Твой секрет

***

      Последние минуты культурологии прошли мимо Антона, ведь парень так и не смог вынырнуть из пучины своих дум. Хорошо же всё-таки живётся тем, кто не имеет привычки копаться в своей голове, тем самым всё больше и глубже зарываясь в собственных мыслях. Есть же люди, которые совершенно не задумываются о причинах своих поступков и их последствиях. Они не просчитывают каждое действие наперёд, учитывая все возможные варианты развития событий, и не разглагольствуют на вопросы о смысле и несправедливости жизни. Такие люди берут от жизни всё, совершенно не боясь оступиться или ошибиться. И они, как правило, вполне себе счастливы. Шаст же про себя так сказать не может, поэтому и теребит кольцо на пальце вот уже минут так десять.       Звонок звенит точно по расписанию, и преподаватель отпускает студентов на законный отдых. Всех, кроме одного, который последним поднимается со своего места и неторопливо приближается к преподавательскому столу. За то время, пока он сидел за партой после своего выступления, Антон пришёл к мысли, что нет смысла бояться того, что от тебя не зависит, ведь страх не поможет избежать того, что должно произойти.       В этом-то он себя убедить смог, а вот перестать волноваться за последствия не получилось. Парень не знал, как Попов отреагирует, если сопоставит все факты и поймёт, что заказывал своего студента на приват, а то, что Шаст успел себе нафантазировать, мало вселяло уверенности и заставляло потеть ладошки.       Конечно, можно сослаться на то, что юноша не мог отказать клиенту и всё в этом роде, но… Арсений ведь не знал, кто скрывается под маской Белиала, а Шастун четко понимал, к кому шёл.       — Антон, честно признаюсь, ты меня поразил своим выступлением, — начинает Попов, улыбаясь, когда вся группа покинула кабинет, прикрыв за собой дверь. — Откуда такие познания?       — Да какие там познания, — пожимает он плечами. — Просто нашёл материал по теме и всё.       — Ты либо очень скромный, либо падок на комплименты, — подмечает преподаватель, вновь пролистывая работу студента. — Я ведь в курсе, что в интернете материалов даже для доклада маловато, а у тебя вон, целый реферат получился. Такую работу с чистого листа за одну ночь не сделать. Признавайся, где достал?       — Да я просто раньше этой темой интересовался, — старается увильнуть юноша от расспросов. — Нашёл пару статей, скомпоновал всё, а выводы делал из прочитанного самостоятельно.       — Вот как, — задумчиво тянет Арсений. — Не подумал бы, что ты увлекаешься подобным.       — Ну вы только не подумайте, что я сектант какой-то, — спешит оправдаться Антон, поняв свой проёб. — Просто для того, чтобы понять многих философов и то, как общество пришло к тому, что мы сейчас имеем, нужно иметь знания и в религиозной сфере, ведь во все времена поведение людей отталкивалось от того, во что они верили.       — Неужели тебе интересна социология? — с неподдельным интересом спрашивает Арсений.       — Мне интересны мотивы поступков людей. То, от чего они отталкивались и на чём основывались, делая так или иначе. Что ими двигало, и чего они хотели этим добиться. — на выдохе объясняет Шаст. — Арсений Сергеевич, а вы об этом хотели со мной поговорить? — неуверенно спрашивает Антон, надеясь, что Попов не будет спрашивать его больше ни про каких падших ангелов и уж тем более о месте работы.       — Не только, — вдруг вспоминает преподаватель, отчего у студента мгновенно начали подрагивать кончики пальцев. — Я обещал принести учебник, — доставая нужный предмет из сумки и протягивая его парню. — Вот. Надеюсь, с ним будет полегче.       — «Английский для чайников», — читает название Шастун и тупо пялится сначала на обложку, где красочно прорисован фаянсовый чайник и чашка с блюдцем в британской тематике, а после переводит взгляд на Арсения Сергеевича, приподнимая брови в недоумении. — Вы это серьёзно?       — Зря иронизируешь, — улыбается тот. — Это один из лучших самоучителей, которые я видел.       — Что ж, — принимая происходящее, говорит Антон. — Спасибо.       — Что насчёт сценария, я отправил тебе откорректированную версию и, если возникнут какие-либо вопросы или потребуется помощь, то можешь подойти завтра после трёх, — ободряюще улыбается Арсений, задержав взгляд на студенте.       И с каких это пор он готов задерживаться на работе в пятницу после пар? Обычно мужчина убегает чуть ли не раньше самих студентов, лишь бы наконец вдохнуть аромат предстоящего отдыха, а тут сам предлагает встречу после занятий.       На этот вопрос ответить не мог ни сам Арсений, ни, уж тем более, Антон.

