Shrike.

Наверно, самым трудным было проснуться. Веки тяжёлые, будто в них налили свинец, но всё же их открыть получается. Воздух резко врывается в лёгкие и Кассандра начинает глубоко дышать, ощущая, как во рту из-за этого пересохло. О, Жанна, она что, снова выпила очень много алкоголя и продолжила гулять до самой набережной? Хотя по ощущениям так и не скажешь. Под телом чувствуется мягкая кровать, что заставляет издать сладкий стон. О, наконец-то она дошла до той кондиции, что волочит своё тело прямо до квартиры. Это решает большинство проблем. — Ты проснулась! — рядом слышится тонкий голосок, а после матрас прогибается под тяжестью чужого тела. — Ты не представляешь, как я испугалась... Что ты.. Исчезнешь. По моей вине. — Жанна, что случилось? Из Кассандры выходит тихий стон и она осматривает комнату. Сейчас есть две вещи, в которых она чертовски нуждается. Алкоголь и покурить. А ещё знать, где она находится, было бы неплохо. Джинкс шла за ней от самого клуба? Нет, подожди... Рука отдаёт болью, напоминая последнее, перед чем она отключилась. Она схватилась за долбаный оголённый провод? Она точно слетела с катушек. — Оказывается, за мной была слежка, поэтому нас сразу же достали, как только в масках начал заканчиваться кислород, — Джинкс слезает с кровати и кладёт около женщины свою любимую плюшевую игрушку. — Подожди тут, кое-кто хочет с тобой познакомиться. Ребёнок исчез так же быстро, как и появился перед ней. Голова ещё болела и рот был сухой, как грёбаный пустырь, который был на Променаде. Взглядом она ищет воду, но натыкается на капельницу, которая идёт прямо из её руки к подставке рядом. О, Жанна, они накачивают её Шиммером? Этим грёбаным извращенством? Где она, чёрт возьми, находится? Кто отвечает за Джинкс? Ведь позволить наливать левому человеку мерцание немалых монет стоит. И если прислушиваться к ощущениям... То это не то мерцание, от которого сносит голову. От созерцания фиолетового пакетика её отвлекает шум открывающихся дверей. Наконец-то вернулась Джинкс, чтобы ответить на все её вопросы. Вот только вместо маленькой девочки перед ней появился высокий худой мужчина. На вид средних лет, что подсказывали его седая прядь и морщинки в уголках глаз. О, чёрт, глаза. Один, что смотрел на неё холодно, пригвождая прямо к кровати, и другой, который пожирал своим красным ядром, показывая, что даже под дулом пистолета этот человек будет заставлять бояться до усрачки. Но тем не менее это второй раз, когда она встречается с этим мужчиной взглядами. Тот, про кого пошли шутки, что он не может удовлетворить женщину из борделя. Это больше клеймо, нежели что-то другое. — Что ж, это тебя я должна поблагодарить за то, что вытащил меня из того дерьма? — Кассандра избегает взгляда, но не показывает, что его вид был немного устрашающим. Нет, таким людям ни за что нельзя показывать, что тебе неприятно либо жутко в их компании. — Так же как и я должен поблагодарить за спасение моей дочери. Его руки с закатанными рукавами, что свидетельствует о том, что он вышел прямо после работы к ней, прячутся за спиной. О, психологическая уловка, либо же просто привычка, показывающая, что этот человек считает себя выше всего, что находится в комнате. — Ты накачал меня Шиммером, — осторожно продолжает она. — Да. Всего лишь изменён рецепт, чтобы улучшить регенерацию ваших клеток. Если бы мы этого не сделали, то пришлось бы пересаживать кожу с вашего бедра. Думаю, нога не настолько жива, чтобы ещё больше ее расчленять. А это было ударом ниже пояса. Грубое и неприятное напоминание, что у неё нет половины ноги. Что ж, зато с одной сломанной ногой она смогла добежать до Джинкс и спасти её. А так же ухватиться за провод и не дать ей сгореть заживо. Она с неприязнью проводит языком по своим губам, замечая прикованный взгляд мужчины прямо к ним. Должно быть, он ощутил, что это было намёком, потому что начал наконец-то двигаться и пошёл к ящикам. Там он достал бутылку рома и налил в стакан, где, возможно, когда-то была вода. Видимо, Джинкс её выпила. — Это может быть немного самонадеянно с моей стороны, — слышится