Коса на камень

      — Вопрос жизни и смерти. Кто из нас чёрный кот, а кто золотой ретривер?       На долю секунды Альбине почудилось, что она услышала что-то совершенно нереальное. Но когда она оторвалась от сосредоточенного чтения книги, Олег, развалившийся на её диване, всё же ждал ответа на крайне сюрреалистичный вопрос.       — Чего?       Какие коты, какие собаки? О чём вообще шла речь?       — Ну-у, — Олег многозначительно повернул к ней экран телефона.       Там на фотографии красовались две девушки. Первая подписана чёрным котом, вторая — золотым ретривером. Как это должно было объяснить ей вопрос, Альбина поняла не сильно, а потому снова попыталась уточнить:       — Как это должно работать?       — ... Альбин, да ты древнее Саши, — убедившись, что медиум недоумевает, Олег ловко переполз на противоположный конец дивана, к ней. И, вложив в руки мобильный, принялся объяснять: — Смотри, это такой тренд в тиктоке. Один человек, он, типа, чёрный кот. Повадками напоминает. А второй, тоже повадками напоминает, но уже золотого ретривера. Ну ты знаешь как примерно себя такие ведут. Говорят, это идеальная формула дружбы и отношений.       С социальными сетями Альбина не то чтобы была прям на «вы», но её постоянное выпадание из жизни мешало её понимаю трендов и всего остального. Да и страницы свои она предпочитала держать пустыми, не забрасывая их вовсе исключительно из-за страха пропустить сообщения от сестры.       — Ну, ты точно чёрный кот, — приняв вопрос серьёзнее, заразмышляла вслух она. — Но я не золотой ретривер. Из собак я, наверное, чёрный доберман?       Олег довольно присвистнул.       — Задаёшь свои тренды, круто. Так. Инстаграм же есть?       — Пустой, но имеется.       Шепс сочувствующе погладил её по плечу.       — Ты ж моя бедовая... Дай телефон сюда, сейчас всё порешаем.       Альбина открыла рот, желая заранее подготовиться к тому, что он там собирается творить, но вовремя осознала, что не желает слушать объяснений, и просто вложила разблокированный заранее телефон ему в руки.       Олег победоносно хмыкнул.       Во второй раз от книги её отдёрнули уже через полчаса, и тот явно светился гордостью, демонстрируя переработку её старого аккаунта.       Лишённая всяких красот страница сильно преобразилась. Появилось чёткое описание аккаунта, фотография — пристально вглядевшись, Альбина не без удивления подметила, что тот невероятным образом отыскал из недр галереи какую-то больно приличную — а главное, пропал значок закрытого аккаунта.       — Всё, теперь по красоте, — объявил Шепс, попутно открывая камеру на своём телефоне. — Давай сделаем селфи.       Такими темпами в будущем на место пиар-менеджера можно, в принципе, нанимать Олега.       Быстро защёлкав дурацкую фотографию, где Альбина оглядывала довольно улыбающегося Олега косым взглядом, он принялся оформлять историю.       — М-м, хэштег Альбеги ставить или нас таки ёбнут после такого?       — Это ещё что такое? — измотанно вздохнула Ясевич.       — Хэштег? Ну, это решёточка такая, для продвижения, короче, поста или ещё чего-нибудь.       Она поспешила мгновенно возмутиться:       — Не такая я и старая, Олег. Я знаю о существовании хэштегов, — ей богу, будто ей не двадцать четыре, а все сорок два. — Я спрашиваю про название... Альбеги?       — А-а, — с издёвкой хмыкнул тот. Ведь явно сразу понял вопрос, но всё равно решил подтрунить. — Ну, когда людей шипперят, появляется название пейринга. Соединение имён людей, чаще всего. Вот, это наше.       Твою ж налево. Ведь как знала, что такими темпами сделается жертвой подобного. Хотя, ей почему-то представлялось, что её скорее возненавидят фанатки Олега...       — И что им это название даёт?       — Надо же проставлять какие-то особо узнавательные метки на контенте.       