Воспитание протагониста

"Хорошо", – сказал доктор Джин. – "Это был действительно хороший второй сеанс. Завтра в это же время я снова приду к вам на физиотерапию. Отдохните немного". Ким Докча кивнул, на его лбу выступили бисеринки пота, когда он пытался отдышаться. Доктор собрал своё оборудование и вышел из палаты, а он осторожно пытался разогнуть пальцы и запястья. Его сломанные кости наконец зажили достаточно, чтобы снять гипс. Докча надеется, его вновь обретённая подвижность позволит избежать новых несчастных случаев в игре. Он покраснел при воспоминании о том, как во время первого сценария бросил Ю Джунхёка в пасть монстра. По крайней мере, все обошлось, но Ким Докча всё равно был немного недоволен тем, что начало сеансов физиотерапии означает, что он будет проводить больше времени вдали от игры. Он нащупал телефон на прикроватной тумбочке, чуть не уронив его от слабости рук. Ему пришлось несколько раз вводить пароль, потому что дрожащие пальцы нажимали не на те клавиши. "Хорошо, Джунхёк-а", – сказал он. – "Давай пройдем несколько сценариев". Экран загрузки появился на несколько секунд, а затем превратился в текущее изображение. Ю Джунхёк в данный момент точил свой меч. Ким Докча легонько похлопал его по спине и подтащил на несколько футов. Ю Джунхёк мгновенно напрягся, поправил рукоять меча и поднял его, чтобы сразиться с неизвестной угрозой. Как только он понял, кто это, он слегка закатил глаза и позволил своему телу обмякнуть в воздухе. Ким Докча усмехнулся и несколько раз качнул его тело вперед-назад, после чего аккуратно опустил его на землю. Ю Джунхёк посмотрел на небо и прямо на Ким Докча через экран. Он несколько мгновений восхищался тем, насколько детально разработчики проработали эту игру; ваше воплощение могло даже "смотреть" на вас, пока вы с ним разговаривали! «— При вет», – медленно напечатал он, слегка скривившись от случайного пробела в середине слова. Ю Джунхёк ответил быстро, и он вздохнул с облегчением. Хорошо, игровой алгоритм мог понять его сообщения даже с такими незначительными орфографическими ошибками, как эта. «— Надеюсь, ты не слишком обиделся!» «— Тебя не было некоторое время». А, это. Ким Докча отсутствовал всего полтора часа, но он знал, что в игре время течёт иначе, чем в реальности. Согласно вводной доккэби, игровое время синхронизировалось с реальным, когда он был в приложении, но проходило быстрее, когда его не было. Он рассеянно думал, сколько времени проходит в игре, когда он спит; не то чтобы он много спал, но эти несколько часов, конечно, должны были что-то значить. «— Извини», – сказал он. «— Ка к дол го?» Ким Докча было любопытно, как внутриигровой алгоритм рассчитывает разницу во времени в игре. В прошлый раз его полуторачасовой сеанс терапии длился три часа в игре. Казалось, что игра во времени проходила в два раза быстрее, когда он был вне игры, но он хотел еще раз проверить. Ю Джунхёк слегка обеспокоился вопросом. «— Ты не знаешь?» «— Извини, был занят». «— Тебя не было восемь дней». Восемь дней? Что? Ким Докча запаниковал. Неужели эта игра сломалась? Где последовательность? Как три дня превратились в восемь? «— Древнейшая Мечта?» Ким Докча был так занят, пытаясь понять, какую математику использует алгоритм игры, что чуть не пропустил сообщение. Он быстро ответил: «— ?» Ю Джунхёк несколько секунд молчал, не сводя глаз с неба. Его челюсть слегка напряглась. «— Ты готов начать?» «— Да, начинаем». Они начали следующий сценарий, и Ким Докча быстро забыл о нечитаемом выражении на лице Ю Джунхёка. *** Полоса настроения Ю Джунхёка упала, и Ким Докча сразу же запаниковал. Он судорожно пытался вспомнить, почему главный герой вдруг впал в депрессию, но ничего не мог придумать; Ю Джунхёк только и делал, что оглядывался на него. Он быстро набрал: «— Что-то не так?» Ю Джунхёк не отвечал несколько минут, и сердце Ким Докча громко стучало в груди. Он уставился на заполненную наполовину полоску, которая медленно, шаг за шагом, опускалась вниз, пока не оказалась чуть выше критической отметки. «— Нет», – сказал он и снова начал быстро идти по пыльной тропинке. "Почему ты всегда такой сложный?" – сказал Ким Докча. Он настороженно посмотрел на шкалу настроения, которая снова начала подниматься крайне медленно, и вздохнул. Надеюсь, больше такого не повторится. *** Это случилось снова. Прошло несколько дней, когда Ю Джунхёк снова оглянулся. Он прикончил очередного врага и повернул голову, чтобы посмотреть через плечо с ещё одним нечитаемым выражением лица, и в голове Ким Докча зазвенели тревожные колокольчики, когда он увидел, что настроение главного героя начало падать. Его ум завихрился, пытаясь понять причину. Будет ужасно, если они зайдут так далеко, а Ю Джунхёк снова покончит с собой, потому что Ким Докча не может понять, на что он намекает. "Зачем кому-то постоянно оглядываться?" – пробормотал про себя Ким Докча, пытаясь подтолкнуть Ю Джунхёка, чтобы поднять ему настроение. Это немного помогло, поэтому он продолжал толкать, толкать и поднимать Ю Джунхёка до тех пор, пока перекладина не стала относительно устойчивой. Только тогда Ким Докча немного расслабился. "Он боится, что кто-то устроит ему засаду?... Нет, не должен". Ю Джунхёк был достаточно силен, чтобы победить любого, кто даже