***

      Как и предполагали оба молодых человека, вопросы у студента возникли, да и помощь Антону всё-таки понадобилась. Именно поэтому юноша сидел на полу в коридоре под дверью Попова и ждал, пока тот вернется с деканата. Ну, а чтобы время зря не терять, изучал весьма занимательную литературу и прокачивал свой нулевой уровень знаний английского языка. Стоит признать, Арсений Сергеевич подобрал весьма хорошую книгу для своего ученика, и Шаст действительно понимал то, что там было написано, а, возможно, даже запоминал.       Антон, ещё будучи на работе, пытался правильно прочитать свои реплики, но его любимые коллеги каждый раз начинали слишком раздражающе хихикать и кривляться. Они хоть и не знатоки английского, но люди отчасти творческие, вот и подстëбывали паренька каждый раз. Шастун, естественно, на них не обижался, но и спасибо сказать тоже было не за что. Вот он и готовился к очередному позору перед преподавателем, потому что «Мой язык не знает, как это читать» для студента приличного университета уж как-то слишком. В любом случае, выбора особо нет и деваться некуда, вот и приходится сидеть и ждать, когда он там придёт, этот иностранный гуру.

***

      Арсений выходит от декана, прикрывает дверь и выдыхает. Что ему слушать про предстоящую проверку в конце рабочего дня в пятницу, если она будет только в обозримом будущем, да и вообще он её никогда в глаза не видел, хотя и слава Богу. В любом случае, всё, что нужно будет для неё готовить, Попов будет делать на следующей неделе, а не в законные выходные, поэтому он с совершенно спокойной душой направляется в свой кабинет, чтобы забрать вещи, лелея мечту об уютном диване и сериале на ноутбуке.       Подходя к нужной двери, ещё издалека мужчина замечает около неё тёмную фигуру. Парень сидит подобрав коленки и уложив на них книгу, вдумчиво читая. Из-за низко опущенного капюшона можно едва ли различить шевеление губ, которыми он пытается что-то произнести, но делает это абсолютно беззвучно.       Приблизившись почти вплотную, Арсений замечает в руках студента свой же учебник. Чересчур сильные переживания декана насчёт этой злосчастной проверки совсем заставили забыть о назначенной встрече, из-за чего преподаватель на мгновение испытал чувство вины.       — Здравствуйте, — говорит первым Антон, запрокидывая голову назад и снизу вверх смотря на мужчину, улыбаясь. — А я тут это, — указав на книжку в руках, — читаю.       — Это похвально, — проворачивая ключ в замочной скважине и открывая дверь, жестом приглашает войти внутрь, что заставляет Шастуна всё-таки подняться с насиженного места. — Но раз пришёл, значит успехи ещё не велики?       — Мне до успехов по английскому, как до Москвы вприсядку, — обречённо выдыхает парень.       — Ну, от нас до Москвы не так уж и далеко, — подбадривает его преподаватель.       — Это как посмотреть, если вприсядку, то и до дома путь близким не покажется.       — Тут ты прав, — соглашается Попов, присаживаясь за свой стол. — Ладно, рассказывай, с чем пришёл?       — А если я скажу, что трудности возникли сразу с прочтением, то вы мне автоматом два поставите? — боязливо спрашивает Шаст, зачёсывая слегка отросшую челку, что не скрывается от глаз собеседника.       — Я сторонник теории эволюции, поэтому верю, что раз уж обезьяны научились, то и студенты смогут, — беззлобно отвечает Арсений. — Показывай, что там такого трудного.       Нужно отдать должное Попову, который, будучи преподавателем в университете, провозился с Антоном, как со второклашкой, ставя ему правильное произношение добрые полчаса. Шастуна тоже стоит отметить, ведь он давно так не издевался над своим артикуляционным аппаратом. Но, общими усилиями, результатом остались довольны оба.       — Арсений Сергеевич, а можно обнаглеть и облегчить жизнь и Вам, и себе? — уже в конце спрашивает Антон, когда преподаватель попросил на сегодня закончить.       — Ну, попробуй, — с интересом отвечает Попов. Стеснение и дерзость в одном флаконе всегда вызывает интерес.       — Можно Вы мне на диктофон каждую мою реплику запишите, а я потом буду по ним учить, чтобы нигде не налажать? — строя щенячьи глазки, предлагает юноша вполне эффективный для него вариант.       — Может мне тогда лучше и на выступление за тебя говорить? — ухмыляется мужчина, но, видя поникший вид студента, убирает напущенное оскорбление. — Ладно, номер свой дай, я тебе в мессенджере голосовыми пришлю.       — Вот огромное Вам студенческое спасибо! Вот все бы такие, как Вы, были, — продолжая причитать в своей манере, Антон быстро записывает свой номер в блокноте мужчины.       — Ладно уж тебе. Беги давай, — закидывая блокнот в сумку и беря свои вещи, подталкивает юношу к двери Арсений Сергеевич.       Антон на радостях прощается с преподавателем, не прекращая причитать о его доброте, и бежит довольный вниз. Выйдя на улицу и отойдя немного в сторону от крыльца, он на мгновение замирает, обдумывая свои дальнейшие действия. Закурив сигарету и устремив взгляд на мрачно нависшие облака, Шаст размышлял о том, стоит ли ехать домой, чтобы туда просто зайти и выйти, и как лучше добраться до работы.       Пока сигарета в руке тлеет, свинцовые тучи сгущаются над городом, грозясь заточить его жителей в домах на все выходные. Усиливающийся ветер срывает с деревьев держащиеся из последних сил листья и неприятно проникает под ветровку, окутывая своими ледяными пальцами юное тело.       Выкинув потухший из-за резкого порыва ветра окурок в близ стоящую урну, Антон пониже натянул капюшон чёрного худи, повыше поднял ворот куртки и двинулся в сторону остановки. Оставшееся время до начала смены позволяет ему не спешить, поэтому смысла вызывать такси нет, а вот ухудшение погодных условий так и грозит намокнуть, продрогнуть и умереть где-нибудь под кустом, если добираться на метро. Ну ладно, может и не умереть, но заболеть вполне реально. То ли дело автобус, на выходе из которого можно будет пробежать пару минут и ты на месте. Всё не так страшно.

