Коса на камень

      — Иди и спроси сама, раз такая умная,— раздражённо зашипела Марьяна.       — Охуеть не встать, Марьян, — тут же шёпотом отозвалась Виктория. — Нам обеим это надо, если ты не забыла.       Альбина, мирно пытающаяся пересечь коридор, замерла, непонимающе уставившись на двух женщин, стоящих поодаль от всех коллег и съёмочной группы.       — Всё нормально? — не удержавшись, поинтересовалась она.       Обернувшись на подошедшую ближе Ясевич, ведьмы внезапно по-странному переглянулись. А затем Виктория ей улыбнулась.       Не обычной своей мягкой улыбкой, а той ехидной, многозначительной. После которой создавалось впечатление, что тебе конец, и внезапно ударяло сожаление обо всех принятых решениях.       Эта же участь настигла сейчас Альбину.       — Мы тут захотели заранее, ещё до начала съёмок, узнать, кто набрал больше всего зрительских голосов. Ну, чтобы быть подготовленными к итогам ставок, — вкрадчиво, и явно издалека начала Романова.       Ах да, точно.       Их спор.       — Что за странная взволнованность, коллеги? — дёрнула уголком губ Альбина. — Вы же были стопроцентно уверены в своей ставке на Александра, нет?       Однако причина этого странного волнения была ясна: только человек, не просматривающий социальные сети в последнюю неделю мог не знать того, что зрительские симпатии явно склонялись к персоне Череватого, всех удивившего своей хорошей работой.       — Мы всё ещё уверены, — упёрто настояла Райдос. — Просто нужно выпытать эту информацию у Башарова. Вот я и толкаю Марьянку. Она явно нравится Марату больше большинства.       Альбина закатила глаза.       — Симпатия Марата - это совсем не комплимент, Виктория.       — Вот-вот, и я о том же, — мигом согласилась Марьяна. — Альбин, а давай сходишь к нему ты?       Замечательно.       Две яркие женщины, любящие социализироваться, толкали вечно недовольную Альбину на контакт с человеком. Ещё и с Башаровым.       Но желание услышать имя Влада, конечно, заметно снижало всякий уровень недовольства. Хотелось услышать очевидный факт победы в этом небольшом поединке чернокнижника.       Поэтому, собственно говоря, и согласилась.       — Сейчас всё узнаем.       Разговор с Башаровым, конечно, выдался не самым коротким. Пришлось начинать елейными путями, выслушивать рассказы про бытовые будни, а потом уже незаметно интересоваться главным.       А главное это, ожидаемо, оказалось победой Альбиной в споре.       Завершив разговор с ведущим, и найдя взглядом двух ведьм, нетерпеливо ожидающих смертного приговора, Ясевич многозначительно им ухмыльнулась.       И всем всё стало понятно без слов.       — Ты чего такая довольная? — спросил с прищуром Олег, поедающий на кухне свою гречку.       Альбина присела на край его стола, и нараспев произнесла:       — Череватый.       Младший Шепс сначала непонимающе приподнял на неё голову, замирая с поднесённой ко рту ложкой, в полнейшем замешательстве. А затем, осознал.       — Блять, Альбин, нет.       — Блять, Альбин, да, — передразнила она, выхватывая у него из рук контейнер и столовый прибор. На пробу закинула чуть остывшего обеда в рот, и поморщилась: — Что за безвкусную дрянь ты купил в магазине?       В магазине Олег, конечно, питался совсем уж редко. Но иногда Альбина приходила на съёмочную площадку позднее, и вечно голодному медиуму приходилось покупать что-то, не дожидаясь принесённых из ресторана деликатесов.       — Ну что нашлось, — заканючил Олег. И поспешил перевести тему, прекрасно помня, с каким пренебрежением она относится к готовой еде, продающейся в магазинах. — Он серьёзно стал первым на этой неделе?       