Воспитание протагониста

В одном мире Ким Докча послушал свою мать и снова начал читать историю. Он поглощал одни и те же слова снова и снова, пока они не впечатались в его сетчатку, пока истории не поселились в его мозгах и не остались там. Он поглощал книги так, словно они были его спасательным кругом и давали ему мотивацию прожить ещё один день, пока он не найдет что-то ещё, ради чего стоит жить. В этом мире Ким Докча нашёл семью, которую полюбил, и семью, которая полюбила его в ответ, но только после многих лет страданий, душевных мук и постоянных жертв, на которые он всегда был рад пойти. В этом мире Ким Докча, возможно, был одиноким ребёнком, но у него была своя семья и он был, прежде всего, читателем. Но это не тот мир. В этом мире Ким Докча слушает свою мать и снова читает историю. Он поглощал одни и те же слова снова и снова, до тех пор пока агония не пробежит по венам, и он научится ненавидеть персонажей, которые сделали его имя. Он смотрел на слова и не видел ничего, кроме боли и страданий рядом с собой в будущем. В этом мире у Ким Докча были только постоянно отсутствующая мать, мертвый отец и книга, в которой их кровавое прошлое было выставлено на всеобщее обозрение. Когда-то это была их история, но теперь это не их история. В пятнадцатый день рождения Ким Докча поднялся по скрипучей лестнице на крышу самого высокого здания школы. Он почувствовал, как холодный зимний ветерок ерошит его волосы. Он закрыл глаза и прыгнул. Он всегда знал, что именно так закончится его история, и встретил это с распростертыми объятиями. Ким Докча почувствовал, как тихое облегчение наполняет его тело, когда он увидел приближающийся тротуар. Даже он мог это сделать. Неважно, что в книгах ему казалось, что всё будет хорошо и что злодей всегда будет побеждён, он знал, что этого не произойдёт. Не будет рыцарей в сияющих доспехах, которые спасут его, не будет волшебников, которые сотворят чудо, не будет джинов, которые исполнят его желания. Ким Докча знал, что его не ждет счастливый конец. Но потом он проснулся. Он проснулся, когда ему уже не суждено было открыть глаза, и его встретило жжение антисептика в носу и ещё одно жжение в глазах, которое не имело ничего общего с ярким светом на потолке. Писк различных сигналов приборов едва улавливался в его сознании. Врачи и медсёстры вбегали, тыкали его то в одну, то в другую сторону и просили пройти обследования, которые, как он понимал, были важны, но у него не хватало сил. Ему казалось, что он слышит голоса, бормочущие о том, что это чудо, что куст смягчил его падение, или что он не должен был выжить после такого сильного падения. Но он как-то выжил, и всё, о чём Ким Докча мог думать, это о том, что он никогда в жизни не делал ничего правильно. Он даже умереть не смог правильно. Боль от неудачной попытки нахлынула на него, как цунами. Он ждал, когда сожаление обрушится на него. Но так и не дождался. Он подумал, может ли он умереть от своих неудач. Он надеялся, что да. Он закрыл глаза и молился о том, чтобы никогда больше не проснуться. *** "Мама", – прошептал Ким Докча, широко раскрыв глаза, которые метались туда-сюда в тусклом свете, проникающем через шкаф. Ли Сокюнг мягко прикрикнула на него, а руки быстро зашевелились, чтобы набросить на него побольше одеял. Он попытался снова что то сказать, но уже с большей настойчивостью. Это было важно. "В чем дело, Докча-я? Ты же знаешь, что сейчас мы должны вести себя очень тихо", – пробормотала она, быстро оглянувшись. Её тело напряглось. Времени у них было в обрез. Она перетасовала несколько коробок, чтобы спрятать его получше. "Я знаю, мама, но..." – Ким Докча споткнулся о свои слова. – "Что если... Что если мы убежим? Как в сказках, которые ты мне рассказывала, про принцессу, коня и рыцаря! Мы могли бы... Мы могли бы уехать куда-нибудь ещё! Туда, где он никогда не найдет..." Хлопнула входная дверь, и его мать быстро