Коллективный гипноз.

За месяц было совершенно ещё три убийства. Оба с интервалом плюс-минус неделя. На удивление, тогда ещё, в июле после четвертого преступления, местная полиция наконец-то начала работать, а не бездействовать. Сказать, что дело у них не шло — ничего не сказать, однако все убийства, как мы предполагали, были связаны с академией на окраине города. Палачи, устроившие кровопролитие в городе, учились в этом заведении. Оставалось лишь загадкой, что это могло быть: террор, культ, шантаж и давление на учащихся, ОПГ или попытка привлечения внимания местных властей? Кто знает. Местные жители были напуганы, поэтому все меньше людей можно было увидеть после заката солнца, а если уж и находились такие смельчаки, то либо они мчались скорее домой, постоянно озираясь, либо обычные пьяницы, которым все ни по чем: такие люди хоть планету остановят. Город заполонили журналисты не только из Калифорнии, а и со всей Америки. Вот именно эти люди добавляли красок во все происходящее: мистика, проделки НЛО, Дьявольская Академия-убийца, заговор политиков, истребление местного населения (вот это казалось самым смешным, ибо будем честны, но семь убийств за четыре месяца для города с миллион жителей, как-то маловато… Ну, в общем, слишком активное истребление населения получается). Все эти журналюги пытались связаться с ректором той самой академии — добиться какого-то вразумительного ответа. К слову, ректора даже копы не смогли опросить. По словам проректора, их руководитель был во Флориде с мая месяца из-за некоторых дел, о которых заместитель не знал. Внезапно во весь этот беспорядок вмешался губернатор Калифорнии (помните, я ранее говорила, что предположим — это ОПГ, которое пытается привлечь внимание власти…) чего даже ни мои руководители не ожидали, ни отец. Мы все догадывались к чему это приведет. Однако губернатор молодец, быстро разогнал всех по норам (получилось). По новостям больше ничего не крутили по этой теме, однако люди всё знали, и перешептываясь, продолжали распространять слухи. Скажем прямо: я такой же человек как и все, хотя и немного заторможенная. По началу я долго могу не реагировать на что-либо, а затем просто хватаюсь за голову в панике. Я была действительно напугана происходящим. Линдси и Сид улетели через месяц, после рождения малыша Джо, в Бостон к родителям Лин-З. Фактически, я осталась здесь одна. У меня были пару коллег, с которыми я общалась больше всего, и отец, но это не компенсировало отсутствия семейки Форд в моей жизни. Спустя ещё месяц было обнаружено ещё два тела. Только за все четыре месяца уже насчитывалось семеро убитых. Шла середина сентября, осень началась довольно-таки рано. Обычно пляжный сезон здесь длится долго, около пяти месяцев, но видимо не в этом году. Уже ближе к двадцатым числам, мне даже пришлось пару раз надеть лёгкий тренч. Выше двадцати пяти градусов, линия термометра не поднималась, что даже как-то пугало. В основном было около семнадцати градусов по Цельсию. Несвойственно для нашего климата. Абсолютно. Теперь именно об этом постоянно бубнили в новостях — резкое похолодание. Все чаще по пути на работу можно было встретить школьников и студентов, направляющихся за знаниями, которые даже наполовину не пригодятся им в повседневной жизни. С Леоном было все по-прежнему. Мы все еще при каждой встрече обменивались колкостями в адрес друг друга, однако никогда ни у кого не получалось зацепить за живое: найти, скажем так, лазеечку к мозгу, как паразит. Возможно это даже к лучшему. В начале сентября мне даже пришлось немного поработать с ним — я подменяла его врача. Обычный плановый осмотр, который прошел довольно-таки спокойно. Мы говорили исключительно по делу, что не могло не радовать меня (его, думаю, тоже). Тогда для себя я подметила, что он выглядел особенно уставшим, из-за чего мне даже стало жаль его ((О, милый, ты так устал)). Помню на прощание похлопала его по плечу, а он улыбнулся изо всех сил. Сегодня было прохладнее и пасмурнее, чем вчера, двадцать третьего сентября. Я шла ни быстро, ни медленно к зданию из пяти этажей, два из которых были под землей — лаборатории. Правильтественное охраняемое местечко, доступ к которому был строго по документу, удостоверяющие личность сотрудника. Подойдя, я кивком поздоровалась с двумя охранниками. Естественно, я ничего не предъявляла: документы проверяли лишь для видимости при проверке, так что было не важно, взял ты пропуск сегодня или нет. Ты даже не всегда можешь заметить, что забыл эту проклятую бумажонку в прозрачной обложке. Лишь по возвращению домой, ты заприметишь эту книжечку, спокойно дремлющую на полке прихожей, и мысленно дурашливо пробормочешь: «О, здравствуй, мой старый