Коса на камень

      С начала съёмок в готическом зале не прошло и пяти минут, а Альбина уже ощущала закрадывающуюся усталость.       Никакое уважение к Марьяне не перекрывало раздражение тем фактом, что та умудрилась начать скандал чуть ли не с первых секунд. Вот зачем нужно было вмешиваться в отношения в чужой компании? Даже если, в теории, и не ошибается — смысл? Личные отношения их сражения, в конце концов, никак не касаются.       Она обречённо потёрла переносицу, и, покосившись на Константина, что воспользовавшись возможностью — а точнее, тем фактом, что прицелы камер оказались на главных участниках конфликта — снова уткнулся в телефон, пожалела, что в её сегодняшнем платье не было карманов. От отвлечения в виде интернета не отказалась бы и она.       — Бля, сколько же они пиздят, — шёпотом протянул по другую сторону Влад, переминаясь с одной ноги на другую. — Потом ещё спрашивают, ой, а почему мы часами снимаем... Да потому что, блять. Завалите уже ебало, ну.       — Факт, — в унисон с Константином отозвалась Ясевич.       Благо, Марат, кажется, сам осознал, что если Романову и Джебисашвили не прервать, эти двое, вероятно, сами и не остановятся.       — Давайте приступим к расстановке оценок, — закашлялся ведущий, надеясь на дальнейшее благоразумие коллектива. — Попрошу экстрасенсов вытащить фотографию Лины Джебисашвили.       Стоило Альбине перевернуть фотографию женщины, явив оценку в виде пятерки, как Олег, словив её взгляд, вопросительно приподнял брови. На это она лишь пожала плечами. Не десятку же надо было ставить?       А оглядевшись, поняла, что аналогичную оценку проставил и Александр.       — Нихуя себе, — пробормотал Влад, чуть дёрнув её за рукав. Кивнул в сторону стоящей рядом с ним Марьяны. — Зацените.       Увидев единицу, Ясевич не особо впечатлённо кивнула.       В духе Марьяны, если честно.       И, само собой, такая оценка послужила ещё одной причиной скандала. Альбина даже умудрилась нечаянно столкнуться взглядом с Башаровым, выглядящим так обречённо, что было даже смешно. Куда там запропастилось его первоначальное желание устраивать как можно больше драмы? Смылось под натиском головной боли?       — Если Марьяна закончила, — с нажимом заговорила она, чуть ли не впервые за съёмки, — то я хотела бы объяснить свою оценку.       Оставшиеся в зале благодарно выдохнули.       — Да, конечно, Альбина, — тут же поддержал затею Марат. — Мы вас слушаем.       Ещё бы, блять, не слушали.       — Увы, Марьяна права - с сутью задания ты не справилась, — кратко начала она. — Конкретно проставленную задачу выполнить тебе не удалось. Понимаю почему, видела твоё состояние. Твоя эмпатия и эмоциональность как и твоя сильная сторона, так и слабая. Тем не менее, считаю, что единица не совсем верная оценка, так как способности, какие-никакие, ты всё же проявила - в начале, описывая усопшую, и в конце, чуть вернувшись в строй. В принципе, ситуация такая же, как у Константина в первом задании - само задание на ноль, но не совсем уж плохо.       Лина ей понимающе кивнула, сложив руки в привычном благодарном жесте. Кажется, против такой оценки она ничего не имела.       — Альбин, — вдруг позвал её старший Шепс, — ты всегда всё так красиво объясняешь, что нечего добавить.       Ясевич фыркнула, отмахиваясь от старшего медиума. И не упустила возможности похвастаться.       — Ну что ты хотел, Александр? Высший балл по сочинению на ОГЭ набрала в своё время.       — Всё, душнила активировалась, — пошутил Олег.       — А мне вот очень импонирует, как Альбина всегда чётко поясняет, почему поставила ту или иную оценку, — мягко включилась в разговор Виктория, оглядывая её снисходительным взглядом, словно малое дитя. — Делает это грамотно, логично. Тщательно. Не помешало бы остальным у неё поучиться.       Альбине всегда было интересно, чем она заслужила эту симпатию со стороны Райдос.       Они явно были противоположностью друг друга во многих моментах, и с их темпераментами логичнее было бы, конфликтуй они постоянно. Но получалось как-то наоборот. Даже перепалки во время шоу между ними всегда заканчивались тем, что Виктория, проходя мимо, только трепала её по волосам.       Да и сама Ясевич злиться на неё не могла.       Виктория у неё ассоциировалась с человеком, значащим для неё очень многое в этой жизни. Человеком, к которому она питала только любовь.       — Не могу не пояснять всё детально, — честно призналась Альбина. — Если поставила какую-то оценку, то должна дать понять, почему так. Не хотелось бы, чтобы сыпались какие-то обвинения о несправедливой оценке, или ещё что. Скажут ещё потом, что я Олегу просто так дала...       Зал вдруг принялся тихо хихикать, прикрывая лица конвертами. Дмитрий и вовсе закашлялся так звонко, что на минуту зазвенело в ушах. Альбина непонимающе нахмурилась.       — Может десятку дала? — загоготал Череватый.       — Так я так и сказа...       Минута. Осознание ошибки.       — Да, фу, блять, — ругнулась она, стукая себя конвертом по лбу. — Вырежьте этот момент потом.       Поразительно, но на выручку ей пришёл Марат. Впервые в жизни!       — Ну, кстати, наши телезрители в интернете назвали именно вас, Альбина, самым справедливым членом жюри.       — Мне приятно, — кивнула она, пряча пылающие щёки за передние пряди. — Правда.       — А теперь, давайте посмотрим, как справедливо вы оценили работу Димы Матвеева...       Дмитрию Альбина проставила восьмёрку. Смело можно было шутить, что её оценки ему медленно деградировали — сначала десятка, потом девятка, а теперь восьмёрка.       Однако, в этот раз балл она отняла как и за несогласие с версией, так и за молчаливость во время консилиума. Честно говоря, она плохо понимала позицию, когда тот или иной экстрасенс отказывался доказывать свою точку зрения, потому что ему сразу не поверили или не послушали.       В их работе, неверие было самый стандартной процедурой. И с этим им необходимо было бороться. Не умеешь доказывать людям правду — не суйся в эзотерику. Или, по крайней мере, работай исключительно для себя.       Она искренне желала Матвееву успехов, и надеялась, что со временем он переборет эту свою черту характера. А пока...       А пока, в этом задании единственную десятку — с дорисованным рядом сердечком, отсылающим на олеговскую первую оценку ей — она без колебаний отдала младшему Шепсу.       — Так-так, по итогам нынешних голосований, Олег Шепс оказывается на втором месте... — Альбина не без довольной улыбки покосилась на собственное имя, задержавшееся временно на первом месте. — Влад, ревнуете коллегу?       Череватый замер, как вкопанный, словно вообще не понял вопроса, и озадаченно ответил:       — Да не, зачем... Я наоборот им счастья желаю.       Альбина закатила глаза, и, воздерживаясь от нецензурных слов, зашептала:       — Коллегу, Влад, а не к Олегу.       — А Олега мне зачем ревновать? — ещё более законфликтовано заморгал чернокнижник.       — К успеху Олега, Влад, ревнуете? — плохо сдерживая смех, переспросил Марат.       Влад чертыхнулся, и покачал головой:       — Ой, блять, боже... Нет конечно.       Альбина прикрыла лицо рукой. Ой, дурак... Ой, дурак.       — Ну-ну, посмотрим. А между тем, решающий голос остаётся, как и всегда, за вами, наши дорогие...