подумает напасть на него, так что дело было не в этом. Может, он от чего-то убегал? Ким Докча быстро отбросил эту мысль. Ю Джунхёк тоже никогда бы так не поступил, он не был трусливым, как Ким Докча. Но почему же тогда Ю Джунхёк постоянно оглядывался? Он уже хотел вырвать волосы от досады, когда его внимание привлекла реклама, в которой ребенок тащил за собой свою мать. Он почти забыл о телевизоре в своей палате после того, как вновь обнаружил свой телефон, но одна из медсестёр, должно быть, включила его сегодня утром. Это было похоже на какой-то рекламный ролик, рекламирующий лекарство. Маленькая девочка потянула свою мать за руку в сторону детской площадки, а затем побежала на встречу со своим другом. Затем она обернулась и помахала маме рукой, призывая её перестать отставать. Ю Джунхёк оглядывался назад не потому, что боялся или опасался засады или чего-то подобного. Он искал кого-то. Кого-то, кого не было здесь, в этой регрессии. Ким Докча знал о прошлых регрессиях, и ему как-то не приходило в голову, что Ю Джунхёк прожил эти повороты в окружении друзей, семьи и, возможно, даже возлюбленной. Разумеется, это было вполне уместно. Ю Джунхёк был абсолютно таким человеком, рядом с которым каждый хотел бы провести время. Он был сильным, красивым, смелым и добрым - всё то, чем никогда не сможет стать Ким Докча, как бы он ни старался. Ким Докча также знал, что ему понадобилось много времени и телевизионная реклама, чтобы прийти к такому выводу, потому что у него никогда не было причин оглядываться назад и ждать кого-то подобного; эта мысль даже не приходила ему в голову. Ему казалось, что когда-то давно он мог ждать свою мать, как та маленькая девочка из рекламы, но он не помнил ничего из тех лет, кроме синяков, сломанных костей и боли, которая не покидает его и сейчас. «— Ты кого-то ищешь?» Ю Джунхёк дернулся, словно его ударило током, и посмотрел на него расширенными глазами. Это была самая сильная эмоция, которую он до сих пор видел от главного героя, и сердце Ким Докча слегка дернулось от того, что он не хотел называть. «— Почему ты так думаешь?» Ким Докча поджал губы в ответ на спокойный тон, пальцы медленно начали набирать буквы. «— Ты просто... всё время смотришь назад, как будто ждешь кого-то, кого там нет». Ю Джунхёк закрыл глаза и замолчал на несколько минут. «У меня... были компаньоны. Раньше». О. Компаньоны. Множественное число. Больше, чем один. Подтверждение его предположений не должно было причинять такую боль, но оно причинило. Ким Докча посмеялся над собой. Он думал, что уже усвоил урок, как не ожидать ничего от других. Ему действительно следовало просто оставить эту тему, пока он не услышал другие вещи, которые заставили бы его чувствовать себя ещё более жалким за то, что он так привязался к игровому персонажу, но по какой-то причине он все же напечатал: «— ...Можешь ли ты рассказать мне о них?» Ким Докча не ожидал, что Ю Джунхёк ответит. Не было никакой причины... «— Я впервые подцепил пятнадцатилетнюю девочку по имени Ли Джиё». Что. Ким Докча несколько раз моргнул в шоке. «— Сначала я не хотел, но у неё был такой затравленный взгляд», – Ю Джунхёк издал небольшой смешок. – «— В те первые несколько жизней я был достаточно самонадеян, чтобы думать, что смогу довести нас всех до конца». Ким Докча молчал, наблюдая, как одно текстовое поле появляется за другим. Ю Джунхёк говорил о своих товарищах с таким мягким и нежным выражением лица, Ким Докча не слышал его голоса, но мог представить, что его тон был таким же нежным. Он задумался, каково это – иметь людей, которые любят тебя вот так. Он читал слова Ю Джунхёка о Ли Джиё, Ли Хюнсунге, созвездии Уриэль, Ким Намвуне и многих других персонажах, которых Ким Докча не был уверен, что когда-нибудь встретит. Ведь его история происходила в другом времени. Ю Джунхёк снова и снова произносил слово "компаньон", но для Ким Докча оно звучало скорее как "семья". Он и сам не знал, что это такое. Он посмотрел на шкалу настроения Ю Джунхёка и облегченно вздохнул. Приятно было иметь главного героя в своем распоряжении, пока это длилось, но теперь пора перестать быть жадным. Как по команде, появился синий экран: Скрытый сценарий – ???? Хм. Он нажал на уведомление. Появилось окно с дополнительной информацией. Категория: Скрытый Сложность: ??? Условия Выполнения: Заставьте Короля Доккэби плакать. Ограничение по времени: ??? Награда: ???? Провал: ???? Какое странное задание. Неужели все игры такие? Он колебался еще несколько мгновений, прежде чем нажать "Принять"; ему ведь нечего было терять. Вы приняли скрытый сценарий, "Компаньоны из другой жизни". Ким Докча уставился на название сценария. Как подходяще. Он сардонически улыбнулся. Экран медленно сфокусировался на большой стене, и Ким Докча попытался прочитать написанные на ней слова, но они менялись слишком быстро, чтобы он мог понять их смысл. Сцена сместилась, и камера переместилась на группу раненых людей. Самый высокий из них закричал и вогнал большой щит в землю перед группой, защищая их от ударной волны, исходящей от большого существа, которое только что приземлилось перед ними. — Король Доккэби, – женщина с длинными светлыми волосами вышла из-за щита. Её изумрудно-зелёные глаза сверкали гневом, а за спиной широко