захлопнула дверцу шкафа. Тяжелые шаги приближались к тому месту, где они находились. "Наконец-то, я нашёл тебя, сука", – прорычал пьяный мужчина. Он сделал глоток из бутылки, которую держал в одной руке, а другой схватил мать и потащил её за волосы. Ким Докча плотно закрыл рот руками, чтобы заглушить рыдания при болезненном крике матери; отец не любил, когда он громко кричал. "Что, что ты вообще делала, а?" – пролепетал он, всё ещё крепко держась за волосы Сокюнг. Наступила пауза. – "Что, что ты пыталась скрыть, а?" "Ничего", – сказала его мать немного слишком быстро. – "Я просто убиралась". Его отец заметил её поспешность. "Лгунья!" – Ким Докча услышал приглушенный стук и закрыл глаза, еще больше зажмурившись. "Я знаю, что ты обманываешь. Ты шлюха. Где этот ублюдок?" – ещё одна пауза. – "В шкафу". "Нет!" – крикнула Ли Сокюнг, бросаясь всем телом, чтобы остановить его продвижение к шкафу. Не ожидая от неё ответного удара, он потерял равновесие и ударился рукой о дверцу шкафа, чтобы не упасть. Ким Докча вздрогнул от грохота двери и нервно наблюдал за тенями, мелькавшими взад и вперед в щели между дверью и полом. Он прижал ладони к ушам, чтобы заглушить звуки встречи плоти с плотью. Он пытался заглушить эти звуки, думая о храбрых рыцарях, о принцессах в башнях и добрых драконах. Он пытался отвлечь себя историями, в конце которых были только счастье и смех. Это не помогало. Позже, гораздо позже, когда отец ушёл и снова становилось тихо, он выходил из чулана и осторожно подходил к лежащей на полу матери, стараясь не наступить на осколки стекла. Ким Докча осторожно приводил её в чувство и вел в ванную. Он доставал аптечку и начал промывать порезы на её лице, руках, ногах, везде. Он наматывал неуклюжие бинты на её руки. Он начинал рассказывать о последней прочитанной книге, пока остекленевшим глазам матери не удавалось снова сфокусироваться на нем. "Докча", – медленно прошептала она. Он наблюдал, как движение открыло рану на её губе. Придется наложить еще одну повязку. – "Что... Что ты говорил раньше?" Ким Докча молчал несколько мгновений: "Ничего, мама", – ложь горела в его горле, и он закрыл глаза, вздрогнув от вздоха. – "Это... неважно, просто слова". "Хорошо", – кивнула она. Проводив её в спальню отдохнуть, Докча вернулся в ванную, чтобы все убрать. Он вспомнил разъярённое лицо отца, то, как он избивал собственную жену. Как бы он поступил со своим сыном, если бы нашел его прячущимся в шкафу? Ким Докча невесело усмехнулся. Если уж так случилось, что отец увидел его мать, скрючившуюся у двери чулана, то представьте, что бы он сделал, если бы узнал, что они пытаются сбежать. "Ничего", – повторил про себя Ким Докча. – "Ким Докча, ты идиот. Это совсем неважно". Так было проще. Аптечка с легким щелчком закрылась. *** Когда он проснулся в следующий раз, его сознание было более ясным. Вокруг него суетилась медсестра, проверяя что-то в карте, щипая его за пальцы и настраивая трубки вокруг него. Позже пришел врач и начал рассказывать о множестве полученных им травм. Потому что, как оказалось, после падения с пятого этажа можно получить множество переломов - и о том, что "это чудо, что он упал на куст, который смягчил его падение настолько, что спас его". Ким Докча просто смотрел на трепещущие на ветру марлевые занавески, проникающие в открытое окно. "Это был действительно опасный трюк", – пожаловалась медсестра после того, как врач ушел, дав еще несколько указаний по поводу терапии, помещения в психиатрическое отделение и прочего, на что Ким Докча не потрудился обратить внимание. "Вам повезло, что вы сейчас живы", – сказала медсестра. Когда он ничего не ответил, она раздражённо вздохнула. Ким Докча молча смотрел на гипс на своих руках и ногах, на гипс, обездвиживающий его сломанное бедро, доходящий до половины живота. Он посмотрел на знакомые белые бинты, покрывавшие каждый участок его кожи. "Дети в наше время