***

      — Ёбаная погода, — в сердцах выругался парень, зайдя в уютное тёплое помещение.       Всю поездку на автобусе Антон наблюдал, как небо удерживает в себе по меньшей мере половину Невы. Лишь редкие капли срывались с туч от содрогания грома и, подхватываемые резким порывом ветра, разбивались о стёкла транспорта. Стоя в битком набитом автобусе, парень мог наблюдать в окно, благодаря своему росту поверх чужих голов, как суетливо по улицам бегают люди, стараясь попасть в нужное место до начала сильных осадков. МЧС уже успел всех предупредить о приближающейся грозе и посоветовал оставаться дома, но это уж как получится. В любом случае, если ты не блещешь особой силой и массой, а худой, как кипарис, и не хочешь быть намотан на какой-нибудь фонарный столб, то лучше на улицу лишний раз не выходить.       Шаст же, как только покинул городской транспорт, мчался со всех ног, насколько это было возможно, конечно. Но, стоило ему зайти во двор, где был расположен вход в заведение для персонала, он услышал раскат грома, сопровождаемый молнией, и на него обрушилась вся вода, которую удерживали в себе облака. Ливень стеной накрыл город, заставляя намокнуть всё в считанные секунды. Вот и Антон промок до трусов, пока шёл оставшиеся пару метров.       Никита, развалившийся на диване с кружкой чая, лишь сочувствующим взглядом проводил танцора от порога до раздевалки, наблюдая мокрую дорожку из стекающей с парня воды.       Как бы сильно Шаст не любил общественные душевые, особого выбора у него не было, а постоять под тёплыми струями воды, прогревая свои косточки, хотелось сильно. Будучи достаточно педантичным в плане личной гигиены, парень всегда хранил всё необходимое для водных процедур в своём шкафчике, поэтому, взяв полотенце и переобувшись в резиновые шлепанцы, он направился прямиком в душ. Уборщица Елена, видя промокших до нитки сотрудников, которые приходили один за другим, взяла заботу о сушке их одежды на себя.       Стоя под горячим напором воды, Антон анализировал прошедшую встречу с Арсением Сергеевичем. Для Шастуна чувствовать к себе такое отношение, особенно со стороны преподавателя, в новинку. Ощущать, что к тебе проявляют уважение, хотят помочь и действительно это делают, с искренней заинтересованностью вступают в беседу и просто напросто замечают, достаточно странно и непривычно. От этих воспоминаний на лице непроизвольно появляется улыбка. Желание выучить этот грёбаный английский стремительно росло вверх. С этим мужчиной хотелось общаться чаще, узнать его больше, поговорить о чём-то личном. Сексуальный интерес, вызванный неоднократными интимными встречами, хоть и в других ролях, абсолютно чётко давал понять, что никаких других отношений, кроме как любовных, построить им не удастся. Но вот как строить эти любовные отношения, тем более с преподавателем, Антон совершенно не представлял. В сексуальной сфере у него опыта хоть отбавляй, а в делах сердечных, к сожалению, он полный профан. И совета спросить не у кого, и посоветоваться не с кем.       То, что между ними есть взаимная симпатия, и присутствует влечение друг к другу, Шаст понимал достаточно хорошо. Только вот что дальше делать с этой информацией – непонятно. Молча пускать слюни во время пар и довольствоваться редкими приходами Попова в «Твой секрет»? Что ж, пожалуй, это единственный доступный вариант. Предпринимать какие-то меры самостоятельно Антон боится, так как реально осознаёт, что, без наличия каких-либо отношений такого рода в прошлом, идти и завоёвывать сердце взрослого мужчины просто напросто глупо. Это как идти на медведя с пластмассовой вилкой. Опасно, глупо и слишком самонадеянно.       За время водных процедур, парень успел для себя решить, что касаемо Попова ничего предпринимать не будет. Оставить все как есть, плыть по течению и надеяться, что всё само собой как-нибудь получится — самый лёгкий путь, но кто сказал, что он неверный?

