Твой секрет

      После двух с половиной часов привата для Сергея 69, который всё это время сидел с выражением кирпича на своём ебле, Антон на лестнице выкуривает три сигареты подряд вместе с работающей седьмой час и заебавшейся побольше Шастуна официанткой Катей. Парень и рад бы был пойти домой, но отсутствие свободных танцоров в зале не позволяло этого сделать. Вечер четверга плавно перетёк в начало пятницы и, докурив, Антон решил не обременять себя сменой образа и выйти на сцену в том же наряде, что был ранее.       В зале гостей было совсем не много. По большей части, посетители выпивали и общались между собой, лишь изредка обращая внимание на танцоров. Из коллег, Шастун увидел на сцене Олесю, бездумно крутящуюся вокруг шеста, Вику, которая пыталась хоть как-то соблазнить клиентов, оставшись лишь в одних трусах, и Данила, который, заметив появление смены, закончил свой танец и поспешил ретироваться на законный отдых.       Антон обреченно занимает своё рабочее место, прекрасно понимая, что до закрытия ему тут не упадет ни копейке, и настраивается на музыку, начиная двигаться в такт.       После того, как администратор Вероника выпроваживает последних посетителей, Шаст вместе с Олесей выдыхают и плетутся в гримерку. Вика около часа назад всё-таки сумела соблазнить какого-то мужика на приват и дальнейшая её судьба оставалась для молодых людей неизвестной.       Коллеги, зайдя в гримерную, абсолютно не стесняясь друг друга, принимаются снимать с себя свои сценические образы, раздеваясь до гола и надевая свою удобную одежду. Они соблазняют чужих людей своим телом, так что смущаться присутствием друг друга совсем не обязательно. — Мечтаю лишь о горячей ванне и двенадцати часовом сне в мягкой кровати, — прикрыв глаза, негромко произносит девушка, закрывая свой шкафчик. — Аналогично, — соглашается с ней юноша, натягивая капюшон ветровки и, подцепляя пальцами сигарету из упаковки, направляется в сторону выхода. — До завтра, — дождавшись кивка в ответ, парень покидает помещение.       Антон выходит на улицу и выдыхает облако табачного дыма. Сил тащить свой зад домой самостоятельно нет, поэтому он решает не мучаться и заказывает такси. Машина приезжает достаточно быстро и за короткий промежуток времени довозит юношу прямиком до подъезда.       В квартире Шастун оказывается около четырех утра и сразу же направляется в ванную, желая смыть с себя сегодняшний день и настроится на сон. После горячего душа, парень надевает своеобразную пижаму, состоящую из свободных красных штанов в широкую клетку и серой футболки, и направляется на балкон, чтобы совершить традиционный ритуал по выкуриванию сигареты перед сном.       Завтра, а, точнее, уже сегодня, ко второй паре, так что Антон откидывается на удобную подушку и поплотнее укутывается в одеяло, отдавая себя царству Морфея.

***

      Дойдя до здания университета и остановившись покурить, Антон мысленно благодарил себя за поставленный будильник ещё перед работой и за то, что он забыл телефон на столе, когда выходил курить перед сном. Оказывается, это отличный лайфхак как не проспать, ведь будильник будет безжалостно звонить до тех пор, пока ты не поднимешь свою задницу с кровати и не доберешься до телефона.       Из-за такого быстрого пробуждения, парень сегодня не опаздывал и никуда не торопился. Он неспеша выбрал себе наряд, состоящий из черных зауженных джинс, белой толстовки с огромнейшим капюшоном и черного бомбера, который Шастун взял на всякий случай, всё-таки опасаясь похолодания. Антон даже успел, впервые за две недели, утром позавтракать, хоть и не самой полезной, но очень вкусной заварной овсянкой из пакетика и насладиться чашечкой кофе с молоком, а после прогуляться до метро и добраться до универа. Погода сегодня была вполне себе сносной для середины сентября. Солнце, выглядывающее из-за облаков, позволяло насладиться своим оставшимся теплом, а несильный ветер помогал взбодриться, но никак не замерзнуть.       Шаст бросает окурок на асфальт и тушит его подошвой старых кроссовок, но вспомнив, что мусорить вообще-то не хорошо, нагибается, даже не согнув коленки, и поднимает его, выкидывая уже в урну. — Вот смотрю на тебя и всё никак не могу понять, как такая каланча, как ты, может быть такой пластичной? — задаётся вопросом Илья, выходя из здания и подходя ближе к парню.       