только прибавляют работы остальным. Вы знаете, как сейчас загружена больница? Эту комнату можно было бы использовать для кого-то другого, кому она действительно нужна". Она продолжала жаловаться, даже когда уходила, оставив Ким Докча только с его мыслями и изношенным телом, которому не суждено было прожить так долго. Ким Докча закрыл глаза и позволил темноте поглотить себя. *** "Докча-я", – спросила его мать, усталая улыбка появилась на её бледном лице. – "Почему ты так любишь читать сказки о рыцарях и принцессах?" Ким Докча медленно провел пальцем по корешку любимой книги, не обращая внимания на то, что движение тянуло его по швам. "Потому что рыцари всегда спасают принцессу, и они всегда, всегда побеждают плохого парня, несмотря ни на что", – сказал он, глядя на неё широко раскрытыми глазами. – "А потом они живут долго и счастливо!" "О, Докча", – сокрушенно прошептала его мать, притягивая его худенькую фигуру в трепетные объятия. – "Докча-я. Мой маленький читатель, мне так жаль. Маме очень жаль". Спустя какое-то время Ким Докча поймет, почему по щекам его матери текли слезы. *** Он не знал, как долго проспал в этот раз, но почувствовал рядом с собой движение, и на секунду ему показалось, что он снова в том разбитом доме в окружении ещё более разбитых бутылок. Ким Докча вздрогнул, инстинктивно отшатнувшись в сторону, насколько это было возможно благодаря пластику, обездвиживающему его суставы, и не обращая внимания на резкую боль, наполнившую его тело при этом действии. "О! Я вас разбудила?" – это была всего лишь другая медсестра. Ким Докча дышал сквозь панику. – "Прости, прости, я просто пытаюсь всё организовать. А у меня здесь заряжается ваш телефон, мы нашли его в вашей сумке. Я подумала, что вы захотите им воспользоваться, тем более что сейчас вы не можете делать ничего, кроме как лежать в постели". Она, казалось, не возражала против его молчания, радостно болтая, пока выполняла свои обязанности. Ким Докча был рад, и позволил фоновому шуму убаюкать его и расслабить. Следующие несколько дней прошли в том же духе. Ким Докча то засыпал, то просыпался, как рыба, всплывающая с большой глубины, с трудом и неохотой. Он молча наблюдал за тем, как различные сотрудники выполняют свою работу вокруг него, и был измотан усилием воли, поэтому просто спал и надеялся, что ему ничего не приснится. Повторять и повторять. *** Однажды волонтер пришел передать ему несколько книг для чтения, и Ким Докча так сильно вздрогнул при виде этих книг, что одна из внутривенных игл, вставленных в его руку, выпала, что вызвало тревогу. Прибежали медсестры, и бедный доброволец выглядел так, будто вот-вот заплачет. После этого ему не приносили ни одной книги. *** "Докча", – эхом звучали в его голове слова матери. – "Прочитай это ещё раз." "Нет", – прошептал он, крепче сжимая одеяло. Слёзы затуманили его глаза, и он едва мог разглядеть выцветший узор. – "Нет, я не хочу". Смятые страницы книги, которую он не щадя бросил на пол в спальне, насмехались над ним. Прочитай это снова, прочитай это снова, прочитай это снова, прочитай это снова, прочитай это снова, прочитай это снова, прочитай это снова... Он зажмурил глаза и испустил дрожащий вздох. Медленно он встал, дрожа от холода, когда холодный пол встретился с его босыми ногами. Ноги чуть не подкосились, когда он увидел фотографию автора в конце книги, увидел отзывы, написанные на её обороте, в которых воспевалось то, как его мать выставила их грязное белье на всеобщее обозрение. Он поднял книгу и смог вернуться к своей кровати, после чего рухнул на потёртые простыни. Дрожащими пальцами он вернулся к первой странице *** Ким Докча с трудом открыл свои сухие глаза в тусклом свете луны. Слова крутились в голове, как ядовитая мантра, с каждой секундой подтачивая его рассудок. Его глаза блуждали по сторонам, ни на что не глядя, пока взгляд не упал на экран старого телефона. Он