интересом смотрел на наушники, которые светились в этот момент. Похожие были и у ученых, но и тут этот человек отличился. К нему есть странное и необъяснимое чувство чего-то знакомого, но словно утраченного. Как и та маска шакала, Аль-Хайтам вызывал тёплые чувства, которые, тем не менее, показывать не имело никакого смысла. Сейчас он скорее подозреваемый, чем кто-то ещё. – Сколько тебе платят? – Триста моры в день и бесплатное питание со снаряжением в виде шатра, котелка и прочего. – Что ты скажешь если я предложу тебе стать моим телохранителем? Шестьсот моры в день, питание и проживание за мой счёт, – на этот раз зелёный и золотой взгляд задержались друг на друге, а они сами остановились. Но если в одном так и осталось спокойствие, то во втором скользнула мимолетная усталость от этой всей ситуации, Аль-Хайтам начинал утомлять. Сайно отвёл взгляд первым, продолжая молчать и рассматривать горячий расплывчатый горизонт, за который начинало заходить солнце. Очевидно, что для этого человека он совершенно никто. – Скажу, что, по-видимому, ты мне не поверил.       Сайно уже сделал шаг вперёд, показывая, что разговор окончен, как крик мула сзади привлёк внимание. Один из них только что повредил лапу, наткнувшись на колючки под песком. Бывший генерал тут же развернулся, отправляясь помочь успокоить напуганное животное, в то время как весь караван остановился, слыша эти крики, что заставили проводника направиться в их сторону. – Что у вас тут?! Нам надо нагнать график, продолжим идти и ночью. Разбирайтесь скорее!       Раздражённый проводник подъехал довольно шустро, вот только Сайно явно не выглядел довольным от такой перспективы. Его можно понять. Ночи в пустыне холодные и жестокие, иногда они представляют угрозы не меньше, чем палящее солнце днём. На самом деле эта храбрость невысокого человека всегда казалась немного забавной, даже странно, что его боялись в Академии. Всё, что требовалось – это просто не быть нарушителями и не лезть в запретные знания. Иначе… Вас ждал тот же взгляд, коим сейчас Сайно одарил проводника, не желая мириться. – У нас раненый мул и экспедиция, полная неподготовленных к ночным переходам ученых и торговцев. Мы не можем идти без отдыха и привала. – Это не тебе решать, ты получишь свою надбавку… – Меня волнует вовсе не мора. Чей это интерес идти дальше? – А вот это уже вовсе не твое дело. Маши копьем и защищай, дармоед!       Отвратительный характер проводника – его хмурый взгляд и лицо, полное гнева, встретились со спокойным характером и уверенным взглядом Сайно. Ни капли гнева со стороны друга. Его рука всё также спокойно поглаживала бок раненого мула, успокаивая, а голос выражал уверенность и терпение. – В таком случае, я не могу гарантировать безопасность и ту скорость продвижения, о которой мы договаривались. – Тебя нанимали для охраны, никто не обещал царских условий и что тебя все будут слушаться. Я говорю, а ты делаешь. Что непонятно?! – Вы подвергаете людей ненужному риску. – Я забочусь о возможности будущих экспедиций и троп!       Кажется, полный негодования крик услышали даже охранники впереди, он тоже походил на рёв испуганного животного, вот только Сайно все также продолжал стоять и смотреть, абсолютно нетронутый таким отношением. На эту перепалку уже смотрели все, перешептываясь между собой. Проводник это тоже заметил, развернув своего мула обратно и цыкнув на Сайно, который тоже решил не молчать. – Обратный путь пройдет без меня. – Как пожелаешь, – фыркнув, проводник отвернулся, крича уже на всю колонну, – час перерыва и снова отправляемся в путь. У нас сроки горят, ничего страшного не произойдёт, мы позаботимся о вас и ночью.       Все понимали, что он привирает, все понимали, что происходит что-то из ряда вон, но покорно начали собираться на отдых, раскладывая немудреную еду и разводя костерок для приготовления тёплого питья на ночь. Их взгляды снова встретились, когда голова Аль-Хайтама наклонилась немного вбок, изучающе посматривая на друга, который был сейчас как на ладони. Не только Акаша, все они небольшой компанией знали, что для Сайно человеческий ресурс в приоритете. Возможно, именно поэтому он мог так хорошо выполнять свою работу матры. Всё было подчинено сохранению наибольшего количества человеческих жизней. Именно поэтому многие разработки и знания стали запретными, поэтому и появились псы, идущие по следу и охраняющие двери.