распахнулись окровавленные крылья. — Что это значит? [Твое желание – не то, что я могу исполнить], – сказало существо, которое, предположительно, было Королём Доккэби. – [Это... существование намного сильнее, чем все мы знаем. Их секреты не мне раскрывать]. Ангел прокричал: — Мы завершили все сценарии и достигли конца. Король Доккэби ловко уворачивался от злобных ударов, направленных в его голову. — Мы последовали прихотям садистского Звездного Потока, отбросив наши достоинства и мораль. И ради чего? Чтобы дойти до конца без нашего капитана? Огромное пламя вырвалось наружу и окружило её фигуру. — Тогда в чем смысл всего этого? Король Доккэби ничего не сказал, только исчезал и появлялся в случайных местах, чтобы избежать пламени, похожего на канат. Он посмотрел на нависающую стену позади себя. Наступило безвыходное положение. Ким Докча коснулся пальцем высокого человека, и на экране появился список его персонажей. Он побледнел, увидев имя. Ли Хюнсунг. Если этот человек был здесь, значит, остальные тоже были спутниками Ю Джунхёка. Он постучал пальцем по беловолосому юноше – Ким Намвуну. Черноволосая девушка, скорчившаяся на земле, была Ли Джиё, а разъяренный ангел – Уриэль. Взгляд Ким Докча метался туда-сюда по маленькому экрану. В скрытом сценарии говорилось, что он должен заставить Короля Доккэби плакать, но не было указано ни награды, ни наказания. Если это так, то не означает ли это, что с ними можно договориться? Может ли он попросить привести эту группу к Ю Джунхёку? Был только один способ узнать это. Он постучал по голове Короля Доккэби, и появилось уведомление о том, что Звездный Поток объявил о его присутствии. Король Доккэби побледнел и в панике попятился назад. [Это имя], – сказал Король Доккэби. – [Почему он здесь?]» Хм, похоже, что Король Доккэби... боялся его? Он провел пальцем по экрану, и на земле появилась большая трещина. Группа быстро разбежалась в разные стороны, когда трещина расширилась и превратилась в глубокую пропасть, которая исчезла в кромешной тьме. Ким Докча повторял это действие до тех пор, пока не был удовлетворен произведенными им разрушениями. Постучав по экрану, он увеличил изображение лица Короля Доккэби. В нём было много паники и страха, но глаза существа были сухими. Ким Докча был разочарован. Он постучал по рогу Короля Доккэби, и тот начал распадаться, его кончик рассыпался на белые частицы света. Король Доккэби закричал, схватившись за голову. [Мои рога!] — Подождите, нет, – сказал Ким Докча. — Это не так, я просто хотел заставить тебя плакать, а не причинить тебе боль. [Что ты хочешь от меня?] – прохрипел Король Доккэби. — Эм. Поплачь. Пожалуйста. Ким Докча схватил мех, обернутый вокруг шеи Короля Доккэби, и начал раскачивать его по кругу, несколько раз подбрасывая в воздух и ловя как мяч. После, наверное, одиннадцатого повторения этой процедуры Король Доккэби наконец разразился громкими рыданиями. Ким Докча попытался аккуратно поставить его на землю, но пальцы не слушались, и в итоге он сильно ударил существо о землю, так что от удара образовалась небольшая воронка. "Упс", – сказал Ким Докча, потирая запястья. [Простите, простите, простите], – всхлипывал Король Доккэби, кланяясь на пол. – [Чем я вас обидел?] Ким Докча посмотрел на группу – на спутников Ю Джунхёка. Ким Намвун лежал на полу, держась за живот, и Ким Докча забеспокоился, что он может быть ранен; он не может позволить спутникам Ю Джунхёка умереть так быстро. Он быстро проверил свой инвентарь и уже собирался послать зелье исцеления, когда Ким Намвун поднял голову и оскалился. Он несносно и громко рассмеялся, откинувшись назад и положив обе руки на бедра. "Посмотрите на это жалкое создание, плачущее как ребенок! Теперь ты не такой уж и царственный". Он снова рассмеялся, издав преувеличенное "ХАХАХА". — Кто ты? – потребовала Уриэль, взмахнув крыльями и приготовившись к атаке. — Какова твоя цель? Уриэль молчала, опасаясь этого нового существа, а Король Доккэби вздрогнул от своего положения на земле, шипя: [Что ты делаешь? Отвечай ему, сейчас же!] Ли Джиё заговорила: "Мы просто хотим вернуть нашего капитана. Он жертвовал собой снова и снова, только чтобы мы смогли пройти этот путь", – она стиснула челюсти. – "Мы не хотим – нет, мы не пойдем дальше без него". Она опустила голову, но Ким Докча уловил легкий блеск влаги на её глазах. Ким Докча смотрел на слова, которые она так страстно произносила. Ю Джунхёку очень, очень повезло, что он встретил таких людей, как они. "Какой же ты жалкий, Докча", – пробормотал он про себя, резко вытирая глаза. – "Ты ревнуешь к вымышленным персонажам. Действительно отличная работа, ты достиг своего максимума". Он ткнул пальцем в Короля Доккэби, который побледнел ещё больше, если это вообще было возможно. [Я-я действительно не могу этого сделать!] – всхлипнул Король Доккэби. – [Я не могу воскресить мертвых! Буря вероятности, которая возникнет, если я это сделаю, будет достаточной, чтобы уничтожить всех нас! Даже меня, короля!] — Отправь их в другой мир. [Мы... Ну, я думаю, это возможно... но это все равно будет потреблять много энергии!] — И сделать так, чтобы никто не узнал. [Это уже слишком...] В этот момент появился ещё один экран. Это было уведомление о том, что он прошел скрытый сценарий. Награда: Временная способность манипулировать вероятностью по своему желанию. Продолжительность: 4 часа Ким Докча оживился. Это было невероятно удобно, но он ничуть не жаловался. Он быстро принял награду, боясь, что она может исчезнуть. Он ткнул пальцем в Короля Доккэби: — Просто сделай это. Я сам разберусь со штормом. Король Доккэби задрожал, рот несколько раз открывался и закрывался. В конце концов, он ничего не сказал, только закрыл глаза и что-то пропел, когда экран медленно потускнел. Появились маленькие пятна света, и Ким Докча понял, что это звезды. Сцена развернулась, открывая галактику, фиолетовые и голубые цвета расплылись по чёрному полотну, и Ким Докча на мгновение залюбовался видом. Компаньоны Ю Джунхёка появлялись один за другим, без сознания и плавали в огромном пустом пространстве, освещаемом только мерцающими шарами. Ким Докча легонько ткнул каждого персонажа, чтобы привести их в чувство. "Что вам от нас нужно?" – потребовал Ли Хюнсунг, приходя в сознание. Выражение его лица ожесточилось, рука крепко сжимала ремешки своего поношенного щита. Ким Докча сделал паузу. — Сдела ть. Ю Дж унхёка счас тливым. "И это всё?" – недоверчиво спросила Ли Джиё. – "Это всё, что ты хочешь от нас?" — Д а, – напечатал Ким Докча. Затем он добавил: — Но не говорите ему. "Зачем ты это делаешь?" – сказал Ли Хюнсунг. – Ты – созвездие, у тебя нет причин заходить так далеко". "Сколько усилий разработчики игры вложили в диалог?" – задался вопросом Ким Докча. – "Это действительно слишком подробно..." Он решил повторить те же слова, которые когда-то сказал Ю Джунхёку; кажется, в тот раз все получилось. — Я хочу увидеть эпилог. Вся группа вздрогнула, удивленно глядя на голубой экран перед собой. Глаза Уриэль сузились: — Ты... Ким Докча подождал, но она так и не закончила свою мысль. Он подумал, не попросить ли её рассказать подробнее, но решил воздержаться. Возможно, они не доверяли ему настолько, чтобы рассказать, даже если бы он спросил. Он подумал о страдальческом взгляде Ю Джунхёка, когда тот с такой любовью говорил об этой группе людей, и вспомнил, как тот удивился, когда узнал, что Ким Докча знает о его регрессиях. Ким Докча сложил кусочки головоломки вместе и пришел к выводу, что Ю Джунхёк был единственным, кто всё помнил. Он прожил почти две тысячи жизней, и только его воспоминания были его настоящей компанией. Он сжал губы и оглядел клиническую больничную палату, лишенную посетителей, подарков и личных прикосновений. В его голове возник образ одинокой спины Ю Джунхёка. Насколько ему было одиноко? — И как много вы знаете о своем капитане? "Всё". Он не знал, кто это сказал. Ему было все равно. Его руки дрожали, когда он печатал, и он не мог убедить себя, что это просто усталость. Хватит жадничать, напомнил он себе. Он не твой. — Ты знаешь о его клейме? Глаза Уриэль заострились. — О каком клейме? Ким Докча закрыл глаза. Они действительно не знали. — То, что я собираюсь вам рассказать, не знает ни один человек в штате... Ким Докча провел остаток ночи, доводя свои и без того измученные конечности до предела, чтобы рассказать историю Ю Джунхёка. Он закончил только тогда, когда солнце начало ползти к горизонту. Он закрыл телефон и лег в постель, ни о чем не думая, пока не проснулась вся больница и другие сотрудники не начали суетиться вокруг, выполняя различные задания. Он несколько раз слегка кашлянул, в горле внезапно пересохло. "Вы хорошо спали?" – спросила медсестра рано утром. Ким Докча посмотрел на телефон, заряжающийся у его кровати. "Да", – хрипло сказал он. *** Он посмотрел на дату – 3 августа. Это был день рождения Ю Джунхёка. Он вздохнул с облегчением. Наконец-то. В последнее время уровень его тревоги зашкаливал, и всё из-за переменчивого настроения Ю Джунхёка. Пройдет ещё несколько дней, прежде чем его спутники смогут пересечь границу мира; Король Доккэби что-то говорил о разнице во времени и вероятности, но Ким Докча с трудом понимал его сквозь все эти рыдания и уговоры. Ким Докча нервно поглядывал на предметы в своем инвентаре и надеялся, что Ю Джунхёк не возненавидит их. Он выполнил множество скрытых сценариев и случайных побочных заданий, чтобы получить достаточно монет для покупки предметов у одного из доккэби. Но это того стоило, решил он. У него даже была возможность помочь приготовить торт для Ю Джунхёка. При мысли о кривых буквах, написанных глазурью, он почувствовал, как в животе поднимается стыд. Он был уверен, что если бы это был кто-то другой в реальной жизни, то над ним бы тут же посмеялись. Но это была игра, и он надеялся, что Ю Джунхёк будет добрее. Надеюсь. "Ничего" – сказал Докча, уже набирая буквы: «— С днем рождения, Джунхёк!» Он с затаённым дыханием ждал, пока сообщение материализуется перед главным героем, глаза которого расширились почти до комических размеров, по крайней мере, для него. Следующие пять минут он пытался убедить Ю Джунхёка, что это не ловушка, что эти подарки действительно для него и что он должен их открыть. В конце концов, он сдался и отправил коробки Ю Джунхёку, чтобы тот перестал от них отказываться. Ким Докча нервно покусывал губу, пока Ю Джунхёк смотрел на торт. Он наклонил голову, поэтому Ким Докча не совсем понял его выражение лица, но ему показалось, что он нахмурился. В его голове зародилось сомнение. «— ...