***

      После душа Антон щеголял по комнате отдыха в шлёпках, танцевальных шортах и когда-то давно забытой футболке. Кружка ароматного сладкого чая и получасовое валяние на диване за просмотром соцсетей помогли парню отдохнуть после универа и настроиться на работу. Из-за разбушевавшейся погоды смена сегодня обещает быть максимально унылой. Вероника то и дело приходила пожаловаться своим подчинённым на то, что очередная бронь слетела, а случайный прохожий к ним точно не забредет, потому что никакой адекватный человек в такую погоду и носа на улицу не высунет.       Пока администраторы с руководством выстраивали план дальнейших действий и предугадывали количество посетителей за сегодня, персонал филонил как мог. Кто-то во всю гонял чаи, кто-то скооперировался и играл в откуда-то взявшиеся настолки в общем зале, а кто-то застрял в курилке. Антон же с Димой включили фильм на телефоне, развалились на весь диван и вполне хорошо себя чувствовали.       Ближе к десяти вечера погода немного притихла. Дождь не заслонял все перед собой, а ветер уже не грозился сорвать крыши домов и опрокинуть деревья. Это затишье позволило завсегдатым постояльцам добраться до заведения. Перед этим, конечно, телефон на стойке администраторов разрывался, ведь клиенты звонили уточнить, не закрылись ли они из-за непогоды и вновь бронировали столики. Пока Никита в который раз повторял в трубку одно и тоже, Вероника бегала по всему заведению и подгоняла потерявших настрой на работу сотрудников. Бармены начали натирать бокалы, официанты протирать столы, а танцоры переодевались и разминались. Если в обычные пятницы персонала всегда не хватало, то сегодня появилась конкуренция, ведь никто не хотел уходить с пустым карманом со смены. Есть конечно те, кто до работы так и не доехал, но и без них сотрудников получалось больше, чем посетителей.       Антону повезло относительно меньше, чем его коллегам. Все его постоянные клиенты решили прогулять свою пятничную традицию и не прийти, из-за чего на приват парня так никто и не снял. Накидали, конечно, денег, пока Белиал танцевал в общем зале, но, всё-таки это было не то, на что он рассчитывал идя сегодня на работу.       С другой стороны, Шаст совсем не устал, не испытывал к себе отвращения и чувствовал себя вполне приемлемо. Да и закончил он сегодня куда раньше, чем обычно. Админы, заметив, что погода снова начинает портится, отправляли домой всех мало востребованных сотрудников, чтобы те не мучились лишний раз. Естественно, с их согласия. Но, как заметил Шастун, возражающих не наблюдалось.       Дорога до дома заняла куда больше времени, чем обычно, даже не смотря на то, что ехал он, по понятным на то причинам, на такси. Стоит отдать должное коммунальной службе, ведь родной город после подобных дождей всегда был затоплен и добраться до куда-то можно было разве что на лодке, а здесь же водостоки вполне себе справлялись. Кроссовки, конечно, нещадно промокли, но эту неприятность пережить можно.       Горячая ванна и бутылочка вина, найденная случайным образом на кухне, отлично помогли Антону сбросить накопившуюся за долгое время усталость и избавиться от ненужных мыслей, а мягкая свежая постель гарантировала хороший крепкий сон. Иногда человеку необходимо совсем немного для того, чтобы почувствовать себя гораздо лучше.

