God's Favorite Customer

Everybody's getting to the point where there's no returning

Does anyone know the answer to it all?

Everyone's looking for a place on the seat of learning

It's the point of no return

Быстро приведя себя в порядок во второй ванной, Юнхо смирился с неизбежным и вышел из коттеджа, кутаясь в джинсовку. Ёсан едва ли одобрил эту вольность в выборе одежды, но ничего говорить не стал, обойдясь лишь красноречивым взглядом и выпущенным в его сторону сигаретным дымом. — И где моя карета, Фея-крёстная? — Юнхо попытался разрядить атмосферу шуткой, и кажется, это почти удалось: Ёсан будто забыл об инциденте и теперь просто ждал увеселительную часть вечера. Он даже совсем не боялся быть застуканным кем-либо из коттеджа, что одновременно вселяло надежду и как-то иррационально пугало. После того как Джеймс очень удачно попал пальцем в небо, ему следовало быть осторожней с образом. — Тыква не поспела, да мыши разбежались, — Ёсан бросил взгляд на наручные часы с лёгким нетерпением и затушил окурок о колонну. — А что, не терпится на бал? Дальний край улицы озарился тёплым светом фар, а тишину разрезал громкий клаксон и басы рок-баллады. Ёсан закатил глаза и буркнул ёмкое «Придурок» себе под нос, после сбежал вниз по ступенькам и замахал рукой водителю тормознувшего у обочины автомобиля, один вид которого заставил Юнхо испытать своего рода дежавю. Ему казалось, или и этот золотистый Кадиллак он раньше где-то видел? — Шевелись, — поторопил его Ёсан, указывая на заднюю дверь. В голове сложился пазл, и Юнхо нервно сглотнул, боясь даже притронуться к очередному автосокровищу семейства Кан, не то что сесть в него. Однако выбора не было, и он дернул ручку, запрыгивая в салон и чувствуя себя максимально неловко на дорогих кожаных сиденьях. Ёсан закинул ноги на переднюю панель, за что тут же получил выговор от сидящего за рулём парня. — Кто это? — Юнхо подался вперёд и постарался спросить как можно тише, только вот в салоне, наполненном надрывным звучанием песни, всё равно пришлось поднимать голос. — Лакей, — бросил Ёсан, принявшись хозяйничать в настройках волны. Он убавил звук, пощёлкал кнопками и, наконец найдя нечто, соответствующее его музыкальным вкусам, угомонился. — И давно меня понизили в звании? — парень ухмыльнулся и включил свет в салоне. Юнхо не знал, как реагировать на прическу, цветом и небрежностью похожую на копну соломы, и блеск тёмных очков, которые тот явно не торопился снимать. Вопрос был явно обращён Ёсану, но говорящий повернулся к Юнхо, и тот видел собственное нелепое отражение в чёрных стёклах очков. Он мысленно выругал себя за чрезмерное любопытство и вжался в сиденья, которые наверняка стоили больше, чем его годовое жалование. — Трогай давай, — Ёсан переключил внимание на бардачок, принявшись в нём копаться, и только тогда парень наконец смилостивился над Юнхо и вернулся к своим непосредственным обязанностям. Их тут же вжало в сиденье от резкого скачка вперёд: стиль вождения у парня был ещё более отчаянный, чем у Ёсана, хотя что-то общее в их погоне за скоростью явно было. — У тебя есть травка? — Не положено по статусу, ваша светлость. Кто бы этот человек ни был, Ёсан хорошо его знал. Возможно, даже слишком хорошо, потому что позволял те вольности, которые любому другому могли обернуться боком. — Да блять, не делай вид, что обиделся, — он цокнул, запрокинул голову и, Юнхо был уверен, закатил глаза. — Просто скажи, есть или нет. — Я бросил, — у парня, похоже, на такие выходки выработался своего рода иммунитет. Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он захлопнул бардачок, не отрывая взгляда от дороги, и потушил свет. — Для связок, говорят, вредно. — Когда это тебя начало ебать, что там говорят? Юнхо поймал себя на мысли, что Ёсан сейчас как никогда напоминал скандального подростка, впервые вырвавшегося из-под родительской опеки, и почему-то этот образ очень гармонично вязался с его взаимодействием с парнем. Юнхо не знал наверняка, но тот казался старше и держался до того уверенно, будто это было в порядке вещей. — Напомни потом промыть тебе рот с мылом, — беззлобно ответил парень, на что Ёсан показал средний палец и тут же переключился на созерцание мелькавших за окном окрестностей. Теперь Юнхо мог видеть профиль Ёсана. Судя по расслабленным чертам лица и лёгкой улыбке, он вовсе не держал зла, а лишь в своей привычной манере отыгрывал роль. Юнхо подумал было, что видит то, чего на самом деле вовсе не должен видеть, что-то интимное между этими двумя, но почему-то странно греющее душу. Видеть Ёсана настоящим — от этого зрелища невозможно было устать. — Не представишь своего спутника? — вдруг спросил парень. Юнхо отстранился, едва поняв, что