сомневался, что там его ждут какие-либо сообщения, но, возможно, он сможет найти бесплатную игру или что-то в этом роде. Он решительно не думал о загруженных главах романа. Докча думал, что их будет достаточно, чтобы прожить ещё один день, но со временем даже волнение от нового обновления угасло, и он решил... ну, во всяком случае. Он разблокировал телефон и уставился на главную страницу. На его телефоне была игра. Ким Докча моргнул, ошарашенно смотрел на треснувший экран телефона. Откуда там игра? Он никогда не играл в них раньше, да ему это и не требовалось, потому что долгое время книги были единственной компанией, в которой он нуждался. И посмотрите, чем это обернулось, с горечью подумал он. "Что ж", – пробормотал он про себя. – "Посмотрим, к чему это приведёт". Он щёлкнул по значку приложения. [Есть три способа выжить в разрушенном мире.] Ким Докча с любопытством поднял брови. Все ли игры такие? Он не знал. [Сейчас я не смогу вспомнить их все, но один я знаю точно. Тот факт, что вы читаете это, означает, что вы выживете]. При этих словах у него перехватило дыхание, нос немного заныл. Разве не этого он ждал всю свою жизнь? Кто-то должен был сказать ему, что он сможет выжить и выстоять? Иронично, что он нашёл это только после того, как решил, что его жизнь больше не нужна, и он немного жалел, что не нашёл этого раньше. Может быть, тогда было бы легче всё перенести. Ким Докча посмотрел на экран, на короткие предложения в синих всплывающих окнах и принял решение. Он не мог читать книги, но он мог играть в эту игру. Текстовые поля казались более понятными, чем тысячи слов на сотнях страниц. Когда история подается ему в виде кусочков, её легче переварить. Он коснулся экрана, чтобы продолжить. Его глаза медленно перемещались по словам, затем набрали скорость, когда он погрузился в разворачивающуюся перед ним историю. Итак, ему предстояло играть за так называемое созвездие. Он должен был выбрать персонажа, также известного как воплощение, для спонсорства. Созвездия помогали воплощениям выполнять сценарии, чтобы получить истории и монеты – вещи, которые, как предполагал Ким Докча, используются в этом мире в качестве валюты. Следующая строка привлекла его внимание. Ваша главная цель – сохранить жизнь своего воплощения. Хм. Он не знал, чего ожидать, но это точно был не этот сломанный текст. Снова коснувшись экрана, приложение подробно описало его задачу. Здесь были различные счётчики, фиксирующие состояние воплощения, от здоровья до голода, силы и настроения? Если любой из этих показателей опускается ниже определенного уровня, то вероятность того, что воплощение скоро умрет, возрастает в геометрической прогрессии. Он снова постучал по экрану. Выберите название своего созвездия. Ким Докча на мгновение застыл, затем решительно нажал кнопку "Создать имя". На экране появились беспорядочные буквы, перекатывающиеся с одной на другую. Медленно, одна за другой буквы встали на свои места, создав его имя. Звездный поток приветствует созвездие 'Древнейшая Мечта'. "Древнейшая Мечта, ага", – тихонько хихикнул Ким Докча, слегка поморщившись от того, как затрещали его заживающие ребра. – "Как подходяще". Выберите свое воплощение. Под командой был список имен. С любопытством он щёлкнул на одно из них, где было написано "Хан Мьюнго". Пикселированный экран медленно сфокусировался и показал бизнесмена средних лет в костюме. Ким Докча взглянул на фотографию и тут же вернулся к списку имен. Определённо, это не тот человек. Он пролистал список и дошел до конца, и тут его внимание привлёк человек без пиксельной фотографии профиля. У Ю Джунхёка на месте фотографии был только чёрный экран, а в списке персонажей ничего не было. Буквально ничего. Все разделы были либо зацензурены чёрными квадратами, либо заполнены вопросительными знаками. Неужели эта игра сломана? С любопытством он попробовал нажать на квадратики. Ничего. Он попытался