***

      Вернувшись с работы, Арсений закрывает за собой дверь и видит, что квартиру, погрузившуюся в вечерний мрак, на мгновение озаряет светом из незашторенных окон, а до ушей доносятся приглушённые стенами дома звуки содрогания неба. Как всё-таки удачно мужчина успел прийти домой, захватив по дороге продукты из магазина.       Переодевшись в комфортную домашнюю одежду, снимая с себя всю официальность, и вкусно поужинав спасительными полуфабрикатами, Попов удобно устроился на диване, обложился ранее купленными вкусностями, включил сериал и отключил телефон. Порой так жизненно необходимо изолироваться от внешнего мира и побыть на едине с собой, особенно когда телефон ежедневно разрывается от уведомлений из рабочих чатов и звонков. На этот вечер Арсений решил оставить работу и не расстраиваться от каждого нового сообщения, которое в шторке уведомлений читалось как «Коллеги, …». Всё равно больше никто кроме завсегдатых работников института не решит потревожить одиночество мужчины, так что куда лучше поставить телефон на авиарежим и не дергаться лишний раз.       Работа работой, а отдыхать всё-таки нужно.

***

      Город погружен во мрак. Серые беспросветные тучи уныло повисли на небе. Туман окутал каждую улочку и плотной пеленой лёг на Петербург. Неприятная морось мелкими каплями стекает по окнам домов. Сырость от такой погоды пробивала мелкой дрожью по всему телу.       Антон встал около девяти утра по нужде и заодно решил покурить. Выйдя на балкон в пижамных штанах и посильнее кутаясь в вязанную кофту, юноша затянулся желанным ядом и устремил свой взгляд в непроглядную даль. Привычный пейзаж за окном был крайне уныл и мало просматриваем. Ещё вчера по-осеннему яркие деревья стояли совершенно тусклые, будто ветер сорвал с них не только большую часть листьев, но и выдул всю жизненную энергию. Поломанные ветви обречённо висели на ещё не высохшей коре, грозясь нанести кому-нибудь физический или материальный ущерб, а другая же часть деревьев жалко валялась на грязной земле.       Так или иначе картинка за окном и температура на улице оказывает влияние на наше эмоциональное состояние. Шасту сейчас эта погода казалась как никогда правильной. Будто так и должно быть. Тоскливо, серо и спокойно.       Докурив, он вернулся в постель. Усталости не было, да и в сон не клонило, но делать что-либо не хотелось. Было лишь желание насладиться тишиной и умиротворенностью, обняв себя за коленки.       Меланхолия накрывала с головой. В добавок ко всему, оказалось, что, из-за сильного ветра, ночью оборвало провода и сколько займёт их восстановление оставалось загадкой. В любом случае, электричества в ближайшее время ждать было бессмысленно. Поэтому, не долго думая, Антон взял с полки первый роман Достоевского «Бедные люди» и погрузился в книгу.       Эту книгу Шастун когда-то взял в школьной библиотеке, по просьбе учительницы литературы, но так и не прочитал её, а вернуть и вовсе забыл. Сейчас же парень решил, раз у этого печатного издания такая история, то стоит отдать должное пожилой библиотекарше, которая простила долг нерадивому школьнику, в надежде, что он всё-таки прочтёт данное произведение, и всё же прочитать роман, благодаря которому Достоевский получил признание в своих кругах в те времена.       Честно признаться, «Бедные люди» не оставляют такого же впечатления, как, например, «Преступление и наказание». Если после прочтения последнего, Антон продолжительное время ходил с устрашающими мыслями в голове и вновь и вновь переживал прочитанное, то здесь же всё совсем по-другому.       