Ясевич сокользнула со своего места и, так и не вернув медиуму гречку, зашагала по направлению к общему холодильнику. Выцепила оттуда свой контейнер — подписанный жирно выделенными инициалами, чтобы никакой конкретный Дмитрий Матвеев по ошибке не скушал её порции — с принесённым из ресторана салатом с рисом и лососем, и всучила Олегу.       — Кушай нормально, я тебя умоляю... Ага, первый. Итого... Четыре тысячи с половиной - мои, — гордо объявила она.       Определённо, Альбину преследовал какой-то безумный рок удачи последние полгода. Взаимная влюблённость, симпатия зрителей, победы в спорах... Оставалось только выиграть в Битве для пущего достижения. Разве не лучшая?       — Бля, как же вкусно, — довольно замычал Шепс, накидываясь на принесённую еду. — И бля, как же хорошо, что у нас общий бюджет - и твои выигрыши наши.       Ясевич закатила глаза, плюхаясь на стул, находящийся справа от Олега.       — Ты ещё гимн СССР мне спой, — пренебрежительно фыркнула, поправляя его волосы. — Будете знать, что происходит, когда вы недооцениваете Череватого.       Что на это сказать не нашлось даже у Олега — в конце концов, сдавшись под качественным исполнением задания Череватого, он, скрипя сердцем, и сам поставил ему заслуженную десятку в прошлый раз.       — Сегодня вечером у меня отлёт на задание, — напомнила Альбина.       — Аппетит отбить хочешь? — как-то обречённо вздохнул младший Шепс, пропихивая ложку ей в рот. — На, покушай лучше.       Им пора было понять, как разбираться с этой необъяснимой тоской, вызванной временными — даже, блять, не особо долгими — разлуками. Но пока, кажется, со вступлением в отношения, эта проблема сделалась явственно тяжелее.       — Это я к тому что... Проводишь меня к аэропорту?       Вообще, летать Альбина не любила.       Нет, она отнюдь не боролась с паническим страхом. Просто не любила ощущение полёта — и всё. Предпочла бы мариноваться в поезде, если честно. А ещё лучше: ехать на собственной машине.       Но выбора не было. А поддержка любимого, конечно, заметно облегчала нелюбовь к такому виду транспорта.       — Само собой, — пробормотал Олег. Оглядевшись по сторонам, столкнул их кончики носа. — Разве может быть как-то иначе?       Раздражало и то, что уже во второй раз испытания Альбины и Олега в раздельных компаниях выпадали подряд — возвращался один, ехать уже приходилось второму.       — Хорошо, — удовлетворённо кивнула Ясевич.       — Просто замечательно, — рассеянно согласился Олег.       Пользуясь случаем и отсутствием остальных на кухне, они едва ощутимо столкнулись губами.       Просто лёгкое соприкосновение, отличающееся от их привычных поцелуев, но от этого не менее приятное. Скорее, даже наоборот. По-своему нежное.       — Закончим с Битвой, и сгоняем нахуй в медовый месяц.       — У нас не было свадьбы, чтобы устраивать медовые месяца, — позабавленно улыбнулась на такое предложение Альбина.       — Будет демо-версия. Подготовка, понимаешь?       — Умно, — не без доли иронии сообщила медиум, медленно отстраняясь. — Но разве нам нужны оправдания, чтобы послать всех нахуй, и уехать ненадолго?       — Не нужны.       Покончив с перекусом, Олег поднялся на ноги и, чуть прокрутившись вокруг своей оси, галантно протянул ей руку, предлагая встать следом.       — И вообще, — вспомнил он, — мы же твою победу на Битве праздновать будем. Там не то, что месяц... Медовый год нужно будет устраивать.       Альбина цокнула.       Ну что за дурак.       — Давай не будем мелочится, мальчик мой, и устроим уже медовую жизнь.       — Как же ты права, принцесса. Как же ты права.       Вот тебе и планы на будущее. Крайне наполеоновские.