Антон оборачивается на знакомый голос и видит Макарова. Достаточно высокий, плотного телосложения молодой человек, хотя по его бороде так сразу и не скажешь, учился на одном потоке с Шастуном, но на другой специальности. Макар был достаточно коммуникабелен, поэтому ещё в начале первого курса смог перезнакомиться чуть ли не со всем универом, налаживая связи, и, конечно, обзавелся парочкой новых друзей. Шаст не считал Илью своим другом, скорее приятелем, с которым можно пообщаться на разные темы, поиграть в игры на паре или затусить на выходных. Может это и называется дружбой, но показать Макарову всех скелетов в шкафу Антон точно не мог. — Генетика и годы тренировок делают своё дело, — отшучивается юноша, не желая вспоминать все свои мучительные растяжки, которыми он добился такой пластичности. — М-да, — только и отвечает Илья и переводит тему. — Как жизнь? Вкурил уже, что из себя представляют новые преподы?       Парни продолжают обсуждать жизнь ВУЗа и его преподавателей, пока Макар выкуривает свою дозу никотина. Антон решил воздержаться, потому что пачки и так едва хватает на полтора дня, а то и меньше. Макаров провожает товарища до самых дверей аудитории, успев рассказать про всё, что смог узнать ценой собственных усилий. А именно, к кому как нужно приходить, если не хочешь навсегда попасть в чёрный список, если не побрился или пришёл в яркой одежде, у кого можно купить зачеты или лабораторки и всё в этом духе. Шастун решил побольше узнать про Попова, но, к сожалению, даже для всезнающего Ильи этот мужчина оставался тёмной лошадкой.       Всё, что парню удалось узнать про Арсения Сергеевича, это то, что ему двадцать шесть лет, взяток он не берет и ездит на какой-то иномарке. В общем-то, не густо. Личная жизнь и интересы молодого преподавателя были покрыты плотной пеленой тайны. Ходили какие-то слухи о том, что у Попова есть то ли жена, то ли невеста, так как всех заинтересованных особ мужчина деликатно отшивал, указывая на свой перстень на безымянном пальце правой руки, но подтверждения этим словам не было, потому что никто его с возлюбленной никогда не видел. Антон, ненароком вспомнив свой приват с преподавателем, даже не удивился данной информации.       Молодые люди разошлись не попрощавшись, договорившись встретиться сегодня на совмещённой лекции по физике.       Антон заходит в небольшую аудиторию и обреченно вздыхает. Все последние парты уже заняты его одногруппниками, которые не поленились для этого прийти пораньше. Заметив одиноко сидящую за третьей партой у окна Настю, Шаст бредёт к ней, кивком головы спрашивает, свободно ли рядом с ней место, и плюхается на стул, после того как девушка убрала с него сумку, позволив сесть рядом. Ну хотя бы не одному за первой партой сидеть, уже хорошо.       Вообще, у Шастуна были достаточно нейтральные отношения с одногруппниками. Он знал про них всё, что ему нужно было знать, точно так же, как и они про него. Универ — не школа с отбитыми подростками, которые желают затравить любого, кто им по какой-то причине не понравился. Антона в школе травили одноклассники за его внешность и рост, а позже и за ориентацию. Унижали учителя за горе-родителей, которые также плохо учились в этой же школе. Доставали сверстники с района из-за того, что он «какой-то не такой». Не удивительно, что парень сбежал оттуда при первой же возможности.       В университете же всё было иначе. Если ты никого не заёбываешь — никто не будет заёбывать тебя. Здесь это никому не нужно. У каждого своя жизнь и свои интересы. Хочешь с кем-то пообщаться? Найди себе человека по интересам и общайся сколько влезет. Не хочешь общаться? Сиди на попе ровно и тебя никто не тронет.       На первом курсе в их группе был один умник, который решил посмеяться над лишним весом одной из одногруппниц, но он перевелся после окончания первого семестра, не выдержав упреки в свой адрес от всей группы по этому поводу. Возможно, они все и затравили этого паренька, но лишь в защиту бедной девушки, используя при этом его же методы.       Антон мог назвать свою группу достаточно дружной. Ребята могли спокойно что-то вместе обсуждать. Пару раз устраивали совместные вписки. Вместе старались закрыть сессию и помогали друг другу чем могли.       Всё слишком хорошо и радужно, чтобы быть правдой, но так и есть. Заебавшись с этим дерьмом в школьные годы, молодые люди, не сговариваясь, решили сделать свои студенческие годы спокойными и комфортными. Им хватает заебов от преподов, терпеть их ещё и от одногруппников никаких сил не хватит. — Доброе утро, уважаемые студенты, — со звонком в аудиторию входит Попов и направляется к своему столу.       Сегодня он был одет так же, в брюки и рубашку, в том же стиле, что и вчера. Но, если вчера был белый верх и черный низ, то сегодня всё в одинаковых темно-синих тонах. Даже слипоны в цвет обул. — Хочу вас сразу предупредить, что все зачёты по моим дисциплинам вы будете сдавать в устной форме.       