нажать кнопку "назад", чтобы вернуться на главную страницу. Теперь вы являетесь спонсором воплощения 'Ю Джунхёк'. Подождите. Что? Ким Докча побледнел, когда понял, что он сделал. Он случайно нажал не на ту кнопку. Непонимающе глядя на гипс, покрывающий его руку, запястье и предплечье, он попытался пошевелить большим и указательным пальцами, единственными, которые не были обездвижены гипсом, и застонал от досады. Но не успел он предаться размышлениям о своей неспособности нажимать простые кнопки, как на экране появилось новое окно. Запустить платную услугу? Терять ему было нечего, так что можно было и продолжить. Ким Докча вздохнул и нажал "да". Экран превратился в сцену в вагоне метро, камера медленно перемещалась по пассажирам, пока не остановилась на подростке в чёрном. Его руки были скрещены, а лицо неприятно нахмурено. Желая рассмотреть его получше, Ким Докча нажал на него и едва не задохнулся, когда экран увеличил лицо так называемого воплощения. Затем он снова едва не задохнулся, увидев черты лица мужчины – нет, бога. Волнистые волосы свободно свисали на лоб, достаточно длинные, чтобы скрыть одну бровь, которая была нарисована низко в гневе или раздражении, Ким Докча не мог определить. Двойные веки обрамляли верхнюю часть его тёмных глаз, один из которых, Ким Докча готов поклясться, на долю секунды стал золотым. Наверное, это обман света, ошеломлённо подумал он, сосредоточившись на том, как густые ресницы при каждом медленном моргании касаются его щёк. Глаза Ким Докча проследили за высокой переносицей, спустились к изгибу щеки, всё ещё мягкой, а затем прошлись по острой челюсти. Мальчик поёрзал на кровати, и взгляд Ким Докча тут же приковался к тому, как под темной рубашкой с длинными рукавами напряглись его наверняка упругие бицепсы. "Вау", – пробормотал Ким Докча, его глаза метались туда-сюда, чтобы рассмотреть каждую деталь этого богоподобного персонажа. – "...Разработчики действительно постарались над ним". Ким Докча с волнением снова нажал на персонажа, чтобы рассмотреть его получше, и на экране появился список персонажей. Он уже собирался проигнорировать его, когда увидел имя, указанное вверху. "...Ю Джунхёк?" – спросил он. – "Это Ю Джунхёк???". Ким Докча был бесконечно рад своей сломанной руке. Это вовсе не было ошибкой! Какое-то движение в углу экрана привлекло его внимание, и он тут же вынырнул из своих мыслей, чтобы внимательно следить за игрой. Белое существо, представившееся как доккэби Бихьюнг, материализовалось из воздуха, чтобы объяснить, что произойдет дальше. Как раз в тот момент, когда Ким Докча читал синие текстовые поля, Ю Джунхёк переместился и убил всех в поезде. Он просто... убил всех в поезде. Ким Докча смотрел на разбрызганную повсюду кровь. Это... нормально? Как же это всё достало! Затем люди, которых только что убили, медленно встали, как будто их тащили за невидимые нити, и начали пробираться к Ю Джунхёку. Ким Докча наблюдал, как тот пытается отбиться от них, и, честно говоря, у него неплохо получалось, но в конце концов он начал игнорировать их. Сердце Ким Докча колотилось о ребра. Неужели его воплощение умрёт в самом начале игры? Отчаявшись в неведении, он начал беспорядочно стучать по экрану. Закрытая дверь метро скрипнула, и он просиял, когда металл со скрипом открылся и образовалась щель, достаточно широкая, чтобы в ней мог поместиться человек. Вернувшись к Ю Джунхёку, который отважно сражался под грудой зомби, Ким Докча медленно провел пальцем по верхней части кучи трупов, с удивленным ликованием наблюдая, как они летят по экрану. Ким Докча постучал по груди Ю Джунхёка и вытащил его за дверь, которую с силой открыл. Обойдя мерцающий мост, он сразу же перебросил Ю Джунхёка на другую сторону, где не было монстров. Теперь он должен быть в безопасности. Довольный своей победой, Ким Докча не заметил, как настроение Ю Джунхёка упало до отрицательного. Ю Джунхёк