Лечебница "Одинокая Сосна"

Спустя три дня Алексу разрешили выходить из палаты. Санитар Майк коротко ввел его в курс дела: ходить разрешалось только по второму этажу и только в столовую, библиотеку или общую комнату. К врачу или на процедуры в другое крыло пациента должны были сопровождать. Одно нарушение – предупреждение; второе – лишаешься всех привилегий и коротаешь время в палате под замком. В столовой почти никого не было, как и во всей больнице. Когда Алекс спросил об этом доктора Рида, тот лишь ответил, что лето не время сезонных обострений, поэтому и так мало пациентов. Сейчас вот кроме него во всей столовой сидел лишь старик в инвалидном кресле и женщина средних лет. Они не проявляли к нему никакого интереса, а Алекс хоть и был не прочь поболтать, заговорить стеснялся. С утра он уже рискнул подойти к худой девушке, его ровеснице, как он думал. На поверку та оказалась старше. – Нужен телефон, сможешь достать? – задал Алекс вопрос в лоб, то и дело озираясь, ведь с противоположного конца комнаты на него с подозрением смотрел Майк. – Ты вообще откуда такой взялся? – спросила она, прищурив раскосые карие глаза. Было заметно, что девушка неожиданной компании не рада. – Думаешь, я его в заднице прячу? Алекс нервно пожевал губу. – Ну, не может же быть такого, чтобы никак не достать телефон! Девушка коротко хохотнула и поправила темные волосы. Только тогда Алекс заметил проплешины у висков. – А зачем тебе вообще телефон? – спросила она, откидываясь на спинку стула. – Мне нужно связаться с друзьями, – с напором сказал Алекс. – Они же волнуются! Собеседница пожала плечами. – Если так уж нужно, то объясни ситуацию доктору и попроси у него разрешения позвонить. Обычно они соглашаются. Алекс помрачнел. Он-то как раз хотел сделать это в обход доктора Рида. В конце концов, вторым пунктом плана было попросить Мэл помочь с побегом. – Кто твой доктор, чудик? Возмутившись, парень вспыхнул. Кто тут еще «чудик»! – Меня зовут Алекс, – выпалил он. – Кара, – представилась девушка. – Так кто? – Доктор Рид. Темные глаза Кары подернулись дымкой ностальгии. – А, Дэниел, – протянула она. – Повезло тебе. Алекс хотел было спросить, кто лечит ее, но девушка внезапно бросила взволнованный взгляд поверх его головы и засуетилась. – Мне пора, чудик, – сказала она, поднимаясь, – и брось приставать к здешним с такими вопросами. Скажут Майку или Нилу, и все. Кара похлопала его по плечу. – Будешь в палате хлопья жевать. Последний хлопок на прощание, чувствительный такой, Алекс даже и не подумал бы, что такая хрупкая девушка способна так стукнуть. Он провел ее глазами – та присоединилась к медсестре, которая ждала Кару у входа, и скрылась за дверью. К остальным Алекс подходить не стал – спрашивать про телефон он теперь опасался, а простой разговор не знал, как начать. Интересно, здесь была групповая терапия? Помешав хлопья ложкой, Алекс отпил немного сока из пластикового стакана. Внезапно стол накренился, и Алекс схватился за его край. Вот уже второй день, как Алекс чувствовал себя странно. Словно его наполнили изнутри колючей ватой: в ушах шумело, в голове туманилось, а мир, казалось, потерял четкость. Алекс был уверен, что это из-за лекарств. Поэтому ему так надо было достать телефон. Он свяжется с Мэл, и та поможет, Алекс был уверен. Алекс еще долго сидел над завтраком. С хлопьями было давно покончено, а вот половина грейпфрута аппетита не вызывала. Горько. На плечо легла тяжелая рука. Долгое мгновение, и только потом Алекс вздрогнул, повернулся и увидел Майка. – Пойдем. Как-то незаметно пришло время ежедневной встречи с доктором. За эти четыре дня они поговорили о жизни Алекса с родственниками, о жизни Алекса с родителями, о жизни Алекса в стенах «Одинокой сосны». Жизнь его была освещена со всех сторон. Сначала Алексу казалось, что он на допросе, поэтому он вел себя настороженно и отвечал неохотно. Потом все стало походить на эксперимент, в котором ему отведена роль лабораторной крысы. Тогда Алекс начал отвечать подробнее, надеясь, что доктор услышит нечто, что положит этому конец. Единственное, что изменилось – Алекса начали выпускать из палаты. Успех? Наверное. Что теперь еще рассказать, чтобы его выпустили? – Как дела? – спросил