В аудитории послышались недовольные и обреченные вздохи. Сдавать английский в такой форме никто не горел желанием. — Предупреждая ваше недовольство, хочу отметить, что не требую от вас свободной разговорной речи. Вы сможете всё сдать, если будете посещать мои пары и, самое главное, работать на них, а не просто просиживать штаны, — Арсений скрепил руки в замок у груди и ободряюще улыбнулся группе. — Итак, начнём.       Антон откинулся на спинку стула, закидывая голову назад, и выдохнул, мысленно пытаясь вспомнить все свои знания по этому предмету.       В школе Шастун учился из рук вон плохо, но заметил за собой одну отличительную черту. Если он прикладывает усилия и постоянно занимается в какой-либо области, то у него всё получается, но стоит положить на это болт хоть на время, то он забывает всё и теряет свои навыки в этой области моментально.       Что ж, пожалуй, пришло время вновь начать изучать английский.

***

      День в универе прошёл почти ненапряжно. Попов, конечно, помучал их, заставляя вспомнить всю пройденную программу в школе и на первом курсе, но не сильно. Совместную с архитекторами пару по физике Антон вообще не заметил, проболтав всё время с Ильёй и его одногруппником на последнем ряду аудитории. А на высшей математике быстро скатал решение задачи для практической работы из интернета и всё оставшееся время спокойно залипал в телефоне. Поэтому, идя домой, Шастун не чувствовал никакой усталости и находился в достаточно приподнятом настроении.       Зайдя в своё жилище, парень первым делом направляется мыть руки после улицы, а затем уже движется к холодильнику. Его скудные запасы совсем опустели, поэтому Антон достаёт уже початую ранее упаковку ряженки и оставшееся яблоко. Вылив всё содержимое жидкой еды в кружку, и добавив туда пару ложек сахара, Антон усаживается на табуретку, облокачиваясь на холодильник. Он достаёт телефон из кармана джинс и заходит в рабочее приложение. Рассчитав свой бюджет в голове, парень закрывает приложение и включает новый выпуск юмористического шоу на ютубе, стараясь настроить себя на огромное количество приватов за выходные дни.       Допив свой импровизированный коктейль и расправившись с достаточно большим, по меркам Шастуна, яблоком, Антон поднимается с насиженного места, споласкивает кружку и направляется в сторону комнаты. Поставив телефон на зарядку, он включает музыку на портативной станции, покупкой которой рад до сих пор, и идёт в душ, напевая строчки любимой песни.       Шаст не любит мыться на работе. Слишком уж много народу там бывает. Намного приятнее постоять под струями горячей воды в своей личной ванне, где не надо бояться прикоснуться к кафелю на стене или стоять в луже воды. Конечно, в их заведении к санитарным нормам относились очень строго. У каждого сотрудника, даже у стриптизеров, были медицинские книжки, анализы для которых они сдавали регулярно. Но всё равно, общий душ никогда не принесет того удовольствия, как родной и домашний. Антон вообще в этом плане был достаточно брезглив. Откуда у него это, он не знал, но парень никогда не мог себе позволить спокойно щеголять в общественном душе или гримерке без шлёпок, а от мысли прикоснуться к ободку унитаза в общем туалете вообще выворачивало. На работе, перед тем как выпить что-то из своей кружки, он всегда моет её с моющим средством, прекрасно зная, что его коллеги не такие брезгливые и спокойно могли ей пользоваться в отсутствие парня. Как с такими убеждениями Антон работал в стриптиз-клубах, не понятно, но факт остаётся фактом.       Вернувшись из душа, Шастун вытирает мокрые волосы полотенцем и открывает шкаф с одеждой. На работу он решает идти в образе гопника, поэтому надевает чёрные свободные джоггеры, в тон им худи с капюшоном и тот же, что и утром, бомбер. Сегодня пятница и времени поваляться на кровати нет. Чем раньше парень придет на работу, тем лучше. Его коллеги, работающие с самого открытия, скорее всего, уже порядком устали развлекать первых гостей.       По пятницам и субботам, а иногда и воскресеньям, всегда был аншлаг. Свободных мест в общем зале не было, а некоторым даже приходилось ждать привата, так как все комнаты были заняты. На смену выходили все танцоры, кто мог, и работали по следующему принципу: полчаса танцуешь в общем зале и, если тебе не заказали приват, уходишь на перерыв, уступая место следующему. Но, чаще всего, тебя покупали на приват, и ты, вместо полноценного отдыха, шёл к очередному клиенту. Антона такие рабочие будни сильно выматывали, но пополнение личного счета на пару десятков тысяч очень радовали. И на этих выходных нужно сильно постараться, если парень хочет оплатить все счета на следующей неделе.

