По воле Небес

      Это застало Чу Ина врасплох. Солнечный свет, хорошо знакомая комната, огромный мир за окном, полный возможностей.       И осознание себя живым.       — Ши Гуан, а что лопатка делает на полу?       — Ой, ма, — знакомый нервный смешок, — это, ну я просто, в общем… Слушай, а ты, наверное, проголодалась после работы, правда? Я как раз разогрел овощи и яичницу, будешь завтракать?       — А ты?       — О, ну и я позавтракаю конечно, заодно расскажешь, как смена прошла, что интересного произошло. Ты ведь мне так давно ничего не рассказывала. Ну же, пойдем скорее, а то остынет.       — Постой, а что это с твоим лицом? Почему у тебя глаза опухли? Ты что, плакал?       — Ма, ну ты о чем вообще, зачем мне плакать в самом деле-то, — неуверенный смех. — Я просто недоспал немного и все… Давай, давай, пойдем за стол, я уже все давно разогрел…       Чу Ин никак не мог поверить в то, что это случилось. Как? Зачем? Почему именно сейчас? Он вернулся — и вернулся не просто бестелесным, беспомощным созданием, а настоящим живым человеком. Собственное состояние оказалось для древнего мастера потрясением, но по-настоящему он ощутил разницу и все осознал лишь когда ребенок обнял его — это было неожиданно и совершенно удивительно, похоже на возвращение домой после долгого путешествия. Похоже на настоящее чудо, которого он совершенно не ждал и не мог предвидеть, ведь его путь на самом деле завершился давным-давно. Божественный ход был найден, его мечта осуществилась. И вот теперь он снова здесь, в этой хорошо знакомой, такой родной комнате, живой даже больше, чем должен быть. Чу Ин пребывал в замешательстве, чувствовал себя неимоверно счастливым, но в то же время виноватым и пристыженным, а еще сердце его тисками сковывал необъяснимый страх. Последние воспоминания о бамбуковой роще были словно в тумане, и его не отпускало странное ощущение, что он должен был куда-то отправиться. Но куда? У Чу Ина не было ответов, однако вопросов — хоть отбавляй. Как он смог снова обрести бренное тело? Он вернулся навсегда или все же нет? В чем была причина его возвращения? В чем было дело, в ребенке? Ему нужна была помощь? Следом древнему мастеру пришло в голову, что теперь, наверное, неуместно так называть его даже мысленно — Ши Гуан заметно вырос, и теперь был самостоятельным взрослым человеком, к вящему облегчению мастера, не утратившим своего великодушия и доброго сердца. Чу Ин все еще не был уверен, что заслуживал на его расположение.       Голоса матери и сына скоро превратились в невнятный разговор, который благовоспитанный Чу Ин старательно не подслушивал. Чтобы немного отвлечься от мучающих сердце вопросов, на которые сейчас не мог получить ответа, он с интересом огляделся: комната, в которой он проводил так много времени ранее, практически не изменилась с его последнего визита, разве что теперь здесь стоял еще и наполовину распакованный чемодан. Древний мастер скользил взглядом по знакомому интерьеру, пока не наткнулся на собственный старый гобан, к которому он был привязан полторы тысячи лет. Тот лежал на столе рядом с хорошо знакомой доской, расписанной маркером, и чашами для камней. Чу Ин взволновано подошел ближе и заметил на своем гобане между линий засохшие следы от слез, которые точно не принадлежали ему. Не совсем отдавая себе отчет в том, что делал, он осторожно коснулся их пальцами.       Гобан оказался твердым и прохладным на ощупь. Именно таким, как он и помнил.       Чу Ин с облегчением выдохнул и счастливо улыбнулся. Страх тут же отступил прочь, как и неуверенность. Он снова сможет играть. Сможет играть сам! И сможет сыграть с…       Древний мастер порывисто обернулся к двери, за которой находился Ши Гуан и едва сдержался, чтобы не выйти и не позвать его на партию прямо сейчас. Нет, он должен быть терпеливым и довериться подопечному. Они обязательно скоро сыграют — в этом не было никаких сомнений. Кое-как успокоившись, Чу Ин еще немного побродил по комнате, с осторожностью и любопытством касаясь пальцами вещей двадцать первого века. Это было так удивительно и волнующе: современная бумага, пластик, синтетика, стекло, резина — шероховатое, холодное, гладкое, колючее… Целый калейдоскоп новых ощущений, каждое из которых по своей сути было неповторимым. Вскоре он увидел свой веер на тумбочке между журналами и улыбнулся тепло, будто встретил еще одного старого друга. Аккуратно взял тот в пальцы и раскрыл, испытав невероятное чувство ностальгии. Чу Ину даже на миг показалось, что он снова перенесся в прошлое, когда сяо Гуан только начинал познавать го. Воспоминания вызвали у него улыбку, и некоторое время древний мастер просто стоял с веером перед окном и смотрел на улицу, где начинался новый день. От мысли о том, что теперь его смогут увидеть, если он выйдет из дома, страх смешивался с волнующим предвкушением. Ранее он так сильно желал вернуться в этот мир — и все еще хотел этого, глупо было отрицать — но теперь, когда это стало возможным, испытывал некоторую неуверенность. Впишется ли он в современное общество? Одно дело наблюдать со стороны, совсем другое — быть непосредственно его частью. Какая жизнь ждала его здесь? Чу Ин признавал, что больше всего хотел бы остаться рядом с подопечным, однако… Несмотря на добрые слова и понимание, у юноши теперь своя жизнь, свои планы, желания и цели. Найдется ли ему еще место среди них?..       