доктор, когда Алекс уселся в привычное кресло. – Нормально, – заученно ответил парень и тут же перешел в атаку. – У меня к вам просьба. Доктор с интересом посмотрел на него. – Слушаю. И сделав глубокий вдох, Алекс скороговоркой выпалил: – Мне-нужно-сделать-звонок-разрешите-пожалуйста-позвонить. – Кому? – уточнил доктор. Алекс прикусил щеку изнутри. – Друзьям. Когда он произнес это вслух, даже Алексу причина показалась не слишком весомой, и он поспешил добавить: – Хочу сказать им, где я. Чтобы они не волновались. Пауза. – Так можно? Доктор покачал головой. – Нет, – коротко ответил он. Поперхнувшись собственной слюной, Алекс впился пальцами в подлокотники и подался вперед. – Почему?! – возмущенно воскликнул он. Алексу всегда было трудно сказать «нет». Он или соглашался, даже если это сулило неприятности, или тянул до последнего в надежде, что все само собой образуется. Конечно, он знал, что для многих сказать «нет» не проблема. Однако, парень еще никогда не встречал человека, который бы так легко отказывал. – Я уверен, что твои родственники сообщили им, где ты. Я могу позвонить твоей тете и передать твою просьбу. Словно сквозь толщу льда на поверхность редкими пузырьками-проталинами проступала ярость. Алекс сжимал и разжимал кулаки. Он видел, что доктор скользнул по его рукам внимательным взглядом, потом вновь посмотрел парню в глаза. – Я так понимаю, что родственникам звонить не нужно. Хорошо. Что-то еще? Не чувствуя момент, Алекс выпалил: – Мне плохо от лекарств! В глазах доктора промелькнула обеспокоенность. Он чуть подался вперед, изучающе глядя на своего пациента. – Поподробнее. Алекс внезапно обмяк; в голове туманилось. – Я чувствую слабость, голова все время кружится. Доктор кивнул, вновь откидываясь на спинку кресла. – Что еще? – Все такое, – Алекс не мог объяснить, что чувствует, – странное. Поднявшись, доктор отошел к шкафчику и вернулся с хорошо знакомыми Алексу стаканчиками. – Я же сказал, что мне плохо от них! – возмутился Алекс – ярость вновь охватывала его. Доктор не спешил садиться. Он стоял напротив Алекса, глядя на него сверху вниз. – Легкое головокружение и слабость – это нормально для этого типа антидепрессантов. Как я уже сказал, они действуют мягко. Алекса трясло от злости. Он вскочил на ноги так резко, что кресло с глухим стуком завалилось на бок. Схватив стаканчик с лекарствами, парень швырнул его в стену – тот пролетел буквально в паре дюймов от лица доктора и, не долетев до стены, бесшумно упал на пол. – К черту ваши гребаные антидепрессанты! И вы идите к черту! Поза Алекса стала агрессивной – руки вновь сжались в кулаки, тело натянуто как струна. Голубые глаза доктора сузились. – Ты драться со мной собрался? Внезапно время остановилось. Алекс нутром чувствовал важность момента. Словно развилка в компьютерной игре, что так любил его лучший друг Робби. Неправильное решение – и все полетит в тартарары. Отступить или нет? Только вот время, выделенное на принятие решения, прошло. Доктор сделал шаг вперед и схватил Алекса за предплечье. – Мне позвать Майка? – спросил он, и Алекс чувствовал, исходящие от его тела жар и угрозу. – Или сам успокоишься? Алекс дернул рукой, но доктор не отпускал. И Алекс спасовал. – Извините, – выдохнул он. Доктор сразу же отпустил его. Он обошел парня и, подняв упавшее кресло, указал на него рукой: – Садись. Алексу не оставалось ничего иного, кроме как покориться. Перед ним возникла новая порция лекарств. С какой-то обреченностью Алекс взял стаканчик и заглянул внутрь – те же таблетки. Видя его нерешительность, доктор сказал: – У них накопительный эффект. Ты почувствуешь себя лучше со временем. Ничего страшного, что слабость и кружится голова. Это вполне нормально. Ни черта это не нормально! Алекс был уверен – они хотят превратить его в овощ. Не сопротивляющийся, покорный овощ. Только делать было нечего. Он проглотил таблетки, открыл рот, позволяя доктору проверить, действительно ли он послушался его. Видимо, после их недавнего конфликта не только Алекс остался полон тихой ярости. Непривычным жестом врач положил руку на его челюсть, нажимая большим пальцем на губу, словно заставляя открыть рот шире. Алекс поднял язык и вздрогнул от внезапно взорвавшегося во