встал и начал отходить в сторону. Ким Докча наблюдал, как тот подобрал на земле большую палку, с любопытством ожидая, что он собирается с ней делать. Ю Джунхёк поднял палку и ударил себя в горло. Кровь хлынула из раны, и Ю Джунхёк упал. Краски исчезли с экрана, оставив зернистую монохромную пленку над истекающим кровью телом Ю Джунхёка. Ким Докча в шоке выронил телефон. Что только что произошло? Разве у них не всё было хорошо? Почему Ю Джунхёк только что покончил с собой? Его разум метался от шока и замешательства, и он почти не заметил, как экран превратился в экран персонажа Ю Джунхёка, чтобы показать его последнее состояние перед смертью. Ким Докча заметил, что его шкала настроения стала отрицательной, и застонал, вспомнив, как игра говорила ему, что если хоть один из них опустится ниже определенного уровня, то персонаж скоро умрет. И под словом "скоро" эта хитрая игра подразумевала немедленную смерть. Активировать стигму 'Регрессия'? "Это сложнее, чем я думал..." – пробормотал про себя Ким Докча, даже когда его палец коснулся кнопки "Да". Игра началась точно так же, и Ким Докча наблюдал, как Ю Джунхёк спокойно сидел на своем месте, пока вокруг него происходило столпотворение с появлением доккэби. Он встал, не спеша, как будто просто прогуливался по парку, и свернул шею женщине, присевшей рядом с ним. Он откинулся в кресле и стал наблюдать, как сдирается блестящая фанера и обнажаются самые уродливые части человечества. Затем выжившие попарно пробирались по мосту, и когда подошла очередь Ю Джунхёка, кто-то решил, что больше не может ждать, и бросился вперед. Ким Докча побледнел, увидев трещины на мосту, и поспешил поймать Ю Джунхёка, пока тот не упал. Вздохнув с облегчением, он медленно перенёс Ю Джунхёка обратно на мост, не обращая внимания на крики тех, кто остался позади, и поставил его на землю, на этот раз осторожно, ведь теперь он более-менее лучше контролировал свои пальцы. Ю Джунхёк поднял лицо к небу, выражение его лица не поддавалось прочтению, и прыгнул прямо в каньон. Он упал на неровные камни, прежде чем Ким Докча успел среагировать. Экран стал серым, и на нём появился список персонажей. Его настроение было еще более негативным, чем в прошлый раз. Ким Докча уставился на него, разочарование застыло у него в горле. Он снова нажал кнопку "Да". Экран пронёсся по станции метро, а затем снова сфокусировался на лице главного героя. Ким Докча немного насторожился, но был рад ещё немного поглазеть на этого красивого героя, когда Ю Джунхёк вдруг встал, схватил зонтик мужчины рядом с ним и снова ударил себя. Экран стал монохромным, на этот раз на нём появилось изображение обмякшего тела Ю Джунхёка, а пассажиры вокруг него запаниковали от увиденного. Ким Докча хотелось кричать. Он снова нажал на кнопку "Да". На этот раз, когда камера сфокусировалась на лице Ю Джунхёка, Ким Докча быстро открыл список персонажей и посмотрел на шкалу состояния Ю Джунхёка. Он вздохнул с облегчением, увидев, что шкала настроения остается выше критического уровня, но он не терял бдительности, ожидая каких-либо изменений. Затем Ю Джунхёк повторил свои действия из первой жизни, без колебаний убив всех остальных пассажиров. Затем он стоял и ничего не делал, пока полчища нежити наступали на его беззащитное тело. Ким Докча выругался под нос и пошевелил пальцем, чтобы Ю Джунхёк снова оказался в безопасности. Ю Джунхёк наклонился, чтобы поднять камень, и Ким Докча выбил предмет из его рук. Он поднял палку, но Ким Докча отбросил и её. Он подошел к краю сломанного моста, и Ким Докча поспешно оттащил его назад. Ю Джунхёк смотрел на небо, один его глаз сверкал золотом. Ким Докча запаниковал при виде того, что настроение Ю Джунхёка снова упало, и отчаянно постучал по экрану, пытаясь найти способ поговорить с ним. "Почему этого не было во введении раньше", – жаловался Ким Докча, продолжая исследовать экран. – "Неужели все игры