шум шагов в сторону кровати, где лежала женщина. Со стуком ставит около неё стакан и продолжает: — но, надеюсь, в мою сторону не будут выдвинуты обвинения? Всё же, ты притащила мою дочь в места, которые опаснее самого сердца Зауна. — Значит, пока она под твоей ответственностью я могу забрать её долг у тебя, — на губах Кассандры играет лёгкая улыбка. Она желает уколоть его так же, как он уколол её. — Плохо следишь, раз твоя дочь лазает по чужим карманам. Это вызывает опасный огонёк в глазу мужчины напротив, но, похоже, ему это наоборот нравится, ведь не каждый так легко будет дарить уколы в ответ такому человеку, как Силко. Насколько брюнетка помнит, он назвал себя Королем Зауна? Какое громкое прозвище. Если Вандер назвал себя Цепным Псом, то это можно было легко принять. У этого человека была договорённость с верхними за мир между городами, и он сам нацепил на себя ошейник. Но от Силко... Веяло свободой. Будто он сам наконец разгрыз эти цепи на своей шее и выкарабкался к трону, чтобы поднять их нацию с колен. Она смотрит на стакан с ромом и облизывает повторно свои губы. Одна рука нещадно болела и не функционировала, вторая же просто была тяжёлой, будто на неё положили несколько килограмм металла. Она даже телом не может подвигать, возможно, из-за действия мерцания. — Закопаем топор войны и попрошу помочь мне выпить, — прочистив своё горло, Кассандра поднимает взгляд на мужчину рядом. — Тогда будь вежливее, — звучит его спокойный голос в ответ. Ответа не последовало, лишь выжидающий взгляд со стороны брюнетки, который чётко говорил, чтобы Силко наконец подошёл и помог. И он подходит. Медленно, вальяжно ступая прямо к её кровати, чтобы показать, что сейчас от его помощи она зависима. Так и есть, сейчас она готова убить за этот грёбаный стакан алкоголя, который нужен ей. Она ощущает, как её приподнимают и помогают облокотиться о подушку за спиной и принять сидячее положение. Тонкие, словно щупальца, пальцы касаются её подбородка и заставляют приоткрыть сухие губы. Женщина чмокает тихо, желая найти слюну в своём рту, замечая, как Силко следит за её действием, и, кажется, она видит тень улыбки на его губах. — Хорошая девочка. Губы шевелятся на этот комплимент, который звучал больше унизительно, и самое странное, что внизу живота потянуло от этого тихого голоса. Этот голос пьянит, как и наркотик, что сейчас был в её крови, заставляя глаза в темноте блестеть от заинтересованности. Но это стоит пропустить, ибо после крутой фразы к губам прижимается бортик стакана и в рот заливается тёмная жидкость, обжигая горло приятной алкогольной смесью. Это вызывает стон наслаждения, из-за чего капли попадают мимо рта и стекают по шее прямо под рубашку. — Нельзя тратить столь дорогой алкоголь попросту, Кассандра, — голос вырывает из сна наслаждения. Особенно когда вслед за каплями алкоголя спустились пальцы, чтобы убрать лишнее с шеи. Женщина задерживает дыхание, как только читает что-то странное во взгляде голубого глаза напротив. Теряясь в догадках, куда ей смотреть, она позволяет себе спуститься ниже, упираясь взглядом в его живот, что слегка выпирал под слоями одежды. Что ж, для его возраста это нормально, и для сидячей работы тоже. — Мне нужно идти домой, благодарю за помощь. Это единственное, что вырывается из неё, пока она тяжёлой рукой пыталась добраться до иглы. В таком положении самой себе достать было бы трудновато, но ничего не поделаешь, этот пёс, похоже, наслаждается, когда в нём нуждается кто-то. Попытки были тщетными, ибо организм просто кричал, что ему нужен отдых, а не гордый характер его хозяйки, потому после нескольких неудач Кассандра сдаётся и откидывается назад на подушки, ощущая лёгкую слабость. Что ж, она получила дозу воды в организм, познакомилась с семьёй Джинкс, спасла ребёнка, потому можно требовать деньги за это и ложиться спать. Нет, сначала сон. Ибо встреча с такими людьми, как Силко, всегда требует силы. Она уже чётко дала понять, что хочет отдохнуть, чтобы мужчина ушёл, но, похоже, он никуда не спешил, решая следить за тем, как его гостья погружается в сон.