рту горького вкуса. Лекарства? Или, может, антисептик? Все прекратилось так же быстро, как и началось. Доктор отпустил его и вернулся на свое место. Алекс же поежился и подвинулся левее, чтобы монитор компьютера хоть отчасти загораживал его от доктора. Повисла тишина. – Я могу, – начал было Алекс и запнулся, – можно мне вернуться в палату? – Да, – коротко ответил доктор. Надежда на то, что он позволит Алексу самому дойти до палаты, быстро была разбита. Врач поднялся и направился к двери. – Пойдем. Они шли по пустому коридору молча – их шаги эхом отражались от стен. В присутствии доктора было неуютно и неловко. Алекс до сих пор чувствовал горький вкус на своих губах, ощущал прикосновение чужих рук. Почему-то он принял отказ гораздо тяжелее, чем мог подумать. Алексу казалось, что между ним и доктором появилась какая-то связь, что тот действительно понимает парня. Сегодня же он на своей шкуре ощутил, что значит быть безвольным пациентом психиатрической клиники, пусь даже и частной. В памяти снова ожили те истории, которыми обычно уверенная в себе Мэл со слезами на глазах делилась с ним. Они остановились у палаты. Днем ее не запирали, только на ночь, и Алекс не понимал, зачем доктору понадобилось провожать его до двери. Когда тот вошел следом за Алексом, парня охватило предчувствие чего-то нехорошего. – Ложись, Алекс, – сказал доктор, – тебе лучше отдохнуть. Алекс инстинктивно сделал шаг назад. – Я не устал, – попробовал возразить он. Доктор указал на кровать. – Ложись, – тот настойчиво повторил, и Алексу не оставалось ничего иного, как медленно, не сводя напряженного взгляда с лица доктора, устроиться на заправленной постели. Доктор достал из кармана халата запаянный пакетик и надорвал его – резко запахло спиртом. «Нет…» Алекс хотел было встать, но рука доктора легла поперек груди парня, фиксируя его. – Тихо, – сказал он. – Это поможет тебе заснуть. «Но я не хочу спать!» – не успел выкрикнуть парень, как в предплечье вонзилась тонкая игла. – Тихо-тихо, – донеслось до Алекса, а в комнате запахло таким знакомым одеколоном.

***

Алекс проснулся с затуманенной головой и тяжелым сердцем. Если в предыдущие дни он, хоть и без особого энтузиазма, но принимал лекарства добровольно, то сегодня… Сегодня ему впервые ввели лекарства насильно. Алексу не было больно, ему не причинили вреда. Пока. Парень боялся, что сегодняшний поступок доктора был предзнаменованием чего-то дурного. Сейчас ему делают укол снотворного, что потом? Электрошок? Лоботомия? Бросив взгляд на часы, Алекс понял, что пропустил не только обед, но и уже наступило время ужина. Сколько же он проспал? Больше шести часов… Алекс с трудом поднялся и, пошатываясь, направился в уборную, где умылся холодной водой. К утренней слабости и головокружению добавилась апатия. Нехотя, Алекс все же заставил себя выйти, чтобы поужинать. С разочарованием Алекс отметил, что в столовой никого не было. Парню хотелось поговорить с Карой. Его жгла обида на доктора, которую не терпелось выплеснуть. Он раздраженно воткнул вилку в вареную куриную грудку и огляделся – Кары нигде не было, а вот Майк, поймав его взгляд, направился к нему. Внутри у Алекса все похолодело. Ну, что еще? – После ужина будь на виду, – коротко сказал санитар. – Тебе назначены новые процедуры. Внутри все упало. Алекс точно знал, это были последствия их сегодняшнего конфликта. Он ел салат, не чувствуя его вкуса, потому что мысли парня были далеко – он судорожно пытался вспомнить, какие процедуры могли проводить в психушке. То, что его познания были ограничены фильмами ужасов и рассказами Мелани, делу не помогало. Страшно, и поделиться было не с кем. В итоге, после ужина Алекс ушел в общую комнату, где забрался с ногами на диван с взятой из библиотеки книгой. Строчки расплывались, смысл написанного ускользал – Алекс никак не мог сосредоточиться на рассказе. Он то и дело поглядывал то на часы, то на дверь. Майк не торопился. Алекс уже подумал было, что санитар специально заставляет его ждать. Может, это был их план? Если так, то он работал. Волнение нарастало, и когда, наконец, санитар показался в проеме двери, Алекс почувствовал облегчение. Его отвели в другое крыло. Просторная комната, куда они вошли, встретила