***

      Докурив сигарету около «черного входа» и насладившись одним из последних относительно теплым вечером, Шастун заходит внутрь. Спустившись вниз по лестнице, он попадает в комнату отдыха, где его встречают официанты, танцоры, уборщица и админ Вероника, которая, работая с самого открытия, судя по всему, передала на данный момент все свои полномочия второму администратору Никите, смена которого началась совсем недавно. Устраиваясь на работу администратором в данное заведение, молодых людей сразу предупредили о том, что выходные они могут брать только по будням, а пятницу, субботу и воскресенье должны работать в паре, так как вывезти одному это всё не реально. И, когда кто-то из них заболевал в выходные, напарники понимали, о чём их предупреждало руководство. — Всем привет, — машет рукой Антон, проходя в глубь помещения. — Чё по настроению? — Там пиздец, — отвечает ему Костя, поправляя свои бриджи полицейского, поудобнее устраивая голову на коленях официанта Глеба, который в этот момент сидел, откинувшись на спинку мягкого дивана, и перебирал одной рукой светлые волосы своего парня, лежащего на нем. — Согласна, — уставшим голосом говорит Вероника, бездумно смотрящая в кружку с чаем, из которой поднимался пар. — Работы сегодня у вас будет много, — подытоживает хранитель чистоты Елена, собираясь идти убирать освободившуюся после привата комнату.       Остальные сотрудники, находившиеся в помещении, ответили парню без слов, показывая что-то жестами рук.       Антон вздохнул поглубже и направился в сторону гримерной, желая побыстрее подготовиться и приступить к работе. Как говориться, быстрее начнешь — быстрее закончишь. Хотя здесь этот девиз и не совсем работал, Шастун успокаивал себя этой мыслью.       Так как Шаст пришёл последним из присутствующих, его отправили на сцену сразу после того, как он был готов, разрешив перед этим выкурить сигарету, но только одну.       Сегодня Белиал вышел на сцену в образе ноунейма.       Антон почувствовал музыку с первых её нот, как только вышел в зал, и полностью отдался танцу, умело вертясь вокруг шеста и около него. Неудивительно, что уже примерно через пятнадцать минут, Никита, которого парень не замечал минуты две, отправил парня на приват.       Судя по информации в приложении, его заказала какая-то дама преклонного возраста. Что ж, вполне неплохо. Нужно лишь показать ей, что она симпатична Антону и можно рассчитывать на хорошую благодарность. Шастун даже решил не курить перед танцем для данной особы. Он лишь сделал пару глотков воды и встряхнул конечности, настраиваясь на приват.       Как и предполагалась ранее, уже совсем не юная леди вдоволь насладившись движениями парня, прилично заплатила и отпустила Антона через час. Не сказать, что Шастун сильно устал вилять задницей, строить глазки и позволять себя лапать этой даме, но перерыв ему был нужен. Закончив приват и, чуть ли не в десна попрощавшись с женщиной, Шаст берет свою пачку сигарет и идет на лестницу, желая сначала покурить, а затем уже выпить чего-нибудь горячего.       На лестничной площадке его встречает бармен Дима. Парень среднего роса, чуть упитанный и с очками на переносице в рабочей форме, состоящей из черных брюк и такого же цвета рубашки с длинными рукавами, бездумно смотрит в потолок и затягивается только что закуренной сигаретой. Позов был, пожалуй, единственным человеком в этом городе, да и в жизни, с которым Антон был по-настоящему откровенным.       От Поза просто напросто бы не вышло скрыть, чем зарабатывает на жизнь парень, ведь они работают вместе. На его вопрос «Зачем?», Антон ответил как есть и друг, как Шасту хотелось его называть, понял всё без лишних вопросов и нравоучений по типу «Всегда есть выход» и «Это не единственный вариант».       