Тебе не нравится?» Ю Джунхёк вскинул голову, и Ким Докча не мог не улыбнуться тому, как горячо он пытался уверить его, что ему нравится. "Ничего страшного, если не нравится, Джунхёк-а", – сказал Ким Докча. – "Правда, тебе никогда не придется притворяться, только не со мной". Ким Докча уже знал, что он не умеет дарить подарки. В конце концов, его идея празднования дня рождения заключалась в том, чтобы покинуть мир в тот же день, когда он в него пришел, а он даже этого не смог сделать правильно. Ким Докча быстро отогнал эти мысли. Сейчас речь шла не о нем. Он быстро переключил свое внимание на Ю Джунхёка, который теперь с благоговением смотрел на ониксовый меч. Он с нежностью наблюдал, как выражение лица Ю Джунхёка менялось от удивления, затем к осознанию, затем к благоговению. Он наблюдал, как на лице главного героя появилась улыбка, которая слегка расширилась, когда он несколько раз взмахнул мечом с практической легкостью. Ким Докча увидел детское ликование на лице Ю Джунхёка и усмехнулся, когда тот наконец-то стал казаться его ровесником. Ким Докча тихонько напевал про себя песенку про день рождения, с удовольствием наблюдая, как Ю Джунхёк играет с мечом, его глаза блестели от восторга. Он взглянул на праздничный торт и кое-что вспомнил. Он напечатал: «— Не забудь загадать желание!» Ю Джунхёк аккуратно вложил меч в ножны и взял маленький торт. В этот момент Ю Джунхёка осветил свет маленького пламени, отбрасывая на его лицо теплые тени, мелькающие туда-сюда и отражающиеся в его тёмных глазах. У Ким Докча перехватило дыхание, когда Ю Джунхёк закрыл глаза, густые ресницы коснулись вершин щёк. На мгновение наступила тишина, затем пламя погасло, оставив после себя тонкий шлейф дыма. «— Что ты загадал?» Глаза Ю Джунхёка слегка искривились. «— Это секрет». Ким Докча рассмеялся. Была ли эта дерзкая реакция вызвана тем, что он сказал ранее? Затем Ю Джунхёк спросил, что это за третий подарок, и Ким Докча напечатал свой готовый ответ. Мягкая улыбка на лице Ю Джунхёка, когда он отвечал, заставляя сердце Ким Докча разорваться от счастья. "Джунхёк-а", – сказал он, и, словно в ответ, Ю Джунхёк поднял голову и посмотрел на него через экран. – "Ты... действительно что-то особенное". В ту ночь Ким Докча спал лучше всего в своей жизни. *** Резкая боль в груди заставила Ким Докча проснуться. Он закашлялся, пытаясь отдышаться, но это только усилило боль, распространившуюся от легких к остальному телу. Он смутно различал персонал больницы, вбегающий в палату, но все слова, которые они произносили, проходили через его уши, заглушаясь, как будто он находился под водой. "Держитесь! Он горит!... Поторопитесь... нужно охладить... немного льда..." Он подумал, не настигли ли его наконец бессонные ночи, но эта мысль вскоре рассеялась под туманом в его мозгах. Он то просыпался, то терял сознание, голова запрокидывалась назад, когда они пытались поднять его обмякшее тело. Ким Докча яростно отшатнулся, почувствовав прижатые к коже пакеты со льдом, пытаясь от них отбиться. Появились новые руки с пакетами льда, и у Ким Докча перехватило дыхание от этого натиска, он был совершенно ошеломлен. Его затуманенные глаза пытались отследить движения вокруг него, но зрение отказывалось фокусироваться, и он быстро выдохся, пытаясь отодвинуться от навязчивых рук. Ким Докча закрыл глаза, слабо различив какие-то крики тревоги. Он встретил благословенную темноту с распростертыми объятиями. *** Звуки звукового сигнала приветствовали его возвращение в страну сознания. Он открыл сухие глаза и попытался отдышаться, преодолевая боль во всем теле. Он застонал, слегка приподнялся и сдвинул кислородную маску на лицо. Он вернул её на место, когда в палату вошла медсестра. "Вы очнулись", – сказала она. – "Вы нас сильно напугали". "Что, что случилось?" – прошептал Ким Докча, горло щелкало, когда он сглатывал. Она протянула ему чашку с водой, которую он с благодарностью выпил. "О, вы заболели пневмонией во второй раз. Вообще-то это довольно часто встречается у пациентов с переломами рёбер, но ваш случай был довольно тяжелым", – она посмотрела на мешки под его глазами: – "Вы достаточно спали?". Ким Докча повернул голову и посмотрел на открытое окно. Она заметила его взгляд и задвинула раму. Она вздохнула, положив руки на бедра. "Слушай, я всё понимаю. Но тебе нужно высыпаться, хорошо? Иначе это будет повторяться снова и снова, потому что иммунная система твоего организма ослаблена. Если это не пневмония, то это будет что-то другое, и в конце концов, твоё тело может больше не справиться со стрессом". Ким Докча молчал. "Отдохни немного, ладно? Вот", – сказала она, протягивая ему ещё одну чашку, наполненную таблетками. – "Это поможет тебе уснуть". Ким Докча проглотил их, не обращая внимания на то, что медсестра слегка поморщилась, когда он это сделал. "Я скоро вернусь, чтобы проведать вас". Как только медсестра вышла из палаты, Ким Докча потянулся за телефоном и несколько раз моргнул, чтобы прояснить свое затуманенное зрение настолько, чтобы ввести пароль. Появился знакомый экран загрузки, и Ким Докча стал терпеливо ждать начала игры. Камера переключилась на Ю Джунхёка, а Ким Докча как можно быстрее составил список персонажей и расслабился на