Коса на камень

      — Альбина Владимировна, скажите, а вы живы?       Альбина устало вздохнула, с грохотом кладя сумку на ближайший стол. Огляделась по сторонам.       На небольшой кухне, где обычно обитали в процессе съёмок усталые экстрасенсы, все снова расположились в хаотичном порядке: Виктория с Марьяной что-то тихо обсуждали, временно забывая о топоре войны; братья Шепсы уплетали еду из готовых контейнеров, а Лина вновь записывала на канал кружочки, попутно донимая Матвеева. Пожалуй, выделялись из этого бардака только Гецати, без интереса листающий что-то в телефоне, и одиноко сидящий в стороне Череватый.       — Влад, это откровенный пиздец, — вынесла вердикт она, плюхаясь напротив чернокнижника. — Выхожу с работы, а там, блять, люди.       Он непонимающе моргнул.       — Ну да... Люди это ваще пиздец, то ли дело бесы...       Понимая, что не совсем правильно выразилась, качнула головой.       — Я про фанатов, Влад. Просто в прошлый раз они каким-то образом выведали, что я работаю в ресторане, и теперь приходят туда. Только вот не еду заказывать, а у чёрного входа постоять.       — А-а! — с пониманием кивнул Влад, протягивая ей яблоко, то ли в качестве утешения, то ли просто так. — Ну шо сказать, Альбина Владимировна, вас любят.       Это было... искренне мило! Правда. Но очень утомляюще.       А количество раз, когда она снимала один и тот же тренд с разными людьми, можно было вообще не считать — всё равно собьёшься рано или поздно.       Да и не сказать, что остальным работникам ресторана такое столпотворение приносило удобство. Ни выйти покурить, ни покинуть рабочее место.       — Я заебалась, — вздохнула Ясевич, надкусывая яблоко.       — Ну, слушайте, вас хотя бы при живой жене не шипперят с Линочкой...       Альбина подпёрла щёку ладонью, и хмыкнула.       О да, это она встречала на просторах интернета тоже. Кажется, их называли Виной?       — Меня уже три года жизни шипперят с Олегом, так что немного, всё же, понимаю.       Влад многозначительно приподнял брови.       — Альбина Владимировна, с Олегом вас шипперят не только люди, но и бесы, и, прости Хосподи, любое существо, которое вас двоих хоть раз видело, — заботливо подтолкнул к ней кружку чая. — Да и ваще, вы сами иногда, кажется, тоже.       Ясевич упрямо нахмурилась.       Она всячески, крайне старательно, между прочим, скрывала свою влюблённость в Олега. И, вроде, у неё это даже неплохо получалось — по крайней мере, достаточно смышлёный в чужих эмоциях младший Шепс ничего не понимал. Не могла же она с потрохами провалиться здесь, на Битве Сильнейших? Правда?       — Мы с Олегом не...       Словно услышав упоминание себя же, Олег, заметив её присутствие в помещении, ринулся в её сторону.       — О, принцесса пришла!       Влад демонстративно закатил глаза.       — Помяни дурака... — шёпотом забормотал он.       — Там разве не Дьявола говорится? — фыркнула медиум.       — Давайте я не буду оскорблять своего хозяина...       Криво покосившись на Череватого, но явно не услышавший их с Альбиной перешёптываний, Олег оглядел её пристальным взглядом. Словно за что-то зацепился, и тут же обошёл её стороной, поправляя что-то на волосах.       — Мы сегодня сначала снимаем жеребьёвку, потом расставляем оценки, — проинформировал он без лишних вопросов. — Как думаешь, кто посрётся в этом выпуске?       Альбина чуть откинулась на спинку стула, позволяя Олегу повозиться с её волосами, и не раздумывая ни секунды, объявила:       — Марьяна и Константин.       Влад присвистнул, поворачиваясь в сторону этих двоих.       — Марьянка его сожрёт просто...       Младший Шепс задумчиво кивнул:       — Тогда надо встать куда-нибудь подальше от них. Прям в противоположный конец. Я как-то слышал, как Марьяна кричала - второй раз такого аттракциона мои барабанные перепонки просто не выдержат.       — Не-е, — протянула Альбина, щурясь, — Гецати сорвётся на крик, не Романова.       — Альбина Владимировна, вы шо... У этого мужчины эмоциональный диапазон заканчивается на похуизме и вежливой улыбке раз в год.       — Я ясновидящая, я так вижу, — воспользовавшись аргументом Лины, хмыкнула Ясевич.       