Чу Ин так глубоко ушел в себя и свои мысли, что вздрогнул от испуга и неожиданности, когда вдруг услышал голос Ши Гуана у себя за спиной.       — Мама ушла спать, так что у нас есть немного времени, — уведомил он одними губами и осторожно закрыл за собой дверь плечом. В одной руке у юноши была мисочка с рисом, приправленная зеленью и мясом в подливе, а в другой — палочки и огурец. Заметив вопросительный взгляд Чу Ина, Ши Гуан несмело улыбнулся и пошел к столу. — Я подумал, может, ты проголодался — все же, столько лет провел без еды! Это, конечно, не блюдо из шикарного ресторана, но все же лучшее, что у меня сейчас есть в холодильнике. Я подогрел, так что можешь приступать, если хочешь, — он аккуратно поставил еду на край стола, а потом вдруг спохватился. — Ой, погоди, сейчас еще попить принесу. Может, есть какие-то пожелания? Я могу поставить чайник, если хочешь чаю. Еще вроде бы в холодильнике есть компот из сухофруктов…       Чу Ина очень тронула его забота, ведь одного взгляда на еду было достаточно для того, чтобы он понял, что в самом деле проголодался. Он так давно этого не испытывал, что почти забыл, на что похоже это ощущение.       — Воды будет достаточно.       — Уверен? Не стесняйся — мама после ночной смены обычно спит крепко, так что сейчас я могу безопасно принести, что хочешь.       — Не суетись — в этом нет нужды, — заверил Чу Ин и Ши Гуан на мгновение стушевался.       — Ладно. Тогда сейчас наберу воды и вернусь.       Чу Ин вынужден был признать, что ему было приятно такое внимание, но вместе с тем чувствовал себя неловко. Он не хотел обременять подопечного больше положенного или создавать ему дополнительные проблемы своим присутствием. Ши Гуан и так относился к нему с пониманием большим, чем он заслуживал после всего случившегося.       — Вот, садись и ешь. Будь как дома, хорошо? Ой, сейчас, я приберу вот это все, чтобы тебе не мешало…       Ши Гуан все бормотал себе под нос о беспорядке, пока нервно носился туда-сюда, освобождая место для Чу Ина. Древний мастер наблюдал за ним с теплотой и интересом: пусть внешне он слегка возмужал и немного изменил прическу, но внутри остался все тем же — шебутным, добрым и необычайно ярким, как первая звезда на сумеречном небе. И, глядя на его хаотичные перемещения по комнате и попытки быстро навести хоть какое-то подобие порядка, Чу Ин едва ли мог сдержать улыбку.       — Сяо Гуан, не мельтеши, сядь, — в какой-то момент тихо попросил он юношу, поскольку просто невыносимо было наблюдать за его ненужными стараниями. Ши Гуан замер на полпути, неуверенно комкая в руках пару носков, а потом пожал плечами и сел на стул напротив. Невооруженным глазом было заметно, что его переполняло волнение. Это показалось Чу Ину очень милым.       — Расскажешь мне, что я пропустил?       Ши Гуан сделал большие глаза, а затем тихонько фыркнул:       — Братан, ты… Ты просто нечто, ты знаешь? Семь лет прошло! Семь, понимаешь? Мне, наверное, и дня не хватит, чтобы все тебе рассказать! Да что там дня — недели! Да за все это время столько всего случилось — и у меня, и всех остальных — не упомнить! Взлеты и падения, победы и поражения, свадьбы, дни рождения, переезды… Проще уж перечислить, чего не случилось, чем наоборот!       Ши Гуан неловко рассмеялся. От его счастливого вида и такого знакомого смеха у Чу Ина теплело в груди. Казалось, его в самом деле простили и не ненавидели, чего он так испугался, когда понял, что вернулся назад, и это стало настоящим подарком. С интересом слушая подопечного, древний мастер взялся за палочки, радуясь от всей души, что наконец-то сможет это сделать. Поесть после всех этих лет было благословением не меньшим, чем взять камень в пальцы.       — Честно, даже не знаю с чего начать. А, Шэнь Илан и Бай Сяосяо вон поженились буквально несколько дней назад!       Чу Ин удивленно взглянул на него.       — В самом деле?       — Да! Вот явился бы ты чуть-чуть раньше — мы могли бы вместе к ним на праздник пойти! Было бы так здорово! Музыка, танцы, фотосессия, и даже фейерверки! Я уже не говорю об обилии самой разнообразной еды! Тебе бы понравилось.       