По воле Небес

      По привычке проснувшись рано утром, первая мысль, что пришла Чу Ину в голову была о Ши Гуане и о том, что отныне у них наконец-то все наладилось. Он повернулся набок к тумбочке, на которой стоял снимок с горы Улу и губы сразу же расползлись в улыбке. Ему все еще непросто было поверить, что все это не сон, что Ши Гуан действительно выбрал его, что хотел быть рядом с ним, что отдал свое сердце… А затем Чу Ин вспомнил в каком состоянии вернулся юноша вечером от Юй Ляна и улыбка медленно сползла с лица, в то время как сердце сжалось от жалости и сочувствия. В ближайшее время Ши Гуану наверняка будет очень непросто и Чу Ин мысленно пообещал себе, что будет рядом, что постарается сделать все, лишь бы его дорогой луч света знал, что больше никогда не будет один.       В какой-то момент поднявшись с кровати Чу Ин переоделся, а затем подошел к окну и, отодвинув шторы, выглянул в окно. На улице было пасмурно и немного туманно, а после взгляда на свои увядшие растения, древний мастер тяжко вздохнул — вчера он подлил горшки в надежде, что это поможет реанимировать зелень, но пока особого эффекта видно не было. Чу Ин подумал о том, что ни за что не даст пропасть своим цветам. Возможно, стоило купить каких-нибудь удобрений или еще чего…       Он тихонько вышел из комнаты, полагая, что подопечный еще спит. Мастер по привычке собирался приготовить завтрак, и слегка удивился, обнаружив, что дверь в спальню юноши была открыта нараспашку — кровать оказалась уже заправлена, а его самого внутри не нашлось. Сразу после этого открытия Чу Ин услышал какие-то приглушенные звуки на кухне и направился туда. Когда же он толкнул дверь и вошел, то увидел Ши Гуана за плитой, в то время как на столе уже стояли мисочки с тофу и сыром, а в воздухе витал запах жареных яиц с беконом. Сперва древний мастер даже слегка растерялся — ведь обычно это он всегда готовил завтрак для себя и подопечного, — а затем его пронзил острый укол сочувствия: должно быть, Ши Гуану просто необходимо было чем-нибудь занять себя, чтобы не зацикливаться на том, что произошло вчера.       В какой-то момент приготовлений юноша обернулся и, тут же заметив его, воскликнул:       — О, ты уже проснулся! Как раз вовремя — я почти закончил, — он непринужденно улыбнулся, после чего выключил плиту и, достав еще тарелки из шкафа, деловито принялся накладывать в них еду. Чу Ин какой-то момент смотрел на него, чувствуя, как затапливает его с головой щемящая нежность, а затем, повинуясь порыву, подошел к подопечному и бережно обнял его со спины, зарывшись носом в макушку. На душе сразу же стало спокойно, и он прикрыл глаза на миг, наслаждаясь моментом. Как же прекрасно, что теперь можно было выражать свои чувства не таясь, без страха быть отвергнутым, касаться, когда хочешь, чувствовать тепло его кожи, гладить по мягким волосам, целовать…       Ши Гуан перехватил его руки и несильно сжал их, вздохнув едва слышно. Некоторое время они молча просто стояли вот так, разделяя тепло и уютную близость, а затем Чу Ин тихо спросил:       — Как ты?       Юноша шумно втянул носом воздух, но не отстранился. Он некоторое время молчал, а затем вяло пожал плечами.       — Ну такое, — он издал невеселый смешок. — Все еще не могу поверить, что тот вчерашний разговор был на самом деле. Так странно и… не знаю, ощущение, будто я потерял конечность или что-то в таком духе. Но я с этим справлюсь, — вдруг уверенно заявил он прежде, чем Чу Ин успел что-то сказать по этому поводу. Ши Гуан повернулся к нему лицом и посмотрел прямо в глаза. — Не волнуйся, ладно? Просто нужно время — я это понимаю.       Ши Гуан улыбнулся, хоть Чу Ину и почудилось, будто улыбка была вымученной, но ничего не сказал, поскольку юноша сразу кивнул на стол.       — Давай завтракать, пока все не остыло.       