Смятение Нереция

Trois! - Сотни болтов разом срываются с полированных лож галендских арбалетов, витые тетивы бьются об ясеневые дуги. Un! - сотни ног делают один шаг влево, пока вторая половина роты коронных арбалетчиков взводит своё оружие хитроумным стальным механизмом, сделавшем бы честь любому инженеру из Арсенала Сеоники. Deux! - второй залп пошёл. Издалека они были схожи с разъярённым роем диковинных насекомых, клубящимся на месте и мечущим жала в тех, кто посмел потревожить их покой. Un! Deux! Trois! Un! Deux! Trois! - не будь гибель от подобного оружия бесчестной по понятиям вландийцев, эти слова звучали бы как боевой клич, девиз, которые так любят их горделивые князьки. Проклятье, уж лучше бы иметь дело с ними - атаку копьеносной конницы манипул отражал не раз на многочисленных боевых учениях последних лет. Их выучка была на высоте, как и во всём VI Легионе. Но залпы сотен смертоносных игл, на два дюйма прошивающих тяжёлые скутумы и проходящие сквозь варёную кожу и сталь - не то, что можно отработать на учении. Знакомые ему арбалеты из древесины гикори никогда не били со столь ужасающей силой, это командир второго манипула помнил точно. Стена щитов стояла ровно, в ней не было крупных зазоров - но тут и там проклятые иглы жалили прямо сквозь щит, прошивая и наруч и руку, державшую его. Уже нескольким бойцам в первом ряду приходилось нести щиты, кое-как придерживая их второй рукой, с облегчением опуская их на землю до следующего рывка вперёд. Десять шагов - стой. Ещё десять - стой. Ещё. Ещё. Всё ближе и ближе строй ненавистных стрелков. Лукон видел их сквозь щели меж скутумов своих бойцов - галендцы расположились ровными колоннами по одному в восемь рядов, и по команде 'Un!' каждый второй номер из каждой колонны одновременно шагали вбок, беря арбалет наизготовку в ожидании команды дать залп, пока другая половина роты перезаряжалась. Нехитрая тактика позволяла им поддерживать вдвое более частый темп залпов, не заслоняя друг другу линию выстрела - тем самым вынуждая бойцов манипула постоянно держать щиты поднятыми, идя к ним короткими рывками. К тому же, с каждым залпом рота коронных арбалетчиков смещалась ещё на один шаг влево, вынуждая манипул немного сбивать ровно выстроенную стену щитов, чтобы оставаться развёрнутыми к ним фронтом. Лукон видел, что такое положение дел слишком изматывает их для последующего боя, но отступать было некуда, и манипул шёл. Теперь-то он уже мог бы побежать назад, или просто лечь на землю и закрыть себя щитом, но что толку? Не желая снова видеть закономерный финал этой стычки, он проснулся.