Двери кухни распахнулись, пропуская внутрь кого-то из съёмочной группы. Лёгкий взмах руки, и звонкого объявления о начале съёмок хватило, чтобы все тут же разбежались. А дальше банальное: красивая съёмка шествия к готическому залу — на деле больше муторная — и ожидания Марата.       — Так-так, а у нас, тем временем, снова жеребьёвка, — нараспев произнёс ведущий, явно наслаждающийся процессом больше всех. — Правила остаются такими же. Альбина?       От неожиданного обращения к себе она аж дёрнулась.       — Да?..       — Были ли у вас какие-нибудь вещие сны относительно этого события? Может, вы уже знаете, кто будет в новых тройках?       Да блять!       Вещие сны работали не так!       Почему Башаров решил, словно она знает наперёд все события собственной жизни, а? Не в первый раз после начала проекта, он ловил её по углам, спрашивая о снах. Надоедало.       — Марат, — едва не скрипя зубами, улыбнулась она, — я не гадалка.       — Альбин, — вдруг обеспокоенно позвал её Александр, — с тобой происходит то, чего я так долго опасался...       Непонимающе изогнув брови, медиум уставилась на него с неприкрытым вопросом. Тот, впрочем, только позабавленно уставился в ответ, и решил ничего не объяснять.       На помощь пришла Виктория.       — Сегодня ты не гадалка, завтра заявишь, что тоже не поисковик... Быстро же вы с Олегом на пенсию спешите...       А. Вот в чём дело.       — Так а что вы на нас всю работу вешаете, старики? — попытался защититься Олег.       Альбина отмахнулась от старших.       — Ну что сказать, — многозначительно развёл руками Дмитрий, — Муж и жена - одна сатана.       И этот туда же... А она считала его относительно адекватным на фоне остальных.       — Давайте уже начнём, — перебила разглагольствования коллег Альбина, нетерпеливо поправляя волосы.       Привычная суета жеребьёвки: шар, брошенный за шаром. И вновь, Ясевич не видела смысла сильно задумываться над тем, куда бросать фотографию — отстрелялась одной из первых. С кем она попадётся её волновало не особо.       — Олег, а что вы делаете? — поинтересовался Башаров, когда младший Шепс задумчиво подвис между двумя аквариумами.       — Пытаюсь почувствовать, — выдал он, прикрывая глаза; ладонь остановилась над третьим, последним.       — Кого? — вдруг хитро ухмыльнулся Марат. — Альбину?       — Мгм-м.       И без колебаний, опустил шар аккурат туда, где оставила свой сама Альбина.       Медиум цокнула.       Кому-то действительно не терпелось оценить её новую технику работы с глазу на глаз, да? И ведь обещал в прошлый раз, что следующий раунд они вместе будут.       — А теперь, объявляем тройки... Лина Джебисашвили, Марьяна Романова и Виктория Райдос! Такая, знаете, чисто женская тройка.       Ясевич задумчиво покосилась на Лину. Что-то ей подсказывало, что испытания этих троих завершится если не скандалом, то явно чем-то не особо приятным.       — Александр Шепс, Дмитрий Матвеев и... Влад Череватый! Ух, будет жарко.       Будет пиздец, подумалось Альбине. Два чернокнижника на одного медиума. А взрывные характеры — у всех.       — Альбина, скажите честно, расстроены, что вы снова не с Владом? — не упустил возможности сунуть нос не в своё дело Марат.       Отчасти, да. Была.       Но для себя решила, что раз уж все здесь действительно по энергетике пытались попасть друг к другу в команды, то так же в следующий раз сделает и она.       — Не беда, — развела руками Ясевич. — В следующий раз повезёт.       — А пока ваши первоначальные планы на команды ещё находятся в стадии исполнения, кто-то, наконец, дорвался до своего! Последняя тройка - Константин Гецати, Альбина Ясевич, и Олег Шепс! Константин, рады?       — Очень.       Альбина многозначительно промолчала.       Будет ли Гецати настолько положительно настроен по отношению к ней, когда узнает, что за сегодняшнее задание она влепила ему натянутую шестёрку?.. И натянутую исключительно потому, что Александр её убедил: вызов душ по желанию клиента - достойно уважения.       Что ж... Предстояло узнать, как относится Константин к плохим оценкам.