друг!», а затем опять забудешь. И так из раза в раз. Последнюю неделю мы лишь писали бесконечные отчеты, проводили плановые осмотры всех сотрудников без исключения, а затем опять отчеты. Один из моих товарищей взбунтовался по этому поводу прямо во время рабочего процесса. Раскидал бумаги с выкриками прямо в камеры, что он ученый, а не бухгалтер ((Ты сумасшедший, Дик)). После представления умчался в неизвестном направлении, а на следующий день оказался в больнице с алкогольным отравлением. Переусердствовал маленько. Удивительно, однако его не уволили, а даже постарались утешить. Пообещали, что затем будет работа поинтереснее. Не солгали. В тот же день, вечером, нас собрали на совещание. Пригласили меня, Элизабет Линкольн из исследовательского отдела и Эндрю Ховард из технического отдела. Оба были лучшими. Элизабет была довольно закрытой личностью, говорила только по делу. Темная лошадка. Светлые длинные волосы, собранные либо в низкий хвост, либо гульку на том же уровне. Стройная, бледная, среднего роста, строго соблюдала дресс-код. Эндрю же полная противоположность ей. Лохматый парень с каштановыми волосами и стрижкой канадкой. Всегда жизнерадостный и улыбающийся. Он заряжал всех вокруг своим убийственным позитивом; являлся тем человеком, который на всех корпоративах в центре внимания из-за своей врожденной притягательности. Тот человек, который в ноябре начинал выряжаться в свитера с оленями и елками. Не знаю, удивитесь ли вы, однако они уже как полтора года были вместе. Противоположности притягиваются, как говорится. Мы вместе отправились в кабинет на третьем этаже. Пока мы поднимались со второго этажа левого крыла, мы бурно обсуждали прошедший день, и о чудо, Элизабет принимала активное участие. Как только мы стали приближаться к месту назначения — мы умолкли. Клянусь, не знаю почему. Это произошло внезапно, из-за чего в воздухе воцарилось напряжение. Давящее и терзающее разум. В голове будто завопили сотни комаров, разум помутнел. Явные признаки волнения, либо предчувствия чего-то плохого. ((Кажется, надвигается что-то страшное, Лиса…)) оглушительно стукнуло в висках, из-за чего я поморщилась. Черт меня дернул открывать дверь и заходить первой. Бух и злобное шиканье. Мужчина тихонько завопил, потирая затылок. Мой отец-идиот стал возле двери, которая открывается вовнутрь. Естественно, я его задела при открытии двери, благо мозги не вышибла. — Вам повезло, мисс Фиттис, — более мягко сказал отец, увидев своего обидчика. — О Вас же так не скажешь. Прошу прощения. Крис ухмыльнулся, а затем сразу же стер улыбку с лица под давлением Джона. Отец строго посмотрел на меня и всех остальных, как только мы сели за стол. Он зажал большим и указательным пальцами правой руки переносицу. Затем поднял серый уставший взгляд на нас, разминая пальцы той же руки, и плавно опуская ее по стойке смирно. — Через пару часов у меня самолет, поэтому ты, Крис, будешь за главного. Объясняю вкратце, так что развесили свои уши как бладхаунды и внимательно слушаем, — все это время он нервно и активно жестикулировал руками, будто отчитывал нас, — все вы уже знаете об этих убийствах чертовых, — тут он заметил отстраненный взгляд Леона и тяжело выдохнул, — мистер Кеннеди, я говорю локаторы свои напрягли и все внимание на меня, — сработало. Леон вернулся в наш мир и вполне успешно, — полиция не справляется с этим, поэтому дело перекинули на нас, — он сделал короткую паузу и уточнил, — проклятое правительство вручило нам этот подарок, будто мы здесь отдых отдыхом закусываем. Он нервно обошел через стол и уставился в деревянное, однако придающее особенного антуража, окно, выходящее на улицу. За окном было пасмурно и темно, несмотря на то, что был только шестой час. Фиттис потупил взгляд, уложив руки за спиной, а затем продолжил: — Черт знает, что у них на уме… В общем, не суть! Эти дубиноголовые теперь во всем видят эти проклятые зомбовирусы, поэтому настоятельно… нет, — протянул он, смакуя на вкус столь короткое слово, — даже принудительно порекомендовали нам проверить эту академию, а вот каким хером мы это сделаем — не ясно. Прошу прощения за мой тон, — он повернулся на нас и вновь прилип к окну, — не смогу вам ничем помочь в этом расследовании, пока не вернусь, а уж когда это произойдет — я не знаю. Я надеюсь, что вы справитесь. Друзья ученые, вас я позвал сюда, чтобы именно вы выяснили в случае чего, что это за паразит такой… однако, — он прочистил горло, — надеюсь, что вам ничего не удостоится проверять и участвовать в этом деле. Мелисса и кто-то ещё из присутствующих, — он пощелкал пальцами, будто вспоминая что-то, — потерял мысль… А в прочим, нет. Крис, пускай Мелисса и кто-либо из агентов, внедрятся туда