кровати, как только увидел, что все уровни стабильны. Он вышел из списка и повернулся посмотреть, что делает Ю Джунхёк. По экрану пролетело белое пятно, и Ким Докча вздрогнул, инстинктивно проведя большим пальцем по телефону. Белое пятно отлетело в сторону и врезалось в дерево с такой силой, что треснула кора. Ким Докча поднес телефон ближе к лицу и заметил, что это Ким Намвун. Упс. Ким Докча слегка поморщился от мысли, что пропустит их встречу, и внезапная волна усталости накрыла его, когда он набирал сообщение. Он случайно нажал "отправить", не закончив, но он был слишком занят, пытаясь не упасть на кровать, чтобы беспокоиться об этом. Брови Ю Джунхёка сошлись в одну точку. Подождите, почему он нахмурился? подумал Ким Докча, пытаясь сфокусировать взгляд на главном герое. Разве он не должен быть сейчас счастлив? «— Можешь выключить Звездный Поток и убедиться, чтобы никто больше не видел наш разговор?» О. Ким Докча не был уверен, как он может это сделать, но все равно начал нажимать случайные клавиши. Появилось окно, в котором его спросили, не хочет ли он сыграть в мини-игру в обмен на привилегию отключить Звездный Поток. Ким Докча посмотрел на яркие буквы, сообщающие ему, что за каждую минуту общения с доккэби в мини-игре он получит час цензуры от Звездного Потока. Ким Докча с готовностью согласился и попросил Ю Джунхёка дать ему немного времени. Он нажал кнопку "Принять", и появился лабиринт. Он должен был провести маленьких доккэби через лабиринт, чтобы собрать как можно больше монет, избегая при этом злобных воплощений, преследующих их. "Это просто плагиат версии Пакмана", – пробормотал Ким Докча. – "Это вообще законно?" С каждой секундой его глаза опускались всё ниже, а палец двигался всё медленнее и медленнее, пока в конце концов одно из воплощений не настигло белого доккэби и не убило его чрезвычайно жестоким образом. Появился синий экран, сопровождаемый серпантином и искрами. Время игры: 3,2 минуты. Поздравляем созвездие 'Древнейшая Мечта', вы заработали 3,2 часа цензуры от Звездного Потока. Этого должно быть достаточно, верно? Он вяло набирал сообщение, и с каждой нажимаемой буквой все труднее было сопротивляться тяге ко сну. Он заставил свои тяжелые веки приоткрыться настолько, чтобы прочитать сообщение Ю Джунхёка. «— Ты в порядке?» Ким Докча неуклюже набрал ответ и думал, что на этом разговор закончится, но Ю Джунхёк продолжал звать его по имени. «— Не лги мне. Ты в порядке?» "Я не вру, Джунхёк-а", – тихо проговорил Ким Докча, откидывая голову назад и вперед. Он просто хотел спать, о чём и сказал в своем ответе. Ким Докча окончательно проиграл битву с лекарством, и его глаза закрылись, рука ослабла, когда он погрузился в глубокий сон. Он умер для всего мира, не успев прочитать ответ Ю Джунхёка. *** Через несколько дней он наконец-то был достаточно вменяем, чтобы бодрствовать более десяти минут за раз, и медсёстры больше не пихали ему в горло таблетки и антибиотики с постоянной скоростью. Он открыл "Пути Выживания" и почувствовал легкое чувство вины за то, как он пренебрег своим главным героем. Конечно, он был буквально настолько болен, что едва мог нормально дышать, но чувство вины все равно грызло его. Пока он смотрел на экран загрузки, невольно пришла другая мысль. Неужели Ю Джунхёк всё ещё хочет с ним поговорить? У него нет причин для этого, ведь с ним его спутники. Конечно, они были лучшей компанией, чем тот, кто исчезал в случайное время на неопределенный срок. «— Привет», – нерешительно напечатал он. «— Я вернулся!» Ю Джунхёк вскинул голову и ударил Ким Намвуна телом о землю. "Ой! Капитан, не могли бы вы быть немного помягче?" "Если бы он был помягче в своих тренировках, ты бы уже был мертв", – сказала Ли Джиё, сидя на камне. Она заметила его пустой взгляд, устремленный на облака. – "Капитан, он..." Ким Докча смотрел на пот, блестевший на обнаженной груди Ю Джунхёка. Ю Джунхёк поднялся из положения приседания на земле, и глаза Ким Докча были прикованы к тому, как напряглись мышцы спины при этом движении. Ю Джунхёк откинул с лица несколько прямых волос. "Всегда такой красивый", – вздохнул Ким Докча, слегка изогнув глаза. – "Как и ожидалось от главного героя". Улыбка померкла, когда он понял, что они делают. «— Я вам не помешал? Я могу вернуться позже». «—Нет!» – сказал Ю Джунхёк. «— Нет. Останься. Ты только что пришел, не уходи так быстро». Ким Докча практически растаял от этих слов. Было так приятно, когда тебя ждут, пусть даже от вымышленный персонажа, который, вероятно, затеял такой диалог, чтобы заманить игроков остаться. И это абсолютно точно сработало, решил Ким Докча. «— Ладно, ладно, я не уйду». Ю Джунхёк слегка прищурился, как будто пытался рассмотреть тело Ким Докча через экран. «— Ты в порядке?» Ким Докча смутился. «— А почему не должен быть?» Ким Докча прочитал гнев в сжатых губах Ю Джунхёка. «— Ты...» Он напечатал серию вопросительных знаков. Почему Ю Джунхёк сейчас злится? Разве он не должен быть счастлив, что воссоединился со своими товарищами? «— Я всё слышал о том, как ты проделал маленький трюк с Королем Доккэби и как ты манипулировал вероятностным штормом, чтобы никто не узнал о 999-й регрессионной группе, пересекающей мировые границы. Ты хоть подумал о последствиях?» Ким Докча