***

— И что же тебя так заинтересовало в ней? Щелчок, чтобы отрубить конец сигары, а после Джинкс встаёт с места и проделывает их традицию - зажигает огонь около Силко, чтобы тот прикурил. Ей не нравился запах сигарет, но почему-то рядом с Силко этот запах она могла принять. Девочка ненавидела, когда курил Вандер, потому что его трубка мерзко пахла, а никотин, который он засыпал в неё, постоянно пах революцией и пожаром на мосте к Пилтоверу. — Она меня слушает, — голубовласый ребёнок садится на стол перед своим названным отцом и обнимает колени. — А ещё ей нравятся мои бомбы. Не знаю, как... Но когда я общаюсь с ней, Вандер не находится рядом со мной. Он будто исчезает. Она снова прячется в себе. Её детское лицо исчезает в коленях, будто пытается скрыть нарастающую боль и рвущийся наружу крик, потому ребёнок по привычке кусает свои губы, чтобы не сказать лишнего. — Ты хочешь, чтобы она работала здесь? — единственное, что прилетает со стороны Силко и быстро выводит Джинкс из её закрытой комнаты воспоминаний. — Она хорошо разбирается в технике, а ещё, кажется, работает Сорокопудом. Именно поэтому я попросила её провести меня в Сточные Ямы. Но... Как всегда, это вылилось в огромную проблему. Ну, — на её губах играет неловкая улыбка. — так же бывает у каждого, да? Это нормально попадать в передряги, — она хватает пепельницу и крутит её перед глазами, подумывая, что же ещё туда добавить. — Люди всего лишь инструменты, которые ты используешь для того, чтобы прорваться наверх и добиться желаемого, — Силко звучит поучительно, показывая свои стороны настоящего Короля, но Джинкс ощущала, что где-то глубоко под этими словами прячется поддержка, которая бы сказала ей, что она не виновата в том, что хотела, как лучше. — Кассандра не мертва, ты можешь её навещать, но впредь я хочу знать куда и к кому ты идёшь. Если бы Марко не следил за тобой, тебя бы здесь уже не было. Как и твоей подруги. Джинкс замолкает и прижимает свои колени к груди. Майло появился где-то в углу и смотрел прямо на неё, показывая всем своим видом то, что не мог показать при жизни — омерзение. Это нормально, горевать по умершему, но не нормально, когда умерший стоит около тебя, показывая, что именно ты с ним сделала. — Нет-нет! — девочка жмурится и накрывает глаза руками, не желая видеть мертвого брата. — Заткнись! Она срывается с места, желая сбежать от своего прошлого, а также от слов Силко, который намекнул на её неумение обезопасить себя, из-за чего пострадал ещё один человек.