Ей нравилось видеть творчество подписчиков. За такое короткое время она уже заработала себе приличную фанбазу, видела собственные портреты, получала приятные сообщения... Но вот такое — это впервые.       — И какой контент делают с нами?       — Чаще всего эдиты вижу. Очень крутецкие, кстати, я налайкал со второго аккаунта целую кучу. С собой видела? — Альбина отрицательно качнула головой. — Покажу значит. Но уже и фанфики появляются. О... Слушай.       — М-м?       Олег повернул к ней голову и заговорщески заулыбался:       — Давай по ролям почитаем.       Первым порывом у Альбины было обозвать Шепса дураком. Но, попридержав его, она ощутила странное любопытство в одном филейном месте. Дёрнув уголки губ в улыбке, она поддалась:       — ...Давай.       — Я знал, что ты поддержишь меня во всех моих конченных начинаниях! — не колеблясь больше ни минуты, он резво принялся что-то искать в телефоне.       — Да кто кроме меня поддержит твои конченные начинания... — завздыхала Ясевич. Ленно приподнявшись на ноги, объявила: — Не начинай, сейчас остатки чипсов принесу. Нужно чем-то это горе заедать.       Через час чтения всех накопившихся работ — Ясевич искренне недоумевала, как фанаты настолько оперативно писали работы, если честно — они оба были напрочь повержены то ли истерикой, то ли азартным интересом.       Олег и вовсе едва не создал аккаунт, чтобы не от своего имени прокомментировать одну из работ, но был вовремя остановлен Альбиной.       — Не понял, — нахмурился Шепс, раздражённо обновляя страницу в браузере. — А в смысле оно в процессе...       — А ты прям очень хотел дочитать работу, где мы каким-то образом потрахались в первый день знакомства после задания с Бузовой? — не удержавшись, прыснула она. — Да и попадание в характеры просто по нулям.       — Ну не знаю, не знаю... Вот когда Альбина из фанфиков сказала Олегу упасть на колени, сходства какие-то имелись, — заполучив тычок под рёбра, он рассмеялся: — А вообще, там просто только драма с порчей на рабочем месте началась. Мне интересна развязка.       — Судя по десяти работам из тридцати, что мы прочли, это снова Игнатенко опять ритуалит.       Альбина находила очень забавным тот факт, что почти в каждой третьей работе Игнатенко расписывали местной злодейкой, желающей подпортить всем существование.       — Ну, то, что это она, понятно, — серьёзно закивал Шепс. — Но из какой мотивации? Будет второстепенная линия Шегнатенко или Альрин?       О, достойный вопрос.       С выходом последнего выпуска, где неудачная попытка выгнать Ирину закончилась провалом из-за выговора Альбины, большинство людей внезапно растеряли интерес к клише «Игнатенко, гоняясь за сердцем медиума, проклинала мешающую ей Альбину» и перешло в группу «Игнатенко, гоняясь за сердцем медиум, проклинала мешающего ей Олега». Что было крайне забавно, и Ясевич не сдерживала хохота, когда Шепса внезапно выставляли этаким третьим колесом.       — Тогда добавь в избранные вкладку. Почитаем обновления потом, — предложила она компромисс.       — О, её идеи будут актуальны всегда, — зазевал Олег. — Бля, пять пропущенных от Саши...       Пробормотав ещё пару проклятий, Шепс методично сполз с дивана, прячась на балконе для звонка явно взволнованному брату.       А Альбина, воспользовавшись перерывом, потянулась к собственному телефону.       И тут же обомлела от шквала уведомлений в привычно мёртвом Инстаграме. Свыше тысячи людей, все как один, поспешили подписаться на её аккаунт, увидев отметку в истории Олега. Появились и первые комментарии под единственной фотографией в профиле, а следом — личные сообщения.       Альбина с ужасом сглотнула.       ...А затем её взгляд вновь упал на историю Шепса, и она невооружённым глазом заприметила в углу фотографии, вдали от «Чёрный доберман для моего чёрного кота», маленьким, едва заметным текстом, хэштег. Хэштег с названием их пейринга.       — Олег, блять...       Им правда никогда не отмыться от этого недоразумения, не так ли?