Древнему мастеру не очень хотелось выпускать его из объятий, но выбора не было. Когда они сели за стол, Чу Ин вновь бросил быстрый взгляд на юношу.       — Во сколько же ты встал, чтобы все это приготовить?       — О, я рано проснулся и потом не мог уснуть. А затем вспомнил, что в холодильнике совсем еды нет, и сбегал в круглосуточный магазин через проулок, — он пожал плечами, деловито ковыряясь палочками в тарелке. — Мне было несложно, правда, к тому же… Это оказалось очень приятно — готовить завтрак не только для себя.       Чу Ин невольно расплылся в улыбке, в то время как Ши Гуан перевел взгляд на его ладонь.       — Как твоя рука? — спросил он, после чего неожиданно потянулся к его ладони и осторожно провел по ней пальцами, внимательно разглядывая. Сердце тут же совершило сальто и радостно ускорилось.       — Все в порядке, сяо Гуан, как видишь, уже почти все зажило.       — Ох, и как они вообще в храме додумались поручить тебе колоть дрова, — умилительно сокрушался он, на что Чу Ин только коротко рассмеялся. — По тебе же сразу видно, что ты не создан для физического труда…       Он вдруг осекся, а затем его лицо сразу же просветлело, будто он что-то вспомнил.       — Посиди здесь, я сейчас, — сказал он с загадочным видом, после чего стремглав унесся в свою комнату. Его не было буквально минуту, а затем юноша вернулся с хитрой улыбкой и лукавым блеском в глазах, что-то пряча у себя за спиной.       — У меня кое-что есть для тебя. Надеюсь, понравится.       Чу Ин тут же вскинулся.       — Подарок? — взволнованно произнес он одними губами, на что Ши Гуан только нахально улыбнулся шире и присел рядом.       — Угу. Дай руку.       Заинтригованный, Чу Ин сделал как было велено, от волнения и предвкушения едва ли в силах усидеть на месте. Уже через считанные мгновения юноша оголил его запястье и древний мастер увидел в его руках браслет из переплетенных красных нитей, соединявших два круглых блестящих камушка — черный и белый. Ши Гуан ловко повязал незамысловатое украшение ему на руку, после чего взглянул выжидающе.       — Ну как, тебе нравится?       — Они похожи на камни для го, — поделился соображениями Чу Ин, внимательно разглядывая неожиданный подарок, а затем поднял глаза на подопечного и расплылся в благодарной улыбке. — Конечно, мне нравится.       Ши Гуан улыбнулся в ответ, и тут же взял его ладонь в свою, внимательно глядя в глаза.       — Считай, что это мое тебе обещание, — как-то проникновенно сказал он, отчего у Чу Ина внутри все сразу же волнительно затрепетало, а по спине пробежали мурашки. — Чтобы ты больше никогда не смел сомневаться в моих чувствах к тебе, чтобы никогда больше не думал о том, что без тебя мне будет лучше. Ты правильно сказал тогда, что с первой встречи мы навеки связаны друг с другом. В этой жизни, в следующей, и в какой бы то ни было — я хочу быть с тобой. Всегда помни об этом.       От его слов и выразительного взгляда древний мастер совершенно потерял голову и подался вперед, накрывая такие желанные губы своими. Поцелуй был медленным и тягучим, чувственным и неспешным, полным невыразимой нежности и молчаливого обещания всегда быть рядом отныне и впредь. Когда они насилу отстранились друг от друга Чу Ин обхватил лицо Ши Гуана ладонями и прислонился своим лбом к его, прикрыв глаза.       — Сказав это, ты больше никогда от меня не отвяжешься. Ты хорошо подумал, сяо Гуан?..       — Замолчи, — с намеком на недовольство ответил он, а уже в следующий миг обвил шею Чу Ина руками, притягивая к себе и вовлекая в новый поцелуй по собственной инициативе. Все мысли тут же благополучно выветрились из головы, и древний мастер полностью отдался на милость ощущениям, позволяя Ши Гуану действовать, позволяя ему вести. Он не знал, сколько времени они сидели на кухне и целовались, но когда юноша отстранился, стало предельно ясно только то, что его было слишком мало.       — Нам нужно собираться и идти в Институт, — первым делом сообщил Ши Гуан, чем тут же зарубил на корню весь этот прекрасный момент и уютную романтическую атмосферу. — Я должен извиниться перед Фан Сюем и как-то реанимировать свое положение. Сидеть на скамейке запасных полгода — это как-то не слишком весело, да и на зарплате отразится. Кроме того, — несмотря на серьезный разговор, Ши Гуан протянул ладонь и почти невесомо провел кончиками пальцев по щеке Чу Ина, — тебе бы тоже не помешало вернуть свою должность.       Древний мастер перехватил его пальцы и мягко поцеловал их, после чего бережно сжал ладонь, пряча глаза.       — Я не думаю, что мне стоит возвращаться.       — Это еще почему? Из-за Юй Ляна? Ну да, это будет непросто, наверное, но ведь у нас всех есть работа и с этим ничего не поделаешь…       Чу Ин поджал губы, не зная, как сообщить о том, что за время пребывания в Лян пересмотрел свои приоритеты. На некоторое время повисла пауза, а когда он все же решился и несмело поднял глаза на юношу, то заметил, что тот смотрел на него с робким вопросом на лице. Древний мастер улыбнулся ободряюще.       — Дело не только в Юй Ляне. Вообще-то я подумал о том, что было бы неплохо стать учителем и учить детишек играть в го.       Услышав это, Ши Гуан широко распахнул глаза, глядя на него со смесью неверия и удивления.       — Ты серьезно? Нет, постой, я правильно понял? Ты хочешь учить детей? Ты?       — А почему бы и нет? — он пожал плечами, и взгляд мечтательно устремился куда-то вдаль. — Ты, сяо Байлун, те дети в Лян — несмотря на разные сложности этой профессии я вдруг понял, что для меня учить в радость и, как показала практика, у меня таки есть к этому кое-какие способности. К тому же, иметь дело с юными умами намного проще, нежели с профи, у которых уже есть свои привычки, у которых уже сформировалось мировоззрение и стиль игры. Здорово было бы открыть свою школу… Ну, или преподавать в какой-нибудь, например, после уроков.       Губы юноши тронула улыбка, но она отчего-то получилась какой-то грустной.       — Ох, Чу Ин, не хочется тебя расстраивать, но так запросто учить детей тебе никто не позволит, — с откровенным сочувствием в голосе отозвался Ши Гуан, чем сразу же вернул древнего мастера с небес на землю.       — Что ты имеешь в виду? Почему это? У меня ведь уже есть паспорт!       Юноша жалостливо поджал губы, а затем сообщил:       — Чтобы учить детей, тебе нужна либо лицензия преподавателя, либо профессиональный ранг. А еще лучше — и то, и другое.       Чу Ин опешил.       — То есть, как это? Даже чтобы преподавать мне снова нужны какие-то бумажки?       Ши Гуан страдальчески развел руки в стороны.       — Прости, сейчас документы нужны буквально везде.       — Какой кошмар, это абсолютно несправедливо и никуда не годится! Вот в мое время достаточно было рекомендации от учителя или императорского экзамена, чтобы получить необходимую должность! А сейчас? И удостоверение личности нужно, и номер плательщика налогов, и медстраховка, а теперь еще и эта лицензия, — по слогам произнес он и с чувством фыркнул, — придумают же… Да моим квалификации и опыту нет равных на всем свете! Просто возмутительно, эта эпоха по уши увязла в абсолютно ненужной и ужасной бюрократии… Почему ты смеешься? Что такого смешного я сказал?       Продолжая посмеиваться, Ши Гуан покачал головой.       — Прости-прости, просто ты сейчас говоришь в точности как мой дедушка.       Чу Ин прищелкнул языком и деланно насупился. Ах так, значит?..       Заметив его реакцию, Ши Гуан тут же прекратил бессовестно лыбиться.       — Ну чего ты, обиделся?       Древний мастер показательно молчал, глядя куда-то в сторону. Подопечный какой-то момент старался перехватить его взгляд, а когда у него это так и не получилось, тяжко вздохнул.       — Ну прости, пожалуйста, я не хотел тебя задеть.       — Ты не задел. Да, я старый и глупый — что ж, не повезло тебе.       — Да о чем ты говоришь, посмотри на себя — тебе всего-то двадцать восемь, а что касается глупости, то это… — он осекся, вероятно заметив, как Чу Ин старательно пытался спрятать улыбку. — Ах ты, старый хитрый лис! Подловить меня захотел, да?       — Ничего подобного, я по-прежнему обижен.       — О, — театрально протянул Ши Гуан, подыгрывая, — конечно, это же очевидно. Ну и как же этот недостойный может искупить свою вину перед благороднейшим господином?       — Мм… Я не думаю, что это возможно.       — Да неужели? — Ши Гуан рассмеялся, после чего подался вперед, стремительно сокращая дистанцию между ними. — Ладно, а если так?       Он наградил Чу Ина легким невинным поцелуем, а затем отстранился и вопросительно взглянул на него. Тот сделал вид, что его это совершенно не впечатлило.       — Это по-прежнему ничего не меняет. Раз уж я напоминаю тебе дедушку, можешь поискать себе кого помоложе.       Ши Гуан громко прищелкнул языком, красочно закатив глаза, и снова коснулся губ древнего мастера, на этот раз серьезнее, вынуждая открыть рот, чтобы проникнуть внутрь языком. Чу Ин тут же прекратил играть в недотрогу, стараясь перехватить инициативу, но тщетно. Осознав это, он покорно поддался напору юноши и зарылся пальцами в его волосы, притягивая к себе, жадно припадая к губам, словно испытывающий жажду путник, нашедший спасительный оазис в пустыне…       Чу Ин совершенно потерял голову, растворившись в ощущениях. А когда Ши Гуан отстранился, снова вопросительно приподняв бровь и лукаво усмехаясь, мастер нежно провел пальцами по его лицу. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, дыхание сбилось, но вместе с тем очень хотелось еще. Сейчас Чу Ин даже не понимал, как умудрялся терпеть столько времени и отказывать себе в столь желанной близости.       — Безусловно ты умеешь подбирать дельные аргументы.       Юноша рассмеялся, а затем покрыл его лицо короткими легкими поцелуями, которым древний мастер радостно подставился, будто солнечным лучам.       — Давай сперва поговорим с Фан Сюем, а там уже решим, что будем делать дальше, хорошо? — в какой-то момент сказал Ши Гуан, отстранившись. Чу Ин кивнул, буквально заставив себя выпустить юношу из объятий.       Покончив с завтраком, они собрались, и перед выходом на улицу древний мастер торжественно вручил подопечному свой веер.       — Я хочу, чтобы он был у тебя. По правде, это всегда было мое тебе обещание, однако теперь я по крайней мере могу лично сказать об этом.       Ши Гуан улыбнулся и кивнул, принимая подарок обратно.       — Мне его очень не хватало, — признался он, отчего сердце Чу Ина сразу же пустилось вскачь. — Спасибо.       Древний мастер нежно поцеловал подопечного в макушку.       Они прибыли в Институт рано утром и, на счастье, в нем никого не было, ведь команда участвовала в соревнованиях за кубок Чжанцы. Ши Гуан все сильнее нервничал с каждым шагом, что приближал его к кабинету директора, и это было заметно невооруженным глазом. Он все беспрестанно крутил в пальцах веер и дергался от каждого слова или жеста, очевидно испытывая глубокий стыд и вину из-за того, что не оправдал надежд и подвел Фан Сюя.       — Сяо Гуан, успокойся, я уверен, что все как-нибудь образуется, — проникновенно сказал Чу Ин, когда ему уже стало невмоготу наблюдать за мучениями подопечного. К тому моменту они как раз вошли в огромный холл, где почти синхронно кивнули Ван Сяожань за ресепшеном в знак приветствия, и направились по лестнице прямиком на второй этаж.       — Я обещал ему, что выиграю кубок в этом году, — сокрушался Ши Гуан. — А в результате я не просто проиграл, а вообще с треском и позором вылетел с турнира. Вряд ли он будет сейчас так уж рад меня видеть.       — Ну хватит, у тебя были причины… — Чу Ин осекся, тоже ощутив себя виноватым. — В любом случае, что толку винить себя, если мы уже ничего не можем исправить? Все, что нам остается — это оставить прошлое в прошлом и придумать, как быть в будущем. Только это имеет значение.       Ши Гуан тягостно вздохнул.       — Может и так, но это не отменяет того факта, что он будет очень зол!       — Уверен, выход найдется. Должен найтись!       — Твоими бы устами да мед пить! Ох, честно, я даже не представляю, как Сюй-гэ отнесется к… — они повернули за угол и юноша тут же остановился, прервав себя на полуслове. В первый момент Чу Ин не понял, что случилось, а когда взглянул вперед, то тут же остолбенел. Юй Лян стоял впереди — видимо, как раз вышел из кабинета Фан Сюя, и на некоторое время они все трое замерли, неуверенно глядя друг на друга. Неловкость и напряжение тут же заполнили все пространство вокруг, и сразу же стало как-то физически неуютно.       — Юй Лян? — негромко позвал Ши Гуан дребезжащим от волнения голосом. Тот поджал губы, но ничего не ответил, и уже в следующий миг просто прошел мимо, едва ли удостоив их быстрым взглядом. Юноша повернулся ему вслед с робкой надеждой и позвал еще раз:       — Юй Лян!       Но тот так и не обернулся.       Чу Ин внимательно взглянул на Ши Гуана. Тот смотрел напарнику в спину, пока тот окончательно не скрылся из виду, а затем на его глазах сразу же выступили слезы обиды, вины и разочарования.       — Теперь что, так всегда будет? Он ни взглядом, ни словом больше меня не удостоит? — юноша коротко всхлипнул, по-прежнему продолжая смотреть на лестницу, где исчез его лучший друг. — Я знаю, что ему больно, а мне разве нет?..       — Ну все, иди сюда, — Чу Ин сделал шаг вперед, притягивая к себе юношу. Тот уже через мгновение повернулся и, уткнувшись лицом ему в плечо, крепко обнял. Древний мастер успокаивающе гладил его по голове, пока Ши Гуан беззвучно давился всхлипами. — Все будет хорошо, сяо Гуан, наберись терпения. Вам обоим нужно время пережить это.       Они простояли в коридоре обнявшись минут пять, а затем юноша отстранился и, громко шмыгнув носом, провел ладонью по лицу.       — Может, хочешь сходить в уборную?       — Нет, я в порядке, — Ши Гуан проморгался, а затем еще несколько раз быстрым жестом провел пальцами по глазам. — В порядке, не переживай.       Чу Ин взглянул на него с сочувствием, на что юноша тут же одарил его преувеличенно бодрой улыбкой, наверняка в душе продолжая винить и накручивать себя. Древнему мастеру отчаянно хотелось сказать еще что-то, как-нибудь втолковать ему, что это еще не конец, что рано или поздно боль поутихнет, что он ни в чем не виноват. Но он так и не успел ничего сказать — Ши Гуан решительно направился к двери Фан Сюя и без колебаний постучал. Чу Ину ничего другого не оставалось, как последовать за ним.       — А я все ждал, когда же вы придете, — Фан Сюй сидел за столом, в то время как юноша и древний мастер неловко замерли сразу же у двери. Директор «WeiDa», несмотря на раннее утро, уже выглядел уставшим и явно пребывал не в самом лучшем расположении духа. Он некоторое время смотрел поочередного на каждого своего гостя, а затем сложил руки на столе и пытливо поинтересовался: — Ну? Может хоть один из вас мне объяснить, что это вообще было, а? Один заявил об увольнении, едва попал в команду, другой — наплевал на турнир и исчез куда-то почти на неделю. Я не понимаю, на мне что ли написано «делайте что хотите и ничего вам не будет»?       — Сюй-гэ…       — Это все моя вина, — Чу Ин стремительно сделал шаг вперед и Фан Сюй перевел взгляд на него. — Я не мог оставаться в команде, и мне пришлось уехать, а сяо Гуан он… Он ведь не специально пропустил турнир, он приехал за мной и, на самом деле, очень помог мне в одной непростой ситуации…       Фан Сюй вскинул руку, и древний мастер сразу же умолк. Какой-то момент в кабинете директора висела пауза, а затем он произнес:       — Знаете, я все могу понять. Могу понять, что порой возникают какие-то неприятности, что жизнь вообще непредсказуемая штука, однако всему есть предел! В последнее время мне и без того было непросто — одни ваши документы чего стоили! — а потом вы вдруг взяли и исчезли оба в самый неподходящий для этого момент!       — Сюй-гэ, прости, правда, — Ши Гуан вышел вперед, неловко заламывая руки. — Я знаю, что облажался и заслужил наказание, но… Полгода не играть — это… Это же неизбежно ударит по моему положению в го-сообществе!       — О, так теперь ты решил об этом задуматься? Поздновато, ты не находишь?       — Сюй-гэ…       — Неужели совсем ничего нельзя сделать? — взволнованно спросил Чу Ин, умоляюще глядя на Фан Сюя. — Сяо Гуан ни в чем не виноват, он ничего из этого не хотел, я… Мне все равно, что ждет меня, но сяо Гуан — профессиональный игрок, один из самых талантливых в команде, он не может просто сидеть в запасе!       Директор тяжко вздохнул и некоторое время просто смотрел на них обоих. Чу Ину сложно было понять, о чем он думал, и мысленно древний мастер молился о том, чтобы для Ши Гуана нашлось решение, чтобы он смог вернуться к турнирам, и чтобы продолжил свой путь к званию чемпиона мира.       — Что ж, есть кое-что, — в конце концов сказал директор, а затем снял очки и устало провел ладонью по лицу. — Хотя видит небо, Ши Гуан, после всего, что ты вытворил, ты совершенно не заслуживаешь этого шанса.       — Я все сделаю, Сюй-гэ, — проникновенно заявил юноша, нагнувшись и упершись ладонями в стол, внимательно глядя на Фан Сюя. — Что хочешь, только скажи — я в лепешку расшибусь, но сделаю!       Директор отнял ладони от лица и взглянул на юношу долгим оценивающим взглядом. Чу Ин в тот момент ни капли не сомневался в решимости подопечного. Как и в том, что обязательно поможет ему, что бы ни сказал сейчас Фан Сюй.       — Турнир за титул Тяньюань, — без выражения сказал он, глядя Ши Гуану прямо в глаза. — Возьмешь титул — и все дороги перед тобой снова будут открыты.       Чу Ин бросил взволнованный взгляд на юношу. Тот казалось, был необычайно ошарашен услышанным.       — Тяньюань? — одними губами переспросил он. — Н-но ведь… это Юй Лян должен был сражаться за титул!..       — Он отказался, — просто ответил Фан Сюй, не вдаваясь в подробности, на что Чу Ин тут же опустил взгляд на свои руки. Этого можно было ожидать — после провала на турнире Минжэнь у него наверняка просто не осталось сил для этого. Да и после расставания с Ши Гуаном его душевное состояние нуждалось в покое. — Разумеется, есть много других кандидатов, которые только и ждут шанса попробовать свои силы в игре с Чень Яое, так что если ты чувствуешь, что не готов, или уверен в том, что не сможешь…       — Смогу, — вдруг решительно заявил юноша, оборвав Фан Сюя на полуслове. Тот, казалось, слегка опешил от его напористости, и непроизвольно подался вперед, внимательно заглядывая в глаза.       — Ши Гуан, если ты сейчас на это согласишься, назад дороги не будет.       — Я понимаю, — он кивнул, а затем выпрямился и обернулся на Чу Ина, одарив его тенью улыбки. — Теперь я точно смогу.       Древний мастер ответил ему взглядом, полным признательности и едва заметно улыбнулся в ответ.       Если Фан Сюй и заметил что-то неладное в их переглядываниях, то виду не подал.       — Хорошо. Тогда через три недели тебя ждет первая партия за титул, точную дату и время я сообщу тебе позже.       Ши Гуан вновь обернулся к директору и от всей души благодарно улыбнулся.       — Сюй-гэ, спасибо тебе большое, ты даже не представляешь…       — Представляю, и поэтому хочу сказать тебе кое-что, — он предупреждающе выставил руку и не мигая уставился на юношу. — Заруби себе на носу, Ши Гуан — это в последний раз. Я делаю это исключительно ради сохранения репутации команды. Подведешь меня еще раз — и пеняй на себя.       — Я все понял, Сюй-гэ, не волнуйся. На этот раз я буду стараться изо всех сил и вкалывать как проклятый. Я тебя не подведу.       Фан Сюй скептично поджал губы, из чего Чу Ину подумалось, что он не слишком уж серьезно отнесся к этому заявлению. Тем временем тот перевел взгляд на него и древний мастер сразу же подобрался.       — Что касается вас, Чу-лаоши, то я взял на себя смелость оформить вам отгулы за свой счет, вместо увольнения, и поэтому ожидаю, что вы останетесь в команде. Сейчас в «WeiDa» проходит отборочный экзамен один очень интересный игрок, способности которого вы наверняка оцените по достоинству, когда увидите его партии.       Чу Ин испытал стыд, легкий прилив признательности за великодушие Фан Сюя, и одновременно с этим оказался слегка заинтригован его словами. Он склонил голову в знак благодарности.       — Спасибо, директор Фан.       Фан Сюй тяжко вздохнул.       — Что ж, если на этом все, то можете быть свободны.       — Сюй-гэ, — вдруг обратился Ши Гуан, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, — когда Юй Лян был здесь только что, он говорил тебе что-нибудь?..       Повисла неловкая пауза, после чего директор поправил очки и покачал головой.       — Нет, но я не слепой. Надеюсь, что в конечном итоге вы разрешите все свои проблемы как взрослые люди. Я не буду вмешиваться.       — Ясно, — он еще неловко помялся, явно испытывая стыд. — Спасибо еще раз.       После того, как они покинули кабинет директора, Ши Гуан громко выдохнул.       — Честно говоря, я думал, что он меня убьет. И за Юй Ляна, и за кубок Чжанцы… А теперь вместо него это сделает Чень Яое.       Чу Ин вскинул бровь и взглянул на юношу озадаченно.       — Что ты имеешь в виду? Ты разве не был уверен, что сможешь завоевать титул?       — Ха-ха! — саркастично воскликнул Ши Гуан, всплеснув руками. — Может, тебе и раз плюнуть сыграть с господином Ченем девять партий и выиграть все, но уж точно не мне! Чень Яое уже пять лет удерживает титул Тяньюань. Может, при большом везении я смогу выиграть у него одну или две игры, но шесть… Я буду стараться изо всех сил, разумеется, но я ведь реалист, и, честно говоря, считаю, что мои шансы на успех не превышают и пяти процентов.       — Глупости! — тут же вскинулся Чу Ин, поскольку ему было совершенно невыносимо слышать подобные речи от человека, который нашел Божественный ход абсолютно не приложив к этому усилий. — Я прекрасно знаю твой нынешний уровень, и поэтому должен сказать, что ты гораздо сильнее, чем думаешь. Это совсем не пустые слова! К тому же, чтобы завоевать титул, необязательно выигрывать во всех трех турах, достаточно будет и двух, а это всего лишь четыре партии!       — Ну ладно-ладно, — отмахнулся Ши Гуан, хотя Чу Ин прекрасно видел, что по-прежнему не убедил его. — Может, потренировавшись с тобой эти недели, я почувствую себя увереннее…       Они вошли в пустую командную комнату, и играли друг с другом до самого вечера с небольшим перерывом на обед. Ши Гуан был немного рассеян — Чу Ин замечал, как взгляд его временами ускользал куда-то, и подозревал, что причина была не только в неожиданно свалившемся на голову турнире, но и эпизоде с Юй Ляном. Юноша переживал, хотя и ничего не говорил, а Чу Ин делал вид, что не замечает, решив лишний раз не сыпать ему соль на раны. Если Ши Гуан захочет еще раз поговорить с ним об этом, то рано или поздно сам начнет разговор.       