под прикрытием, либо просто как F.B.I. Пускай прикинутся преподавателями там, медиками и разведают обстановку. В общем, вы поняли меня, кокер-спаниели? — на последнем он сделал особенный акцент, из-за чего у всех это вызвало непроизвольную улыбку. — Гав-гав, — выкинул Эндрю. Я и Крис разразились смехом, папа улыбнулся. — Не подведите, псы, — он жалобно вскинул брови вверх, от чего сам стал походить на дворняжку, — иначе… Придумаю потом вам наказание, а сейчас мне нужно идти. До скорого, коллеги. Он быстро взял с вешалки сумку и вышел с кабинета. Повисла пауза, затем у края стола, в другом конце комнаты от двери, Крис прокашлялся и заговорил: — Вы всё слышали. Кто сможет внедриться вместе с Мелиссой? — руку поднял Джек. Джек Торранс сильный мужчина тридцати лет, с вьющейся шевелюрой. Всегда молчалив, из-за чего я о нем мало что знала. От него всегда пахло табаком, однако не дешевым. В целом, я была не против. Немного замявшись, Крис посмотрел на меня, затем на Джека, а потом вообще в сторону, где сидели Элизабет, Леон и Тайлер. Я молилась, чтобы объектом наблюдения был не Кеннеди. — Честно говоря, для вас с Тайлером я придумал кое-что поинтереснее. Тайлер и Джек переглянулись. Они были лучшими друзьями, как мне казалось. Как минимум собутыльниками уж точно. — Ладненько, — отбарабанил грубый мужской голос Торранса, откинувшись на спинку стула. — Леон?.. — немного жалобно вымолвил Крис, поклав руки на стол. — Если нужно, то без проблем. Что нужно делать? Проще нам было бы устроиться туда преподавателями, однако… Парень нахмурился, но тут же его перебил другой мужской голос. — Ты прав, — Редфилд шумно вздохнул, — устроим. Нужно поискать у них вакансии, либо запихнуть вас туда каким-либо другим методом. Главное, чтобы вы выяснили что там происходит, и происходит ли вообще. — Можно было бы представиться приезжими братом и сестрой, которым срочно нужна работа, а именно их академия — ближайшее место, где мы могли бы устроиться, — тут уже я вмешалась в разговор, омерзительно сформировав мысль, однако суть все уловили. Да и вообще, не стоит позволять сильно напрягать мужчинам свой разум. Пускай лучше напрягают мышцы. — Будем честны, не похожи вы на брата и сестру… вообще ни на каких и вообще никак. — А вот на дружную супружескую пару — очень даже, — и тут-то резво вставил свои пять копеек Тайлер, поправив за ухо длинную прядь русых волос, щекотавшее плечо. — Бинго! — вскинул к потолку руки Крис. — Так уж и быть. — Без проблем. Одновременно отчеканили мы с Леоном, из-за чего впоследствии переглянулись. Обоих, откровенно говоря, эта идея раззадорила, так что мы были не против. Это был шанс узнать друг друга с еще более тупых и неловких сторон. — Тогда свободны. Обсудите с друг другом план, а затем сообщите мне, что вы там надумали в итоге. Я встала со стула, задвигая его под длинный и широкий стол из дуба. — Okay, — почему-то прозвучало это с особенно сильным британским акцентом. Я поежилась. Леон последовал моему примеру и попрощался со всеми, выходя с кабинета следом за мной. — Вот так, — он взглянул на наручные часы и удивился, — 7 часов уже. — Да, однако совещание могло быть и дольше, ты же знаешь. — Знаю. Так что делать будем? Каков план? — серьезно произнес Кеннеди, шагая со мной по этажу, приближаясь к лестнице. — Предлагаю поехать ко мне — нарисуем там подробную карту на ватмане формата А0, однако сначала заедем за цветными карандашиками и маркерами, — я выдержала легкую паузу, пока мы спускались до второго этажа, а затем продолжила, — ну, как тебе такая идея? — Если за твой счет, то без проблем. В противном случае, обойдемся одним простым карандашом. Наколдуем у входа в лицей, уж поверь мне. Рисовать будем у тебя на стене в квартире. — Можно купить тату машинку и набросать примерный план у тебя на лбу, Леон. — Отказываюсь. — Жаль. Мы остановились на первом этаже и уставились друг на друга, как баран на новые ворота. — Я серьезно, Леон. — Сейчас предлагаешь? — Можно через месяц. — Сейчас так сейчас, — он поднял руки ладонями ко мне. — Я сегодня без машины, — в коридоре было довольно-таки тихо и темно. Обстановка казалась какой-то интимной. Мы стояли так близко к друг другу, что я отчетливо слышала его дыхание, а он, вероятно, мое. Даже при таком освещении можно было видеть его блестящие голубые глаза, сравнимые с чистым небом. Мысль о том, что я засмотрелась в его глаза и посчитала их более, чем привлекательными, меня смутила. ((Как вовремя он заговорил)) — Возьму немного, будет достаточно 28.90$. — Это обычный тариф. — Я сделал тебе скидку! Сбросил половину цены. Тебе ведь так повезло ехать со мной в одной машине. — Безумно, — я отрицательно качнула головой и закатила глаза.