*

      — Уверена, что всё хорошо?       Хоть мама и продолжала уверять, что уже стабилизировалась, верилось с трудом. Подобные реплики Елена говорила постоянно, и ничего не менялось из года в год, увы.       — Коть, ну не бузи, — завздыхала мама, и Альбина почти чётко увидела, как та качнула головой, приподнимая уголки губ в нежной улыбке. — Я уже дома, всё замечательно. Рассказывай как там ты. Какие мысли о финале?       А финал, тем временем, приближался.       Медленными, не такими торопливыми шагами — отталкиваясь на слова Марата, им предстояло ещё около четырёх выпусков, не считая финала — они двигались к завершению. Но примерная картина, невзирая на медлительность с изгнанием последних двух участников, уже складывалась.       В финале Ясевич чётко видела себя, Олега, и Марьяну Романову. Игнатенко и Рапопорт дотянут вряд ли, а вот шаман, Максим Фёдоров, имеет шанс остаться, если жюри решат удержать четырёх финалистов, как это периодически бывает.       — Место там мне обеспечено, — успокоила она родительницу, параллельно приоткрывая дверь балкона. Накинула специально припрятанное там одеяло на плечи, и потянулась к пепельнице. — Не сомневайся.       — Ничуть не сомневалась. Тебе и рука, между прочим, обеспечена, — с неприкрытой гордостью в голосе объявила Ясевич-старшая.       — ...А в этом я уже так не уверена, — чуть тише отозвалась Альбина, поджигая сигарету.       Идя на Битву, она ни на минуту не сомневалась в том, что она повторит судьбу матери, став очередной победительницей. Только потом на горизонте появился достойный соперник в лице Шепса, и уверенность пошатнулась.       Не то чтобы она считала себя слабее него, нет. Дело было чуть в ином.       — ...Думаешь, выиграет младший Шепс? — ей показалось, что мама как-то огорчённо поджала губы. — Признаюсь, я сначала его тоже недооценила. Но, коть, я думаю, вы примерно на одном уровне.       Что правда — то правда.       Альбина и сама так считала; что уровень у них примерно одинаковый. Достаточно высокий для их возраста и всякого отсутствия полноценной работы с людьми, но всё ещё начальный, предвещающий им многообещающее будущее.       Где-то хромали знания Альбины в сфере медиумизма, где-то не хватало опыта в работе с душами и Олегу. Они компенсировали свои недостатки иными качествами, выкручивались, учась быть лучше. А работая вместе, как Ясевич подметила в прошлый раз, и вовсе уверенно дополняли друг друга, периодически подменяя, если нужно было.       Они были равны, и она знала, что Олег с ней без колебаний согласился бы.       — Просто, мам, сама поясняла, помнишь? Когда в финале есть один наиболее сильнейший кандидат на победу, а остальные хоть и неплохи, но явственно слабее - победа предопределена. Когда в финале несколько сильных, то...       — ...То люди начинают выбирать, отталкиваясь от внутренней симпатии.       И вот здесь как-то и было сложнее.       Характер и поведение Альбины на шоу было, мягко говоря, спорным. Она была далека от конфликтности, разумеется, не могла назваться интриганкой или стервой, но не каждому была по душе её холодность. И выбирая между ней и очевидно красивым юношей с харизмой, все выбирали второго.       Рассуждала она так не в обиду Олегу, разумеется. Пожалуй, ему самому не очень нравилось, если его выбирали только из-за внешности. В конце концов, он в своём деле был прекрасен.       — Как же нечестно. Ты вообще замечала, как часто женщины, объективно сильные, проигрывают смазливым мальчишкам прям в финале? — заругалась её мать. — Лена наша, вон, руку не получила. Или даже Керро в сезоне со Свами. Тот мальчишка с прошлого сезона...       Под Леной мама имела в виду Елену Голунову, само собой.       Альбина нередко видела её ещё в детстве, и всегда неизменно восхищалась. Но мать была права, победу она так и не заполучила.       — Ну, слушай, — стряхнув пепел, попыталась приободрить она, — в этот раз кто бы не выиграл: победа будет заслуженной. Олег справляется просто отлично.       Может, это будет армия фанаток, что принесёт ему победу, и может, они действительно будут голосовать исключительно из-за симпатии, но... По крайней мере Олег, работающий на износ, заслуживал руку.       — Ты с ним всё-таки сдружилась, — как-то позабавленно заметила мама. — Поздравляю свою дочь с первым другом в её двадцать четыре.       — Мам! — от возмущения Альбина аж поперхнулась затяжкой. — У меня были друзья. Марина в школе, Влад в колледже, помнишь?       Но воспоминания эти были туманными, даже для самой Ясевич, настолько малозначительными они являлись.       — Конечно, конечно.       Она закатила глаза.       — ...Как там Настя? — прерывая недолгую паузу, осмелилась спросить медиум.       — Как обычно очень усердно воюет с математикой, — послышался короткий вздох. — Хотелось бы увидеть вас снова вместе, если честно.       Альбина неопределённо пожала плечами, туша сигарету. Вспомнила, что разговор всё же телефонный, и откашлялась:       — Мне жаль.       Вряд ли любой любящей матери будет приятно смотреть, как два смысла её жизни ведут себя... Так.       — Ты чего, коть? Всё в порядке. Понимаю всё, не злюсь и не виню, просто как-то мысль слетела с языка - вот и всё. Пока вы обе счастливы, остальное не имеет значения.       Мама с детства её наставляла так: не кровь в венах и не генетика делают семью семьёй.       Она её так учила из-за проиходящих в жизнь отчимов, само собой, но годы спустя, Альбина начала воспринимать наставления Елены несколько иначе.       Возможно, сёстры не всегда приходят в этот мир, чтобы делить горести и радости на двоих. Возможно, иногда их пути расходятся, и не всем суждено хранить эту связь столь же бережно, как тем же Шепсам.       — Главное, чтобы счастлива была ты, — отозвалась Альбина совершенно искренне.       И это нормально.       Альбина училась отпускать сестру. Переставала периодически судорожно проверять, не прочитаны ли сообщения, или писать ей время от времени.       И, учась отпускать, она старалась принимать в жизнь что-то новое.       — Да куда же я денусь, а?

Олег: Ты, я, Наруто? 😎

      — ...Мам, я перезвоню потом, хорошо? У меня здесь дела появились.       — Да, конечно. Отдыхай, солнышко. Вы: Мы русские, с нами Наруто Узумаки. В этот раз закуски с тебя.

Олег: Йессс

      Или... Кого-то.