удивленно моргнул, увидев сообщение, которое прислал ему Ю Джунхёк. «— Почему ты так злишься?» – напечатал он. «— Всё прошло хорошо, не так ли?» Глаза Ю Джунхёка опасно сверкнули. "Ты", – процедил он сквозь зубы, на этот раз вслух. – "Ты смешон. Абсолютный и абсолютный идиот. Неужели у тебя нет чувства самосохранения?" Его грудь вздымалась от силы эмоций, и Ким Докча отвлекся на то, как его тонизированные мышцы пресса подчеркивались этим движением. "Что ты имеешь в виду под "всё прошло хорошо", а? Ты думаешь, что исчезновение почти на месяц означает, что всё "сложилось хорошо"?" К концу своей тирады он уже практически кричал, его клинок был устремлен в небо. «— Подождите, уже прошел месяц?» "Двадцать девять с половиной дней", – сказал Ю Джунхёк. – "И не в этом дело! Почему ты сосредотачиваешься не на том?" "Ого", – заговорщически прошептал Ким Намвун, обращаясь к Ли Джиё. – "Это самая сильная эмоция, которую я от него видел. Никогда". Ли Джиё закатила глаза, и они оба быстро увернулись от черного меча, который летел в их сторону. "Я ещё не закончил с тобой", – регрессор пристально посмотрел на Ким Намвуна. "Капитан", – сказал Ким Намвун, побледнев лицом. – "Простите, пожалуйста, простите меня!". Накачаные плечи Ю Джунхёка напряглись, готовые наброситься на своего товарища, и Ким Докча вздохнул. Он несколько раз ткнул Ю Джунхёка в спину, желая почувствовать под кончиками пальцев мягкие мышцы, а не треснувший экран телефона. Ю Джунхёк остановился, когда почувствовал, что его спину осторожно прощупывают, и сделал несколько глубоких вдохов. Ким Докча не слишком беспокоился: он просмотрел все показатели состояния Ю Джунхёка с момента открытия приложения, и все они благополучно вышли из критического уровня, а его настроение было даже выше, чем раньше. Ю Джунхёку не грозил регресс в ближайшее время. —Оу, – надулась Уриэль, появившись из ниоткуда. — Значит ли это, что ты не получишь удар в ближайшее время? Как досадно. Она посмотрела на небо, встретившись с его глазами через экран. — Привет, Древнейшая Мечта, рада видеть, что ты уже проснулся. Ким Докча постучал по её плечу, размышляя, может ли он посылать сообщения и другим персонажам. Его глаза засветились, когда он понял, что может. «— Привет!» Глаза Уриэль расширились, когда перед ней появилось текстовое поле, а Ю Джунхёк снова напрягся. — Это... – остановилась она на полуслове, а затем мысленно спросила: «— Этот способ связи полностью приватный?» «— Да». «— Это... удивительно», – она усмехнулась. «— Не каждый день встретишь существо, достаточно могущественное, чтобы пробраться прямо под носом у Звездного Потока». Ким Докча потер переносицу. Его игра в эту игру вряд ли вызывала восхищение, но, возможно, персонажи были созданы так, чтобы вызывать у него трепет внутри. "Уриэль", – сказал Ю Джунхёк, пристально глядя на неё. – "Он говорит с тобой?" "Да, капитан", – улыбнулась она, глаза блестели чем-то, чего Ким Докча не мог определить. Ким Докча не обращал внимания на остальную часть их разговора, пытаясь понять, может ли он каким-то образом отправлять сообщения всем им сразу. "Что-то вроде группового чата", - усмехнулся он. Он был разочарован, когда не смог, но не стал долго раздумывать над этим: возможность общаться с одним персонажем без ведома Звездного Потока была уже таким преимуществом. Ким Докча просто быстро поприветствовал остальных членов группы. "Йоу, Древнейшая Мечта", – усмехнулся Ким Намвун. – "Думаешь, ты сможешь заставить меня летать, как Король Доккэби? Обещаю не плакать, как тот трус." Ким Докча разразился тоненьким смехом, подбросил Ким Намвуна в небо и поймал его в последнюю секунду перед столкновением с землей. Ли Джиё встала со своего камня, на её раскрасневшемся лице было написано ожидание, и Ким Докча тоже несколько раз подбросил её вверх, чтобы встретиться с облаками. Он взглянул на главного героя и заметил мрачное выражение его лица и то, как он сжимал рукоять меча в белом костяном захвате. Ким Докча быстро вернул Ли Джиё и Ким Намвуна на землю. «— Извините», – напечатал он, проклиная себя. Он на секунду забыл, что это спутники Ю Джунхёка, а не его. Ю Джунхёк, вероятно, был возмущен тем, что Ким Докча имел наглость разыгрывать его и вести себя так, будто они друзья. «— Они твои спутники, я знаю, знаю. Я больше так не буду. Прости». Ю Джунхёк слегка застыл, выражение лица стало совершенно пустым, а Ким Докча запаниковал ещё больше. Он знал это. Он был прав. Ю Джунхёк был невероятно взбешен тем, что Ким Докча прервал их драгоценное время вместе, вклинившись в их разговор, как будто его здесь ждали. Он должен был знать лучше. «— Извини», – напечатал он и, как трус, добавил: «— Мне пора идти. Пока». Вот лжец, подумал он про себя, натягивая одеяло на голову. Ему некуда было идти, кроме этой комнаты, которая даже не принадлежала ему. Он быстро отключил телефон, не в силах смотреть на то, что Ю Джунхёк собирается сказать в ответ. Скорее всего, это будет что-то вроде: "Хватит меня доставать", "Мне больше не нужна твоя помощь" или даже "Ты действительно думаешь, что я предпочту провести время с тобой, а не со своими спутниками?". "Ким Докча, ты трус", – сказал он, глядя на собственное отражение в треснувшем экране. Он насмешливо произнес: "Идиот. Тебе уже пора