Этот роман написан в совершенно непривычной для обычного читателя форме — переписке двух людей. Произведение пропитано искренним уважением Варвары Алексеевны и глубокой любовью Макара Дедушкина. Антон, позабывший эти чувства ещё в глубоком детстве, ощутил ноющую боль, как от старой плохо зажившей раны. Печать с номером родной школы ярким пятном выделялась на пожелтевшей странице ветхой книжки. Реальность крупица за крупицей ускользала из сознания парня, а неприятные воспоминания одно за другим появлялись в мыслях.       Что заставляет чужих людей рисковать своей судьбой и отдавать последнее во благо другого, тогда, как родной человек скупится на принятие факта твоего существования? Почему люди, в моменте любившие тебя и готовые отдать за тебя всё, не просто перестают любить, а начинают тебя ненавидеть?       Антон помнит, как будучи маленьким всегда спрашивал маму, почему люди любят и за что любят его. Он был убежден с детства, что просто так любить кого-то нельзя, всегда ведь любят за что-то. Мама всегда отвечала маленькому Антоше, что она любит его за то, что он просто есть. Спустя пару лет Антон задавался тем же вопросом, меняя в нём лишь одно слово. За что люди ненавидят и за что ненавидят его.       Как и в вопросе, в ответе менялось одно слово.       Вот так просто. В один день ты любимый, желанный и нужный просто потому, что есть в чьей-то жизни, а завтра этот человек будет желать избавиться от тебя. Сколько не копайся в мотивах и причинах поступков людей, разобраться в этом не получится. Люди исследуют космос, изучают океан, а человеческий мозг до сих пор остаётся неразгаданной тайной. Порой люди сами себе не в силах объяснить почему делают так или иначе, а что касается чувств — так тут сам черт ногу сломит.       Отбросив книгу на пол, Шаст подрывается с кровати и стремительным шагом выходит на балкон. Отравляющие разум мысли можно выкурить только не менее ядовитым дымом.       За окном всё так же серо и туманно, а время на часах показывает уже после обеда. Экран телефона горит тусклым светом, говоря о пришедшем уведомлении и Антон решает его проверить. Рабочий чат активизировался и все обсуждают предстоящую смену. Погода хоть и успокоилась, но, по прогнозу, вечером обещается дождь. Вероника сообщила, что ночью они закрывались из-за отключения света во всём здании и сейчас она обзванивает не отменивших бронь клиентов для подтверждения их прихода в связи с погодными условия, а Никита собирает информацию у сотрудников о готовности выйти на работу. После же, исходя из полученных данных, руководством заведения будет принято решение, откроет сегодня свои двери «Твой секрет» или нет. Часть коллектива отсеялась сразу же используя разные предлоги. Одному ехать дольше, чем работать, другая после вчерашнего с насморком, кто-то вчера до закрытия работал и даёт белый свет вчерашним халявщикам. В общем, у кого что. Но стоит признать, что есть люди в коллективе, готовые примчать по первому зову. Антон же, как и Даня с Викой, оставили принятие решения о своём вечернем времяпрепровождение за администраторами, комментируя это тем, что и поработать можно, но и дома скучать не будут.       До оглашения решения есть ещё несколько часов и Шаст решает не тратить это время на зависание в рабочем чате, а заняться чем-то полезным. Позавтракать для начала было бы неплохо, а там уже можно и учёбой заняться.       Тщательно прожёвывая очередную ложку творога, срок годности которого грозился отправить его в помойку в ближайшем будущем, и запивая всё ароматным зеленым чаем, заваренным из кастрюльки, потому что свет до сих пор не дали, а чайник только электрический, Антон давится, когда в шторке уведомлений всплывает уведомление от Попова.

Арсений Сергеевич 13:26

Здравствуй, Антон! Сейчас запишу тебе твои реплики. Каждую отдельным сообщением, чтобы легче было.