Чу Ин неуверенно улыбнулся, спрятав глаза.       — Вряд ли мое присутствие там было бы уместно. Все же, они не знают меня.       Ши Гуан громко клацнул языком и театрально закатил глаза. Чу Ин про себя отметил, что теперь он проделывал это с настоящим профессионализмом.       — Так узнали бы, в чем проблема? Вот ты прям как Юй Лян! Он тоже почему-то думает, что ему не… — юноша осекся на полуслове и вдруг широко распахнул глаза, будто что-то вспомнил. На его лице почти сразу отразилась сильная досада. — О нет, Юй Лян!       Ши Гуан спешно бросился к телефону, что заряжался на тумбочке, и что-то быстро на нем нащелкал. Чу Ин какой-то момент вопросительно смотрел подопечному в спину, но уже через пару мгновений тот отложил мобильный, вернулся и сел назад.       — Что-то случилось?       Тень неуверенности пробежала по лицу Ши Гуана, но уже в следующий миг он беспечно усмехнулся и махнул рукой.       — Да нет, все в порядке. Я просто кое-что должен был сделать… Но это не страшно, я позвоню ему позже и все объясню. Да, я позже все объясню.       Чу Ин убеждал себя, что будет неправильно, если подопечный пожертвует ради него своими планами или встречами, но вся правда была в том, что в глубине души он испытывал обратное. Они ведь только встретились и так много должны были наверстать, раз уж небеса оказались столь милостивы. Древний мастер совсем не хотел расставаться так скоро, но умом понимал, что не может поступить столь эгоистично. У Ши Гуана была своя жизнь и обязательства. Однако прежде чем он открыл рот и успел что-то сказать, юноша откашлялся и оживленно продолжил:       — Так вот, на чем я остановился? Ну да, А-Лан и Сяосяо поженились. Было очень здорово. А-Лан обещал прислать фото после свадебного путешествия — ух, теперь мы сможем посмотреть их вместе! — он тихонько хлопнул в ладоши с крайне довольным видом и Чу Ин проглотил все заготовленные слова одним махом, малодушно подумав о том, что один разок может побыть эгоистом. — К слову, у Шэнь Илана теперь четвертый дан и я все агитирую брата Хоу взять его к нам в команду. Он пообещал что обязательно подумает над этим, если Илан сможет повысить ранг в этом году. Я А-Лану еще об этом не говорил — не хочу на него давить, да и Хун Хэ не мог об этом сказать, ведь он бы обязательно все разболтал!       Чу Ин был вынужден признать, что это было весьма мудрое решение.       — Что касается остальных, то У Ди успешно закончил Пекинский университет и теперь работает редактором в одной из местных газет. Иногда сам пишет статьи, временами даже о го — ими всегда хвалится и старается показать мне до выхода в печать, хе-хе. Кажется, у него там в Пекине есть девушка, но он пока ничего толком не рассказывает — небось боится сглазить… Хэ Цзяцзя, кстати, тоже женился не так давно, и помимо этого у него теперь собственная парикмахерская, чем он кичится при каждом удобном случае, словно стал миллионером или кем-то вроде. Неисправимый выпендрежник, одним словом. Что касается Цзян Сюэмин, то они с Гу Юем расстались…       — А они что, были вместе? — озадаченно спросил Чу Ин и Ши Гуан осекся.       — А, ну да, точно, это же было после твоего ухода, — он замялся и пожал плечами. — Ну, они встречались какое-то время… Довольно долго, как мне кажется. Мин-Мин хотела, чтобы Гу Юй поехал с ней учиться в Шеньчжэнь, но он отказался — не знаю почему, то ли не смог, то ли не захотел, ну и… — Ши Гуан показательно развел руками, а затем неуверенно почесал в затылке. — Одним словом на этом все закончилось. Я не стал расспрашивать, ну, потому что как-то это было неловко. Теперь в разговорах с ней я обычно не упоминаю о нем, а с ним — о ней. Знал бы ты только, как ужасно это выматывает! Мин-мин сейчас работает торговым менеджером — занимается закупкой одежды и аксессуаров для профильных магазинов, а Гу Юй устроился на радио — ведет ночные эфиры новостей, ставит музыку и всякое такое. Я редко вижусь со всеми ними, к сожалению — у каждого своя жизнь и работа, так что в основном мы созваниваемся…       Ши Гуан продолжал оживленно рассказывать о семейном бизнесе Хун Хэ и его намерении женится на Линь Цань, а Чу Ин — внимательно слушать и наслаждаться вкусом еды. Казалось бы, простой рис и немного мяса, а чувство, будто ничего вкуснее в этом мире просто не существовало. От непередаваемого наслаждения он даже позволил себе на секунду прикрыть глаза. Конечно, он истосковался по еде, но до этого даже и вообразить не мог, что так сильно.       — Нравится? — в какой-то момент неуверенно поинтересовался юноша. Чу Ин слегка наклонился и доверительно сообщил:       — Ты даже не представляешь насколько.       — Если хочешь, я могу еще принести, — Ши Гуан тут же вскочил на ноги и носки попадали с его колен. — У нас есть еще тушеные овощи и лапша… или я мог бы еще в магазин быстро сбегать — только скажи, что хочешь попробовать.       Чу Ин покачал головой, поскольку не хотел прерывать столь увлекательную беседу. Но все же радостно было видеть, что его юный друг оставался все таким же чутким.       — Все в порядке, не переживай. Еще успеется, — заверил он подопечного и тот, неловко помявшись, сел назад. Чу Ин отметил, что взгляд Ши Гуана изменился после его слов, стал неуверенным.       — Так ты… останешься? Точно не исчезнешь снова, едва я отвернусь? — тихо спросил он, и древний мастер вынуждено отвел глаза, понятия не имея, что ему ответить. Если он и сам не знал, в чем был смысл его возвращения — как он мог в чем-либо уверять или что-то обещать Ши Гуану? Чу Ин вздохнул и, отложив палочки в сторону, прямо взглянул юноше в глаза.       — Я не знаю. Я не знаю, почему вернулся — может, я надоел той сверхновой звезде, и она решила наконец-то от меня избавиться, — невеселый смешок. — Может, причина кроется в чем-то другом, и я пойму это позже. Сейчас у меня нет ответов, и я понятия не имею, получу ли их в ближайшем будущем. Поэтому пока… Сяо Гуан, я понимаю, что теперь все будет иначе и осознаю, что мое присутствие может создать тебе некоторые проблемы. Со своей стороны я постараюсь не слишком досаждать…       Ши Гуан вскинул руку и Чу Ин замолк на полуслове, вопросительно взглянув на него. Юноша немного помолчал, а затем улыбнулся ободряюще.       — О чем ты вообще говоришь? Никаких проблем, — он покачал головой. — Совершенно никаких проблем. Ты вернулся. И не просто вернулся — теперь ты можешь есть, пить, сам говорить с другими людьми, и, что самое главное, можешь играть в го. Со мной и с кем захочешь. По-настоящему. Ты хоть представляешь, как это офигенно? — полный теплоты взгляд Ши Гуана, казалось, проникал в самую душу. И хоть сейчас Чу Ин не имел доступа к мыслям и чувствам подопечного как раньше, но это не казалось ему хоть сколь-нибудь существенным. Достаточно было просто взглянуть ему в глаза, чтобы понять, что он говорил искренне.       — Кстати, о го, — Ши Гуан вновь поднялся на ноги и, театрально откашлявшись, торжественно заговорил на церемонный лад: — Не соизволит ли глубокоуважаемый господин Чу, с титулом божества го, сыграть партию с этим недостойным обладателем шестого дана?       Чу Ин тихонько рассмеялся и встал следом, по-прежнему глядя на подопечного сверху вниз. Ростом Ши Гуан его так и не догнал, но это было несущественно. Чистое, ничем не замутненное счастье переполняло его в тот миг до самых краев. Он вернулся. Вернулся домой. И все остальное по сравнению с этим было таким незначительным.       — Я уже начал бояться, что почтенный господин Ши не спросит.

***

      Ши Гуан почувствовал укол стыда, вспомнив о своем обещании Юй Ляну, но просто не мог уйти к нему на весь день и бросить Чу Ина одного, когда тот только вернулся, да и еще и в таком нетипичном для себя состоянии. Поэтому, загнав поглубже чувство вины и успокоив себя тем, что потом обязательно все ему объяснит и извинится как следует, юноша полностью посвятил себя своему старому другу. Который, казалось, все еще никак не мог привыкнуть к тому, что сейчас пребывал в этом мире физически, с детским восторгом касаясь каждой вещи, что попадала ему под руку.       Ши Гуан привычно поставил столик с гобаном и чашами около кровати. Сел по одну сторону и взволнованно указал Чу Ину на другую. Тот аккуратно присел — довольная улыбка не сходила с его лица ни на секунду, и юноша в какой-то миг поймал себя на том, что ему приятно было ее видеть. Да и вообще — он столько раз представлял себе этот момент, что теперь, когда тот так неожиданно наступил, не находил себе места. Его переполняла энергия: Ши Гуану казалось, что если бы возникла необходимость, он бы с легкостью пробежал марафон, или поднялся на самую высокую в мире гору. В противоположность ему Чу Ин был образцом величественного спокойствия. Прямая спина, неторопливые движения, вдумчивый, ясный взгляд. Когда древний мастер изящно взял первый камень в пальцы, Ши Гуан перестал дышать, и неотрывно следил за ним, пока тот не оказался на доске.       Юноше показалось, что в тот момент они с наставником выдохнули одновременно. Повисла звонкая пауза.       — И как? — благоговейным шепотом поинтересовался Ши Гуан, разглядывая Чу Ина во все глаза. Тот улыбнулся и невозмутимо сложил руки на коленях.       — Волнующе.       