*

      — Ну шо, Альбина Владимировна... Каковы ощущения от отношений с Шепсом-младшим?       Альбина едва не подавилась только-только сделанным глотком кофе.       Не так она себе представляла полёт на испытание. Вот вообще не так.       — Влад, — стараясь звучать как можно осуждающе, отчитала она, — и ты, Брут? Я думала ты из всех людей не поддашься бездумным теориям о наших с Олегом, якобы, тайных отношениях.       Влад поглядел на Альбину с крайне странной улыбкой, и, склонив голову набок, зашептал:       — Альбина Владимировна, то, что вы двое тупили невесть сколько лет - это голый, неоспоримый факт. И вот то, что вы после испытания совместного встречаться начали - тоже.       От такой проницательности она аж застыла, совершенно не зная, что сказать. Что их выдало, в конце концов?       Словно прочувствовав её замешательство, Череватый дружелюбно захлопал её по плечу.       — Господи, а напряглись-то как! Вы шо, Альбина Владимировна, ваша тайна - моя тайна. Я умею держать язык за зубами, честно.       На самом деле, раздумывая обо всех участниках Битвы Сильнейших, Ясевич и сама считала, что Влад один из наиболее надёжных людей в плане хранения секретов. Его болтливость всегда была осознанной, и совершенно точно осмысленной, вопреки ожиданиям большинства.       Не считая Влада... Можно было довериться только, наверное, Константину.       На этом список надёжных лиц, которые точно не проболтаются нигде ненароком, в принципе, заканчивался.       — А как узнал? — решила поинтересоваться она на всякий случай.       — Толик мне всё рассказал, — хитро подмигнув, объяснился Череватый. — Рад я, конечно, искренне. Если нужны советы, вы это, обращайтесь. Не стесняйтесь, так сказать.       Ясевич вновь расслабилась в кресле сидения. Позволила себе коротко улыбнуться.       — В жизни бы не подумала, что ты специалист по амурным вопросам.       — Кто? Череватый? — Влад расхохотался, вынуждая нескольких рядом сидящих людей вопросительно на него покоситься. — Ой, бля, не смешите, Альбина Владимировна. Я вас просто к Ленке перенаправлю. Если она меня терпит, то с какой-то хуйнёй в отношениях точно будет знать что делать.       Альбина всегда находила очаровательным тот факт, как часто и мягко нахваливал свою жену Влад, при любой возможности. На общей кухне, мимолётно между съёмками, во время испытаний при клиентах, и встречаясь с фанатами — он всегда находил способ даже совсем едва заметно выказать свою любовь к Лене. Восторгало.       Интересно, звучала ли она настолько же влюблённо, когда хвалилась на каждом шагу Олегом? И была ли это причина, почему все постоянно подозревали, что они в отношениях?..       — Хорошо, запомню. Хотя сомневаюсь, что у меня возникнут какие-то особо тяжёлые проблемы, — честно призналась она.       Проблемы с недопониманием у них возникали раньше, в первый год дружбы, и чуть позже, в первые недели сожительства. Стандартное непонимание, привыкание друг к другу на более близком уровне, чем обычно.       Сейчас же, такое казалось невозможным и немыслимым. Слишком много вместе прошли, чтобы тратить время на какую-то чушь.       — Конечно, конечно, — закивал Влад. — Какие проблемы? Скажет полуфабрикат шо-нибудь не то, а вы ему сразу такая - у мужлан нет прав. И всё. Нет проблемы, Альбина Владимировна.       Не удержавшись, она всё-таки расхохоталась. В этот раз, на косые взгляды она даже не обращала внимания — было слишком смешно.       И отчасти, чуть-чуть легче.       Возможно, ей не хватало собеседника в вопросе её отношений с Олегом. Просто поделиться забавными деталями, или повздыхать влюблённо, как никогда не получалось вслух. А тут вот, и Влад.       — Блять, какой же ты охуенный, — не сдержавшись, протянула она. — Ты единственный человек, которого я рада признавать сыном, вот честно.       — Бля, мне такого даже родная мама не говорила. Альбина Владимировна, прям в сердце.       Внезапно, со своего сидения спереди привстала Марьяна. Прокрутилась к ним лицом, и, стянув с себя наушники, зашептала:       — Почему люди на наш ряд косятся? Вы что устроили?       Влад, совершенно без предупреждений, выдал:       — Марьянка, присоединяйся - всё поймёшь. У меня классный план.       Названная невпечатлённо заморгала.       — Мне Яся меньше проблем доставляла в свои пять лет, чем Череватый в компании за последний час, — выдала она с непроницаемым лицом.       Альбина и Влад, на сговариваясь, переглянулись, и словно безмолвно поняв друг друга, снова уставились на коллегу.       Романова быстро сдалась. Дух авантюристки одержал победу.       — Ладно, ребятушки. Что у вас там?       — Марьяна, ты не пожалеешь, — совершенно точно не понимая, что именно задумал Влад, пообещала Альбина со слепой уверенностью в сказанном.       Череватый, тем временем, потянулся к сумке, которую пронес в виде ручного багажа, и зашуршал содержимым. Очень долго копался между свечей, зеркал, благовоний, монеток и ещё чего странного, и наконец, сверкнул стеклянной поверхностью, вынуждая обоих ведьм впечатлённо сглотнуть.       — Я пронёс водку, девочки.       Удивляться, впрочем, никто не спешил.       Задаваться вопросом, как Влад сумел вообще такое провернуть, с учётом строгого контроля и проверок, иногда пытающихся у них отобрать даже ритуальное, никто даже не подумал.       Меньшего от Череватого, в принципе, не ждали.