Алекса теплом и влажностью. Облицованная плиткой, она больше походила на крытый городской бассейн, только вот вместо бассейна стояли ряды ванн. В некоторых находились незнакомые Алексу люди. Одно настораживало парня – занятые ванны были покрыты чем-то вроде брезента, как накрывают бассейны на ночь; снаружи оставалась только голова пациента. Выглядело это пугающе. Погруженный в собственные мысли, Алекс не заметил, как санитар ушел. К нему подошла медсестра и указала на уже готовую ванну в центре комнаты. – Раздевайся, – кивнула она в сторону ширмы у ванны, – и забирайся внутрь. Алекс покачал головой. – Доктор назначил тебе лечение, Алекс, – устало объяснила женщина. – Давай полезай. – Нет, – отрезал Алекс и, отступив, глянул в сторону выхода – санитара не было видно, но получится ли сбежать? Когда парень перевел взгляд на медсестру, та прятала телефон в карман. – Нет, пусть доктор Рид разбирается, – сказала она невидимой аудитории. – Еще и уговаривать каждого. Тем не менее женщина с места не сдвинулась. Не шевелился и Алекс, хотя ему хотелось бежать, куда глаза глядят. Подальше отсюда, подальше от тяжелого разговора с доктором, а что разговор будет тяжелым, Алекс не сомневался. Спустя минут десять к ним подошел врач. Он выглядел уставшим. – Что случилось? – спросил он у медсестры, бросив короткий взгляд на Алекса. – Отказывается от процедур, – пожала плечами та. Доктор кивнул и коротко бросил: – Разберемся. Женщина окинула Алекса скептическим взглядом. – Удачи, – сказала она и ушла к другим пациентам, оставив их наедине. Теперь без третьего человека все внимание доктора было на Алексе, и под его взглядом парень чувствовал себя неуютно. – А тут-то что? – наконец спросил доктор. – В чем проблема, Алекс? Скрестив руки на груди, Алекс буркнул: – Зачем оно? Холодные голубые глаза внимательно смотрели на него. – Я не должен и не буду объяснять тебе свои назначения, – ровно сказал доктор. Алекс ссутулился, желая исчезнуть. – А я не полезу туда, – заупрямился он. Алекс был уверен, что сейчас повторится то, что произошло сегодня утром. Доктор силой заставит его подчиниться. Может, даже свяжет. Или вколет какую-нибудь очередную дрянь! Но тот лишь выдохнул и, спрятав руки в карманы, устало посмотрел на Алекса. – Процедура называется лечебная ванна. В воде растворены соли и добавлены масла – это поможет тебе расслабиться. Алекс угрюмо молчал. – Ты же принимал ванну? Парень фыркнул. – Да, – буркнул он. – Тогда ты понимаешь, что ничего страшного не произойдет? Видя, что от него ждут какой-то реакции, Алекс кивнул. – Давай сегодня попробуем? – предложил доктор. – Если будет неприятно, тогда я отменю процедуру, согласен? Хотелось возмутиться, хотелось категорически отказаться просто из чувства противоречия, но это было нелогично. Доктор предложил неплохой компромисс, и было глупо вести себя как капризный ребенок. – Хорошо, – согласился Алекс. Он разделся за ширмой и, повязав полотенце вокруг бедер, вышел, ожидая увидеть медсестру, но вместо нее рядом с ванной стоял доктор. – Забирайся, – сказал он. Наверное, Алекс должен был чувствовать себя увереннее от того, что не пришлось раздеваться перед женщиной, только вот не чувствовал. Он убрал полотенце в сторону и, прикрываясь рукой, забрался в ванну. – А-а! – выдохнул он. – Горячо! Рука мужчина легла на его погруженную в воду руку, сжала запястье и потянула наверх. – Руки и ступни подними. Видимо, замерз. Алекс кивнул и уперся ногами в ванну – действительно, стало получше. Тем временем доктор накрыл ванну колпаком из плотной ткани с отверстием для головы. Алекс напрягся и поймал взгляд мужчины. – Понимаю, выглядит пугающе, – мягко сказал он. – Но постарайся расслабиться. Полчаса. Доктор коснулся волос парня, и тот замер, чувствуя, как щекотное, покалывающие ощущение расползается вниз по позвоночнику. Затем рука доктора скользнула на затылок парня, и тот приподнял его голову, подкладывая под шею свернутое полотенце. – Порядок? – спросил он. И Алекс кивнул. Он действительно был в порядке. Вода была приятно теплой, он мало-помалу согревался и теперь мог опустить ноги в воду – горячо больше не было. Кожу покалывало, приятно пахло травами и солью. Алекс блаженно закрыл глаза.