Когда на часах перевалило за шесть, они вышли из Института. На улице сгущались сумерки, было ветрено и прохладно. В какой-то момент Чу Ин просто взял Ши Гуана за руку, таким незамысловатым образом выражая свою поддержку. Когда он почувствовал, как его ладонь сжали в ответ, губы сами собой расползлись в улыбке. Они немного прогулялись вечерними улицами, усыпанными яркими уличными огнями, иногда обмениваясь пустячными фразами, а иногда уютно молча. Чу Ин был необычайно счастлив, что мог держать любимого за руку и чувствовать его тепло. Удивительно, что он столько нервов и времени тратил на то, чтобы убедить себя, будто не пара Ши Гуану, в то время как на самом деле быть рядом с ним было также естественно, как дышать. Теперь эти глупые мысли в прошлом, никто и ничто не сможет встать между ними и их счастьем…       — Ох, Илан мне пять раз звонил, а я и не слышал, — пробормотал Ши Гуан, когда они вернулись домой и разделись. Он нахмурился. — Наверное, что-то случилось.       — Ну же, перезвони ему, — обеспокоенно сказал Чу Ин, на что подопечный только кивнул.       — Да, сейчас так и сделаю.       Древний мастер наблюдал за тем, как юноша набрал друга, но уже через минуту ожидания повесил трубку.       — Странно, теперь он не берет.       — Позвони Сяосяо!       — Угу, сейчас… — не успел он договорить, как в дверь торопливо постучали. Быстро переглянувшись с Чу Ином, Ши Гуан тут же направился в коридор, чтобы открыть.       Древний мастер стоял у него за спиной, вытягивая шею, как вдруг в проеме обнаружились встревоженный Шэнь Илан и сердито пыхтящий Хун Хэ.       — Хун Хэ? — произнес юноша в приятном удивлении разглядывая друзей. — А-Лан, как вы?..       — Ты совсем из ума выжил, да? — вдруг накинулся на него с обвинениями бывший сосед по квартире. — Сколько раз я тебе звонил, а? Сколько раз писал и просил о том, чтобы ты перезвонил, а тебе все побоку! Где ты был, а? Пропустил кубок Чжанцы, уехал неизвестно куда, никому ничего не сказав — ты знаешь, как мы волновались? А между прочим у меня подготовка к свадьбе, и всяких дел полно, а ты вынуждаешь меня откладывать вот это все и мчаться к тебе через полстраны — ты вообще нормальный, старейшина Ши?       — О, — стыдливо протянул Ши Гуан, издав нервный смешок. — Прости, прости, пожалуйста, я совсем забыл, тут столько всего случилось…       — Он забыл, — Хун Хэ всплеснул руками и повернулся к Илану. — Он сказал, что забыл — ты слышал?       — Угу, — взволнованно подтвердил товарищ и покачал головой.       — Совести у тебя нет, Ши Гуан, — Хун Хэ показательно ткнул в него указательным пальцем. — Совсем нет совести. Мы ведь кто тебе? Мы твои братаны! Братаны, которые переживают за тебя всякий раз, когда ты вытворяешь что-то непонятное. Значит так, — он принялся уверенно снимать с себя верхнюю одежду. — Сегодня мы с Иланом никуда не уйдем, пока ты не объяснишь нам, какого черта происходит в твоей жизни. Подумать только — добровольно пропустить такой важный турнир и уехать куда-то, никому ничего не сообщив! — продолжал сокрушаться он. Ши Гуан бросил на Шэнь Илана беспомощный взгляд, на что тот тут же пожал плечами.       — Мы просто хотим прояснить все и убедиться, что у тебя все в порядке.       — О, да чего вы, уже правда все хорошо, вам действительно не стоило так… — начал было юноша, но Хун Хэ его уже не слушал, повернувшись к Чу Ину.       — Чу-гэ, скажи мне правду, — проникновенно начал он своим излюбленным театральным тоном. — Что между вами происходит в конце концов, мм?       Чу Ин на мгновение растерялся и от его напора, и от внимательного пристального взгляда, а затем улыбнулся краешком губ и на глазах обоих друзей юноши, обнял Ши Гуана со спины, положив голову ему на макушку. Подопечный тихонько прыснул, но не отстранился, а только смущенно потупил глаза. Древний мастер прижал его к себе крепче — пускай они с юношей сегодня весь день провели вместе — но он каким-то совершенно непостижимым образом успел соскучиться.       — Все происходит так, как должно было быть с самого начала, — ответил Чу Ин мазнув губами по виску Ши Гуана, а затем перевел взгляд на Хун Хэ и улыбнулся. Тот явно слегка растерялся, самую чуточку залившись румянцем, а затем сказал:       — Мне, пожалуй, нужно выпить.