Ёсан уличил его в подсматривании, и тут же встретился с темнотой очков, отражавшихся в зеркале заднего вида. Вот он и оказался застигнут врасплох между двух огней. — Юнхо, — Ёсан ответил прежде, чем Юнхо успел раскрыть рот, и только и смог кивнуть головой, бессмысленно подтверждая факт того, что именно так его и зовут. — Тот самый Юнхо? — улыбка парня отразилась в зеркале, и тут же пропала: Юнхо сменил позу, прижавшись головой к прохладному стеклу. Что бы эта туманная фраза ни значила, сейчас безумно хотелось провалиться сквозь землю. — Не думал, что ты так быстро нас познакомишь. — Я и не хотел вас знакомить. Просто этот неудачник ни разу не был на нормальной тусовке… Вот что за гениальная идея пришла Ёсану в голову: отправиться в бар или клуб. Но для чего именно? Развлечься самому? Или отвлечь Юнхо? Пусть это и казалось меньшим из зол, что могло взбрести в его голову, настрой всё равно был скептический. Последний порыв эскапизма в итоге обошёлся ворохом проблем, главной из которых сейчас была эта самая поездка. Такая вот занимательная цепная реакция. — И ты решил протянуть руку помощи? — парень отбил пальцами по рулю, в нетерпении ожидая зелёного сигнала светофора. — Как благородно. Юнхо прищурился, пытаясь распознать за ответом лицемерный сарказм, но, кажется, тот сказал это без задней мысли, вполне себе искренне, пусть и не без доли иронии. Иронией ответил и Ёсан: в подтверждение своих слов одёрнул полы кожанки и поправил причёску. — Двух птиц одним камнем: и тебя посмотреть, и себя показать. Парень пожал плечами — только и всего. — Что ж, я не против, — был его ответ. — Он мне нравится больше, чем Сонхва. Юнхо ох как не нравилось, что эти двое вели разговор так, словно его самого не было в салоне, но и давать знать о своём присутствии казалось как-то уж очень самонадеянно и страшно: он боялся нарушить странный баланс, буквально обволакивавший всё внутри машины. — Не делай вид, будто тебе есть до этого хоть какое-то дело, — Ёсан поставил локоть на дверную ручку и подпёр щёку кулаком. Новое направление беседы его то ли утомляло, то ли слегка раздражало. — Мне есть до этого дело хотя бы потому, что ты моя семья, — буднично произнёс парень, только вот Юнхо после этой фразы впору было поднимать собственную челюсть с пола. — Что?! — вырвалось само по себе, на одном дыхании, и он едва сдержал порыв закрыть рот рукой, как одна из трёх философствующих обезьян. Кажется, вселенная решила устроить день откровений. Иначе объяснить подобное стечение обстоятельств он просто не мог. — Кто тебя за язык тянул? — Ёсан прижал ладонь ко лбу и покачал головой. Его голос сквозил если не разочарованием, то какой-то удручённостью, будто он не хотел предавать свой секрет огласке. Но что сделано, то сделано: он лишился ещё одного туза в рукаве, а Юнхо лишь утвердился в том, что Ёсан был крайне скрытным человеком. — Не думал же ты, что я дам тебе спуску, — парень, однако, не испытывал ни малейших угрызений совести. Ему, наоборот, словно бы доставило удовольствие это фиаско: он стал отбивать пальцами ритм играющей по радио песни. — Я тоже хочу повеселиться, тем более что гуляем сегодня на мои деньги, хотя ты уже, видимо, начал принимать мой кошелёк за свой. Ёсан предпочёл промолчать, видимо, принимая справедливость замечания, и это было, пожалуй, ещё одним культурным шоком, потому что он терпеть не мог быть неправым. Юнхо хорошо помнил, чем закончилось это для него самого, но тут Ёсан даже не стремился спорить и набивать себе цену. Он просто смирился со сказанным и поспешил отвлечься на перекур, явно давая понять, что теперь будет держать рот на замке. Этой заминкой и поспешил воспользоваться парень. Остановившись на светофоре, он повернулся назад всем корпусом, снял очки и поинтересовался, протянув руку для пожатия: — Итак, Юнхо, может, наконец, познакомимся? Хонджун, брат этого паршивца. Юнхо не сразу понял, что от него хотели, но всё же стряхнул с головы растерянность и ответил на приветствие немного неловким «Очень приятно». Теперь он мог сформулировать полноценный вердикт о внешности Хонджуна. Чёрная подводка, куда более вызывающая, чем лёгкий макияж Ёсана, куча колец в ушах, торчавших из-под русого гнезда волос, и мелкие морщинки у глаз как-то не сильно вязались с абсолютно искренней улыбкой, которой он просиял, — таков был портрет брата Ёсана. Хонджун приязненно кивнул и опёрся рукой на спинку своего сиденья. — Готов повеселиться, приятель? Юнхо опять не дали права сделать выбор. Светофор впереди замигал, и Хонджун хмыкнул, улыбнувшись как-то озорно. — Боюсь, тут без вариантов, — он вернулся в изначальное положение и дал по газам, пускаясь навстречу ярким огням центрального квартала.