*

      — Как дела на любовном фронте у молодой души?       Альбина поперхнулась дымом.       Покрутившись, недовольно зыркнула на идущего к ней со спины Александра, что привычно широко улыбался.       Вот тебе и покурила, пока Олег мужественно разбирался с толпой людей перед выходом из готического зала.       — Чего-чего? — притворившись, что не расслышала, переспросила она.       — Спрашиваю, как любовная жизнь единственной свободной девушки Битвы Сильнейших? — обнажая передние клыки в улыбке, нагло переспросил старший Шепс.       Альбина едва не взвыла.       Компанию Александра она любила искренне: человек совершенно тёплый, приятный в общении, понимающий её тараканы, как старшей сестры, и при этом каким-то образом заставляющий чувствовать младшей сестрой её — разве не прелесть? Прям ангел во плоти.       Но эта его любовь «посплетничать», которая, если честно, больше напоминала попытку старой матери влиться в подростковую атмосферу... Ещё чуть-чуть, и небось попытается использовать всякие молодёжные слова, давно вышедшие из употребления...       — Говоришь на меня, переводишь на себя, — не придумав ничего лучше, ляпнула Ясевич, отряхивая пепел.       — По-прежнему холодна и неприступна, да, Альбин?       — По-прежнему скроллишь фотографии Мэрилин, да, Александр?       Шепс, однако, совсем не обиделся. Только рассмеялся громче прежнего.       — Знаешь, вы с Олегом огрызаетесь одинаково. Уже слышал эту реплику, только от него. Меня таким не возьмёшь, увы.       Бля.       А жаль.       Ей легче было бы послушать страдания Александра, чем объяснять свои. Да и не то чтобы она желала распинаться о своих любовных драмах.       — Я, знаешь, видел сон тоже такой...       Медиум вновь пожалела, что предпочла выйти покурить, а не осталась внутри с Линой.       Эх, вот бы Олег прямо сейчас вернулся и спас её от этих страданий...       — Там ты была. Мы стояли в баре каком-то, пили вдвоём, как в тот раз, на Славянской, — от этого воспоминания Ясевич неосознанно чуть улыбнулась. О, она помнила попойку на Славянской! — И тут проходит мимо нас парень, точь-в-точь похожий на Олега, но другой. И ты мне говоришь - о, это ко мне. А я не понимаю. Почему ты ищешь Олега в других, когда Олег у тебя под боком? Спрашиваю это у тебя, а ты пожимаешь плечами. И говоришь мне - так легче.       Стоило последней реплике сойти с уст Александра, как улыбка спала.       Сон этот, действительный или выдуманный, чтобы вывести её на чистоту, правда напоминал реальность. Задело, признаться, не по-детски.       — Крайне интересный сон, но не совсем понимаю, к чему здесь я, — затушив сигарету об край мусорного бака, Альбина притворилась ничего не понимающей. — Я, по-твоему, брата твоего ценю недостаточно? Или что?       — Альби-ина, — потянул старший Шепс, покачивая головой, — я же за тебя волнуюсь. Держать в себе чувства - это всегда негативно для здоровья.       Продолжая отыгрывать свою роль, она сложила руки на груди:       — Какие чувства? Я не понимаю... Или ты считаешь, что я влюблена в твоего брата?       — Вероятно, ты сама этого пока не осознаёшь, — успокоил её Александр. — Но, Альбин, попробуй об этом задуматься. Жизнь одна. Не трать годы просто так.       Ах, как был прекрасен этот припрятанный козырь в рукаве — совершенно всем вокруг казалось, что Альбина по-прежнему толком не различает своих чувств.       И лучше пусть так! Пусть считают, что она такая же глупая и несмышлёная в вопросах эмоций, чем понимают, что в действительности тяготит её сердце.       — Александр, меня и Олега связывает дружба. Искренняя и чистая. Я в этом не сомневаюсь. И тебе не советую. Если ты волнуешься за личную жизнь брата, то не стоит - всё у него будет.       Шепс протяжно вздохнул. Уже открыл рот, явно намереваясь снова что-то сказать, как из ниоткуда подоспел второй.       — Добби свободен, блять, — резко выдохнул Олег, прижимаясь лбом к её плечу. Отдышался. — Дорога очищена, моя принцесса.       — Спасибо, — едва не просияла Ясевич, совершенно благодарная, что разговор с Александром оказался прерван. — Мой рыцарь без коня живой?       Всё же, общение с фанатами одновременно служило, как хорошим зарядом позитива и энергии, так и высасыванием всяких сил.       — Едва... Поехали домой скорее, — вяло выдал он. — Саш, тебя подвести?       ...И почему Олег вёл себя так, будто машина была его, и за рулём тоже сидел он? Хоть бы ради приличия её спросил!       — Нет, спасибо, я уже такси вызвал, — улыбнулся примирительно Александр. Остановил на ней взгляд. — Вы оба... Внимательнее там.       Младший Шепс как-то странно напрягся, и Альбина инстинктивно прошлась рукой вдоль по его позвоночнику, пытаясь успокоить.       Не тебе напрягаться из нас двоих надо, Олег, мысленно хмыкнула она.       — Альбина хороший водитель, — бросил ему Олег, чуть поднимая голову. Не без подозрения прожёг старшего взглядом, и чуть улыбнувшись, добавил: — Не стоит беспокоиться.       Что, опять перепугались?       — То, что ты в надёжных руках - я не сомневаюсь, — напоследок бросил Александр с какой-то издевательской улыбкой.       Мило.       — Слышала, Альбина, тебя надёжными руками назвали, — попытался разбавить непонятную атмосферу младший Шепс. — Думаешь, самое время рассказать ему о том, как ты разбила ту вазу, которую он тебе подарил на день рождения?       Надёжные руки... Ох, Альбина начинала сомневаться, что заботилась об Олеге по достоинству. Что не гналась за своими эгоистичными целями, вызванными влюблённостью в процессе.       — Я бы не советовала тебе наговаривать на человека, у которого ключи от машины и дома, мой мальчик.       — А, ой.