Юноша несколько озадачился, поскольку ожидал больше эмоций от наставника. Он прекрасно помнил, как Чу Ин радовался по-детски каждой возможности сыграть, как тягостно вздыхал, стонал и причитал, когда поиграть не получалось. Ши Гуан ожидал… Собственно, он ожидал взрыва эмоций от этого первого хода, ведь это, черт возьми, был его первый самостоятельный камень за полторы тысячи лет! Но Чу Ин выглядел просто довольным. Он смотрел на доску и улыбался с тихой радостью, но в его глазах не было ни трепета, ни восторга. Ни былого азарта, ни задора, ни огонька, которые раньше всегда появлялись, когда он начинал партию. У Ши Гуана неприятно зашевелилось в груди дурное предчувствие.       — Ты в порядке? — спросил он после небольшой паузы и Чу Ин взглянул на него вопросительно. Юноша поспешил пояснить. — Признаюсь, я думал, ты будешь скакать от радости. Нет, с одной стороны хорошо, что ты не стал этого делать — мама все еще спит, но тем не менее…       Чу Ин улыбнулся шире и покачал головой.       — Дай мне минуту, хорошо? Все же, я так долго не играл. Да и ты уже не тот невежественный ребенок, которого я встретил когда-то давно. Не хочу…       — Опозориться? — тихонько прыснул Ши Гуан в ладонь, хотя это само по себе было попросту немыслимо. Однако после его поистине смешного предположения тень неясной тревоги промелькнула на лице Чу Ина. Но это случилось так быстро, что юноша не был уверен в том, что ему не померещилось.       — Торопиться, — поправил наставник назидательно, снова став самим собой. Он бросил внимательный взгляд из-под ресниц на юношу. — Я отдаю тебе должное. И предупреждаю, что не буду снисходительным.       — Мне это и не нужно, — заверил Ши Гуан со всей уверенностью, на какую был способен. — Я не терял времени даром и упорно трудился все эти годы. И даже если я тебе проиграю сегодня, это будет означать только то, что мне еще есть куда расти и к чему стремиться.       Чу Ин усмехнулся.       — Мне нравится твой настрой и ход мыслей.       Когда они вновь вернулись к партии, Ши Гуан почувствовал себя намного лучше. Играть с Чу Ином было одновременно очень легко и невероятно сложно. Уже очень скоро юношу полностью поглотило действие на гобане, от которого он не мог оторвать взгляда. Ши Гуан держался так долго, как только мог, но в конце концов был вынужден признать поражение. От чего получил такое удовлетворение, которого совершенно не ожидал испытать. В груди в тот же миг будто бы развязался какой-то узел, и стало легче дышать.       — Старый имбирь все такой же острый! — восхищенно провозгласил он громким шепотом и счастливо вздохнул, продолжая разглядывать черно-белый узор, что занимал почти всю доску. — Теперь, когда ты вернулся, скрывать твой талант — настоящее преступление! Юй-лаоши, Сюй-гэ, брат Хоу и остальные откусят мне голову, если я не познакомлю тебя с ними до того, как ты станешь всемирно известным. Если честно мне уже не терпится увидеть, как они удивятся и обзавидуются, когда я расскажу, что ты мой наставник. Хе-хе. Ты станешь путеводной звездой для всех нас!       Ши Гуан довольно потер руки в предвкушении и рассмеялся, но когда взглянул на Чу Ина, то заметил, что тот все еще внимательно изучал партию на гобане. Улыбка юноши медленно сошла на нет, и он вновь подумал о том, что с древним мастером определенно что-то не так. Где его энтузиазм, запал, стремление во что бы то ни стало отыскать Божественный ход? Теперь-то у него точно были все шансы найти его!       — Чу Ин?       — Ты в самом деле сильно повзрослел, — сказал он так проникновенно, что Ши Гуан почувствовал, как у него по спине пробежали мурашки. — Уверенная, зрелая игра. Много по-настоящему удачных решений и ты теперь можешь видеть намного дальше, чем раньше. Я очень рад. И очень тобой горжусь.       Ши Гуан нервно сглотнул и почувствовал, как предательски полыхнули его щеки.       — Да ладно, я… я не так уж и хорош пока еще. В последнем турнире я проиграл три партии из двенадцати, в то время как Юй Лян — всего одну.       — Нет предела совершенству. Но уровня, которого ты уже достиг достаточно для того, чтобы я больше никогда не смел тебя недооценивать или указывать, как тебе стоит играть.       Ши Гуан поднял голову и встретился взглядом с наставником. Так странно было слышать искреннюю похвалу и признание своих успехов, а не постоянные упреки о том, что мог бы сыграть лучше, если бы больше сосредоточился, или постарался, или тренировался усерднее. Юноша вдруг как никогда остро осознал, что ему не хватало этой безоговорочной поддержки безо всяких «но» в довесок, и ответил старому другу благодарной улыбкой. И Чу Ин вернул ее обратно — на этот раз с неподдельным блеском в глазах.       — Сыграем еще раз?..       У Ши Гуана и в мыслях не было отказываться.       