бы это понять". *** Он вернулся в свою комнату в сопровождении одного из помощников и рухнул на кровать. Его грудь быстро поднималась и опускалась, когда он пытался отдышаться. Свет проникал сквозь открытые шторы, отражаясь от экрана его телефона. Ким Докча долго колебался, прежде чем медленно протянул руку, чтобы взять устройство. В этот момент кто-то ворвался в его комнату, и Ким Докча быстро схватил телефон, едва не выронив его от шока. "Ты", – сказал посетитель. Ким Докча поднял голову и побледнел, увидев знакомое лицо. Это была его тётя. – "У тебя хватит наглости сделать что-то подобное". "Мэм", – сказал помощник. – "Пожалуйста, не нужно кричать..." "Я буду говорить так громко, как захочу", – его тётя пристально посмотрела на молодого помощника. – "Убирайтесь. Это семейное дело. Посторонние не имеют права вмешиваться". Она повернулась к нему лицом. "Ты хоть представляешь, сколько проблем из-за тебя?" – практически прокричала она, тыча острым ногтем ему в грудь. – "Репортёры приходили к нам в квартиру без остановки! Мы только что избавились от них после маленького трюка твоей матери, но теперь, благодаря тебе и твоим эгоистичным действиям, они вернулись, чтобы беспокоить мою семью!" Ким Докча молчал, даже когда плевок упал ему на щеку. Он позволил грубым словам омыть его, оцепенение распространилось по его телу. К концу речи его тетя задыхалась от напряжения, а дядя появился где-то в середине речи. Он был настолько молчалив и неподвижен, что Ким Докча не заметил бы его, если бы не тяжелый вздох, который тот издал. "Мы переедем за границу, чтобы расширить бизнес твоего дяди", – сказала тётя, поправляя свою одежду. – "Ты можешь остаться в квартире, она уже оплачена. Мы будем высылать тебе ежемесячное пособие. Что касается счета за больницу...", – она недовольно сморщила нос. – "Мы не будем за это отвечать. Разбирайтесь сами". Его тётя снова насмехалась, в последний раз презрительно посмотрев на него, прежде чем отвернуться. "Как мать, так и сын". Ким Докча смотрел, как трепещет взад и вперед свободная нить на одеяле. Слова эхом отдавались в его ушах. Как мать, как сын. Как мать, как сын. Как мать, как сын. Как мать, как сын... Ким Докча подумал о первом дне, когда он навестил свою мать в тюрьме. Он вспомнил, как сел на пластиковый стул и смотрел на неё через стеклянный экран. Его душила тишина, окутавшая пространство между ними. Он ушёл задолго до окончания отведённого ему времени. Он постарался, чтобы никто не услышал рыданий, заглушаемых его подушкой в ту ночь. Несколько недель спустя он снова пришел к ней. Ему удалось остаться на всё время. По-прежнему не было сказано ни слова. После двух месяцев молчания Ким Докча наконец поднял трясущуюся руку, чтобы снять телефонную трубку с гнезда, и наблюдал за тем, как его мать повторяет его действия через стекло. Он прижал холодный пластик к уху. "Я... начал читать этот веб-роман", – медленно, нерешительно сказал Ким Докча. Ли Сокюнг слегка кивнула, её глаза не покидали Ким Докча, даже когда он пригнул голову, чтобы избежать её взгляда. Она пыталась говорить, преодолевая ком в горле: "Не хочешь рассказать мне о нём?". Он отрывисто кивнул и медленно пересказал сюжет последней главы веб-романа, который он нашел. Так родился новый распорядок дня. Ким Докча каждую неделю навещал свою мать и рассказывал ей о последнем прочитанном романе. Она кивала, вслушиваясь в его слова, запоминая каждую мельчайшую деталь о своем сыне за то короткое время, что они провели вместе, но никогда ничего не говорила. Ким Докча не знал, сколько историй он пересказал за эти годы, всегда беря в руки новую книгу сразу после того, как заканчивал старую. Ким Докча думал, что он может довольствоваться тем, что у них есть, и считал, что слова могут заставить его продержаться ещё немного. Он ошибался. В последний раз, когда он навещал свою мать, он поднял трубку только тогда, когда они были на полпути к назначенному времени. Он прижал холодный пластик к уху и попытался отдышаться. Его рот открывался и закрывался, но слова не выходили. Он молча смотрел на мать. Его глаза оставались сухими, даже когда он смотрел на её нахмуренные брови и мелкие морщинки, которых раньше не было. Он встретился с этими глазами, которые были так похожи на его глаза. "Почему ты это сделала?" – спросил Ким Докча. Сколько раз он уже задавал этот вопрос? Его мать просто смотрела на него, выражение её лица было тщательно нейтральным. "Зачем ты убила его? Зачем ты написала эту книгу? Почему ты рассказала всему миру о том, что с нами случилось?" – Ким Докча сделал паузу, а затем прошептал: "Почему ты вот так просто оставила меня одного?". Выражение лица его матери не изменилось. Ким Докча с содроганием закрыл глаза. Последняя попытка, убеждал он себя. Только в последний раз. "Мама", – умолял он. – "Скажи что-нибудь, пожалуйста. Хоть что-нибудь. Только не сиди там и не делай вид, что не слышишь меня". Ответа не последовало. Ким Докча механически вернул трубку в док-станцию и вышел из комнаты. Дверь закрылась за ним с небольшим щелчком. Это был последний раз, когда он навещал свою мать. На следующий день ему исполнилось пятнадцать лет, и он спрыгнул с самого верхнего этажа здания своей школы. Он не навещал её уже несколько месяцев. ***