предоставляют своим игрокам незаконченные инструкции?" И, словно услышав его недовольство, на экране появилось новое окно. Вы разблокировали 'Полуденную Встречу'. Теперь вы можете приватно общаться со своим воплощением. "Хорошо, отлично, спасибо. Теперь как мне это использовать?" Вы можете получить доступ к этой функции через окно сообщений, расположенное внизу. Ким Докча уставился на текст, который, казалось, читал его мысли, и отмахнулся от него. Это было неважно, главное для него сейчас – поговорить с Ю Джунхёком и не дать ему снова регрессировать. Ю Джунхёк по-прежнему смотрел на небо, не шевеля ни единым мускулом с тех пор, как Ким Докча остановил его последнюю попытку самоубийства. Ким Докча медленными, неуклюжими пальцами набрал «— Привет». Глаза Ю Джунхёка расширились, несомненно, он был удивлен сообщением. Ким Докча задался вопросом, видит ли он также голубой экран прямо перед собой, и ему было любопытно, как он ответит. «— Что тебе от меня нужно?» Как требовательно. Ким Докча заметил, что рот Ю Джунхёка вообще не двигался. Это действительно было только между ними двумя. Он проигнорировал странное чувство в груди при этой мысли. Его пальцы нерешительно подёргивались над экраном, пока он раздумывал, что ответить. Через некоторое время Ким Докча решил ответить честно. «— Я хочу помочь тебе увидеть конец сценариев». Ким Докча увеличил изображение лица Ю Джунхёка и проследил, как его тёмные глаза расширились от шока. Возможно, для других это было не так заметно, но Ким Докча всю жизнь внимательно следил за мыслями других людей и реагировал на язык их тела. Было проще избегать хулиганов, если ты знал, когда они планируют тебя избить. «— Зачем? Что ты с этого получишь?» Причина жить. Конечно, Ким Докча не напечатал это, но он усмехнулся при этой мысли. Конечно, разработчикам игры не пришло в голову создать реакцию персонажа на это. «— Я хочу увидеть эпилог», – напечатал он бессмыслицу. Он надеется, это имело смысл для алгоритма игры. Ю Джунхёк замолчал на некоторое время, а Ким Докча не прерывал его, желая ещё немного посмотреть на это красивое лицо. Ю Джунхёк действительно заслужил звание главного героя. Ким Докча хотел похвалить команду разработчиков. Наверняка большая часть бюджета была потрачена на то, чтобы с любовью прорисовать черты лица Ю Джунхёка; количество деталей было просто безумным. Прежде чем Ю Джунхёк ответил, на экране появилось сообщение. Созвездие 'Древнейшая Мечта', пожалуйста, спросите у воплощения 'Ю Джунхёк', не хочет ли он взять вас в спонсоры. Ким Докча поднял бровь. Разве он уже не был его спонсором? Ну что ж, в любом случае, можно и спросить. Возможно, это был один из тех вопросов, которые запускают следующее событие в игре. Он читал о таких вещах в некоторых онлайн-романах, прежде чем... ну... Он отогнал эти мысли. Ю Джунхёк ответил. «— Это то, чего ты действительно хочешь?» «— Да», – сказал Ким Докча, и, вспомнив о текстовом поле, которое он только что видел, сказал: «— Я хочу быть твоим спонсором. Я помогу тебе достичь желаемого». В этот раз Ю Джунхёк так долго не отвечал, что Ким Докча чуть не заснул после отправки сообщения. Он резко проснулся, когда появился новый синий экран. «— Я принимаю». Эти два простых слова наполнили Ким Докча неописуемым счастьем. Наконец-то он сделал что-то правильно. Но, торопясь ответить, он случайно провёл пальцем по экрану, схватил Ю Джунхёка за рубашку и отправил его в полет с моста прямо в пасть огромного зверя. Ким Докча с ужасом наблюдал за происходящим, не в силах ничего сделать, кроме как смотреть на трагедию, разворачивающуюся прямо на его глазах. Все произошло очень быстро, но не настолько быстро, чтобы Ким Докча не заметил убийственного блеска в глазах Ю Джунхёка, когда тот падал в пасть. Рыбоподобное чудовище с гулким щелчком сомкнуло челюсти, проглотив Ю Джунхёка целиком и тут же с большим всплеском скрылось под водой. Чёрт.