Позов вообще был достаточно понимающим и конструктивным человеком. Не вмешивался туда, где это не нужно, и помогал советом или делом там, где это было необходимо. Он не учил никого жизни, понимая, что сам ещё не знает всех её секретов, а просто был рядом, когда того требовала ситуация. — Ты как? — Дима переводит взгляд на вошедшего парня и пытается оценить его состояние. — Вполне себе сносно, — снимая с себя балаклаву, отвечает Антон на вопрос друга и закуривает. — Как там народ? Пьянствует? — А ты как думаешь? — по-доброму ухмыляется Позов. — Я заебался уже новые бутылки из подсобки таскать. — Зато выручка будет хорошая. Тебе же это на руку, а точнее, на карман.       Поз соглашается с коллегой и переводит тему разговора, желая хоть на мгновение отвлечься от работы и обсудить последние новости из жизни друг друга.       Докурив, парни возвращаются в комнату и заваривают себе ароматный чай из пакетиков, продолжая переговариваться. Антон решил, что для кофе он слишком бодрый, а горячий чай вполне себе может пополнить запасы энергии.       Закончив с напитками, парни возвращаются к работе. Диму уже во всю ждали за баром, а Шастун, надев на себя свою маску, выходит на замену Данила, которого забрали на приват.       В общем зале народу за последний час с небольшим значительно прибавилось. Свободными оставались лишь пару столиков, заранее заказанные предусмотрительными клиентами. Подходя к своему рабочему месту, Белиал, словно по щелчку пальцев, переключается на образ Ноунейма. Его узкие кожаные штаны довольно выгодно обтягивают все достоинства парня и совсем не сковывают даже самые раскрепощенные движения. Горло водолазки совсем не давит, когда парень запрокидывает голову назад, закусывая нижнюю губу. Руки, обтянутые черной сеткой сексуально опускаются на бляшку ремня и парень делает покачивающиеся движения тазом вперед-назад, буквально имея накалённый возбуждением клиентов воздух. Он танцует полностью отдавшись музыке, совершенно не думая о том, как сейчас выглядит, так как знает, что выглядит потрясающе.       Совершенно не замечая ход времени, Белиал двигается, привлекая к себе всё больше и больше внимания. Парень даже не заметил, как клиенты за столиком перед ним ушли, а на их место пришли новые. Юноша видит жест Вероники, означающий новый приват и уходит со сцены, даже не взглянув на новых посетителей.       Приложение показывает, что Антона впереди ждет достаточно взрослый мужик, поэтому настроится на приват парень решает, естественно, на лестнице, выкурив очередную сигаретку.       В импровизированной курилке Вика с Олегом обсуждают члены своих клиентов и присоединятся к их разговору Шасту уж никак не хотелось. Он спокойно докурил и направился в гримерку, где поправил свой образ, натянул балаклаву на голову, и пошёл в нужную комнату. Если на неделе у клиентов было право выбрать образ стриптизёра, то на выходных эта функция отключалась, чему все танцоры были безусловно рады, ведь никому не хотелось переодеваться по пять раз за вечер, как было раньше. — Добрый вечер. Если Вы хотите, я могу довести Вас до оргазма, но при условии, что Ваш член останется в штанах до самого конца, — в привычном для себя стиле здоровается Белиал и выдаёт свою заученную фразу. — Если Вас это устраивает, я могу начинать.       Мужчина ничего не отвечает и лишь кивает.       Парень, настроив свою музыку, приступает к работе. Он виснет на шесте, кружится на нём какое-то время, сексуально изгибая своё тело. Затем Белиал спускается на пол и продолжает свой танец там. Заметив жадный взгляд на себе, юноша подходит ближе к клиенту, позволяя дотронутся до себя. Мужчина тянется руками к парню и оглаживает его торс. Всё в рамках допустимого ровно до тех пор, пока не происходит то, к чему молодой человек не был готов.       