      Антон так и застыл над тарелкой, наблюдая, как одно за одним приходят голосовые сообщения от преподавателя. Забыл ли Шаст о своей просьбе? Нет конечно! Он верил, надеялся и ждал, но при этом грешил на то, что скорее Арсений Сергеевич сам про это забудет или не посчитает должным так помогать своему студенту, тратя своё личное время и выходя за стены института. Номер телефона преподавателя у Антона остался ещё с прошлого раза, когда он отправлял ему исходную версию сценария, но первым написать бы никогда не решился. А тут вот тебе, приятный баритон с правильным акцентом раздаётся из динамика с помощью одного касания по экрану. Вы 13:38 Здравствуйте, Арсений Сергеевич! Вы 13:38 Спасибо Вам огромное! Вы 13:38 Я даже не знаю, как смогу Вас отблагодарить за Вашу помощь. Вы 13:38 Вы так много делаете для меня…

Арсений Сергеевич 13:39

Антон, пожалуйста, хватит причитать и благодарить меня. У меня телефон сейчас взорвётся.

Вы 13:40 Ой Вы 13:40 Простите, пожалуйста. Вы 13:40 Я не специально.

Арсений Сергеевич 13:41

Антон

Вы 13:41 Ой Вы 13:41 Ещё раз спасибо, Арсений Сергеевич! Больше не буду терроризировать Ваш телефон.

Арсений Сергеевич 13:42

Ничего ты не терроризируешь. Просто не обязательно отправлять кучу сообщений в минуту.

Арсений Сергеевич 13:42 Когда вы выступаете?

Вы 13:42 А сами то… Вы 13:42 Концерт в эту пятницу уже. Вы 13:42 Вас не оповестили? В любом случае, я сам хотел подойти и сообщить, что нас с пар в этот день снимают, чтобы мы подготовились нормально.

Арсений Сергеевич 13:43

Да, точно, говорили. Забыл совсем.

Желаю удачи!

Вы 13:43 Огромное спасибо! Вы 13:43 И за помощь спасибо!

Арсений Сергеевич 13:44

Антон…

Арсений Сергеевич 13:45

Обращайся, если что)

Вы 13:45 Спасибо)       Заблокировав телефон и отложив его на стол, Шаст так и сидел на табуретке с глупой улыбкой на лице. Неужели Арсений Сергеевич сам захотел с ним пообщаться, раз не закончил на банальном «Пожалуйста» и дальнейшем игноре? Или это влюблённое воображение парня всё надумало, а преподаватель продолжал диалог только из вежливости? Последнее думать точно не хотелось. В груди странно щемило, но это было не хорошо знакомое чувство боли, а скорее наоборот. Что-то такое приятное, нежное и очень хрупкое. Странное ощущение, которое щекотало внутренние органы в районе сердца. Хотелось сохранить это приятное переживание как можно дольше или хотя бы запомнить его.       Человек по роду своему крайне удивителен. Сможет ли кто-нибудь когда-нибудь описать в полной мере, что мы способны чувствовать и испытывать? Как пара сообщений может в моменте прогнать всю ту боль и тоску, что сеялись годами и ещё меньше часа назад заставляли проглатывать горькие слёзы, не давая им бурной рекой выйти наружу, и сейчас придавать чувство лёгкости и спокойствия? Люди в своём мироощущение многогранны. Кто ещё из живых существ способен испытать столько оттенков боли и любви?       Но так же как и уникальны, люди ещё и глупы. Ведь испытать всю ту любовь, на которую мы способны, человек может только после бесчисленных страданий. Значит ли это, что есть пик счастья, после которого снова следуют страдания? И как же добиться покоя? Или лучше вновь и вновь скатываться с этой горки, чтобы почувствовать себя живым?       Решив не нырять в пучину этих глубоких дум, Шаст в два счёта дожевал свой обеденный завтрак и полетел на крыльях любви переместился в комнату за своё рабочее место, дабы заняться подготовкой к выступлению. Оно будет уже через пару дней, и хоть Антон и хорошо знает сценарий, слова запомнить надо. Сосредоточиться на фразах, конечно, сложно, ведь мысли так и пытаются убежать в сторону размышлений об Арсении Сергеевиче и вновь переживать эти щемящие сердце чувства, но времени в обрез, и пока не сообщили о решении сегодняшнего выхода на работу, надо использовать его по полной.       Арсений Сергеевич столько провозился со своим студентом, что подставить его и оплошать на сцене Шастун себе позволить не мог.