Юноше удалось успешно прятать наставника от мамы до самого вечера. Благо проснувшись, она сходила в магазин, а перед ночным дежурством поехала навестить дедушку. Ши Гуан справедливо полагал, что сегодня им не абы как повезло — не иначе звезды сошлись под нужным углом, благоволя Чу Ину — и пообещал себе завтра обязательно что-нибудь придумать. А пока, воспользовавшись отсутствием матери, Ши Гуан наглядно продемонстрировал древнему мастеру все тонкости пользования ванной комнатой. В процессе его случайно облили из душа, но это были сущие мелочи, которые вызвали смеха больше, нежели досады.       — Подожди, я сейчас найду нам какую-нибудь одежду… Только вот совсем не уверен, подойдет ли тебе хоть что-то из моего гардероба, — бормотал Ши Гуан. Переодевшись, он все посмеивался и попутно переворачивал свой шкаф вверх дном в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы подойти утонченному и благовоспитанному тысячелетнему мастеру из Южной Лян. Но чем дольше юноша перебирал свои вещи, тем сильнее хохотал, стоило представить Чу Ина в каждой из футболок, что попадали ему под руку.       — Какой кошмар, это попросту безнадежно. Уж проще сразу узнать, снимают ли сейчас на какой-нибудь киностудии исторические дорамы, и купить костюмы у них, — от одной только мысли о подобном звонке, Ши Гуан снова начал смеяться. В самом деле — разве можно одеть Чу Ина во что-нибудь из двадцать первого века? Это было бы почти также нелепо, как нарядить Юй Ляна в супергеройское трико.       Не переставая смеяться от воображаемых картинок, Ши Гуан наконец-то потянулся за телефоном и только тогда с недоумением заметил, что тот выключен. Когда же он включил мобильник, то к своему стыду увидел с десяток пропущенных от Юй Ляна. Испытав легкий укол совести, Ши Гуан таки отнес от безысходности в ванную пару футболок и штаны, предоставив Чу Ину дальше самому ломать голову, а потом набрал напарника. Юй Лян некстати поднял трубку как раз в тот момент, когда древний мастер неуверенно вышел из ванны. Без привычной шапки, в растянутой футболке с радугой, домашних клетчатых штанах, которые даже до щиколоток ему не доставали, и старых тапочках — Ши Гуан почти сразу покатился со смеху, увидев его, и ничего не мог с этим поделать.       Чу Ин его веселья не разделял от слова совсем.       — Надеюсь, мне никогда не придется показываться на людях в таком виде, — с несчастным лицом пробормотал он, отчего Ши Гуан вынужден был закрыть себе рот, чтобы не смущать его своим смехом еще сильнее. — Хорошо, что моя мама давно на небесах. Иначе бы пришла в неописуемый ужас.       Ши Гуан совсем не хотел, чтобы так вышло, но по сути вместо звонка с извинениями получилось что-то совсем не то. Юй Лян, разумеется, все понял превратно и даже шанса не дал объясниться. Когда обиженный напарник бросил трубку юноша попытался позвонить еще раз, но тот так и не ответил. Ши Гуан с досадой прищелкнул языком и, отбросив телефон в сторону, устало протер руками глаза. Он же предупредил, что не придет — зачем так сильно дуться? Однако на душе все равно скребли кошки: он ведь обещал и злостно не сдержал слова, пусть и не специально. Что ни говори, а нужно было срочно как-то исправить ситуацию.       — Сяо Гуан?       Ши Гуан поднял голову и тут же усмехнулся — просто не смог сдержаться. В новой одежде Чу Ин выглядел очень странно, и в то же время казался непривычно домашним и близким, хотя даже при этом умудрялся сохранять идеальную осанку и выглядеть величественно. Глядя на него юноша подумал о том, что непременно как-нибудь достанет одежду, подходящую ему по облику и статусу. Менять и перекраивать наставника в угоду настоящему времени казалось ему самым настоящим кощунством. Ши Гуан пообещал себе, что ни за что не станет этого делать сам и не позволит никому другому.       Чу Ин все смотрел на него пытливо-обеспокоено и юноша покачал головой.       — Все в порядке. Просто небольшая размолвка с Юй Ляном. Ничего страшного.       — Ты ведь должен был встретиться с ним сегодня?       Ши Гуан вздохнул: да уж, от его проницательности по-прежнему никуда не деться. Но все же это было совсем не то, о чем юноша сейчас хотел говорить.       — Все нормально, не бери в голову. Я и так вижу его едва ли не каждый день. Ничего не случится, если пропущу один.       — Даже если и так, мы все равно должны извиниться перед сяо Ляном.       Ши Гуан поджал губы.       — Я и хотел. Но было бы это так просто! Он ведь за эти годы совсем не изменился и по-прежнему упертый как осел! Вон, даже договорить мне не дал — все возмущался, как забытый на газу чайник… — юноша осекся на полуслове, поскольку ему в голову пришла неожиданная, но очень дельная мысль. Ши Гуан сразу вскинулся и в предвкушении взглянул на наставника. — Чу Ин! А хочешь пойти со мной завтра к Юй Ляну?       Древний мастер уставился на него во все глаза.       — К сяо Ляну? Ты не шутишь?       — Конечно нет! К тому же, Юй-лаоши как раз вернулся сегодня из отпуска. Ты только представь — ты сможешь сразу сыграть и с отцом, и с сыном, или даже с двумя одновременно — уверен, они ни за что не откажут, как только услышат твое имя! И кто знает, может, в одной из этих партий отыщется Божественный ход. Что скажешь? Здорово я придумал, правда?       Ши Гуан считал это весьма удачным решением. К тому же, Чу Ин как никто заслуживал славы, заслуживал очень давно и юноша собирался помочь ему достичь ее сейчас любым способом. Он полагал, что наставник придет в неописуемый восторг от его предложения, но этого снова почему-то не случилось. Тень какой-то совершенно непонятной неуверенности пробежала по лицу древнего мастера.       — Ну… Я не знаю, — он беспомощно посмотрел на одежду, в которую нарядил его Ши Гуан за неимением ничего более подходящего, и стыдливо добавил: — Сяо Гуан, я не могу пойти так.       Едва Ши Гуан услышал это, и ему сразу стало намного легче. Так вот, оказывается, в чем было дело…       — И не пойдешь — наденешь свое. И шапку обязательно, чтобы они сразу поняли: твоя аватарка на сайте «WeiDa» — это не какая-то фикция! — Ши Гуан решил пока умолчать о том, что давно удалил аккаунт, и вместо этого довольно потер ладони — уж после такого знакомства, Юй Лян разом простит ему все прошлые прегрешения и, вероятно, даже авансом наперед. — И не бойся — в случае чего, я буду рядом и ни за что не дам тебя в обиду.       Чу Ин рассмеялся и Ши Гуан не смог не улыбнуться в ответ.       — Что ж, раз так, то мне, наверное, следует хорошенько выспаться.       — Для первого сна за полторы тысячи лет — мои апартаменты в вашем распоряжении, господин Чу, — услышав это, наставник сразу открыл рот — наверняка чтобы запротестовать — но Ши Гуан не дал ему ни единого шанса. — Прошу, не спорь со мной. Ты в моем доме, ты мой гость, и я хочу, чтобы ты хорошо отдохнул. И отказываться будет невежливо.       Эти волшебные слова, сказанные спокойным уверенным тоном ожидаемо загнали Чу Ина в угол, с чем Ши Гуан себя мысленно поздравил.       — А ты?       — А я на диван, — юноша пожал плечами и снова вскинул руку, предупреждая все возможные протесты. — И это не обсуждается. Отоспись хорошенько, ведь завтра тебя ждет весьма насыщенный день!       Он ободряюще хлопнул наставника по плечу и улыбнулся, после чего в прекрасном настроении прошествовал в гостиную и шумно плюхнулся на подушки. Краем глаза Ши Гуан видел, что Чу Ин наблюдал за ним из-за дверного проема своей комнаты.       — Что ж, тогда… Спокойной ночи, сяо Гуан, — неуверенно сказал он, на что Ши Гуан улыбнулся от всей души.       — И тебе. Ни о чем не беспокойся.       Чу Ин кивнул, после чего развернулся и сразу исчез за дверью. Уже через минуту свет в комнате погас и Ши Гуан тоже выключил лампу в гостиной. Юноша лежал и смотрел в потолок, совершенно не отдавая себе отчета в том, что продолжал счастливо улыбаться. Сна не было ни в одном глазу, его по-прежнему переполняла энергия до такой степени, что, казалось, в тот момент он был попросту способен на что угодно. Взлететь, свернуть горы, сыграть в го сразу с тремя великими мастерами современности и выиграть у всех. Не существовало ничего, с чем бы он мог не справиться.       С чем они могли бы не справиться.       Ши Гуан закрыл лицо руками и тихонько рассмеялся, а после зарылся носом в подушку.       Он и не заметил, как провалился в сон, но проснулся резко, будто ему гаркнули прямо в ухо или облили холодной водой. В квартире уже было довольно светло, когда дезориентированный и всклоченный, юноша ошарашенно подскочил на диване, и, только в голове немного прояснилось, первым делом сразу бросился в свою комнату. Он должен был немедленно убедиться, что ему не приснилось, что все это было на самом деле.       Чу Ина там не оказалось.       Сердце тут же предательски пустилось вскачь — Ши Гуана накрыла самая настоящая паника. В комнате не наблюдалось ни единого следа пребывания древнего мастера: кровать была аккуратно заправлена, веер лежал на тумбочке, вещи покоились на своих местах, как юноша их оставлял накануне. Ши Гуан что было мочи вцепился в дверной косяк: сердце сковало ледяными тисками, а глаза начало предательски пощипывать. Он отчаянно помотал головой. Нет-нет-нет, это не мог быть сон, ему не могло просто это присниться!..       — Сяо Гуан?       Юноша подскочил как ошпаренный и оглянулся. Чу Ин появился из кухни — в привычном белом, хоть и слегка помятом ханьфу, в своей высокой шапке и неожиданно прихватками в руках. Ши Гуан схватился за грудь и со свистом втянул носом воздух, после чего согнулся пополам, прикрыв глаза. Вряд ли он хоть когда-нибудь раньше испытывал такое сильное облегчение. Если бы это оказалось сном, он бы точно впал в депрессию.       — Чу Ин, господин Чу, во имя всех святых, не делай так больше, ладно? — Ши Гуан подошел к наставнику на негнущихся ногах и схватил того за руки, чтобы убедиться, что ему в самом деле не мерещилось. Чу Ин в растерянности наблюдал за его действиями, лишь непонимающе хлопая глазами. — Меня чуть удар не хватил!       — Я… — наставник неуверенно скосил глаза на кухню за своей спиной. — Я просто разогревал нам завтрак. Ты так крепко спал и я не решился тебя разбудить. Подумал, что смогу справиться сам — я ведь много раз видел, как вы с Хун Хэ готовили на плите, вот и… — он осекся на полуслове и озадачено спросил: — Что такое? Почему ты так странно на меня смотришь?       Ши Гуан едва сумел придушить смешок. Чу Ин когда-то давно рассказывал, что живя в Лян, никогда не утруждал себя бытовыми хлопотами, в том числе и готовкой, поэтому мог спокойно играть в го едва ли не сутками напролет. Для всех домашних работ у него имелись служанки, и Ши Гуану всегда это казалось непонятным и неимоверно пафосным, хоть вслух он ничего подобного не говорил, опасаясь ненароком задеть тонкую душевную организацию древнего мастера. От одной только мысли, что Чу Ин сам захотел позаботиться о нем, пусть даже это была такая мелочь как завтрак, у Ши Гуана все счастливо щемило в груди.       — Прости, я, знаешь… — у юноши не находилось слов, поэтому он просто крепче стиснул руки старого друга. — Спасибо. Ты не был обязан.       Чу Ин хмыкнул и на миг отвел глаза.       — Какие глупости. Ты делаешь для меня намного больше. Я это знаю и ценю.       Его голос был глубоким и тихим, и юноша ощущал, как что-то приятно резонировало в душе с каждым словом. В какой-то момент они встретились взглядами, и Ши Гуану очень остро захотелось хоть как-то выразить всю свою признательность и радость. Хотя бы самую малость, хотя бы крохотную толику от того неимоверного душевного подъема и восторга, что он испытывал в тот момент. Его наставник, лучший друг, брат, родственная душа, такая большая и важная частичка сердца — он был здесь, старался для него, и Ши Гуан не знал, что должен был сделать и что сказать, чтобы тот понял, как важно все это было для него.       Ши Гуан выдохнул и не очень охотно отпустил руки Чу Ина. Он обязательно сделает все, чтобы наставник в этом мире и в этом времени чувствовал себя как дома.       — Давай я сейчас умоюсь и мы позавтракаем.       Ши Гуан понимал, что на самом деле у них в запасе было не так уж и много времени перед маминым возвращением с дежурства, поэтому рассиживаться долго они не стали. Юноша довольно быстро привел себя в порядок, а перед выходом из квартиры немного подумал и торжественно протянул Чу Ину его веер.       — Я старался беречь его все эти годы.       — Сяо Гуан…       — Пожалуйста, возьми его назад — с ним ты выглядишь как надо. И уж точно лучше, чем я, — нервно хохотнул он и Чу Ин, после недолгих раздумий, неуверенно взял веер в пальцы. После чего отвесил подопечному благодарный полупоклон.       — Ну что ж, — Ши Гуан взволнованно вдохнул, поправив рюкзак за плечами, и пытливо взглянул на наставника. — Ты готов? Мир ждет тебя!       По лицу Чу Ина вновь пробежала тень неуверенности.       — Ты в самом деле считаешь, что мне можно так выйти на улицу? Наверняка все будут… пялиться, — последнее слово он произнес едва ли не с благоговейным отвращением. — Я ведь не слепой и вижу, в чем ходят современные люди.       Ши Гуан успокаивающе улыбнулся и покачал головой. Когда древний мастер был призраком юноша и представить не мог, что его в самом деле могли взволновать подобные вещи. Конечно, не хотелось, чтобы ему было некомфортно, но сам Ши Гуан считал его внешний вид весьма презентабельным.       — Чу Ин, — торжественно начал он самым убедительным тоном, на который был только способен. — Ты — божество го. Ты выглядишь как божество го. Так и веди себя как божество го. Если ты будешь держаться так, будто не происходит ничего необычного — никто в этом и не усомниться. Ты сам учил меня этому — мы те, кем считаем себя. А уж тебе-то после тысячи лет вообще не о чем волноваться.       Чу Ин поджал губы и задумчиво покрутил в пальцах свой веер. Это простое действие было таким легким, непринужденным и хорошо знакомым, что откликнулось в душе юноши очередной порцией ностальгии. И как он только мог жить без этого удивительного человека рядом все эти годы?       — А в твоих словах в самом деле есть смысл. Хорошо, сделаю, как ты скажешь.       — Отлично! Тогда поторопимся — мама придет с минуты на минуту, а я так и не придумал, как тебя ей представить. Не хотелось бы ненароком попасть в неловкую ситуацию.       — Ну так просто скажи ей, что я божество го, раз я так выгляжу.       — Ха-ха, будто она в такое поверит!..