Клиент хватает его за талию и с силой валит на диван, начиная жадно изучать тело под собой не только руками, но и губами, вперемешку с зубами. Парень пытается приподняться на руках и отстраниться от клиента, но его руки заламывают и ему остаётся только лишь извиваться червяком под сильным телом. — Лежи и не рыпайся, — рычит мужчина ему на ухо.       У Антона всё холодеет внутри. Страх окутывает в свои объятия всё сильнее и сильнее. В мыслях лишь бегущая строка, состоящая из одного слова «Помогите». На руках скорее всего появятся синяки, от того, с какой силой их сдавливают, держа над головой, а на теле могут остаться засосы. Всё, что парень может в данный момент — это лежать немой куклой и извиваться под чужим телом. Пальцы хватаются за подлокотник дивана, как за спасательный плот и… О, чудо! Шаст нащупывает на этой самой спинке спасительную кнопку по вызову персонала и с силой давит на неё.       Надежда ещё есть.        Дверь в комнату, со стороны зала, открывается в тот момент, когда с Белиала уже спустили штаны до колен, оставляя интимное место совсем ногим, и выцеловывали оголённый торс. В дверях стоял официант Паша, а за ним охранник Вадим. Видимо сотрудники не поняли сигнала о помощи и решили прийти вдвоём. А вдруг танцор так долго зажимал кнопку, желая чтобы его клиенту побыстрее принесли ещё рома?       Вадим, заметив в чем дело, сразу же отодвигает Пашу и спешит снять с бедного парня одичавшего мужика.       Клиент начинает возмущаться и пытается махать кулаками, но его быстро скручивает охранник, на помощь которому пришёл и официант, и, заламав руки за спину, выводят прочь. Мужчина ругается благим матом и грозиться проблемами, обещая, что они все пожалеют об этом, но на это никто не обращает внимание.       Антон наконец встаёт с дивана и застёгивает штаны, поправляя свою водолазку. Хорошо хоть этому озабоченному было плевать на внешность парня и маску он даже не пытался снять.       Шастун, положив на всю конфиденциальность данного заведения огромный жирный хуй, выходит в туже дверь, через которую мгновение назад вывели этого зверя, и оказывается в общем зале. Кто-то из посетителей оборачивается на него, так как они не могли не заметить орущего мужчину, которого выводили охранник с официантом под руки, но парню на это плевать. Он направляется прямиком к бару, желая успокоиться парочкой рюмок водки.       Дима, наблюдавший за всей развернувшийся картиной с того момента, как на экране загорелся сигнал о вызове персонала в комнату для привата, без слов протягивает другу полную рюмку высокоградусного алкоголя. Заметив, как парень пальцами показывает количество желаемого выпить, наливает ещё две и ставит небольшую тарелку с закуской, которую Антон благополучно игнорирует. Хорошо, что балаклава с открытым ртом и позволяет пить не снимая с себя маски. — Я курить, — опрокинув в себя три стопки, ставит в известность коллегу Шастун и направляется в сторону двери для персонала.       Позов шепнул что-то своему напарнику и последовал вслед за парнем. — Ты как? — спрашивает Дима друга, который делал затяжку за затяжкой. — Не знаю, — отвечает Антон, на мгновение отстраняя сигарету от губ. — Ты его предупреждал? — Поз подходит к парню, кладя руку ему на плечо и старается заглянуть тому в глаза. — Как и всех, — отрешенно отвечает Шаст и переводит свой взгляд на Позова. — Но это не останавливает таких мудаков, как он.       Дима соглашается с другом и выкуривает с ним одну сигарету, пока Антон успевает выкурить несколько. Позов ничего не говорит. Он понимает, что слова в данный момент излишне. Он просто должен быть сейчас рядом, оказывая свою поддержку без лишней болтовни. — Может, лучше домой? — решается спросить он, видя, как Антон собирается пойти в гримерку, чтобы привести себя в порядок и вновь выйти на сцену. — Я в норме. Спасибо, — успокаивает бармена Белиал и слабо улыбается ему, благодаря за заботу.