***

Второй раз она просыпается от тяжести рядом. Глаза, что тяжело открылись сразу после пробуждения, тут же заметили голубую голову, лежащую рядом. Джинкс пришла, когда Кассандра была в отключке. Рядом начинается копошение и сбитое дыхание, значит, ребёнок уже не спал, либо даже не засыпал около неё. — Прости... Что сделала тебе проблему, — она шепчет тихо, чтобы слышала только женщина, и обнимает её за здоровую руку. — Все в порядке, это я потянула тебя, зная все риски. Кассандра снова прикрывает глаза, позволяя ребёнку рядом скрутиться в клубочек около неё. Похоже, Джинкс было комфортно с ней и... С какой-то стороны она готова сказать, что это было взаимно. Вот только где же её названный отец? — Силко желает тебя видеть, как только ты проснёшься. Это вызывает грёбаный стон. Она только проснулась после того, как её вштырило от мерцания, и теперь её требуют в кабинет? Он не всё сказал с первой встречи? Кассандра поднимается с кровати и протирает устало глаза, понимая, что те даже не хотят открываться. Тут чёртова кровать комфортнее, чем в её квартире. В углу, прямо на кресле, лежала её куртка вместе с сумкой, которую, скорее всего, изучили вдоль и поперёк. Это вызывает раздражение, ведь она не по своей воле пришла во владения Силко, а они ещё считают её опасной. Вопрос, как попасть к нему, сразу исчезает, как только в дверях появляется она. — Чёрт, Севика! — на губах брюнетки играет улыбка и она хлопает её по плечу. — Ты пропала. — Лишилась кое чего, — в ответ женщина, что была выше, двинула плечом, по которому только что ударила другая. — Оу, Жанна, добро пожаловать в компанию калек. Зелёные глаза опускаются на протез, который, блять, выглядит знакомо. Так вот над чем работал Синджед и про какого спонсора он говорил. Последние месяца безумный учёный исчезал куда-то, проводил время в своей другой лаборатории, а как только власть поменялась, вернулся в их пещеру и потерялся в работе над протезом, говоря, что теперь у них есть стабильная поставка хорошего металла. — Даже завидую, но ты привыкнешь, — в ответ брюнетка постучала по своей ноге и усмехнулась. — Ты должна меня провести к Силко? — Да, красотка. За мной. Мурашки по коже от этой женщины. И по большей части приятные, особенно вспоминая их лёгкий флирт в баре. С успокоенной душой Кассандра последовала за головорезом прямо в кабинет её начальника. Путь туда не занял много времени, ибо он находился недалеко от самого танцпола. На несколько этажей, прямо около того светила в виде глаза. У него, похоже, фетиш на них. Перед ней открываются грубые двери, и с места человека, который стоит в проходе, сразу виден стол и Король за ним. Как много напыщенности в одном кабинете. Хотя с какой-то стороны видно, что его использовали для работы, а так же, что Джинкс тут частый гость. Кассандра смотрит умоляюще на Севику рядом, намекая взглядом, что если не алкоголь, то хотя бы сигарета. — Тебе повезло, что с красавицами я добра, — ухмылка играет на её губах. — О, Жанна, советуешь в бордель пойти работать? — её голос в ответ звучит игриво, когда она получает сигарету в губы. — Благодарю. — Пока что путь туда я попросил бы отсрочить, — голос Силко прерывает их небольшой флирт и заставляет обратить внимание на свою персону. — Мне отрабатывать то, что твоя дочь потянула меня в Сточные Ямы? Владелец этой комнаты вальяжно поднялся с кресла и обошёл так же стол. Чёрт, разве рождённый в Зауне будет с такой грацией ходить по комнате? Он слишком хороших вкусов, это она готова принять. В своей степени красив, даже с этим шрамом на половину лица, в этом была своя жуткая красота, тут она тоже согласится. Чёрт, Кассандра готова думать так очень долго, но факт остаётся фактом — этот мужчина убийца, а рядом с ней стоит его человек, и если удар будет не с его стороны, то от женщины за её спиной. — Джинкс... С тобой приятно проводить время, — он будто пробует на языке эти слова и упирается им в щёку, активно обдумывает слова дальше. — Работай на меня, как друг для неё. —Друг? Значит, всё это время я даже деньги могла за это получать? — в ответ она издаёт смешок, что вызывает у него раздражение. Ну да, потянула его дочь в самый ад Зауна, вынудила потратить на неё мерцание высшего сорта, а теперь ещё и возмущается. Не у того человека она открывает рот. — С понедельника по субботу, в воскресенье ты будешь иметь выходной, — слыша эти слова, Кассандра готова признаться, что это скорее не предложение контракта, а грёбаный приказ, лишь оповещение правил, по которым она будет работать тут. — В чём моя задача? — Следи, чтобы она не попадала в передряги, по возможности читай книги и... Помогай с её изобретениями. — Тогда у меня будет лишь одно требование, — Она ступает вперёд. — Какое?