*

      Стоило съёмкам завершиться, а ребятам разойтись по своим углам, как Олег по-странному потух. Словно выключился, и как-то подозрительно смолк, уйдя курить. Даже не пригласил за собой Альбину, как это делал всегда.       Она отыскала его в полном одиночестве, стоящим у чёрного выхода. Привычно расслабленная поза сделалась сжатой, а глаза смотрели совершенно в никуда.       — Ты в порядке, Олег?       Решив не мелочиться, Ясевич просто подошла к нему со спины. Правда, тот никак не среагировал, и ей пришлось бесцеремонно выхватить у него сигарету для привлечения внимания.       Тут-то он и дёрнулся.       — А?       Перебирая воспоминания с готического зала, она попыталась отыскать причину такого странного поведения.       — Ты из-за шутки Череватого расстроился?       — Чё? — Олег непонимающе повернул к ней голову. — Какая шутка? Ты о чём?       Понятно. Отключился Олег задолго до конца выпуска, раз уж прошляпил такой явно запоминающийся момент. Значит, причина тому не Череватый — и на том спасибо.       В том, что его душевные терзания были вызваны перепалкой Романовой с Джебисашвили, она сомневалась ещё сильнее.       Больше ничего на ум, если честно, не приходило.       — Чем быстрее ты перестанешь ломаться, тем лучше тебе же, — сдавшись, попыталась подтолкнуть его к разговору Альбина.       Олег отвлёкся от созерцания ступеней под своими ногами, и отослал ей свою излюбленную милую полу-ухмылку:       — Может, мне нравится, когда красивые девушки, вроде тебя, меня завоёвывают, а?       Медиум скучающе склонила голову набок. Подцепила подбородок Олега указательным пальцем, и он, будто заворожённый, потянулся к ней. Застыл в миллиметре от губ, и часто-часто заморгал. Руки его безвольно повисли в воздухе, то ли желая ухватиться за неё, то ли опасаясь публичности места.       — А зачем мне тебя завоёвывать? — как ни в чём не бывало, тихо поинтересовалась она. — Ты же уже мой.       Само собой, от такой фразы Шепс расплылся окончательно.       Воспользовавшись моментом, Альбина мимолётно прикоснулась к его губам своими, и мигом отстранилась, делая совсем небольшой, но ощутимый, шаг назад.       — И не пытайся перевести тему, — пожурила она его. — Так в чём дело, мальчик мой? Делись произошедшим. Ты же знаешь, я всегда выслушаю.       Тот, наконец, подал признаки жизни. Фантомно дёрнулся, а потом, тяжело вздохнув, выдернул сигарету из её пальцев.       — Хитрая лиса, — осуждающе качнул головой, свободной ладонью проходясь по лицу. — Да так... Просто задумался... А вообще... Мне бы твой взгляд со стороны пригодился. Честный и объективный.       Даже так? Ого.       — Я когда-то тебе лгала?       Ну, по крайней мере, не считая тех раз, когда отрицала свои чувства. Хотя... Не на прямой же вопрос лгала, верно? Точнее, не ему. Пострадали от такой лжи, в основном, посторонние.       — Нет, поэтому я к тебе и обращаюсь всегда. Ты же не Саша.       И действительно, Александр — этот ой какой поощряющий старший брат — почему-то всегда прикрывал и Олега, и даже саму Альбину!       Мог, например, долгими часами ругаться на чей-то поступок, а узнав, что подобную ошибку совершили эти двое, мгновенно сменить гнев на милость, объявив, что на ошибки способен каждый.       — Короче, — собравшись с мыслями, начал Шепс, — как ты думаешь... Я правда... Ну, помешал Диме на испытании? Там... Сильно слишком выделялся, или лез куда не просят?       Ох.       Олег действительно был...       ...Самым милым!       Не удержавшись, Ясевич всё же стиснула его лицо в ладонях, поочередно расцеловывая обе его щеки. Не ожидавший такой реакции Олег аж растерялся, выронив сигарету на землю.       — Эй-эй, ты чего это?       — Я тебя люблю, — на выдохе призналась она.       Лицо Олега одновременно смягчилось, и просияло. Одарив её нежным взглядом, он, намеренно растягивая каждый слог, признался следом:       — Я тебя тоже люблю, — и тут же хитро прищурился. — Но мне кажется, ты не объективна в этом вопросе, принцесса...       Альбина демонстративно закатила глаза, мгновенно сменяя гнев на милость. Отошла подальше, и сложила руки на груди.       — Не вижу в этом вопросе конкретно твоей вины, — пожала плечами, возвращаясь к привычной манере поведения. — Дмитрий достаточно зажатый, закрытый в общении человек. И он не привык стоять на своём. Переубеждение - это явно не про него. Не знаю, может он это за прямое оскорбление принимает, мол это именно его не воспринимают всерьёз, или ещё чего... Так или иначе, такая же ситуация сложилась на всех его заданиях, если не забыл. От переставления слагаемых сумма не меняется, мальчик мой.       Напряжение тут же сошло с плеч Олега, и, повертев шеей по сторонам, он задумчиво поджал губы:       — И всё же... Я не сильно перетягиваю внимание? Не только от Димы, а в принципе? От Лины той же?       Олег, вероятно, был единственным человеком, который, сражаясь за победу, умудрялся беспокоиться за тот факт, не слишком ли хорошо он это делал...       — Ну, такая звёздочка, как ты... Конечно, ты приковываешь взгляды людей заведомо, — пошутила она. И, всё же, добавила: — Будь проблема в тебе, это бы проявлялось и на других заданиях. Не забивай себе голову в лишний раз дуростями. Хорошо всё делаешь.       Это окончательно успокоило младшего Шепса, и, утолив свой интерес и беспокойство, он неторопливо потянул их в сторону парковки.       — Спасибо. Доверюсь твоему суждению в этом плане, — совершенно внезапно замер на половине пути. — Стой. Альбина, стой.       Она остановилась.       — Да-а?       — Как ты меня назвала до этого?       Альбина ловко высвободила запястье, и медленно двинулась дальше без медиума.       — Никак. Тебе послышалось.       — Не послышалось! — запротестовал Олег, нагоняя её в два широких шага. — Ты сказала, что я звёздочка! Всё! Череватому пизда.       Ясевич страдальчески вздохнула.       Когда разблокировала телефон, то вздохнула ещё громче.

Влад:

Альбина Владимировна, вы мне по-хорошему должны!! Марьянка чуть не вышла парить туда же, где вы с Олежиком засосались)) Я вовремя спас ситуацию !

Вы: Ясно, намёк понят. Посижу в субботу с Львом Владиславовичем, так уж и быть.

Влад: ))

      Вот что называется помяни, блять, дьявола.