***

      Остаток рабочей смены проходит без происшествий. После инцидента с тем мужиком, Антон решил закрыть у себя в приложении приваты для мужчин и оставил только для женщин. Как выяснилось позже, этот ненормальный находится в чёрном списке у большинства коллег парня и, после сегодняшнего случая, вряд ли его сюда ещё раз пустят.       Шастун не сказал бы, что остальные два привата прошли отлично, но деньги он смог заработать, а это уже хорошо.       Первыми клиентами были две молодые девушки, которые всяческим образом пытались заставить парня раздеться, но, потерпев неудачу, разочаровались и ушли через сорок минут. После них, Антона сняли пять дам слегка за тридцать. Зачем им нужен был Белиал, юноша так и не понял. Женщины общались между собой, желая выложить подругам все последние новости из своей жизни, начиная от покупки нового платья и заканчивая прыщиком на попе младшего ребенка. Они изредка обращали внимание на парня, но совсем не так, как того требовала ситуация, а скорее заботясь о нём. Выпивающие особы уточняли, точно ли молодому человеку есть восемнадцать, не устал ли он ещё вертеться вокруг этой палки и завидовали его фигуре, вспоминая годы своей молодости. Шаст даже умудрился с ними покурить пару раз, когда те замечали его жалостливый взгляд на сигареты в их руках. Тонкие розовые сигаретки Антону конечно не очень нравились, но грех было жаловаться, раскуривая их на работе, ещё и за чужой счет.       Как Шастун позже смог понять, дамы забрели сюда чисто случайно и, когда им стало слишком некомфортно, они решили уединиться, заказав для этого приват, по их мнению, с самым безобидным из возможных вариантов.       В любом случае, эти пять часов работы в прекрасной компании ощущались лишь физически. Под конец, Антон вообще раскрепостился настолько, что смог научить женщин самым элементарным, но от этого не менее сексуальным, движения, которые они зареклись показать дома мужьям.       Оказавшись дома почти в шесть утра, Шаст чуть ли не залпом выпивает пол бутылки виски и падает на кровать. Хоть милые дамы и смогли ему приподнять настроение, на душе всё равно было мерзко. После этого обмудка, Антон ощущал себя самой настоящей шлюхой, которая не может ничего поделать со своей участью и должна лишь терпеть, не имея права отказать тому, кто платит ей деньги.       Ненависть к себе разливалась по телу вместе с дозой алкоголя, а желание снять с себя кожу становилось всё сильнее. Слёзы от осознания своей никчемности и бессилия что-либо изменить, не спрашивая ни у кого на это разрешения, безжалостно обжигают лицо и не дают взгляду сфокусироваться. Непроизвольные всхлипы сменяются на, сначала тихий, а затем более громкий скулёж. Антон старался не задумываться о своей работе. Он запрещал себе вспоминать то, что привело его к такой жизни — своё прошлое, но сегодня парня буквально толкнули в эту помойную яму, напоминая о том, кто он есть на самом деле.       Антон лежал и прокручивал в голове обрывки воспоминаний, начиная с сегодняшнего вечера и заканчивая далёким детством.       Вот он сам подходит к этому мужчине и позволяет себя трогать, а затем повалить на диван. Позволяет спустить с себя штаны и целовать своё тело. Он сам позволил это сделать и только он в этом виноват.       Вот он приходит домой после последнего урока в своей жизни и идёт на кухню, где пьют его родители. Он слышит в свою сторону лишь упрёки и получает пощечину от матери, а позже удар в живот от отчима. Он сам виноват в этом, так как сам сюда пришёл.       Вот он обрабатывает побои, оставленные старшим сводным братом, сидя в своей комнате, а потом сам открывает ему дверь и позволяет Егору заглаживать вину, целуя избитое лицо и тело. Он стонет и прогибается под братом совсем не от удовольствия, а от боли, душевной и физической, но Егор этого не замечает. Антон сам в этом виноват. Антон сам довёл до этого, позволяя так с собой обращаться.       Вот он закрывается в одной из кабинок в туалете, сбежав сюда прямо с урока. Он сам виноват в том, что над ним все смеются. Он не смог вовремя дать отпор одноклассникам и поставить учителей на место, так что поздно уже трепыхаться.       Вот он забегает в какой-то подъезд, убегая от компании соседских мальчишек, вынуждая себя этим просидеть тут до ночи. Он сам виноват в том, что решил пойти погулять, не желая оставаться в квартире с братом, до прихода родителей.       Никакая судьба здесь нипричём. Он сам во всём виноват.